Начало после конца

       Нет, подождите, это не должно быть так!        Фрэн бешено крутила головой, отыскивая любые способы и пути для побега. Наконец, среди сужающегося кольца волков, ей удалось увидеть небольшое пустое пространство, через которое у неё был шанс сбежать. Да, он был невероятно маленьким, и один шанс из ста, что ей удасться проскочить. Но просто стоять и ждать, пока хищники подойдут вплотную и вгрызутся тебе в глотку - вообще бесполезное занятие без шансов на успех. Придя к подобному заключению, Фрэн опрометью кинулась к маленькому проходу. Послышался лай, Фрэн почувствовала, что от её платья оторвали чуть ли не весь подол, но бежала, не оглядываясь. Она знала, что стоит ей оглянуться, как её догонят, и спасения ей уже не будет.        Дагенхарт остановилась только тогда, когда уже не слышала клацания зубов в десяти сантиметров от себя. Лишь тогда она позволила себе оглядется, и похолодела: она ведь даже не запомнила маршрут, по которому бежала. А в эту часть леса в обычное время она еще не заходила...       У неё нет никаких шансов выбраться.        Однако, так легко Фрэн никогда не сдавалась. Она уже глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и начать поиски выхода, как вдруг в её глазах потемнело, а ноги стали ватными, и, будучи ватой, они практически её не держали. Слишком много стресса и бега, должно быть, она переутомилась, а кровь хлынула в мозг, заставляя его работать быстрее, но хуже. Фрэн, вопреки всем своим желаниям лечь и больше не подниматься, хватаясь за все кусты и деревья, шатающимся шагом побрела куда-то вперёд.        Через несколько метров из-под её ног, неожиданно, ушла земля. Фрэн с криом полетела вниз, на уровне рефлекса пытаясь сжаться в позу эмбриона. Однако, падение было недолгим, и очень скоро она ударилась о холодный, твердый и противный каменный пол. Сжав кулаки, Фрэн немного расслабила зажмуренные глаза и глянула вверх. Судя по всему, она была в пещере, вот только откуда она упала? Над ней был сплошной серый свод, без единой щели, куда бы проникал лкчик света.       Я...умерла?        Это была первая мысль девочки, кошда перед глазами встало чёткое изобрежение, а мозг мало-помалу возвращался к своей привычной работе: плохо, но продуктивно думать.        Приподнявшись, Фрэн быстро огляделась. Вокруг, давя на её внутреннего клаустрофобика, были хладноеровные стены. И лишь в самом углу, почти незаметный в тени, был проход. Фрэн пригляделась, и, вдруг, в самом конце этого коридора загорелся маленький огонёк. Это был факел! Конечно же, ведь кто-то должен был зажечь его, а значиь, там кто-то есть, кто сможет помочь ей.        Девочка, цепляясь за камни, встала. Жизнь её совсем не учила, и, потому, Фрэн двинулась прямо по коридору. Со всех сторон были обычные стены пещеры. Вдруг раздался треск, и Фрэн обернулась: по закону жанра, сзади неё, на месте входа, откуда она пришла, были голые стены. Фрэн испуганно побежала вперед, пока не добралась до лучика света, который разогнал её страхи, но, как оказалось, буквально на несколько секунд. Прямо рядом со старым факелом была ветхая дубовая ветвь. На ней был какой-то полуотколовшийся рисунок, выполненный серебром. Из такого же металла была сделана ручка. Не сумев справится с желанием изучать, Фрэн дернула её. Дверь открылась со звуком тысячи людей, ведущих мелком по доске. Но, все мучения были зря: за дверью была лишь каменная стена.        Фонарь погас. Но вдали разжёгся новый. И снова, и снова, и снова. Факела становились все более тусклыми, двери — всё более ветхими. Наконец, одна из дверей, сполностью облупившейся ручкой и рисунком, открылась куда-то, кроме тупика.        За ней была улица Гравити со стороны церкви. Фрэн так и застыла на месте, потеряв где-то в темноте свою челюсть. Она медленно протянула левую руку за порог (ибо левую не жалко!). С рукой ничего не произошло, и Фрэн бочком вышла на улицу. Вдохнув спокойно, Фрэн обернулась и второй раз стала ловить свою челюсть. Сзади неё были огромные двери в церковь Гравити, но никак не проход в странный лабиринт, откуда она вышла секунду назад.        Пока Фрэн соояла в молчаливом шоке, мимо, как ни в чем не бывало, проходили люди.