Чёрное и Жёлтое

      Харгрейв до сих пор не мог привыкнуть, что война уже позади, и уже ничего не угрожает спокойствию тёплым кроличьим норам. Королевство стало единым, но генерала часто мучили кошмары, основанные на воспоминаниях молодости, когда он был лишь обычным офицером на службе у ныне покойной императрицы.       Лапы судорожно метались по постели в поисках оружия, а тело нервно вздрагивало, словно в очередной раз переживая боль от перенесённых ран, что побеспокоило спящую рядом супругу.       Раскрыв глаза, крольчиха сразу поняла в чём дело, и слегка потрясла своего мужа, чьи уши и серый мех буквально встали дыбом, как от очень сильного испуга.       — Милый, просыпайся, — тихим голосом промолвила самка, чтобы ещё больше не взбудоражить своего и без того напряжённого супруга, после чего придвинулась к нему поближе.       — Я снова видел, как попал в засаду Крыс, — полусонным голосом промолвил эрл, крепко обняв свою жену, — но ты опять меня спасла.       — Спи, нам завтра ещё идти на совет Клана, — ответила чёрно-белая крольчиха, уже в уме предполагая, какие вопросы там поднимут. Переселение на поверхность шло полным ходом, и сейчас требовалось всё больше нового жилья, пригодного для жизни в необычных условиях, а стремительный рост населения ещё больше сокращал сроки планируемой застройки. Необходимо срочно найти ещё несколько бригад рабочих для отделки уже готовых домов…       Мысли о работе непрекращающимся потоком нахлынули в голову Элиссии, не давая ей снова уснуть. До утра оставалось ещё очень много времени…       Крольчиха тихо встала с кровати и посмотрела в окно на лежащие внизу улицы, чтобы освежить в памяти набросанные в уме схемы планировки будущих районов.       Город спал, мелькали лишь редкие проблески горящих окон.       В большинстве своём, кролики вели дневной образ жизни, и лишь немногие из них позволяли себе бодрствовать ночью. Под землёй же, не было определённого разделения на время суток, и только строгий график проведения работ не позволял сбиваться ежедневному ритму.       Прикосновение мягких лап к плечам вырвало крольчиху из приземлённых раздумий.       — Похоже, моей дорогой супруге сегодня тоже не до сна, — мягко обняв жену за талию, прошептал Харгрейв, — предлагаю обсудить всё за чаем.       Мягко улыбнувшись, крольчиха ласково взглянула на мужа, который сейчас был в хорошем расположении духа, и проследовала за ним. Слуги уже давно спали, из-за чего хозяевам особняка пришлось самим идти на кухню. Тихо переговариваясь между собой, супруги оживлённо, иногда опуская редкие смешки, обсуждали остро интересующие темы.       Обычно холодные и высокомерные с другими, эрл и имперский архитектор, только у себя дома могли по-настоящему расслабиться, не следуя навязанным правилам высшего общества. В присутствии других знатных лиц такое поведение могло считаться слабостью и, наверняка вызвало бы очередную волну сплетен. Но для завистников и так находилось множество поводов прошерстить личную жизнь супругов.       Харгрейв Гордолап, прозванный за свой суровый характер Громовым Эрлом, считался выжившим из ума стариком, цеплявшимся за прошлые, безвозвратно ушедшие времена. Правда, сказать это в лицо самому генералу так никто и не осмеливался, так как он был злопамятным и скорым на расправу кроликом. Оказаться соперником Харгрейва на дуэли не хотел никто. В стрельбе эрл мог потягаться меткостью с разведчиками Клана Волков, но в отличие от них, предпочитал огнестрельное оружие, которым владел в совершенстве.       Никто не знал, чем его привлекла генерала уравновешенная и спокойная Элиссия, которая хоть и была талантливым архитектором, но не имела больших подвязок в высшем свете. Многие говорят, что столь странный союз с большой разницей в возрасте был создан только на деньгах и влиянии эрла, который даже сейчас являлся не последним лицом Клана. Также почвой для разговоров являлась вечная занятость супруги, которая вместо того, чтобы сидеть дома и нянчиться с детьми, как подобает благовоспитанной даме, оставляет их на слуг, а сама вечно пропадает на стройках. Но мало кто вспоминает о новой, более удобной планировке домов и крепких безопасных городских стенах на поверхности.       Конечно, в мирное время, когда нет необходимости в защите, трудно оценить все приложенные усилия, но подобные разговоры очень расстраивали крольчиху, и Харгрейв знал об этом. Ему часто говорили о том, что супруга холодна, бессердечна и попросту использует его богатство и связи.       На самом же деле, Элиссия глубоко уважала и тепло относилась к мужу, собственно, как и он прекрасно помнил о том, что без своей супруги вряд ли бы сумел во время Войн Кланов отразить долгий натиск более сильных противников и спасти множество жизней. Вдвоём, супруги прошли через многое, чтобы слушать глупые сплетни. Они были счастливы, так как доверяли друг другу, и на это были свои причины.       Всё началось ещё до объединения кланов в единое королевство. Кролики только начали покидать свои подземные жилища в поисках плодородных земель и пропитания, но другие Великие Кланы давно наблюдали за новыми соседями и были совсем не рады быстрому росту населения ушастых грызунов, которые хоть и вели себя мирно, но представляли собой другую опасность: расселение и вытеснение коренных жителей из привычных мест обитания.       Живущие по соседству миролюбивые Медведи, поначалу обрадовались появлению новых соседей, с которыми стали налаживать сотрудничество, но вскоре поняли, что Кролики не так просты, как кажутся и начали относиться к ним с большим подозрением. Несмотря на непривычные условия, кролики смогли в кратчайшие сроки укрепиться на новых землях и стремительно развивались технически, имея доступ к природным ресурсам и технологиям.       Волки, считавшие себя сильнейшим и достойнейшим кланом, свысока смотрели на тех, кого их дикие предки нещадно истребляли, но в открытое столкновение пока не вступали, присматриваясь к потенциальным врагам.       Крысы, являвшиеся ещё одной доминирующей стороной, какое-то время держали нейтралитет, в надежде урвать для себя что-нибудь полезное.       Ситуация становилась напряжённой, и необходимо было подготовиться к открытому столкновению с одной из сторон, либо же со всеми сразу, которое рано или поздно произойдёт. Предстояло проделать очень много работы, пока ещё позволяло время.       Тем временем, молодая крольчиха-архитектор пыталась закончить один из вариантов крепостной стены для строящегося города по заказу одного высокопоставленного лица. И если верить слухам, это высокопоставленное лицо должно будет сегодня посетить её.       — Хороший чертёж, но в нём есть один изъян, — неожиданно сказал за спиной властный голос незнакомого кролика, после чего серая лапа указала на еле заметный уступ, — если сюда попадёт снаряд — всё очень быстро рухнет.       Испугавшись, но, не подав виду, Элиссия медленно развернулась и поклонилась перед незваным, но очень почитаемым гостем. Несмотря на деревянный протез, вместо отсутствующей задней лапы, генерал сумел зайти настолько тихо, что оставался незамеченным уже в течение некоторого времени. Его свита осталась снаружи, и в мастерской он находился совершенно один.       — Какая честь для меня, принимать в гостях столь знатное лицо, — ответила Элиссия, — чем могу быть обязана?       — Я пришёл к вам по приказу Её Императорского Величия.       Уши крольчихи невольно встрепенулись, отчего жёлтый берет съехал на глаза, а затем упал на пол, что заставило Харгрейва немного улыбнуться.       — О, не стоит так волноваться, госпожа Элиссия, — подав головной убор, ответил генерал, — лучше прочитайте здесь.       Архитектор взяла из лап гостя свиток, в котором был указ о найме лучших зодчих Империи для постройки поверхностных укреплений.       — Я решил заняться этим поручением лично, так как совсем скоро грянет война, и нам нужен надёжный тыл.       — Вы можете посмотреть ещё чертежи моих работ, — взволнованно начала крольчиха, но вскоре была прервана гостем.       — Да, я наслышан о Ваших работах, как и о Вас самой, — отмахнулся генерал, нахмурив свои белые кустистые брови, — Вы, как и я — любите по несколько раз перепроверять информацию, следить лично за самой сложной работой и получать прекрасный результат. Я изучил множество кандидатур и считаю, что Вы достойны шанса послужить общему делу. Собирайтесь! Мы отправляемся.       После чего генерал развернулся и твёрдым шагом вышел из мастерской. Редко кто смел ему возражать. Элиссия какое-то время ещё не смогла отойти от полученного шока, ведь не каждый день к ней в мастерскую приезжает столь влиятельное лицо и нанимает на работу.       Собрав необходимые инструменты, она идёт навстречу посланному Харгрейвом слуге, и уезжает.       Работать приходилось очень много и напряжённо, сроки поджимали, но уже ближе к зиме, группе архитекторов и их бригадам удалось достроить и утеплить ещё один поверхностный город.       Генерал периодически навещал свою подопечную, критикуя чертежи с военной точки зрения. На что Элиссия поначалу раздражалась, но потом стала мотать на ус замечания эрла, и однажды он, увидев очередной проект, лишь удовлетворённо кивнул головой и ничего не сказал, что было высшей похвалой, так как сварливый Харгрейв был не расточителен на добрые слова.       Зато, рабочие могли часто замечать появление генерала на объекте, где они с архитектором обсуждали расстановку домов, количество и положение стрелковых башень, а также войск в гарнизоне. Так и поползли первые слухи о более тесной связи с архитектором.       Затишье могло в любой момент закончиться, и первым тревожным звонком стало убийство одного из министров. Кто-то незаметно пролез к нему в дом, и задушил во сне, отчего слуги спохватились его только после обеда.       Паника поползла по стране, так как уровень преступности у кроликов всегда был низким, и обычная краже, не то, что убийство, казались уже чем-то диким. Круг знати зашумел с новой силой, каждый боялся оказаться следующим.       Несмотря, на творящееся вокруг безумие, Харгрейв оставался спокоен. Он сидел в кресле у камина и попивал чашечку Бабл Ти, наслаждаясь мерным треском поленьев. У него была запланирована только одна вечерняя встреча в неформальной обстановке, так что генерал в кои-то веки позволил себе расслабиться.       В дверь кто-то постучал, заставив уши кролика встрепенуться. Дав указ слуге встретить гостя, генерал налил из заварника ещё одну порцию ароматного напитка, и хмуро отхлебнул глоток, увидев вместо ожидаемого лица, крысу. Приподняв широкую бровь, он изучающе посмотрел на пришельца.       — Кто дал Вам право появляться здесь? — спросил генерал, отставив чашку в сторону, и встал в полный рост, возвысившись над гостем.       — Я — Сарк, гонец клана Крыс. Пришёл с посланием от Девяти Семей, — смело глядя своими глазками-бусинами, промолвил незнакомец.       — Что ж, давай его сюда, — протянув лапу, более дружелюбным тоном промолвил эрл.       Содержание письма заставило Харгрейва задуматься. Крысы просили о помощи в разгоревшейся гражданской войне, где два крупных аристократа, претендовавших на роль правителя страны выясняли между собой отношения в весьма крупном масштабе. Также в письме указывалось, что к одной из противоборствующих сторон присоединились и Волки.       «Полная бессмыслица! — решил про себя Харгрейв. — Ни за что не поверю, что Волки помогают этим грызунам. Наверняка дело не обошлось без отщепенцев из Бандитского Клана…»       Подняв взгляд, генерал спросил:       — Волки? Неужели они сунули свои мокрые носы и в это дело?       — Да, господин. Мы отправили гонцов ещё в земли Медведей, но пока что от них не приходило никаких вестей. Так что единственная надежда только на вас.       — Мне нужно выдвинуть ваше предложение на Совете Клана, — немного промолчав, ответил Харгрейв, — но на быструю помощь не рассчитывайте. Я и усом не шевельну, пока не буду полностью уверен в серьёзности данной ситуации. Так и передайте своим повелителям!       Спешно написав ответное письмо, и оставив на нём свою печать, генерал вручил его посланнику, после чего приказал своим слугам найти гостю номер на постоялом дворе и выпроводить того прочь из дома. В глубине души эрл хотел посадить гонца под арест за столь резкое вторжение на его территорию, но неуважительное положение к послам могло сильно аукнуться и пошатнуть хрупкое равновесие, в кои то веки установившееся между кланами. Так что сейчас самым правильным решением было отпустить крысу с миром, но и предоставлять тому радушный приём у генерала тоже не было никакого желания. Он не доверял этому клану, а полученное известие вкупе с начавшимися беспорядками, ещё больше вызывали подозрения.       Наверняка, это пахло блефом, но и игнорировать такое послание тоже было нельзя.       Переваривая полученную информацию и сопоставляя факты, Харгрейв решил оставить данный вопрос до утра, чтобы не спеша обсудить его вместе с другими лордами клана Кроликов.       Как и ожидалось, известие о появлении Волков вызвало ещё больше шума, а также началась экстренная группировка войск, которую нужно было поскорее закончить. Стройка оборонительных укреплений шла полным ходом, и рабочие уже попросту падали с ног от переутомления. Но наступал ещё один новый день, и от соседей не поступало никаких вестей. Всё оставалось без изменений. Поползли множественные слухи о готовящемся нападении Северян, отчего зарождался риск возникновения внутреннего волнения граждан, уставших от постоянного напряжения и желающих только спокойной жизни. Большинство населения не хотело войны и подсознательно боялось своих заклятых врагов.       Многие предлагали вернуться обратно под землю и построить новые тоннели и норы, но это было равнозначно бегству и позволило бы другим Великим Кланам считать себя выше. Этого не должно произойти.       Жизнь на поверхности, о которой мечтали многие поколения Кроликов уже стала явью, и если за неё придётся сразиться, то так тому и быть. Только кроты могут всю жизнь не видеть солнца и питаться червями и мясом, кроликам же приходилось выходить на поверхность, так как в подземельях, практически не было растений, а опостылевшие грибы и корни вряд ли бы смогли заменить сочную зелень.       Они мечтали, что у детей не будет проблем с жизнью и пропитанием, и вместо затхлого воздуха и серых стен пещер, будет ожидать тёплое солнце и свежий ветер. В древние времена дикости, крупные хищники нещадно истребляли племена кроликов, отчего ради спасения своего вида, они скрылись под землёй, где не было естественных врагов. И немного освоившись там, смогли построить собственное государство, которое возглавил Матиуш Вислоух, объединивший всех своих сородичей.       В течение многих веков подземный образ жизни стал уже для всех привычным. Никто даже не думал вернуться на поверхность, пока некоторые смельчаки не стали делать вылазки наружу и приносить оттуда вести.       Мир изменился, и в нём стало намного безопаснее. Многие враги древности уже были истреблены или изменились до неузнаваемости, а сами кролики, прожив в тяжёлых условиях обитания, сумели очень хорошо приспособиться и использовать подземные богатства себе на пользу. Так у них появилась промышленность и выплавка металлов, которая очень помогла продвинуться в техническом плане. Наладив торговые отношения с другими расами, они выбрали не занятую никем из Великих Кланов территорию и начали готовиться к полному возвращению на поверхность. Это оказалось долгим процессом, занявшим не один десяток лет, но ситуация накалилась до предела именно сейчас, когда население кроликов стало достаточно внушительным. Совет Клана не мог позволить в одночасье рухнуть многолетним трудам. Большая ответственность свалилась на Харгрейва, и он начал усиленно готовить войска для обороны. В земли Крыс и Волков уже отправились гонцы, но никаких известий от них так и не поступило. Плохой. Очень плохой знак.       «Великое искусство войны — сломить защиту врага, не вступая с ним в схватку», — вспомнились слова одного древнего полководца, и сейчас, похоже, кто-то активно применял этот принцип, истощая терпение кроликов. Конкретный враг был неизвестен. Им мог оказаться, как Волк, так и Крыса, тихо плетущая свои козни.       После очередных учений, Харгрейв оказался в одном из городов, где проводилось ведомое Элиссией строительство. Зная её привычку лично присутствовать на объектах и руководить их постройкой, генерал решил заглянуть к своей протеже, которую уже давно не видел. Распустив солдат в казармы, эрл, вместе с парой кроликов-ординарцев, составлявших его свиту, направился к месту стройки, где виднелся остов незаконченного здания.       Приказав рабочим позвать леди Элиссию, генерал с интересом стал осматривать объект, но не осмелился пройти внутрь, так как в недостроенном помещении могло в любой момент что-нибудь рухнуть. Посторонним запрещалось находиться на стройке в целях собственной же безопасности.       Терпеливо ожидая архитектора, кролик уже начал изрядно скучать, так как самка уже долгое время не появлялась. Он знал, что Элиссия не посмеет игнорировать или отказывать в визите, но генерал уже начинал сердиться. Никто не смел заставлять ждать его так долго, и, потеряв всякое терпение, он пошёл внутрь, намереваясь убедиться, что всё в порядке. Он не подозревал никакой опасности, и был неприятно удивлён, когда доска под ногой треснула, и деревянный протез провалился вниз, прочно застряв там. Выругавшись, Харгрейв попытался вытащить ногу, но вскоре услышал, как его окликнули.       Обернувшись, генерал увидел спешившую к нему Элиссию, в сопровождении собственных слуг, но в следующее мгновение почувствовал резкую боль, после чего потерял равновесие.       Огромный арбалетный болт, пробил своей тяжестью лёгкий доспех эрла, заставив того рухнуть на голые твёрдые доски. Убийца явно целился в голову, намереваясь прикончить генерала одним выстрелом, но по какой-то неясной причине промахнулся, отчего снаряд застрял между рёбрами, причиняя невыносимую боль при каждом вдохе.       Харгрейв попытался встать, но ему этого не удавалось. Подбежавшие ординарцы окружили генерала и никого не пускали до прибытия помощи. Один из солдат уверенными движениями перебинтовывал рану, а Элиссия, едва отошедшая от потрясения, приказала рабочим вызвать врача и обыскать всю стройку, пока преступник не скрылся. Воцарились тягостные минуты молчания. Архитектору было очень страшно, так как вооружённые ординарцы уже направлялись к ней с целью арестовать за попытку покушения.       Бежать было некуда и незачем, но вскоре слабый голос генерала остановил двух вооружённых кроликов.       — Оставьте её!       Убрав оружие, военные встали рядом с самкой, пока не появился врач, после чего все молча ушли.       Крольчиха осталась совсем одна, подавленная и расстроенная. Из-за того, что на стройке оказались посторонние, она теперь является первой подозреваемой в покушении на генерала, из-за чего могут возникнуть серьёзные проблемы. Элиссия не преследовала цели убивать эрла. Наоборот, услышав о прибытии Харгрейва, она была очень обрадована данным известием, так как тот наверняка мог дать какую-нибудь прибыльную работу. Да и как личность, он вызывал интерес не только своими военными успехами, но и трезвым прагматичным подходом к любому делу.       Элиссия уважала умных зверей и была приятно удивлена тем, что генерал думал совсем не о том, чтобы снискать уважение среди знати, а как лучше выполнить свою работу. Это являлось их общей чертой, что и позволило кроликам наладить тёплые отношения между собой. И в один момент всё может быть испорчено. Бессильно сжав лапы в кулаки, архитектор пошла к себе в мастерскую, в очередной раз переживая моменты страха. Оставалось надеяться, что подчинённые смогут найти нарушителей.       Шансов на успех было мало, но рабочие справились отлично, и вскоре перед архитектором предстали связанные лис и горностай. Было видно, что те сопротивлялись и пытались сбежать, но барсуки-строители оказались более проворными, сумев догнать и скрутить преступников.       Наградив отличившихся рабочих, Элиссия поблагодарила их и сделала завтрашний день выходным. Бригада буквально спасла её, и крольчиха была крайне признательна ей. Только вот состояние генерала по-прежнему беспокоило. Как перенесёт он выстрел и сможет ли снова встать на лапы? В эту ночь архитектор никак не могла уснуть, разрываемая думами и сомнениями.       — Выстрел раздробил ключицу, но жизненно важные органы не задеты, — сказал пёс-врач, осмотрев бессознательного Харгрейва, — сейчас генералу нужен хороший отдых и покой, так что мы вынуждены забрать его в лазарет.       — Делайте, как считаете нужным, — ответила Элиссия, выслушав лекаря, — утром я вынуждена буду уехать в другое место, так что вернусь только через несколько дней.       — Он будет ещё здесь, — ответил врач, — такое быстро не проходит. Минимум недели две здесь полежит.       — Две недели? — неожиданно для всех воскликнул Харгрейв, резко поднявшись на кровати, но тут же схватился за грудь, опустив уши. Травма давала о себе знать, и тупая боль тут же напомнила о себе, заставив генерала сдавленно застонать и лечь обратно.       — Доктор прав, Вам лучше сейчас отдохнуть, — спокойно сказала Элиссия, сев рядом с кроватью, — прошу прощения за то, что допустила посторонних себе на объект. Они едва не убили вас, но были успешно схвачены моими подчинёнными. Злоумышленниками уже занимается городская стража.       — Нашли бы другое место для нападения, — отмахнулся генерал, с трудом проговаривая слова, — в любом случае, спасибо Вам. Я в долгу не останусь.       — Лежите, — обеспокоенно ответила крольчиха, но в глубине её разума рождались тяжёлые думы.       Что, если, нападения продолжатся, и следующей целью будет она сама? Наверняка враги генерала не остановятся на одной попытке покушения.       Попрощавшись, архитектор отправилась по своим делам. Неприятные мысли вернулись, заставив Элиссию лишь положить голову на лапы и заплакать, пока никто не видит. События сегодняшнего вечера очень испугали её, и теперь даже было страшно подумать о том, что произойдёт дальше.       Так же беспокойно чувствовал себя и Харгрейв. Он понимал, что на целых три недели выведен из строя, и за это время может произойти всё, что угодно. Неприятная мысль ошеломила эрла не хуже полученного ранее удара: злоумышленникам ничего не стоит подставить Элиссию, и тогда она понесёт очень серьёзное наказание. Необходимо было избежать этого.       Попросив у врача перо с чернилами, генерал начал писать здоровой лапой письмо с указаниями в столицу, после чего оставил своим перстнем с отличительным знаком Гордолапов печать и отправил через одного из своих слуг. Кто-то вёл войну внутри его собственной страны, пустив свои грязные лапы в её внутреннюю жизнь. Поймать такого врага было намного сложнее, чем выступать против него лицом к лицу. Враг знал, что в честном бою с большой вероятностью проиграет, и теперь строил различные гадости. Сейчас же оставалось только ждать и приходить в себя.       Харгрейва раздражала нынешняя беспомощность. Посмотрев на свой деревянный протез — ещё одно неприятное напоминание из прошлого, эрл, движением здоровой ноги прикрыл его одеялом и стал сверлить взглядом потолок. Сон никак не хотел приходить в потревоженный болью и мыслями разум.       Прошла неделя, и отсутствие новостей сводило генерала с ума. Оставался ещё один день постельного режима, но Харгрейву казалось, что он находится здесь целую вечность, и бездействие попросту давило на него.       — К Вам посетитель, — сказала медсестра, заставив эрла немного оживиться.       Возможно, пришёл ответ из столицы или же донесение из штаба о начале военных действий? Но нет, на пороге стояла Элиссия, которую генерал тоже был рад сейчас видеть.       — Смотрю, Вам сейчас лучше, — пройдя внутрь палаты, сказала она, — я беспокоилась.       — Думаю, это излишне, — отмахнулся Харгрейв, которому в глубине души было приятно ощущать к себе заботу, но показывать это при работниках лечебницы он не хотел, — даже когда я потерял лапу, через неделю уже находился в строю. Неспокойное было время… Сейчас же нужно подумать о Вашей безопасности.       — Я позаботилась об этом и наняла себе охрану, так как на улицах стало очень беспокойно.       — Вы умная женщина, госпожа Элиссия, я в Вас никогда не сомневался, — слегка улыбнувшись, промолвил генерал, — Вы мне даже нравитесь. Но, к сожалению, сейчас, когда Вы поймали то отребье, завели себе очень сильных и влиятельных врагов в лице их заказчиков. Теперь они знают, что Вы со мной заодно, и попытаются убрать нас обоих.       — Я всего лишь выполняла свою работу, и отсутствие посторонних лиц на стройке тоже входит в мои обязанности.       — Сейчас же я приказал солдатам охранять Ваши объекты, для предотвращения подобных «инцидентов». Многие могут посчитать, что в покушении замешаны Вы, но это будет только на руку нашим врагам, так что будьте осторожны.       — Вы очень добры, милорд, — потупив взгляд, ответила крольчиха, — но, боюсь, я не заслуживаю Вашего доверия…       — Прекратите! — приказным тоном прервал эрл. — У меня есть причины считать Вас невиновной. Не подвергайте их сомнению!       — Как скажете, — подавленным голосом ответила архитектор, отвернувшись. Ей было очень стыдно за произошедшее нападение, от которого Элиссия до сих пор не могла отойти. Некто, стоявший за спинами стрелков, мог запросто назначить награду и за её голову. Вмешавшись в покушение, крольчиха подставила под угрозу и собственную жизнь, но перебирая в уме все варианты, архитектор понимала, что всё сделала правильно. Если не приказ рабочим, то тогда возникли бы очень серьёзные проблемы уже с законом собственной страны. Долгие расследования, суд, который бы точно вынес обвинительный приговор и жирное клеймо на репутации, из-за которого можно было бы навсегда попрощаться со своей работой.       Иногда воображение рисовало более жуткий вариант событий, где снайпер оказался более метким стрелком, и на дощатом мостике стройки лежало в луже крови бездыханное тело с пробитой насквозь головой, отчего сердце крольчихи сжималось от страха, но подобные мысли она переживала наедине с собой, чтобы не показывать остальным своё беспокойство. Именно поэтому ей было неудобно находиться рядом с эрлом, но в то же время, Элиссия не могла не зайти к нему и не поинтересоваться самочувствием. Она обязана ему многим, ведь именно Харгрейв хорошо продвинул архитектора в карьере. Но сидящее в глубине души чувство вины постоянно напоминало о себе.       — Ну, полно Вам, — заботливым голосом, который, казалось был не свойственен генералу, промолвил кролик, с трудом приподнявшись с постели. Переломанная ключица по-прежнему болела, отчего каждое движение давалось с большим трудом. Пострадавшая лапа и место травмы были плотно зафиксированы, так что это заняло некоторое время, но даже несмотря на это, эрл положил здоровую лапу на плечо крольчихи и вымученно улыбнулся, — незачем себя казнить. Для этого есть специальные лица и сейчас они Вам не грозят.       — Вы правы, милорд, — после небольшой паузы ответила Элиссия, — мне стоит заняться более важными делами, нежели предаваться воспоминаниям.       — Вот и замечательно. И раз у меня сейчас случился вынужденный отпуск, то предлагаю завтра прогуляться по городу, а то в следующий раз эта возможность предоставится очень не скоро. Вряд ли что изменится за ближайшие пару дней.       — Я с радостью составлю Вам компанию, — улыбнувшись, ответила архитектор, после чего ещё раз посмотрела на сидящего рядом эрла. Этого зверя многие боялись и ненавидели. Имея дерзкий характер и являясь высоким крупным серым кроликом, он мог сразиться с волком и выйти из этой схватки победителем, что сильно ломало поведенческие шаблоны его соотечественников.       Возможно, именно благодаря этому, он и являлся лидером в армии кроликов, потому что не боялся идти первым, несмотря на подстерегающие опасности, тем самым вдохновляя своим примером остальных. Имея за плечами множество сражений, которыми сопровождались первые годы Переселения, Харгрейв смог дослужиться до поста генерала и сейчас успешно исполнял свои обязанности. Конечно, дело не обошлось без знатной родословной и нужных подвязок, но мало кто мог сказать, что он занял свой пост незаслуженно.       Харгрейв жил войной и никогда не понимал своих коллег, которые отъедались и жирели на государственных харчах. Своих офицеров он тоже заставлял усиленно проходить физическую подготовку, так как всегда был риск остаться против врага в одиночестве, тем более, что на поле боя важной целью всегда являлся командир. Генерал не раз сталкивался с различными убийцами, но ни один из них так и не добился своей цели. Многие из них уже лежат в земле, в то время как он продолжает своими лапами топтать землю.       Сейчас же, казалось, перед ней сидел не генерал, а обычный уставший кролик, лишённый своего устрашающего образа и навязанных манер. Часть груди и перевязанная лапа были плотно зафиксированы в гипсе, отчего левая сторона тела Харгрейва казалась ненастоящей, и он выглядел сейчас довольно странно. Заметив, на себе пристальный взгляд, эрл перекинул здоровой лапой одеяло как плащ, закрыв тем самым повреждённую конечность.       — Не люблю, когда на меня так смотрят, — прокомментировал он, — особенно неприятно было, когда поставили протез. Эти взгляды, полные жалости. Просто выворачивает от них. Столько времени прошло, но всё равно раздражает. Не люблю чувствовать себя беспомощным, особенно перед дамой.       — Врач сказал, что при правильном уходе, всё пройдёт бесследно…       — Но какое-то время мне нельзя будет стрелять, чтобы не сместить отдачей кости.       После чего генерал замолчал, но его янтарные глаза загорелись от пришедшей в голову догадки:       — Кажется, я понял! — Лежащие уши Элиссии поднялись от любопытства, а сама она удивлённо взглянула на резко воодушевившегося Харгрейва, после чего он продолжил. — Им не обязательно было меня убивать. Заказчик просто хотел вывести из строя. Необходимо срочно отправляться в штаб. Спасибо вам, госпожа Элиссия! Когда я решу это дело, мы обязательно с Вами встретимся!       После чего он радостно вскочил с постели и поцеловал сидящую рядом крольчиху в макушку. Но та, видимо, не оценила этот жест и преградила дорогу, выставив вперёд свою пушистую грудь и оперевшись на посох, который по каким-то причинам постоянно носила с собой.       — Вы никуда не пойдёте! — строго сказала она.       — Что? Вы смеете мне запрещать? — удивлённо подняв свою кустистую бровь, воскликнул Харгрейв. — Даже в таком состоянии я могу запросто сделать вам больно, так что давайте сейчас решим всё по-хорошему.       Крольчиха была ростом ему по грудь, но зрелище обозлённого генерала ничуть её не смутило. Архитектор не сдвинулась с места, и лишь спокойным властным тоном ответила:       — Сядьте и выслушайте меня. Сейчас Вы напряжены и готовы, не подумав, принять поспешное решение. Успокойтесь. Гипс будет сильно ограничивать движения и мешать в дороге. Дождитесь, пока завтра утром вам поменяют повязку, проверят травму, а там уже отправляйтесь куда душе угодно. Тем более, Вы сами недавно сказали, что один день ничего не изменит.       «Чёрт возьми, а она права!» — подумал про себя эрл, сев обратно на кровать, но вслух ничего не сказал.       — И ещё, — добавила Элиссия, — если будет такая необходимость, я поеду с Вами!       После чего поклонилась и вышла из палаты. Внутри колотило, а мех встал дыбом от испуга, но архитектор была точно уверена, что поступилаправильно. Она не могла позволить попасть генералу в ещё одну переделку, которая, наверняка бы произошла в скором времени. Самка понимала, что своим дерзким порывом могла безвозвратно испортить отношения со своим покровителем, но сейчас стоило подумать о других вещах, например, о дальнейшей работе и собственной безопасности. С другой стороны Элиссия чувствовала, что скоро генерал всё поймёт и остудит свой пыл, тем более, что он как раз пообещал защитить её.       В своих догадках крольчиха была абсолютно права, эрл вскоре успокоился и решил, что одна ночь ничего не изменит, а если что-то и произойдёт, то подчинённые смогут решить чрезвычайную ситуацию и без него. Сейчас же стоило лечь и отдохнуть, так как утром после процедур Харгрейв планировал отправляться в путь. Прошло какое-то время, а сон никак не хотел приходить. Неспокойные мысли и сомнения лезли в голову. Что, если он сделал ещё одну ошибку, доверившись Элиссии? Конечно, эрл не находил ни одной причины сомневаться в её верности, но всё это напоминало слишком хорошо поставленную ловушку. Словно, заказчик прекрасно знал, что именно в тот день генерал поедет на конкретную стройку, слишком быстро пойманы исполнители… Как будто для отвода глаз от настоящего виновника.       Кролик в глубине души не хотел думать, что в этом как-то причастна архитектор. Они были достаточно давно знакомы, и что греха таить, генералу была симпатична эта самка, правда, он старался держать всё в рамках чисто деловых отношений.       «Все друзья — это затаившиеся предатели», — периодически возникала неприятная мысль, но вскоре, после долгих раздумий, эрл решил для себя выставить за Элиссией слежку, пока не найдётся настоящий виновник. Кролик хотел верить, что его подозрения насчёт неё не оправдаются, но перестраховаться никогда не будет лишним. Он знал случаи, когда фавориты вельмож безжалостно расправлялись со своими покровителями, когда те переставали быть полезными. Правда, чаще всего, нож в спину доставался от откровенных льстецов, открыто кричащих о своей верности, но иногда предавали даже те, о ком нельзя было подумать. Такие удары оказывались самыми болезненными и буквально выбивали из колеи. За свою нелёгкую жизнь генерал многое повидал, отчего появилась сильная подозрительность, и своё близкое окружение Харгрейв избирал очень тщательно, держась особняком от круга знати, в котором его считали, мягко говоря, странным. Впрочем, эрла это не сильно беспокоило — военные смотры заменили прежние балы и приёмы, а игральные карты на столе заменились географическими, на которых он рассчитывал расположение своих войск.       Работа полностью поглотила ум кролика и сейчас, когда он остался прикованным к кровати в полном одиночестве, различные отвлечённые мысли одолевали его разум и одной из них являлись размышления о дальнейшей жизни, когда все волнения кончатся, если, конечно, он останется после этого жив. Кто унаследует его земли и богатство в случае гибели?       Предыдущий брак закончился трагично много лет назад, после чего Харгрейв долгое время оставался один, даже не задумываясь о повторной женитьбе. Он вёл свободный образ жизни, какое-то время много пил и давал почву для скандальных слухов, но вскоре с головой погрузился в свои обязанности, став образцовым воином, но мало кто знал, что тот случай оставил в его душе неизгладимую дыру, которую мало что могло бы закрыть. Некоторые говорят, что эрл по молодости застрелил свою жену, застав её с другим, кто-то считает, что крольчиха сама покончила с собой, не выдержав тиранию и сложный характер своего супруга, но итогом было то, что первая супруга генерала уже давно была мертва, и после того случая Харгрейв резко ограничил свой круг общения.       О случившемся ни он, ни его слуги не распространялись, только поговаривали, что его мех на подбородке отливал подозрительной синевой, всем своим видом напоминая одну древнюю легенду про волчьего аристократа, чьи жёны таинственным образом пропадали без вести и именно поэтому эрл всегда скрывал свою шею доспехом. Правда это или же один из домыслов — никто не знал, но сейчас Харгрейв находился без своей брони и в лунном свете было трудновато разглядеть, есть ли следы легендарного проклятия убийцы жён или нет.       Присев на кровать, генерал продолжал свои раздумья, подперев голову здоровой лапой.       Харгрейв сомневался, взвешивая свой опыт и воспоминания, но спустя какое-то время пришёл к однозначному и весьма неожиданному решению: необходимо было жениться, пока он не отправился в штаб. Императрица могла в любое время приказать своей армии выдвигаться, и любой поход рисковал оказаться последним для ослабленного свежим ранением военного. Интуиция подсказывала, что шансы не вернуться с поля боя были очень велики, так что оставшиеся две недели нужно потратить на разрешение мирных дел и никуда не спешить. Элиссия была права, оспорив его резкий порыв.       Элиссия… Решение о кандидатуре будущей жены пришло само собой, заставив генерала задумчиво улыбнуться. Поработав долгое время с архитектором, он хорошо узнал её и был уверен, что именно эта женщина сумеет навести порядок за время его отсутствия и присмотреть за делами.       Конечно, были ещё и родственники, но генерал достаточно редко с ними встречался, и был уверен, что при возвращении всё будет в беспорядке, а уж после его смерти точно начнётся самая настоящая грызня.       Также можно было бы нанять приказчика, который следил за поместьем, но в настоящее время поиск надёжной кандидатуры занял бы долгое время. А тут прямо под лапой кролик, который ещё ни разу не подводил и прекрасно справлялся со своей задачей. Насколько было известно, архитектор была не связана узами брака и практически всё своё время проводила за работой, отчего многие считали её странной, ведь в её возрасте уже давно пора обзавестись семьёй, а не разъезжать по стройкам, да и саму специальность Элиссия выбрала неженскую. Даме не пристало возиться с грязными рабочими и чертежами.       Обдумав все возможные варианты, Харгрейв окончательно укрепился в своём решении, заодно и будет кому за ней проследить, чтобы развеять свои подозрения. Времени оставалось немного, так что необходимо решить бытовые вопросы до того, как снова придётся встать в строй. Сейчас же следовало хорошенько выспаться перед тем, как поменяют ненавистную повязку, и можно будет спокойно ходить по городу.       Укрывшись одеялом, эрл лёг на спину и, расслабившись, провалился в спокойный безмятежный сон.       Несколько дней спустя Харгрейв сам уже смог навестить архитектора. При полном параде и в окружении верных ординарцев, он стоял у входа в мастерскую. Он немного нервничал, словно вернулся во времена юности, когда был ещё совсем неопытным кроликом, только начинавшим свою офицерскую карьеру. В глубине души эрл понимал, что всё окажется не более, чем деловой сделкой, но предвкушении праздника и самого волнительного момента приятно грели душу.       Он ничего не говорил Элиссии заранее и решил сделать ей сюрприз, заказав красивое кольцо с розовым топазом, которое очень тщательно выбирал в мастерской. Генерал настроен серьёзно и уверен в своём успехе, словно, шёл с войсками в очередной поход, но тут была другая проблема: внутреннее сомнение грызло его. Вдруг она откажет, сочтёт слишком старым и, вообще, не согласится брать на себя дополнительную ответственность в виде управления имением? С другой стороны, многих самок привлекает блеск золота и бриллиантов.       Постучав здоровой лапой по двери, эрл с замиранием сердца ждал, пока архитектор подойдёт и увидит его. Широко улыбнувшись, тем самым удивив своих сопровождающих, он с любовью сжимал в руке коробочку, которую совсем скоро вручит в лапы своей избранницы, но вскоре вернул себе серьёзное выражение лица и выпрямился в полный рост. Ещё не хватало ронять авторитет среди подчинённых, чтобы они нашли ещё один повод для обсуждения за спиной.       Наконец-то, дверь отворилась, и архитектор вскоре вышла наружу, поприветствовав гостя:       — Не ожидала снова вас увидеть, милорд, чем могу быть полезна?       Крольчиха знала, что генерал не стал в то утро покидать город, но после своего эмоционального выпада старалась избегать покровителя, чтобы не попасть ненароком под горячую руку. Сейчас она держалась достойно, выставив вперёд свою белую пушистую шею и внимательно глядя на эрла, ожидала его дальнейших действий. Несмотря на то, что у них были очень хорошие деловые отношения, последние события могли перевернуть всё с ног на голову.       Правда, сейчас во всём облике Харгрейва было что-то необычное, чего Элиссия не наблюдала ранее. И это её немного насторожило.       — Я бы хотел с Вами кое-что обсудить. Позволите пройти внутрь?       Архитектор спокойно кивнула и открыла дверь, еле подавляя беспричинный страх. Но вскоре, крольчиха успокоила себя тем, что вряд ли бы он пришёл арестовывать лично и при полном параде. Но если бы и хотел предложить работу, то не выглядел бы таким важным. Здесь явно что-то другое.       Оставив подчинённых охранять вход, генерал проследовал за самкой. Он хотел всё обсудить с ней с глазу на глаз. Присев за рабочий стол, архитектор невольно скрестила лапы, продолжая внимательно смотреть на своего собеседника, после чего позвонила в колокольчик и позвала слугу.       — Принеси нам чаю, — приказала она, после чего кролики остались наедине.       — Я долго думал, госпожа Элиссия, — начал без предисловия Харгрейв, — и решил Вам кое-что предложить. Сразу скажу, что это не будет обычным контрактом, но вы точно получите прибыль.       — Вы сами знаете, что я открыта для сотрудничества, — ответила архитектор, чьи глаза загорелись большим интересом. Эрл всегда подкидывал прибыльную и востребованную работу, отчего всегда являлся желанным гостем. Но сейчас, видимо, было по-настоящему серьёзное дело, раз он пришёл ещё не до конца оправившимся от ранения.       — Вы были правы тогда, когда говорили о том, что спешить сейчас некуда и пока есть немного свободного времени, я решил выполнить несколько важных дел, например, позаботиться об имении, во время своего отсутствия. Доверить кому попало такую ответственность я не могу, поэтому решил обратиться к вам.       — Вы снова хотите нанять меня?       — Не совсем. Я хочу взять Вас в жёны.       В кабинете воцарилась полная тишина, потому что такого заявления от генерала Элиссия точно не ожидала, и оно застало её врасплох. В голове тут же всплыли неприятные слухи, которые ходили об этом старом холостяке, но вскоре отбросив их, она вспомнила и о том, что несмотря на свой жёсткий суровый характер, Харгрейв сильно помог ей в своё время. Трудно утверждать, что за время сотрудничества они подружились, зато их отношения можно было назвать крепким партнёрством и там явно присутствовало взаимное уважение.       — Вы можете подумать, — бросил эрл, прервав затянувшееся молчание, — но если согласитесь и я вдруг не вернусь со своего назначения, то гарантированно получите крупную сумму денег.       — В чём же подвох? — совершенно спокойным тоном поинтересовалась архитектор, продолжая пристально смотреть на собеседника, который тоже, казалось, буравил её глазами. — Вы — представитель одной из богатейших семей клана Кроликов и хотите связать со мной жизнь. Должны же быть какие-то условия, верно?       — В том то и дело, что никакого подвоха тут и нет, — улыбнулся Харгрейв, — но некоторые условия да, будут. Я сделал выбор по той причине, что вы умная и на вас всегда можно положиться. Уходя на фронт, я буду спокоен, зная, что за моё отсутствие дома ничего серьёзного не произойдёт. Конечно, я мог бы попросту Вас нанять, но боюсь, что мои многочисленные родственники, появляющиеся только тогда, когда им нужны деньги или решение каких-нибудь проблем, будут против такого решения. А моей супруге им уже будет сложнее возразить, тем более, что я всё же планирую вернуться обратно.       — Интересное предложение на самом деле, но у меня тоже будет одна просьба: не ограничивайте меня в работе. Я очень люблю своё дело и не собираюсь его забрасывать.       — Само собой, я и не думал запирать Вас насильно дома. Можете считать, что у Вас появился ещё один объект, который тоже надо довести до ума. Будут ещё какие-то вопросы?       Элиссия на мгновение замолчала, подавляя желание спросить о судьбе предыдущей супруги эрла, после чего промолвила:       — Да, я согласна. Раз мы нашли в работе общий язык, то думаю, и дома тоже сможем ужиться.       — Правильное решение, — ответил Харгрейв, протянув свой подарок, — завтра поедем к нотариусу и подпишем некоторые договора, а к концу следующей недели сыграем свадьбу.       Крольчиха взяла коробочку, и, открыв её, радостно вздохнула: редко кто дарил ей столь дорогие подарки, а золотое кольцо, инкрустированное розовыми топазами пришлось ей в самый раз.       «Интересно, как он узнал мой размер пальца?» — подумала архитектор, примеряя подарок.       — Нравится? — поинтересовался генерал, чьё настроение резко приподнялось, словно, он и не ожидал другого варианта развязки данной ситуации.       На самом же деле он ощутил небывалое облегчение, словно огромный камень свалился с души. Одна из проблем была решена, и теперь можно было спокойно отправляться в штаб после полного выздоровления, тем более, что срочных донесений пока не приходило. Элиссия же была в глубоком, но приятном потрясении. Она даже и думать не могла о подобном повороте событий и теперь чувствовала, что её жизнь вскоре изменится. Быть женой одного из самых влиятельных самцов Клана — многие могут только позавидовать такой удаче, правда, архитектор, несмотря на свой возраст, в котором её многие подруги уже давно обзавелись детьми, не стремилась связать себя узами брака и всецело отдавалась работе и новым знаниям.       — Да, очень, — только смогла промолвить она, сняв свою маску серьёзности, и сейчас искренне улыбалась.       — Вот и прекрасно, — более мягким голосом ответил эрл, — на этом я Вас и оставлю.       После чего он изящно откланялся и покинул помещение, а нетронутый чай, так и продолжал остывать на столе, так как обоим кроликам было совсем не до него.