Потому что ты мой

Когда Лиан проснулся, Вейлора рядом не было. Его вообще не оказалось в комнате, а о том, что произошло между ними ночью, напоминало только валяющееся в углу полотенце и почти целиком сгоревшая свеча. Щеки Воронёнка вспыхнули, когда перед глазами снова воскресло то, что они делали несколько часов назад, но это не был румянец смущения. Просто сердце застучало быстрее, возбуждение разлилось по телу, а рука невольно скользнула вниз и обхватила член. Теперь Лиан прекрасно знал, как избавиться от возникшего желания. Единственное, о чем он успел вчера пожалеть — что разделил ложе не с Зевом, и не руки мастера касались тела. Губы полуоткрылись сами собой, из груди вырвался стон, тело выгнулось и только усилием воли удалось сдержать вскрик. Вот так. Теперь закрыть глаза и успокоить дыхание. Вот только непонятно, почему мастер запретил это? Оно ведь так приятно! И совсем не больно. А если бы все это делал с ним Зевран, он бы, наверное, совсем потерял голову! Интересно, а как целуется мастер? Какое у него тело? Вот бы набраться смелости и коснуться Зеврана... там. Почувствовать, какой он. Проклятье, от одних мыслей голова начинает кружиться, а картины, возникающие перед всё еще закрытыми глазами, одна горячее другой. Если бы мастер ничего не менял в правилах, они уже давно могли бы быть вместе и разве являлось бы это насилием? Ведь ему больше всего на свете хочется провести ночь в объятиях Аранная. Но хватит предаваться мечтаниям! Так можно и на тренировку опоздать. Этого еще не хватало! Он и так потратил слишком много времени, но как бы то ни было, оно того стоило! А теперь быстро освежиться, благо в комнате имеется ванна, вышвырнуть к демонам испачканную простынь — не отстирывать же это безобразие! И к тому же, слишком сильно пахнет страстью от измятой простыни. Тут же прошедшая ночь вспоминается, а ему сейчас нужно собраться, чтобы порадовать мастера своими успехами. Выбираясь из ванной, Лиан бросил короткий взгляд на своё отражение в зеркале. Вчера Вейлор сказал ему, что он хорош собой? Да, неужели? Эльф прищурился, пытаясь оценить свою внешность. А что? Ему уже давно твердят, что он симпатичный, с самого появления в Гильдии. И, похоже, они не лгут! Быстро облачившись в доспехи, Воронёнок показал отражению язык, подхватил кинжалы и выскользнул за дверь, по пути зашвырнув простынь в мусорку. Нечего в комнате бардак устраивать! Вдруг мастер заглянет с проверкой? Что он тогда подумает о Лиане? И зверски любопытно, куда подевался Вейлор? Неужели ему самому не хотелось с утра немного поиграть? Совсем чуть-чуть... Приласкать друг друга перед занятиями? Кому ты врешь, Лиан? Ты прекрасно знаешь, что «совсем чуть-чуть» не получилось бы! Ведь то, чем вы вчера занимались, затянулось надолго, но было так... приятно. Вероятно, у Вейлора были какие-то свои планы. Но ничего, вечером они снова встретятся и тогда... Ему обязательно нужно побыстрее научиться всему, что умеет Вейлор, чтобы в ту ночь, когда они окажутся с Зевом вдвоем, показать любимому мастеру, как он искусен, нежен, пылок и неутомим. Он будет ласкать Зеврана долго-долго, так, как никто и никогда, и мастер тоже его полюбит, ответит не менее страстными ласками, и это окажется просто чудесно! В том, что этот момент рано или поздно наступит, Лиан почему-то нисколько не сомневался. Откуда бралась подобная уверенность белокурый Воронёнок не знал, но это было именно так.

***

На занятия он не опоздал, вошел в зал чуть раньше Зеврана, который, как обычно, окинул ученика внимательным взглядом, улыбнулся и потребовал первым делом повторить пройденное на прошлом занятии. Лиан ответил такой же улыбкой, заглянул в любимые глаза, обнажил клинки и коротко бросил: — Я готов, мастер! — Приступим! — ответил Араннай, и сталь зазвенела, рассыпая искры. Учитель и ученик закружись по залу, не отрывая глаз друг от друга. В какой-то момент Зеврану показалось, что во взгляде Воронёнка появилось нечто новое. Но что? Это не страх и не опустошенное равнодушие, а... Braska! Не время сейчас об этом думать! Нужно драться, тем более, мальчишка не оставляет на размышления ни одного мгновения. — Eccellente! — Зевран бросил клинки в ножны. — На лету хватаешь! Я доволен! — он взъерошил взмокшие белокурые волосы ученика и слегка приобнял за плечи. — А теперь давай-ка немного передохнем. — Спасибо, мастер, — тяжело переводя дыхание, ответил Лиан. Его сердце от этого невинного прикосновения стремительно ухнуло вниз, а кое-что другое напротив — нагло задрало голову вверх. Слишком близко находился сейчас Зевран, а от запаха его разгоряченного тела кружилась голова и мгновенно пересыхали губы: — Я старался. — Заметно, — в голосе грандмастера ясно слышалось одобрение, — я уже, наверное, раз сто повторил, что ты очень способный, верно? — подмигнул он ученику. — Si, — кивнул Лиан, которому ужасно хотелось, чтобы Зевран ещё раз его обнял, чтобы снова ощутить сильное и желанное тело так близко. Но нет. Лучше не надо, ведь тогда мастер сразу всё поймет, и вдруг это его рассердит? — Что же, значит, придется повторить ещё раз, — улыбнулся Зевран, обтирая влажным полотенцем лицо и бросая ученику второе такое же полотенце. — Освежись, и продолжим. Видишь ли, с каждым днем мне все сильнее хочется, чтобы ты... через пару лет стал моим телохранителем. А ты этого хочешь? — Мастер, я... — от столь щедрого предложения Вороненок вздрогнул. Не соображая, что делает, Лиан порывисто схватил руку Аранная и прижал к своей груди. — Я всё для вас сделаю! Даже умру, если нужно! — выпалил он одним духом, да так и замер, уставившись в янтарные глаза мастера и продолжая прижимать его руку к бешено колотящемуся сердцу. Зевран смерил ученика внимательным, серьёзным взглядом, от него не ускользнуло, как сильно бьется сердце Лиана, как срывается дыхание, но мастер предпочел списать это на последствия тренировки. Доспехи позволили истинной причине волнения остаться в тайне, а вот выражение глаз... Сколько в них горячей преданности, обожания и ещё чего-то нового, неуловимого. Изумрудный пересверк, которого раньше не было. Что с ним происходит? Может, Воронёнок влюбился? Интересно, кто она? Грандмастер и понятия не имел, что ответ на этот вопрос можно получить очень легко — достаточно подойти к зеркалу, а потому ответил: — А вот этого как раз и не нужно! Ты лучше для меня живи, договорились? — и, не дожидаясь ответа, сказал. — Отдохнул? Тогда давай продолжим! Лиан кивнул, нехотя отпустил руку Зеврана и громадным усилием воли заставил себя вернуться из мечтаний в тренировочный зал. Занимались они долго. Показывая ученику все более замысловатые финты, Араннай добивался безукоризненного их исполнения. И, слава Создателю, для этого не приходилось даже повышать на него голос. В голове мастера всё чаще всплывали слова: Meglio si tipo — лучший из лучших. Пожалуй, это наиболее подходящее определение. Не было и дня, чтобы Зевран не радовался успехам любимца, и ещё ни разу он не пожалел о том, что приблизил эльфенка к себе. Природный чистый алмаз, который умелый ювелир превратит в ослепительно сверкающий бриллиант. И, демоны побери, приятно чувствовать себя этим ювелиром! Но на сегодня, пожалуй, хватит. Драгоценность окончательно выдохлась, ей необходим отдых. И как раз следующие несколько недель Зеврану будет не до тренировок — ему нужно наведаться в Ферелден. Выслушав от мастера уже привычную похвалу, приправленную добродушной иронией, и узнав, что следующие три дня занятий у него не будет вообще, Лиан благодарно поклонился и отправился отдыхать. Его расстроило, что придется вернуться к мастеру Торину до тех пор, пока Зевран будет в отъезде, но от самого Воронёнка не зависело ничего. Оставалось только смириться и ждать, когда любимый снова вернется и позовет к себе. И всё же Лиан был невероятно доволен собой. Ещё один день он провел вместе с мастером, и всё это время Зевран принадлежал только ему. Но теперь оставаться спокойным было на порядок сложнее, ведь до дрожи хотелось прикасаться к мастеру, чувствовать его тепло, вдыхать запах смуглой кожи и хмелеть, как от вина, которое они с Вейлором пили прошлой ночью. И как чудесно, что Зевран хочет сделать его, Лиана, личным телохранителем! Разве можно желать ещё большего? Оказывается, можно. Сегодня он осмелился прижать к себе руку мастера, завтра... ну, не завтра, конечно, а немного позже, у них и случится то, о чем Лиан так давно грезит. Этим радужным мечтаниям и не менее сладостным воспоминаниям эльф предавался погрузившись в теплую ванну. Измученное, невероятно уставшее тело требовало покоя, вот Воронёнок и решил убить одним выстрелом двух зайцев: и отдохнуть, и освежиться. Нужно смыть с себя усталость, пот и немного взбодриться, ведь скоро придет Вейлор и они... Мысли начали путаться, глаза закрывались сами собой, и Лиан сам не заметил, как задремал, а заснуть окончательно не дала рука Вейлора, внезапно опустившаяся на плечо. — Вылез бы ты для начала из воды, Ли! Так и утонуть недолго, — юноша усмехался, глядя на Воронёнка, но в голосе слышалась тревога. — Ты не заболел часом? — Нет, — Лиан тряхнул головой, разгоняя дремоту, — просто устал. Мы долго занимались. — Ах, да, как же я мог забыть! — хлопнул себя ладонью по лбу Вейлор. — У тебя же сегодня было время «З». — Что? — непонимающе уставился на него эльф. — Время Зеврана! — Ну, да. Мы тренировались, мастер со мной занимался. — Любовью? — изогнув бровь, просил юноша, не отрывая глаз от обнаженного тела выбирающегося из ванны Лиана. — Я угадал? — Нет, — сокрушенно покачал головой тот, нарочито медленно вытираясь и бросая на Вейлора многозначительные взгляды. — Пока что мастер видит во мне только ученика. Но это скоро изменится! — Размечтался! — фыркнул Вейлор. — Твой Араннай лично запретил отношения между мастерами и учениками! А знаешь, что он делает с теми, кто этот запрет нарушает? — Нет, — ответил Лиан, продолжая вытираться. Полотенце все так же ласкающее скользило по телу, и равнодушно смотреть на это Вейлору было тяжело, но нельзя было показать, как заводят, казалось бы, совершенно невинные поглаживания. Такой резкий контраст между смуглой кожей и белой тканью. Как хотелось вырвать из рук Лиана проклятое полотенце и собрать последние капли с прохладной влажной кожи языком, провести им от колена к паху по внутренней стороне бедра, а потом... Мысленно отвесив себе отрезвляющую оплеуху, Вейлор на мгновение закрыл глаза, перевел дыхание и продолжил: — Их казнят, Ли. Сначала запрет никто всерьез не воспринял, ну и поплатились. Мне это ещё Эридани рассказывал. — Приказ мастера нужно выполнять, — наставительно произнес Лиан, аккуратно развешивая полотенце и не видя, каким взглядом смотрит любовник на его спину и то, что пониже. Все так же, не оборачиваясь, эльф забрался в свою постель и только потом продолжил: — Но ты-то не мастер! Так что нам с тобой можно! Ну, ты идешь спать? — спросил, видя, что Вейлор не движется с места. — Нет пока, Ли. Мне нужно ещё кое-куда сходить. Так что — спокойной ночи! — юноша поправил ножны с оружием и выскользнул за дверь, оставив Лиана в полнейшем замешательстве. Это что же получается? Сегодня они не будут заниматься любовью? Задать этот вопрос Вейлору Лиан так и не сумел. Усталость взяла свое, и вскоре эльф крепко спал.

***

Вейлор вернулся в комнату поздно ночью, когда со всеми делами было покончено. Луна, заглядывавшая в окно, позволяла обойтись без свечи и достаточно четко... Braska! Слишком четко обрисовывала раскинувшегося на постели Лиана. Одеяло свалилось на пол, и Вейлор мог беспрепятственно любоваться стройным телом. Он невольно сделал шаг к постели эльфа, и ноздри защекотал дурманящий запах смуглой кожи. Вороненок бесстыдно вольно лежал на спине: белокурые пряди разбросаны по подушке, губы чуть приоткрыты, одна рука согнута в локте, вторая вытянута вдоль тела. Вейлор, словно завороженный, смотрел, как равномерно поднимается и опускается грудь Лиана. Взгляд невольно скользнул на плоский живот, потом — ещё ниже, и... юноша резко отвернулся и быстро пошагал к своей кровати: голова кружилась, руки дрожали, а кровь молотом стучала в виски. Рухнув на постель и повернувшись к Лиану спиной, Вейлор скользнул рукой по своему бедру, ладонь плотно обхватила почти вибрирующую плоть. Создатель, как же я тебя хочу! Коснуться тебя прямо сейчас, обнять, прижать к себе и зацеловать, выпить до капли, смешать наши вкусы на губах... Смотреть, как ты, неумело и так жадно, ласкаешь меня. Но сильнее всего я хочу войти в тебя. Побывать там, в твоей горячей глубине. Я хочу двигаться в тебе всё быстрее, пока не кончу. Так, как делаю сейчас, стараясь не разбудить тебя. Проклятье! Никогда бы не подумал, что буду ласкать себя, глядя на спящего Воронёнка. Безумно. Унизительно. Сладко. Вейлор быстро привел себя в порядок, бесшумно разделся и закрыл глаза. Спать, спать, спать, пока не взбрело в голову бросить на Лиана ещё один взгляд.