Да будут обманщики обмануты!

- Привет, - в предоперационную входит Асманд. - Привет, - смываю кровь с перчатки. Стараюсь не смотреть, на него. - Как операция? - Нормально. - Что удаляли? - Опухоль, - смотрю на него. Але! Мы тут вообще-то только этим и занимаемся! - Что именно? Я это имел в виду. - Доброкачественное. В носу. - Чего? – улыбается. – Забыла как называется? - Ничего я не забыла! – еще как забыла. - Ну и? Как? – толкает меня плечом. - Отвали, - отмахиваюсь. - Холи, я серьезно, - смотрит на меня. - Ну да забыла! – рявкаю. – Чего прицепился? – бросаю перчатку в урну. - Эй! – гремит. – Я вообще-то руководитель твоей ординатуры! И я отвечаю за твои знания перед советом и правлением. Я не прицепился, а разочарован тем фактом, что ты не знаешь, что удаляла только что! Вопросы еще какие-то остались? - Нет, доктор Халланд, - опускаю голову. – Прошу прощения за недостойное поведение. - Нужно ли назначить вам несколько теоретических занятий, доктор О’Доннелл – Штейн? - Как решите, шеф. - Я тут с тобой не заигрывал, а задал вопрос как руководитель. - Я вновь прошу прощения. Неправильно вас поняла, - робко поднимаю на него взгляд. – Я выучу наизусть историю болезни этого пациента и расскажу вам. Просто из головы вылетело. - Выучи, пожалуйста, и перескажешь мне, - неожиданно берет меня за ладонь и крепко сжимает. Прикрываю глаза, замерев. - Отпусти, - шепчу. – Пожалуйста. Только этого мне не хватало. - Прости меня, - тоже шепчет. – Было бы хуже, если бы тебя об этом спросил Даршт. Иди, у тебя операция с Шарманом на втором этаже. - Я помню, - наконец открываю глаза, смотрю на него. Хватит быть таким великолепным! - Твою мать! А миссис Ток, совсем даже ничего! – вваливается Реджи. Асманд быстро отпускает мою ладонь. – Видел, что ты ее оперировать сейчас будешь. Дашь посмотреть? О! О’Доннелл! Привет! – улыбается мне. – У тебя окно не до конца закрыто. Только что на парковке видел. В машине, - уточняет. - Я поняла. Пускай. Что с ней станется на охраняемой парковке? - Не знаю, - жмет плечами. – Крыса типа заберется. И перегрызет провода. Например, затормозить не сможешь. - Реджи, что ты вечно… - вздыхает Асманд. - А такое возможно? – пугаюсь. - Ух ты, какая впечатлительная, - улыбается Реджи. – А если серьезно, то Карли однажды нашла в машине полудохлую крысу. И все из-за незакрытого окна. - Спасибо, что сказал, - киваю ему. – Пойду закрою, - иду к выходу. - Не опоздай на операцию, - наставляет Асманд. - Да, доктор Халланд. - И отчитаешься вечером по истории болезни, - добавляет. - Да, - ухожу. - Я бы по ней отчитался, - комментирует Реджи. Закатываю глаза. Такой придурок. Набрасываю больничную куртку на плечи, спускаюсь на парковку. И вправду окно открыто. Открываю дверь и давлю на кнопку. Стекло не реагирует. Что за? Окей. Сажусь в тачку, завожу мотор. Ягуар начинает мурчать. Пофиг. Все равно ненавижу эту машину. Возвращаюсь к окну. И вновь никакой реакции. - Твою мать! Что с ней не так? – кладу ладонь на стекло и пытаюсь тянуть его вверх. Ничего. Ну ладно, сука! Сжимаю пальцами край, тяну стекло вверх, попутно нажимаю кнопку стеклоподъемника. В двери слышится треск и стекло со всей прыти несется вверх просто впечатывая мои пальцы в железку и через пару секунд почти падает вниз. – Сука! – визжу от боли, сжимая пальцы правой руки левой ладонью. – Сука! Сука! Сука! – утыкаюсь лбом в колени. Как же больно! Ну-ка соберись! Разгибаюсь, смотрю на красно-синюю полоску на четырех трясущихся пальцах. Все не так страшно. Просто прижала. Просто прижала. Прекрати реветь! - Твою мать! – шипит Дейзи. – Ты чего сделала с собой? - Долбаная тачка! С моей хондой такого в жизни бы не произошло! - сажусь на кушетку. – Было так больно. - Давай, - кивает на столик, застеленный как в операционной. Я кладу руку. – Синие! – морщится. - Серьезно? Ты людей режешь, а тут морщишься от вида посиневшей кожи? - Это же ты. Тебя мне жалко. - Вон оно что. Бинтуй уже! - А они не сломаны? - Дейзи! – рычу. – Это ушиб. Поверь. - А пошевелить можешь? - Могу, но не буду. - Пошевели, - кивает. - Так, все, пока! – встаю с кушетки. – Обращусь к тому, кто сможет. - Да сядь ты! – дергает на себя. Я плюхаюсь на задницу. – Клади. Растопыривай. Как ты машину поведешь? – обрабатывает пальцы. - Я думала, ты меня отвезешь, - кусаю губу. - Холи, у меня ведь смены. Ты же знаешь, когда уезжает Уилли, то я живу на работе. - Дура, - дую губы. - Выдыхай, сейчас бинтовать начну, - предупреждает. - А знаешь, мазь отличная. Боль уходит. Позвоню Чарли. Она за мной заедет. Ну еще такси существует, - я уверенна, что жена не заберет меня. - Халланд тебя подбросит, - улыбается. - Заткнись! – шиплю. - Дейзи! Что ты делаешь? Бинтовать наискосок нужно! Ты совсем все забыла? - Так тоже нормально, - закатывает глаза. - Смотри, - поднимаю руку вверх, и мотки бинта скатываются по ней вниз. – Спасибо, не надо. - Реджи пил кофе в комнате хирургов, - подсказывает мне. – Он с закрытыми глазами все сделает. - Надеюсь, он не будет похабничать, - выхожу из палаты. Вообще-то, надеюсь, будет. - Доктор Хейзил, - встаю перед ним. Он дремлет в кресле. - То грязное похотливое животное, то доктор Хейзил. Ты определись, презираешь меня или уважаешь, - открывает глаза. – Святой Господь на кресте! – смотрит на мою руку. – Ты что с собой сделала? - Почему вы это спрашиваете все? – раскрываю глаза. – Дейзи, теперь ты. Думаешь, я специально туда пальцы совала? - Это куда? – хитро улыбается. - Ты ужасен, фу, - морщусь. - Пошла вон! - Эй! Нет! Перебинтуй. Я сама не могу, а Дейзи… - закатываю глаза. - Прав я был, когда вы тут интернами толпились. Уволить вас к чертям, - двигает мне стул. – Садись. - Слушай, сначала очень больно было, а потом… - Тшш, - затыкает меня. – Что тут? – поднимает мою ладонь, осторожно держа за запястье. У него очень нежная кожа. - Повреждение мягких тканей, возможен перелом. - Невозможен, - качаю головой. - Болтать будешь, когда я скажу, - сосредоточено осматривает пальцы. Я сжимаю губы, только бы не улыбаться. – Пошевелить можешь? - Могу. - Чего ждешь? Шевели уже! – смотрит. Я демонстрирую ему умение. – Больно? Какого рода боль? - Тупая. На троечку. - Охлаждала? - Да. Осталось забинтовать только, - киваю на подлокотник, куда положила мазь и бинт. - Потом возьмешь в кладовой повязку, чтобы держалось, - осторожно накладывает мазь на огненные пальцы. - Бери класс С. Остальные не подойдут – слишком тугие. - Поняла, - киваю. - Клади, - расстилает бинт и начинает методично наискось бинтовать пальцы. Мне так приятны его прикосновения, что я вот-вот отключусь. – Дверью прищемила? - Стеклом в машине, - уснуть не получится. – Ты же сказал, что окно открыто. Я пошла закрывать и стеклоподъемник начал что-то невообразимое творить. А потом вкорячил стекло мне в руку и бросил его вниз. - У тебя же новая тачка. Нет? - Ей почти год уже. Чарли на годовщину подарила. - Рано ей ломаться. Может, замерзла? - Не знаю. Потом окно закрылось как обычно, - жму плечами. - Женщины не должны управлять сложными механизмами. - Сексист. - Я феминист, Холи. Они просто могут вам навредить. Как и достаточное количество мозгов, - улыбается мне. Очень соблазнительной улыбкой. Красив как дьявол. - Я не поведусь на это, Реджи, - тычу здоровыми пальцами ему на рот. - Это тебе только так кажется, - отмахивается. – Я еще пахну приятно. - О! Ты так отчаялся, что больше ничего предложить не можешь? - Я могу кое-что предложить, но закон Штатов и мой контракт мне это запрещают, - кивает вниз. Он такой милый! Я начинаю искренне хохотать. - Чем заняты? – голос Асманда. Как он здесь оказался? - Лечимся, - Реджи показывает ему мою руку. - Что случилось? - Дверью ударила, - рассказывает ему Реджи. - Сильно? – он обеспокоен моим состоянием. - Жить буду, - поднимаю на него глаза. – С неделю не смогу оперировать. Но готова вместе с интернами ходить на операции. - Как ты домой поедешь? Тебя подбросить? – предлагает. - Попрошу Чарли забрать меня. - Я ее отвезу, - кивает Реджи Халланду. Чего? - Ну да, - Асманд показывает другу средний палец. – Ты чего вообще домой не уехал? - У меня операция. Утром. Была, - Реджи закрепляет конец бинта на моем запястье. – А ты вот чего так рано освободился? - Ты же в курсе, что у нее доброкачественная. Я там только ординаторов контролировал. У дежурного была? – Асманд смотрит на меня. - Да. Как только Шарману показалась. Он отпустил, - трясу рукой. - Заключение где? - В отделе кадров. Как и положено. Я уговорила Шейлу не выписывать мне больничный. Буду ходить на учебные операции и на лекции для ординаторов. Ты же не выгонишь меня из программы? – хлопаю ресницами. - Халланд, не смей. Если бы она меня так просила, я бы уступил, - влезает Реджи. Он еще здесь? - Заявление, доктор Хейзил! – смотрю на него. – Отдел кадров мечтает тебя уволить! – улыбаюсь. Он морщится. - Пойдемте уже домой, - Асманд бросает верх формы в корзину. – Холи, тебя подбросить? - Я попрошу Чарли, - встаю со стула, бросаю мазь в карман и ухожу. Опять разделся передо мной? Ох, дай мне сил! На величайшее удивление моя благоверная сразу соглашается меня забрать и даже сочувствует моему недугу. Ну и отлично! Бросаю рубашку в сумку, надеть ее нормально все равно не получится с такой рукой, я даже пуговку на джинсах застегнуть не смогла, так и пойду в расстегнутых штанах и в форме на плечах. Перед выходом на парковку запахиваю куртку и наматываю поверх шарф. - О’Доннелл, что думаешь насчет рыбалки? – меня нагоняют мои недавние собеседники. - Мне с такой рукой только рыбачить сейчас. - Кто тебя приглашал? – хмыкает Реджи. – Я в общем спросил. Ты ведь ездила в залив? - Эмм, - свожу брови. – Да. Год назад. С Чарли и родителями. - Асманд зовет, а я все никак не решусь. Это же скука смертная. - Да, брось! – отмахивается Асми. - Ну не знаю, - жму плечами. – Мы с Хью и Джорджи пили виски, болтали о всяком. Нам было весело. - Джорджи? Хью? – Реджи тычет пальцем на кнопку лифта. - Джорджи это мой человек. Капитан. - А Хью? – не унимается Реджи. - Мой отчим, - закатываю глаза. - О! Дитя развода? – он пропускает меня в лифт. – Я тоже, - проводит пальцем по моей руке. - Господи Иисусе, Реджи! – рявкаю. – Хватит! – отдергиваю руку. Он смеется. Асманд делает вид, что не замечает приставаний друга. - Соглашайся. Будем пить виски и выуживать рыбу, - уговаривает Халланд. - Это считается спортом? - Вполне, - киваю. - Тем более что мне после сотрясения можно только рыбалку и легкий бег, - Асманд открывает мне дверь на парковку. - И сколько проходишь? – осторожно шагаю. Если я еще с этих каблуков свалюсь, то перелома мне не избежать. - Восемь бегу, и два иду пешком. До и после, - рисуется Асми. - Круто! Мне тоже пора начать. - Могу брать тебя с собой. - Я за тобой не угонюсь. Тем более с моей рукой, которой теперь двигать нельзя. - Тебя точно отвезти не нужно? - Нет. Чарли заберет, - качаю головой и замечаю ее машину у въезда А. – О! Вот и она! – киваю на тачку. - Ну пока, - Реджи зачем-то обнимает меня и уходит. Асманд просто машет рукой. - Детка! – бегу ей навстречу. Она выходит из машины. Я налетаю на нее. - А любовничек с нами не поедет? – отталкивает меня. - Что? – свожу брови. – Перестань, - отмахиваюсь. – Мы просто коллеги. - Чего он на тебя прыгнул? - Это Реджи меня обнял. Я тебе про него рассказывала. Мне теперь с Халландом не общаться? - Представь себе! – свирепеет. - Все хватит, - отмахиваюсь. – Открой мне, - тяну дверь, но она не поддается. - Пускай любовничек подвезет, - идет на водительское место. - Чарли, не глупи. Хватит. Открой мне - А он что не предложил? - Я не буду это продолжать, - хмыкаю. – Прошу тебя, устрой мне истерику дома, а сейчас просто открой. - К черту иди! – рявкает. - Чарли! – кричу, не сдерживая эмоции. Она меня жутко разозлила. - Холи, поехали, мы тебя подбросим, - голос Асманда через всю парковку. Я замираю и вижу, как во взгляде жены поселяется сам дьявол. - Чарли, - шепчу. - Пошла к черту. Ты и твой белый датский член! Оба идите к черту. - Я вообще-то норвежец, - Асманд совсем рядом. - Уходи. Прошу тебя, уходи! Умоляю! – поворачиваюсь к нему. - Она тебя не повезет, только и делает, что к черту посылает. Мы отвезем. - Уходи, - шепчу. Сейчас разрыдаюсь. - Иди с ним, Холи. Он же дело говорит. - Чарли, перестань. Асманд, какого черта ты приперся? - Тебя не стыдно? – мужчина смотрит на мою жену. – У нее ведь рука повреждена. Сочувствие. Слышала про такое? - Ты трахал мою жену. Слышал про такое? На твоем месте я бы засунула свои нравоучения куда подальше и даже не смела говорить со мной! Хочешь увезти ее? Пожалуйста! Забирай! – садится в машину. - Чарли! – сжимаю кулаки. Вот так вот просто отдала меня? – Халланд! Иди к черту! Не надо меня никуда везти! Уходи! – смотрю на него. – Забирай своего друга и проваливайте! – рычу Реджи, который только-только прибежал на крики. - Что случилось? – тяжело дышит. – Эй! Куда она едет? – кивает на движущуюся тачку Чарли. – Уйдите! – дергает нас с Асмандом за руки и Чарли уносится с парковки. - Мало ты мне всего испортил? – смотрю на Асманда. По щекам катятся слезы. – Кто тебя просил? Ну что ты привязался ко мне? Халланд! Иди к черту! Отвали от меня! Никогда больше даже не смотри в мою сторону! - Холи… - начинает он. - Никогда! Больше никогда! – рявкаю, разворачиваюсь и несусь к своей машине. Как мне ее вести? Рука болит. - О’Доннелл! – Реджи бежит за мной. - И ты не смей со мной разговаривать! Еще одно слово и я завалю отдел кадров заявлениями о домогательствах! - Да угомонись ты! Стой! – просит. - Ненавижу! – рычу, прибавляя шаг. - Гребаная пансексуалка! – бросает мне в спину. - Пошел к черту! – высоко поднимаю руку с выставленным средним пальцем. Кем он, мать его, себя возомнил? - Стоять! – догоняет меня, зажимая в тиски мой локоть. - Отпусти на хрен! – рычу. – Мне больно! - - Нифига страшного. - Если у меня останутся синяки, клянусь, я тебя засужу! – смотрю ему в глаза. – А теперь… Отпусти меня, - шепчу. Он часто моргает и ослабляет хватку. - Ты что правда очевидного не замечаешь? - Иди на хрен, Реджи! – поправляю куртку на плече. – Не имей привычки меня так хватать. И вообще не трогай меня больше. - Ну все. Прости. - Не прощу, - иду к машине. Ненавижу эту тачку! - Ты же не можешь меня заткнуть. - К сожалению, - сжимаю зубы. - Но слушать можешь. Остановись. - И не подумаю. - Имей уважение. - Я не хочу слушать. Ничего не хочу слышать. Что бы ты не сказал, все это будет чушью, которую ты не фильтруя, льешь в уши каждому, у кого между ног ничего не болтается. Хочешь дружить со мной – оставь меня в покое сейчас. - Я извинюсь перед Асмандом за тебя. - Не смей! – резко разворачиваюсь. – Он этого не заслужил! Мне не за что перед ним извиняться. Он полез меня защищать, хотя его никто не просил. - Ты себя слышишь? Он защищал тебя! - От собственной жены? – свожу брови. – Что бы она мне сделала? - Не знаю. Что угодно. - Я уже большая девочка, спасибо, - открываю дверь своей машины. - Ни к чему этот разговор не приведет? – смотрит на меня. - Угадал, - завожу мотор. – Прости за то, что видел. Пока, Реджи! – выезжаю с парковки. Пролетаю по улице и сворачиваю на улицу Двадцать первого апреля, торможу и задыхаясь от нахлынувших слез упираюсь лбом в руль. Прости! Я не хотела. Я ни за что не хотела так с тобой поступать. Прости! «Ты не должен был», - печатаю левой рукой. «Тебя спросить забыл. Если тебя это устраивает – меня нет. Я высказался. Пусть не думает, что тебя некому защитить», - почти сразу отвечает. «Я сама могу за себя постоять», - вытираю нос. «Что-то я не заметил». «Прости меня. Спасибо, что сделал это. Но больше не нужно. Она мне дома устроит». «Я живу в Армениан Харитедж. Пятый этаж. Лифт сегодня работает», - и смайлик в конце. «Спасибо. Но думаю, я справлюсь. Хорошего вечера». «Мои двери открыты для тебя всегда», - последнее смс от него. Я успокаиваюсь. Он не злится на меня. Для меня это важно. Зато наверняка Чарли злая, как сам черт. Пофиг. Она и так все время орет на меня. Пускай хотя бы сегодня у нее будет повод. Но дома ее нет, и ее тачки тоже. Я не особо переживаю на этот счет – она просто не хочет меня видеть. Но к ночи начинаю нервничать. Она не отвечает на звонки. Когда к полуночи я просто задалбливаю ее своим вниманием, она пишет мне смс, чтобы я от нее отвалила и не названивала всю ночь. Утром эта дамочка появляется, как ни в чем не бывало с пакетом новых шмоток от Луи и легинсами для занятия в зале от Найк для меня. Она помнит, что свои я порвала на прошлой неделе. Говорить ни о чем не хочет, и весь день сидит перед телевизором, поглощая соевое мороженое и сухое печенье. Пофиг. Хорошо хоть не орет.