Все благодаря тебе!

Ища девушку, я соображал над ее действием в пьесе. Возможно ли то, что она испытывает ко мне чувства или я ошибаюсь? Но тогда, что значит ее поцелуй? Я дотронулся до губ своих и улыбнулся, вспоминая этот сладкий и трепетный момент. Обойдя все закулисы, я так ее и не нашел, пока не услышал голос Рэй и Минако. Я остановился, сам не зная почему. — Ну и что ты разревелась? — Я плохо видел их, было немного темно, а еще что бы меня не заметили я стоял поодаль от них, прячась за занавеску. — Усаги, ну не плачь. — Это была светловолосая. Она стояла лицом ко мне и смотрела на подруг. Те же сидели на выступе ко мне спиной. Девушка, что завладела моим сердцем немного подрагивала и шмыгала носом. — Я... Я сама не знаю. — Она даже головы не подняла. В груди закололо от того, что я сделал что-то не так. — А если он меня возненавидит? — Ну что за глупости? Ты же сама сказала, что он тебя второй раз сам поцеловал! Хватит тут сидеть. Тебя нужно привести в порядок, вон смотри, — Она подняла ее лицо и вытерла слезы с глаз. — вся тушь растерлась! — П-простите. — И снова она захныкала. — Можно я тут еще посижу чуть-чуть? — Пойдем Рэй, ей нужно подумать одной. — Когда Минако схватила Рэй под руку, я был уверен, что видел как она мне подмигнула и улыбнулась. Девушка еще сидела там, а вот я так и не решился подойти. Но через мгновение она встала, вытерла слезы и решительно пошла в мою сторону. Тогда-то моя рука и дернулась. Я резко схватил ее за запястье и потянул на себя, она даже ахнуть толком не успела. Укрывшись вдвоем за занавеской, что бы нас не увидели, я уткнулся в ее голову и обнял ее. Мы молчали. Я держал ее в объятиях, а она и не пыталась вырываться. — Прости. — Я расслабил хватку и она посмотрела в мои глаза. Скорее всего сейчас я выглядел очень жалко. — За что ты извиняешься? — На ее лице был румянец, но она не отвернулась. Я просто мотнул головой и вновь уткнулся в ее макушку. Она тоже меня приобняла. — После спектакля, — Я подбирал слова, что бы не спугнуть ее, — не хочешь сходить со мной посмотреть фейерверки? — Ну конечно! — Она отодвинулась и улыбнулась мне. — Я же тебе обещала, помнишь? — Вскоре нас всех позвали и прозвенел звонок, оповещающий всех о начале, ей успели нанести новый грим и она вышла на сцену, поднялась на балкон вместе с Нару, затем занавес подняли. Джульетта(Уса): — Ты знаешь, кто был тот незнакомец? — Она обратилась к девушке. Кормилица(Нару): — Его зовут Ромэо, он Монтекки! — Уса сделала удивленное лицо и немного ахнула. — Сын вашего заклятого врага! Джульетта(Уса): — Из ненависти выросла любовь... — В этот момент она смотрела на меня. Рэй меня пихнула в бок и коварно улыбнулась. "Ну началось..." Тут Нару ушла и сейчас был мой выход. На меня накинули накидку, свет приглушили, создавая ночную атмосферу, а сама девушка отвернулась от балкона и делала вид, что расчесывает волосы. Ромэо: — Но что там? — Я вышел и послышались девчачие визги. Я даже запнулся немного. — Джульетта - солнце. Завистницу луну убей. О, солнце! — Я делал маленькие шаги, иногда останавливаясь и смотря все еще не отводя взглядов от девушки. — Она от зависти бледна, больна, что ты ее служанка - стала краше! — Девушка в этот момент повернулась и делала вид, что смотрит вдаль. Она облокотилась о перила и улыбалась. — Вот - госпожа моя! Любовь моя! — Она покраснела пуще прежнего, я не сдержал улыбки. — О, знала б кто она. Как ясный день собой свечу затмит. Так звезд сильнее свет ее ланит. И птицы б, ночь приняв за день, запели! — Я остановился и смотрел на нее. — Когда б в ночи ее глаза горели. — В этот момент она склонила голову на ладонь. — Щекой склонилась на руку она. О, быть бы мне перчаткой, что бы касаться ее щеки. Джульетта(Уса): — Увы мне... — Она начала говорить, улыбаясь. Ромэо: — Говорит! — Я подошел еще чуть ближе. — О, светлый ангел, говори! Джульетта(Уса): — Ромэо, Ромэо... — Она выпрямилась, но продолжала улыбаться. — Почему же ты Ромэо? От имени и дома отрекись! А если не захочешь, поклянись в любви и я не буду Капулетти! Не ты, а имя лишь твое мне враг! Ты сам с собой, ты вовсе не Монтекки! Что имя... Роза бы иначе пахла? Когда б ее иначе называли? — Она смотрела вверх, щеки ее горели как и глаза. Ее улыбка будоражила мое сердце и я сам начал улыбаться. — Ромэо, сбрось же это имя! Взамен его возьми меня ты всю... — Я подошел максимально близко. Ромэо: — Ловлю тебя на слове! — Крикнул я и вновь послышался радостный вздох со стороны зрителей, а девушка "удивилась" и посмотрела на меня. — Назови меня любовью! Вновь меня окрестишь и с той поры не буду я Ромэо! Джульетта(Уса): — Кто ты, что под покровом ночи, тайну мою проведал? — Она сделала серьезное выражение лица. Ромэо: — Не знаю как себя по имени назвать. Мне мое имя стало ненавистно, ведь оно твой враг! — Я снял капюшон, а затем начал взбираться по прикрепленной лестнице, которую мы скрыли растениями и цветами, выглядело, буд-то я и вправду по стене взбираюсь. Джульетта(Уса): — Как ты попал сюда? И для чего? Тебя убить ведь могут! Ромэо: — Любовь, на крыльях принесла меня! Ведь для любви и камень не преграда. На все любовь посмеет посягнуть! И не помеха мне твои родные, а вот глаза твои опасней мне чем двадцать шпаг! — Она в этот момент улыбнулась, да так ласково, что я вновь запнулся и просто взбирался вверх, смотря в ее блестящие глаза. — Ласково взгляни и я тебя от бед защищу. Джульетта(Уса): — Лишь бы они тебя не увидали! — Послышалась легкая музыка скрипки и виолончели. Ромэо: — Зато услышал я твои признания! — Я уже сидел на краю балкона, смотря на девушку. Сейчас казалось не существовало никого вокруг. Только я и она. Я вновь представил, что мы и впрямь вернулись на пару веков назад, что мы и есть те самые возлюбленные. Джульетта(Уса): — Мое лицо пылает от стыда. — Это была правда. Оно у нее и правда пылало, хотя я и сам чувствовал как покраснел. — Меня ты любишь? Знаю скажешь да, но ты не торопись! — Она пронзительно посмотрела на меня, буд-то спрашивая, реально я ее люблю? И я хотел ответить "Да". — Ведь ты обманешь! Над любовной клятвою смеются боги. Я ветрена, подумать можешь ты, коль не подслушал, ты бы не узнал... Поверь, надежней буду и верней, чем те, что скромничают по расчету... Ромэо: — Клянусь благословенной я луной! Джульетта(Уса): — О, не клянись изменчивой луною! Что меняет лик свой каждый месяц, чтобы любовь изменчивой не стала! Ромэо: — Но чем же класться мне? — Я уже стоял около нее и мы были очень близки. На балконе было мало места для двоих, но нам это никак не мешало. Джульетта(Уса): — Ты не клянись, наш сговор... Он слишком скор, внезапен... Ромэо: — Нет! — Я притянул ее к себе за талию и все вновь ахнули в зале. — Наша любовь будет вечной, я обещаю! Кормилица(Нару): — Джульетта! — Послышалось вдалеке и я очнулся будто ото сна. Я быстро осмотрелся и понял, что это все игра, но не выпускал девушку из рук. Джульетта(Уса): — Доброй тебе ночи! — Она хотела уйти, спустится по лестнице, но я схватил ее за запястье и улыбнулся. Ромэо: — Не одарив меня, погонишь прочь? — Она остановилась и повернулась ко мне, снова краснея. Джульетта(Уса): — Какой же дар ты хочешь в эту ночь? Ромэо: — Любовной клятвы за мою в обмен! Джульетта(Уса): — Я отдала тебе ее раньше, чем попросил ты! Кормилица(Нару): — Сударыня! Ромэо: — Боюсь не сон ли это? Слишком гладок он, что б быть реальным... Джульетта(Уса): — Коль любишь ты и думаешь о браке, — Я только кивнул, — на утро я кормилицу пришлю, узнать когда и где венчаться хочешь. И я судьбу к твоим ногам сложу и за тобой пойду на край вселенной. — Она своей маленькой и холодной ладошкой обвила мою щеку и снова мило улыбнулась, а я ее поцеловал, уже без разрешения, ведь знаю, что ответит. И она ответила. Не хочу, что бы этот миг когда-нибудь кончался. — Разойтись нет мочи! — Мы отпрянули и она отошла от меня, оставляя лишь в моей ладони свою. — Так и твердить во век, Спокойной ночи! — И она ушла. Я же перелез обратно и спустился вниз. Занавес спустился и мы убрали декорации, выставляя на сцену новые. Мы сыграли и дальнейшие сцены, включая венчание, драку с Тибальдо. Макото вновь выступила лучше всех. С зала так и слышались всхлипы когда Меркуцио погиб. Плакали все, я краем глаза даже Мотоки заметил, что на пару с Рэйкой ревел в один платок. Я чуть со смеху не покатился, но сумел сдержать себя, впрочем как и остальные. Каждый раз как мы репетировали эту сцену, мы потом смеялись, но тут сумели сдержать свои эмоции. А потом я заколол Макото. Она так долго умирала, что я все таки не выдержал и отвернувшись от зрителей засмеялся. Девушка сама хихикала лежа. Когда пришла пора выдавать Джульетту замуж за Париса, Ятен, что играл ее отца, так кричал, что все смотрели с замиранием сердца, а сама девушка вместе с Нару по правде расплакались. Рэй же, что играла ее мать, делала вид, что плачет. В этой сцене, она и выпивает бутылек с ядом, когда никто не видит и якобы умирает. Письмо до Ромэо не доходит, но вместо правды, он узнает, что его возлюбленная мертва и он бросается в путь, что бы ее в последний раз увидеть. Парис(Сейя): — Не уж то изгнанный гордец Монтекки? — Начал Сейя. В его взгляде я читал ревность, хоть он и видел, что Усако его точно уже не примет как парня. — Убийца благородного Тибальдо. Джульетта умерла, скорбя по брату, а ты явился осквернить могилу? Сразимся же! Ведь ты достоин смерти! — Он вытащил шпагу и пошел на меня. Ромэо: — Как раз за нею я пришел сюда. — Я вытащил свою и протянул ему. Парис(Сейя): — Что струсил? — Он толкнул меня. Я вытащил свою шпагу и нанес первый удар, который он отбил. Мы начали сражаться, нанося удары и делая вид, что применяем удары руками или ногами. Но вот он открылся и я нанес решающий удар, он сделал вид, что я его пронзил и упал на землю. Я прошел к девушке, что лежала на пьедестале, покрытая прозрачной вуалью. Ее кожа была бледновата, но некий румянец еще был, зрители не видели, что ее глаза подрагивали, а еще она старалась дышать очень медленно, создавая иллюзию смерти. Ромэо: — Жена... — Прошептал я в микрофон и чуть наклонился к девушке. — Пришла пора остаться здесь с тобою. — Я отдернул вуаль, что почти ее не скрывала и провел по ее щеке рукой. — Джульетта и в смерти ты прекрасна. — Я взял ее руку, поцеловал и приложил к своей щеке. — Из этого дворца зловещей ночи, я не уйду. — Я достал бутыль с ядом и сел на пьедестал. Открыв крышку я выпил содержимое и упал на девушку, а та в свою очередь наоборот начала просыпаться ото "сна". Джульетта(Уса): — Нет! — Она подхватила меня и забрала склянку, я же занял ее место и теперь она склонилась надо мной. — Не-ет! — Проведя по моей щеке, в ее глазах застыла печать, вновь она восприняла это всерьез и вот-вот польются слезы. — И ни капли не оставил мне? Ох жадный ты Ромэо! — Ее голос подрагивал, в зале вновь послышались всхлипы и рыдания. — Я поспешу! — Она выхватила кинжал с моего пояса и поднесла острием к груди. Послышалась печальная музыка и она "проткнула" себе грудь, сваливаясь на меня. Сказитель (Учительница) — Скорбит сегодня солнце вместе с нами! — Сенсей вышла на середину сцены и печально заговорила. — Закрыла лик густыми облаками! Ведь нет печальней повести на свете, — Она выдержала паузу. — Чем повесть, о Ромэо и Джульетте! — Весь зал встал и начал нам хлопать. Было очень много оваций и криков. Мы же встали и все вместе вышли на сцену, поклонились и ушли.