От перемены тел Избранные не меняются

- О чём ты думаешь? Голос Микаэлы заставил Сэм непроизвольно вздрогнуть и краем глаза посмотреть на подругу. Почти полтора часа они проехали в молчании, погрузившись каждая в свои мысли, и тишина эта была... Одновременно приятной и напрягающей, словно состояние Уитвики начало передаваться её окружению. Она прекрасно понимала, что так делать нельзя и надо взять себя в руки, снова спрятать в себя весь негатив и огромный спетр эмоций, что накапливался в ней на протяжении последних дней. Потеря Оптимуса отразилась на ней слишком сильно, да и ситуация с Уильямом... Была далеко неприятной. Она словно застыла в его голове шестнадцатилетним подростком, которого нужно было ограждать от проблем и защищать от всего. Нет, Сэм уважала Уильяма и была безумно благодарна ему за помощь в Мишн-Сити, когда он не позволил ей пасть духом и выполнить поставленную цель, она любила его всей душой и старалась избегать лишний раз ссор и недоразумений - что бывало чрезвычайно редко, ибо они практически идеально подошли друг к другу по характерам - но в тот день... В тот день что-то явно пошло не так и негатив вырвался наружу. Сэм - и Гарри - ненавидела, когда кто-то пытался управлять её жизнью, когда кто-то пытался решать за неё, что она должна была делать. У неё даже в новой реальности, в новой жизни остался неизгладимый след из прошлого, а воспоминания... Воспоминания порой приходили ей во снах, напоминая ей о том, кем она была когда-то. Марионеткой без права выбора, которой отведена одна определённая роль - умереть во имя "всеобщего блага", в то время как остальные "куклы" вышли бы в свет, объясняя своё чудесное спасение. Благо, ей удалось вырваться и попортить старику все планы... Но интересно только одно - как там сейчас Гермиона? С кем она? - Я? У меня от мыслей скоро голова лопнет. Их слишком много. Слишком много произошло вокруг и я... Не знаю, смогу ли я всё осмыслить и принять. И знаешь... Самое обидное в этой ситуации, что Уилл видит во мне того самого подростка в Мишн-Сити. До сих пор. Неужели я не заслужила хоть капли доверия, что смогу самостоятельно принимать решения? - Сэм свернула с основной дороги на заправку. Как раз нужно немного подзаправить Би и перекусить, так что пока работник заправки делал своё дело, подруги уплетали сочные бургеры, сидя в небольшом придорожном кафе. - Он заботится о тебе и ты прекрасно это знаешь. Может, конечно, он и правда перебарщивает, но... Лучше уж так, чем вообще никак, правда? Впрочем, тебя я тоже могу понять. Мы обе уже достаточно взрослые, но для окружающих мы по-прежнему остались подростками, нуждающимися в защите, - проглотив последний кусок от бургера, отозвалась Бейнс. Ей тоже было знакомо это противное чувство, когда кто-то пытался командывать ею, и оно ей не нравилось также сильно, как и Сэм. Наверно, именно эта схожесть в конечном итоге и подружила их. Такие разные интересы и вкусы, но вместе с тем похожие характеры и мысли... Микаэла никогда не пожалеет о том дне, когда согласилась прокатиться с Уитвики... И никогда не бросит её в беде. Сэм тепло улыбнулась брюнетке и неспешно кивнула, дожевывая свой обед. Она всё прекрасно понимала, но сдерживаться уже порядком надоело. Надоело терпеть, надоело ждать чуда и перемен... Она решила взять свою жизнь в собственные руки и самой решать, что нужно делать, а что нет. Останется лишь объяснить это Ленноксу, но это будет после, гораздо после, когда они всё же достигнут своей цели. - А тебе не кажется, что ты немного перебарщиваешь? Сэм уже не та девочка-подросток, что мы встретили в Секторе-7, - Эппс внимательно смотрел на своего друга, ожидая от того ответ. С тех самых пор, когда Уитвики и Бейнс просто взяли и сбежали с базы, Леннокс был похож на мрачное приведение. Часто хмурился, предпочитая отмаливаться от вопросов, но Эппс был его лучшим другом ещё со школьной скамьи, а потому он мог избавиться от кого угодно, но не от него. Темнокожий военный прекрасно понимал чувства своего друга и вместе с тем... Несколько осуждал его. Любовь - дело хорошее, в этом споров нет и не может быть, но и душить ею человека, которого любишь, тоже не лучший вариант. Особенно когда этот самый человек непрозрачно намекает, что это неприятно. Свобода... Для многих она значит мало, но для кого-то она является почти смыслом жизни. И, судя по наблюдениям Эппса, Уитвики как раз относилась ко второму типу. Уильям неторопливо поднял на друга глаза, отвлекаясь от очередной бумажной валакиты. Он прекрасно понимал, что говорит ему Роберт и что хотела донести до него Сэм, но всё же... Всё же он не мог так просто отпустить её. Инстинкт защищать, выработанный годами службы в армии, требовал защищать. Защищать ту, кого выбрало сердце. Защищать от всего и не важно, насколько важной была опасность. Одна только мысль о том, что однажды он может потерять её, пугала и заставляла действовать... Порой весьма необдуманно, о чём он сейчас и жалел. - Я прекрасно понимаю, к чему ты клонишь, Роб. Прекрасно понимаю. Но поделать с собой что-то крайне тяжело. Отпускать её одну... Ты не представляешь, каких трудов мне стоит сейчас сидеть здесь, а не броситься искать Сэм, - тяжело вздохнув, отозвался Леннокс. Последнее время навалилось слишком много всего. Атака десептиконов, смерть Оптимуса, ссора с Сэм... Он ведь тоже не железный и нервы были на пределе, но он держался. Если Сэм настолько уверена в своём решении и знает, что делать... Уильям должен был довериться ей и ждать звонка от неё или любого сигнала. Он должен верить в неё... И позволить самой решать, что делать, как бы тяжело это не было. Главное, чтобы она была в порядке, а с остальным они смогут справиться. Обязательно смогут. Вопрос лишь в том... Какой будет цена за возможность вернуть Оптимуса и не ошибается ли Уитвики в своих ощущениях? Время покажет.