Позвольте любить Вас

      Весь следующий день он просидел в резиденции как на иголках, изо всех сил стараясь отвлечься на решение проблем деревни, но его собственные не позволяли. Зачем он вчера пришел к ней и зачем сделал то, что сделал? Он теперь был уверен, что это просто огромная ошибка, но мысль о том, что сегодня она придет и посмотрит на него этими прекрасными изумрудными глазами, согревала душу и тут же загоняла все мысли о неправильности происходящего в угол.       Он ждал и боялся этого вечера одновременно. Убеждая себя, что он взрослый человек и сможет держать ситуацию под контролем, Какаши разослал к вечеру всех помощников по поручениям, получив напоследок хитрый взгляд Шикамару.       В кабинете остался он один и множество заявлений, написанных на его имя, которые ему сегодня принесли из штаба. Решив, что, если он будет сидеть и ничего не делать в ожидании девушки, а потом кинется на работу после ее прихода, это будет выглядеть весьма подозрительно, он стал просматривать заявления и составлять ответы на них.       Примерно через полчаса ожидания в кабинет постучали и, услышав привычное «Войдите», открыли дверь, однако это был отнюдь не тот человек, которого Какаши рассчитывал увидеть. На пороге стоял чунин — кажется, Какаши видел его до этого, но никак не мог вспомнить, где.       — Хокаге-сама, вас просит спуститься в отдел дознания Морино-сан. — Парень поклонился и стал ждать ответа.       — Хорошо, передай, что я спущусь в ближайшие десять минут, — стараясь соответствовать своей привычно-ленивой модели поведения, ответил Какаши.       — Прошу меня простить, но мне приказано сопроводить вас в кратчайшие сроки, — снова кланяясь, ответил чунин, понимая, что пытается перечить Хокаге.       — Тогда с этого момента у вас иной приказ. Вернитесь в отдел и передайте Морино-сану, что его просьбу я выслушал. — Показательно улыбнувшись, Какаши кивнул подбородком на дверь. Не смея ослушаться прямого приказа, чунин покинул помещение.       «Вот же черт. Если я сейчас уйду, то Сакура решит, что я над ней просто издеваюсь. Ксо!» Какаши встал, уперевшись кулаками в столешницу. Игнорировать «просьбу» Ибики было, разумеется, недопустимо. ***       Сакура пришла к резиденции Хокаге ближе к восьми. Сегодня она хоть и весь день думала о том, во сколько прийти, чтобы было не слишком поздно, но и не слишком рано, но в результате работа совсем не двигалась и ей пришлось крутиться, как белке в колесе, когда она поняла, что уже совершенно ничего не успевает. Сегодня многие говорили ей о том, что она излишне рассеяна и не собрана, но что она могла с собой поделать? Уснуть ей этой ночью удалось далеко не сразу, а утром она никак не могла выбрать, что ей надеть и решить, стоит ли краситься. Про вопрос о прическе пришлось забыть, так как она уже не успевала и бежать на работу пришлось по крышам.       И вот наконец наступил долгожданный вечер, а она вымотана, опоздала и испачкала юбку в зеленоватой суспензии. Несколько раз вдохнув и выдохнув, девушка постучалась в кабинет и, услышав мычание, открыла дверь.       — Здравствуйте, Хокаге-сама, — официально поздоровалась она, не уверенная в том, что в кабинете находится одна. Осмотревшись и не найдя никого больше, кроме сидящего за столом Какаши, она, кажется, еще сильнее занервничала.       — Йо, Сакура! Очень рад тебя видеть. Меня попросили поприсутствовать в другом месте, и я ушел около двадцати минут назад. На столе лежат просмотренные мной документы с заметками. Можешь посмотреть их, пока я не вернусь? Я буду благодарен. Приду как только смогу, а если не дождешься, то ничего страшного, — с этими словами махнув рукой на бумаги, клон исчез с характерным звуком, оставив облачко дзютсу.       Первые несколько секунд Сакура была в шоке и переваривала полученную информацию. Осознав, что она тут теперь вообще одна, она подошла к столу и глянула на документы с пометками и бланками, которые там действительно были, а потом, сгорбившись, выдохнула. «А чего ты, собственно, ожидала? Ужина при свечах?» — подумала Сакура и села за документы.       На автопилоте сверяя документы, про себя она все еще негодовала. «Весь день так волновалась, а его тут даже нет! Он просто неподражаем. Нет, конечно, наверняка там было что-то срочное, но оставить вместо себя клона в качестве голосового сообщения мог додуматься только он».       Работа сложной не была, скорее монотонной и однотипной, что нагоняло дичайшую скуку. «И как только Наруто собирается становиться Хокаге? Он же после первого дня запросит пощады. Хотя, зная его нечеловеческую упертость, все может быть», — размышляя об особенностях этой должности, Сакура сама не заметила, как заполнила все бланки. Взяв новую папку, она стала изучать содержимое.       Тут все оказалось куда сложнее: в каком порядке и по какому принципу оформлять и складывать бумаги, было непонятно, а пометки, оставленные корявым почерком бывшего сенсея, ничуть не облегчали задачу. Ломая голову над проблемой с экземплярами постановлений и выписок, Сакура запутывалась все больше, и даже то, с чем она разобралась, казалось ей теперь не таким уж верным.       Нет, с такой задачей уже лучше она подождет Какаши, чем потом придется все это переделывать, — решила девушка, как в этот самый момент в коридоре послышались шаги.       — Вспомнишь солнце, вот и лучик, — пробормотала себе под нос девушка, и спустя пару секунд в кабинет зашел Какаши и, увидев Сакуру, улыбнулся под маской.       — Привет-привет! А я тут отлучился ненадолго, — словно забыв о том, что оставил здесь клона, сообщил Какаши. ***       После возвращения Хокаге в кабинет мало что изменилось. О тех документах, что она просматривала до этого, он не сказал ни слова, только рукой махнул, зато с энтузиазмом скинул на нее постановку печатей и добавление в отчеты больничных листов, которые сама же Сакура пару дней назад ему и сдала. Еще он притащил ей стол и стул из какого-то соседнего кабинета, сказав, что никто не против, а места так больше и бумаги раскладывать удобнее.       Работали в тишине, которую нарушал только звук печати и скрип ручки. Сакура периодически поглядывала на мужчину, но тот, кажется, взгляда не отрывал от бумаг, хотя на самом деле возвращал туда свой нос исключительно когда она на него смотрела. Время тянулось невероятно медленно, однако когда стрелка стала подходить к девяти часам и за столом Хокаге начались тщательно скрываемые поползновения к выходу и взгляды на часы, Сакура осознала, что времени с ним ей катастрофически не хватило.       Обдумывая то, что теперь делать, Сакура довольно шумно вздохнула. «Попытаться ли остаться подольше, или сказать, что заканчиваю, или же задать какой-то нейтральный вопрос и втянуть его в разговор?..»       — Я, наверное, совсем замучил тебя с этой бумажной работой, — нарушил тишину голос копирующего, лишивший ее времени на раздумья.       — Нет-нет, что вы, я в порядке и почти закончила. — Сакура тут же выпрямилась и как можно более жизнерадостно улыбнулась.       — Я, конечно, не сенсор, но мне кажется, что ты меня бессовестно обманываешь. Уже довольно поздно, и даже я устал от этой нудной работы. Может быть, разрешишь мне загладить свою вину чашечкой чая? — поинтересовался Какаши, облокачиваясь на стол и наклоняясь чуть вперед, прищуривая глаза в хитроватой улыбке.       — Я все еще настаиваю на том, что не устала, однако от чашечки чая и правда не откажусь. — Куноичи кивнула, стараясь скрыть радость и внутреннее ликование.       — Вот и отличненько! — Мужчина хлопнул в ладоши и, с удовольствием отодвигая от себя надоевшие бумаги, встал со своего места.       — Куда идем? Тут вроде бы была комната отдыха за стеной, туда? — поинтересовалась девушка, часто бывавшая там во времена пятой.       — Ох… нет, знаешь, я думаю, что не стоит, — пробормотал он, кладя руку на затылок и привычно взлохмачивая волосы. — Там сейчас не лучшее место, так что, я думал, что мы посидим здесь.       — А, ну хорошо. Я помогу вам с приготовлением чая? — уже поднимаясь со своего места, предложила Сакура.       — Нет, не нужно. Ты говорила, что почти закончила, и я буду благодарен, если, пока я занимаюсь чаем, ты сможешь завершить начатое, — выходя из-за стола, ответил Какаши.       — Да, наверное, вы правы, — согласилась Сакура, снова опуская взгляд на бумаги и немного расстроившись тем, что ей не позволили подойти поближе.       Решив, что достаточно отвлек ее, мужчина как можно незаметнее юркнул в вышеупомянутую Сакурой комнату и стал разогревать электрический чайник и доставать чашки, периодически поглядывая на дверь.       Девушка с самого начала поняла, что что-то тут не так, но после того как Какаши исчез за дверью комнаты отдыха, она решила выяснить, что же от нее скрывают. Вероятно, не самой лучшей идеей было заниматься шпионажем в здании резиденции, однако эта мысль посетила ее в последнюю очередь. Тихо встав из-за стола, она бесшумно прокралась к двери и приоткрыла ее, заглянув внутрь.       На первый взгляд это была все та же комната, но, посмотрев чуть более внимательно, можно было заметить появившийся новый шкаф, скатанный в углу роликом футон, пару личных вещей, тарелку от рамена и так далее. Все это можно было объяснить частым пребыванием здесь, но вот аккуратно стоящий на подставке танто отца и рамки с фотографиями рядом говорили о месте проживания Хатаке довольно ясно. Теперь было очевидно, почему Сакура никак не могла узнать, где находится новая квартира сенсея — ее просто не было.       Взгляд прошелся по помещению и остановился на замершем в полусогнутом состоянии со вскипевшим чайником в руке мужчине. Взгляд у него был как у нашкодившего пса.       — Сакура… — начал было он, но тут же был перебит:       — Вы, черт возьми, Хокаге! Почему вы живете… ТУТ?! — Сакура начала бурно размахивать руками. — Да что с вами не так-то?! Это помещение меньше, чем моя кухня, а у меня отнюдь не самая просторная квартира! — все больше распалялась девушка. — У вас есть хоть капля любви и уважения к себе, или вам нравится жить как собаке — в конуре поменьше?! — девушка чувствовала, что ее занесло уже слишком далеко, но не смогла остановиться. Он так нагло пренебрег ее желанием помочь, спрятался от нее, врал ей, хоть и не словами. Да неужели он не мог попросить подыскать ему жилье, если не хотел жить с ней? Ни для кого не секрет, что копирующий был замкнутым, если так можно выразиться, но эта ситуация, показавшаяся Сакуре просто апогеем его асоциальности, взбесила ее до крайности.       С каждым сказанным словом лицо Какаши все больше серело, а взгляд становился все более безжизненным. Когда Сакура замолчала, он не сказал ни слова, просто закончил разливать чай в чашки и, взяв их, прошел мимо нее обратно в кабинет. Поставив одну из чашек ей на стол, с другой он сел в свое кресло и отвернулся к окну.       Несколько секунд Сакура находилась в ступоре из-за такого поведения, а после на нее накатило чувство ужасной вины. Что она такое наговорила ему? Разве же он заслужил этих криков за то, что сгорел его дом? Ноги стали как будто ватные, и она опустилась на стул за своим рабочим столом.       Девушка взяла стакан в руки и стала медленно пить чай. В кабинете стояла угнетающая тишина. Чай был вкусным, какой-то редкий сорт, похоже, что с добавлением мелиссы и лимона. Она пила заваренный им чай и с каждым глотком чувствовала, как ее пожирает совесть. Стакан неумолимо пустел, а Какаши так и сидел спиной, скрывшись от нее спинкой стула.       Стрелки часов бежали вперед; вот они уже двадцать минут как сидят в полной тишине, из них семнадцать с тех пор, как опустел стакан Сакуры. Во рту все еще был привкус чудесного чая, смешивающийся с горечью от сказанных ею слов.       Если он сейчас повернется и, уткнувшись в бумаги, поблагодарит ее за помощь, а после скажет, что она может быть свободна, это будет конец. И все из-за ее отвратительного характера. «Да ты с ним никогда замуж не выйдешь», — регулярно повторяла ее мать после очередного скандала в детстве.       Нет, допустить этого нельзя ни в коем случае. Она будет бороться до конца и не позволит себе лишиться этого шанса. Девушка встала и, замерев на секунду, все же направилась к мужчине. Он определенно слышал ее шаги, но не сдвинулся ни на миллиметр.       — Какаши-сан… — Девушка встала сбоку от него и перестала дышать, ожидая какой-либо реакции, но ее не последовало — мужчина все так же сидел и глядел в окно. — Простите меня за мои слова, я не права и не имела права говорить вам такое. — Девушка снова замолчала, теперь уже не зная, что сказать дальше.       Какаши молчал какое-то время, а потом слегка подсевшим голосом сказал всего два слова:       — Ты права.       Сердце Сакуры пропустило удар.       — Какаши-сан. — Она наклонилась и ее ручка легла на его плечо. — Я знаю, что наговорила вам сейчас ужасных гадостей. То, что вы скромный человек, не означает, что вы не уважаете себя. То, что вы временно живете в таких условиях, ни на одну сотую не приближает вас к животному. Простите меня за эти слова. Они были сказаны сгоряча, ведь мне так больно было видеть то, как вы живете. Я знаю, что вас устроит и это, и что нет необходимости для шиноби в чем-то большем, но мне бы очень хотелось сделать такую мелочь, как, возможно, приготовить утром завтрак или зашить форму после тренировки. Пожалуйста, переезжайте ко мне.       Какаши чуть повернул голову и посмотрел на нее краем глаза. Девушка немного покраснела, но явно ожидала ответа на свое серьезное предложение. Скажи он сейчас, что отказывается, она потребует объяснить причину, но и слушать не захочет, если он заикнется о взаимоотношениях полов и разных социальных слоев, а все остальное приведет к ссоре. Но если согласится, то это будет тем шагом, после которого цепочка, ведущая его к более близким отношениям с этой девушкой, будет уже неостановимой, и он это прекрасно осознавал. Секунды все проходили, а ответа не было, и решимость начинала покидать девушку. Та уже была готова пойти на попятную, но вдруг его рука, горячая от чашки чая, легла поверх ее.       — Спасибо, Сакура. Я благодарен тебе и с удовольствием воспользуюсь твоим предложением. — Это были самые чудесные слова, которые она только рассчитывала услышать этим вечером, и улыбка расцвела на ее лице, а Какаши пытался убедить себя, что он сделал это просто из вежливости, чтобы не обижать Сакуру.