Без определённого места жительства

      Весна уже полноценно вступила в свои права. Яркое солнце теперь не просто слепило глаза, а приятно обдавало теплом. Наконец-то можно надеть куртку полегче, выпутаться из шарфа и снять шапку. Впрочем, Лёня никогда её и не носил. Даже при сильных морозах только завернув за угол дома и исчезнув из обзора смотрящей в окошко мамы, он тут же назло всему миру снимал шапку и закидывал её подальше в рюкзак. Ну и что, что до школы доходил с красными ушами — зато есть шанс заболеть и вообще не ходить на уроки, а валяться дома. Весной так не получится: теплеет слишком быстро, снег сходит меньше чем за месяц. Зато весной девчонки перестают утепляться и надевают короткие юбки. И ради этого уже стоит ходить в чёртову школу! Такова была суть Лёни Котовского — простого школьника, у которого были свои вполне обычные для любого подростка интересы, приоритеты и проблемы. Да какие проблемы? Даже если они у него и были, он предпочитал не замечать их. Учился вроде бы неплохо (его же ещё не выгнали из школы), поведение было, как он сам считал, прекрасным, и он искренне не понимал, зачем учителя едва ли не каждый месяц вызывали маму в школу, а потом дома она ругалась, и говорила, что он невыносимый ребёнок. С одноклассниками Лёне повезло, несомненно. Парни его уважали, а девчонки чуть ли не поголовно вешались на шею. Ещё с младшей школы негласный лидер класса, организатор всех террористичеки направленных мероприятий, коллективных прогулов уроков и бунтов против учителей. Да и за пределами школьных стен Лёня блистал своим остроумием и изобретательностью направо и налево. После традиционного перекура за углом школы компания в составе Лёни, его лучших друзей — Сани и Серого, а также двух самых видных девушек класса — Кати и Ани потянулась в сторону магазина. Если есть карманные деньги — надо их срочно потратить на всякую ерунду. Парни, как обычно, на чин-чин-чин разыграли, кто в этот раз строит из себя взрослого перед продавщицей, чтобы та продала ему сигареты, девочки о чём-то перешёптывались и хихикали. Пока вся компания ожидала проигравшего Саню неподалёку от магазина, Лёня обратил внимание на человека, сидевшего прямо на крыльце, под дверями. Заросший, одетый в какие-то лохмотья, мужчина неопределённого возраста устроился на пороге и с невозмутимым видом, харкая во все стороны, курил. Прохожие и покупатели бросали на него недовольные взгляды и старались обойти стороной. Лёня же вспомнил детство, как они с дворовыми ребятами бегали за бомжами, выкрикивая всякие гадости, а по осени кидались в них желудями и каштанами, которые валялись повсюду в городских скверах. Захотелось вернуть то детское безудержное веселье, но была здесь одна проблема: ребёнком себя Лёня уже не считал. Да, он был всё ещё девственником в свои шестнадцать, но об этом почти никто не знает, ведь в школе про него ходило слишком много слухов, и слишком много девушек окружало его всегда. Однако думать было уже некогда: из магазина выходил Саня с бутылкой колы под мышкой, Лёня, а за ним и вся компания тут же кинулись к нему навстречу. — Фу, чё эт такое? — скривился Котовский, — что за вонища тут? — бросил он и стал следить за реакцией друзей. Он знал: они поверят ему, даже если он тысячу раз будет не прав. Вброс был сделан. Вся команда тут же подхватила настроение, девочки начали возмущённо зажимать носы, парни — громко ругаться. Катя, увидев сидящего бомжа и тут же указала на него: — Вот, смотрите! Это всё он! Сидит тут и воняет. Подростки стали кричать ругательства, тыкать пальцами и смеяться над шутками из области туалетного юмора. Человек поднял на них взгляд, сделал последнюю затяжку и, метко кинув окурок прямо в урну, поднялся и пошёл прочь. — Бомжара вонючий! — крикнул Лёня ему вслед, но он не обернулся, и это весьма уязвило парня. Сам того не осознавая, но он всегда ждал отклика от окружающих на его выходки. Возможно, он мог бы хорошо учиться, не делать никому гадостей, но тогда его самого никто бы не замечал. Поэтому Лёня и предпочитал сохранять имидж плохого парня, о котором никто не смеет позабыть хоть на день. Тогда, в детстве, бомжи начинали рычать на вредных мальчишек, а то могли и погнаться за ними. Сейчас же его просто проигнорировали, а вся его компания уже переключилась на что-то другое. Лёня с ненавистью посмотрел на удаляющегося человека. Сперва ему вроде бы как тоже стало безразлично, но вернувшись домой, он понял, что это было всё-таки поражение. Он упал в своих собственных глаза и теперь настроился на реванш. Его дорога в школу теперь была немного дольше. Она лежала через сквер, в котором чаще всего можно было встретить того бомжа. Несколько раз Лёня просто проходил мимо, бросая косой взгляд. Иногда, если народу было достаточно много, он улавливал момент, чтоб якобы случайно пнуть бездомного или наступить ему на ногу. А однажды, возвращаясь со школы в окружении неизменных друзей, парень прикормил и поймал голубя, которого на глазах у всех осмелился кинуть прямо в лицо своей жертве со словами «Братишка, я тебе тут покушать принёс». Птица, испуганно хлопая крыльями, тут же взметнулась в воздух под громкий раскатистый смех подростков. Мужчина же, занявший одну из парковых скамеек, всё так же равнодушно смотрел на них, ничего не отвечая и даже не двигаясь с места. Лёня был вне себя от ярости. Помогало ему лишь то, что его друзья, кажется вошли во вкус и стали предлагать свои варианты издевательств. Кто-то подметил, что надо бы не просто кидаться в него чем попало, а попробовать выйти на контакт. На следующий день вся компания снова объявилась в парке. Лёня напряжённо держал руку в пухлом кармане. Бомж сидел всё на той же скамейке и пил кефир из картонного пакета, закусывая ломтем хлеба. — Ага! — Аня указала на цель, — смотрите! Кто-то за ЗОЖ тут у нас! Лёня, оставив друзей наблюдать со стороны, смело и привычно зашагал к скамейке. — Эй, дядя! А где тут у тебя банка или что, ну чтоб мелочи подкинуть? Ты ж вроде того… — ухмылка сияла на лице, он вытащил из кармана целую горсть десятикопеечных монет и кинул их на землю перед бомжом. Они разлетелись звонким фейерверком и раскатились в разные стороны, — на вот, мы тут всем классом кое-что насобирали. Компания, стоявшая неподалёку, разразилась хохотом. Мужчина взглянул исподлобья, сделал ещё один глоток кефира и поднялся. Только теперь Лёня увидел, насколько он выше и крупнее его. Тяжёлая рука опустилась на плечо испуганного мальчишки. — Шёл бы ты, парень, по-хорошему, и дружков своих забирай. Я ведь до поры до времени добрый, — по голосу он совсем не был похож на хриплого, прокуренного старика, которыми обычно и являются бомжи. Да и лицо вроде бы ещё не было покрыто морщинами. Только в карих глазах читались грусть и бесконечная усталость. Ничего этого Лёня, конечно не заметил. Это мгновение оказалось по-настоящему страшным. Парень в ужасе застыл, вся жизнь пронеслась перед глазами. Он не ожидал, что на него всё же обратят внимание. Даже после того, как его отпустили, он ещё несколько секунд пребывал в ступоре, и только потом развернулся и пулей ринулся к друзьям. Те же в свою очередь не поняли Лёниного страха, они приветствовали его как героя. Мальчики кидали комплименты, а девочки брезгливо принюхивались и рассматривали его плечо — не осталось ли там следов грязи. Вечером Лёня решил, что пора бы остановиться. В конце концов, жизнь дороже репутации. Он часто переходил границы, чем-то рисковал, но никогда ещё этот риск не был таким опасным. Однако как объяснить это друзьям, которые теперь считали его покорителем бомжей и едва ли не богом уличных хулиганств. Это тот самый момент, когда лидер не может контролировать своих последователей. По школе разнеслись не только слухи, но и доказательства в виде фотографий и видео, которые наснимали ребята. И ситуация была для Лёни вполне привычной до тех пор, пока кое-кто её не усугубил. Даже у самого красивого, смелого и общительного парня школы всегда найдутся противники. Вот и против Лёни выступить не мог никто кроме троицы девушек. Света, Юля и Оля были вполне самодостаточными и не нуждались в вождях. Дружба их была не фальшивкой — они, действительно, являлись одной командой с общими интересами, доверием и уважением друг к другу. Само собой, Котовский был для них не больше чем назойливой мухой, которая иногда пыталась жужжать в их сторону, но всегда получала достойный отпор в виде колкого словечка. Они встретились перед уроком. Оля вбежала в класс, кинулась к подругам с криками: — Вы видели? Вы это видели?! Что он вчера вытворял, хоспадииии! — Даааа, — ответила ей Света, — это просто бомба! Не понимаю, как так можно, но он крут. Все одноклассники знали, что речь идёт о каком-то западном блоггере, который являлся кумиром не только у них. Кто-то поддержал восхищение по поводу его свежего пранка. А так как среди них была и девица, на которую герой класса имел виды, то сразу же, не задумываясь о последствиях, он поинтересовался: — Ну и что там такого он сделал? То, что любой дурак сможет? Вы же просто тащитесь, потому что он якобы красивый, вот и всё! — Лёня! — Света, разгневанная вскочила с места, — я бы на тебя посмотрела, если бы ты смог так же! Ты понимаешь, что этот чувак ходил по улицам и целовал бомжей! Просто подходил и засасывал грёбаных бомжей! От большей половины огрёб, конечно, и еле убежал, но это сколько смелости у человека! — она протянула ему планшет и включила видео, — что там, говорят, голубями кидался? Вот это точно сможет любой и причём, именно дурак. А ты пойди и поцелуй его. Лёня осел с гаджетом в руках, а класс тем временем всё больше заводился. Уже после уроков его окружила приличная толпа, больше, чем обычно. Поклонники требовали повторения подвига звезды с Ютуба. Никакие аргументы не работали, десятки завороженных глаз смотрели на него в ожидании. Все медленно двигались в парк. Даже чёртова троица была сегодня с ними. Проходя мимо магазина, Лёня вдруг понял, как можно отодвинуть так ожидаемое всеми событие. — Эй, ребят! У меня деньжат немного есть, может, возьмём чего-нибудь бухнуть, ну, для храбрости. На алкоголь большинство велись очень удачно. Привычным способом определили того, кто пойдёт за покупкой, остальные молились, чтобы всё прошло удачно, и товарищу не пришлось отмазываться про то, что ему есть восемнадцать, но паспорт он забыл дома. После нескольких глотков сладкого коктейля, Лёне не стало легче. Теперь оставалось только надеяться, что бомжа там просто не будет, и все смогут разойтись по домам. Но он был. Всё на той же скамейке. Сидел и курил. Лёня остановил толпу на подходе: — Тише! Оставайтесь здесь, отсюда он вас не заметит, а вы меня видеть будете, — с надеждой на то, что можно будет просто приблизиться к его лицу и быстро отстраниться. Все согласно закивали. Он ещё отхлебнул из бутылки и медленно двинулся вперёд. Обернувшись на полпути он увидел, что Юля одна, обогнув кусты, вышла из укрытия и, пройдя по аллее, устроилась на лавочке, откуда открывался прекрасный обзор на всё необходимое. Уселась и достала телефон. «Вот стерва!» — подумал Лёня. Ему и без того было откровенно страшно. Он вспомнил, как тогда этот бомж навис над ним и по-хорошему просил убираться подальше. Неужели, чёрт возьми, падение в глазах этих придурков будет страшнее? Для Лёни Котовского — именно так. Если хотя бы не попытается, его сразу загнобят. Так что пусть лучше он разозлит бомжа, ему придётся убегать, но зато с честью. Расстояние между ними стремительно сокращалось. У него начали подгибаться коленки, и по всему телу то и дело пробегала дрожь. Одноклассница сидела с уже, наверно, включенной камерой, за кустами прятались и наблюдали остальные. Мужчина сидящий на скамейке заметил его издалека и теперь его взгляд с интересом встречал Лёню. Оставалась пара шагов, в голове крутились тысячи мыслей и в самый последний момент от них отделилась одна. Парень подошёл и слегка наклонился, стараясь избегать чужого взгляда. Неприятный запах был не сильным, но при сближении всё же ударил в нос. Лёня не отшатнулся. — Ничего не спрашивай, я тебе заплачу, — быстро проговорил он, наклонился ниже и, зажмурившись, дотронулся губами до губ бомжа. Тут же почувствовал колкость густой бороды, вкус горького табака. Хотел продолжить, но не смог и отстранился, лицо исказилось гримасой отвращения. Он с секунду стоял, как вкопанный, бомж, видимо тоже был слишком ошарашен, потому что просто непонимающе глядел на него. Пока не запахло жареным, Лёня резко развернулся и гордо проследовал к Юле. Камера была направлена на него, и он почти по привычке выставил вперёд средний палец и заулыбался, а затем отвёл руку назад, посылая тот же жест бомжу.