Особенности воспитания

Брок не собирался заводить детей, окей? Ему и без этой головной боли жилось вполне себе неплохо. Настолько, насколько вообще могла быть хороша жизнь у оперативника, практически не имеющего времени не то чтобы завести себе ребенка, но и тривиально потрахаться в туалете какого-нибудь бара в Джерси по пути на очередную миссию. Ладно, может, он и утрировал, преуменьшая достижения в своей личной жизни, но факт оставался фактом — Брок Рамлоу не намеревался заводить детей ни в настоящем времени, ни в ближайшем будущем. Шутка ли, что ребенок у него всё же появился? В жизни каждого мужчины случалась такая женщина, которая вспоминалась только под большим градусом и только с содроганием. Вот и у него такая была. Надоедливая, стервозная, любящая покомандовать. В целом, Винифред была той ещё сукой, которую не заботила ничья жизнь, кроме её собственной, и Брок был безмерно рад тому, что ему удалось от неё избавиться. Увы, не надолго. Бывшая появилась на его пороге спустя почти два года после расставания, осыпала шквалом ругательств, сунула в руки сверток и удалилась раньше, чем он успел возразить. При ближайшем рассмотрении, сверток оказался притихшим малышом, укутанным в одеяльце, а его мамаша испарилась так быстро, будто её и не было. Точно ведь сука. Первой мыслью было сбагрить мальца кому-нибудь и забыть о нем раз и навсегда, но… Брок был порядочным мужчиной. Как бы окружающие этого не отрицали, но он правда таковым был. Насколько мог себе это позволить. Малодушно оставить ребенка на чужом пороге, как это уже сделала его мать-кукушка, он просто не мог. Идею сплавить его в детский дом Брок даже не рассматривал, потому что не понаслышке знал, как там живется. Как-то так и вышло, что он остался единственным, кому Джеймс — имя, которое Брок умудрился выцепить из потока брани Винифред — оказался нужен. Ну, не то чтобы нужен… просто тем, кому было откровенно не насрать. Первые дни дались ему невообразимо сложно. Поиск в сети, казалось, не давал никаких дельных советов, а форумы для мамочек попросту выводили Брока из себя уже своей вырвиглазной расцветкой, что уж говорить о манере общения тамошних завсегдатаев. Он слабо представлял себе, что было необходимо ребенку до года. Или старше года. Блять, да он понятия не имел, сколько Джеймсу вообще было лет. Тот ещё не разговаривал, но выдавал какие-то отдаленно связные звуки, и вроде как не ходил, но уже держал спину. Мозг взрывался. Как и барабанные перепонки от крика, из-за которого соседи однажды даже вызвали полицию, обвинив его мало того, что в краже ребенка, так ещё и в плохом обращении с ним. В общем, старт выдался неважным. Брок до последнего не верил, что его сын мог быть таким заебистым. Тест на отцовство подтвердил — мог. Противоречить официальным документам не мог уже сам Брок. Спустя неделю над ним сжалилась соседка. Та самая, которая ранее натравила на него копов. Выслушав слезливую — по её мнению — историю отца-одиночки, она милостиво пожертвовала в его распоряжение немного старых детских вещей, попыталась объяснить, что вообще нужно делать с детьми, и клятвенно обещала нянчиться с Джеймсом, если Броку понадобиться отлучиться по работе. О, конечно же ему нужно было отлучиться! Только обещания соседки вылетели в трубу так же, как и все её инструкции вылетели из памяти новоиспеченного папаши. Явившись на службу с детским слингом и ребенком в нем, Брок даже не пытался тешить себя адекватной реакцией со стороны сослуживцев. Ласково послав всех желающих отпустить пару шуточек в его сторону на хуй, Брок заперся в кабинете, разложив на столе кроме официальных бумаг ещё и ряды с детским питанием и стопки с подгузниками. По крайне мере, редкий детский плач не помешал ему наконец выяснить, когда у его сына вообще официальный день рождения. Заниматься отчетами под аккомпанемент из воплей и хихиканья как-то не выходило. Даже спустя несколько лет, Брок вспоминал первые месяцы после появления сына с содроганием. Джеймсу же, изредка спрашивающему о том, был ли он рад ему, Брок неизменно отвечал «пиздец как». Чаще всего даже без сарказма. Брок не собирался заводить детей, окей? Мироздание как-то само решило, что ему необходим человек, который будет смотреть на него огромными синими глазами и бормотать «папа» перед тем, как уснуть. Блять, он просто не имел права жалеть об этом и не собирался.