Служебный роман

На работу я пришла в подавленном настроении и в мятой одежде, так как сил гладить ее не было. Создавалось впечатление, что и не было никакого отпуска у меня. Словно я работала без выходных эти две недели. К тому же спать хотелось дико. Зевая, я зашла в офис и посмотрела на себя в зеркало. Тот ещё видок: растрёпанные волосы, синяки под глазами, небольшой шрам на лбу, неизвестно, откуда. Вздохнув, я рухнула на свое место. Включила компьютер и приступила к работе, отвечая клиентам, будто робот. К середине рабочего дня мне-таки пришлось подойти к Юле. Один из клиентов задал довольно-таки сложный вопрос. Я, походив по офису в поиске кого-нибудь, кто бы мог ответить на мой вопрос, и никого не найдя, тяжело вздохнула и направилась к Юле. В отличие от меня, она не носилась в поте лица по кабинету, а сидела, уставившись в телефон со скучающим видом. Я подошла к ней:  — Юля, привет, — тихо начала я.  — О, привет! — она оценивающе посмотрела на меня. Закончив осмотр, слегка нахмурилась, — Ты не спала ночью? Выглядишь, будто пешком шла с Девяткино до Ветеранов* — сказала она.  — Спала. Я просто не слишком хорошо себя чувствую, — ответила я, стараясь не смотреть в ее красивые глаза.  — Может, домой тогда? А то ещё свалишься здесь, — произнесла она.  — Нет, я себя физически хорошо чувствую. Морально не очень, — уточнила я.  — Что-то серьезное? Могу я чем-нибудь помочь? — обеспокоенно спросила Юля. Я подумала про себя: «Конечно, только ты-то и можешь мне помочь, но не станешь».  — Боюсь, нет. Я справлюсь. Я вообще-то не просто так подошла, а по делу. Подскажи мне, пожалуйста, что это может быть, и делаем ли мы этот анализ? — я протянула Юле листочек с названием анализа. Она взглянула на него и стала искать информацию в компьютере.  — Вот, смотри, — брюнетка указала мне на экран монитора, — в общем, вот такая фигня, но мы это не делаем, — она улыбалась. Я прочитала полное название анализа, которое никогда бы не смогла выговорить, разве что по слогам.  — Ясно. Спасибо, — сухо сказала я и направилась на свое место, чувствуя, как Юлия смотрит мне в спину прожигающим взглядом. От одного ее вида хотелось рыдать, но на работе это ни к чему. В конце рабочего дня Юля написала мне в рабочий чат:  — Задержись после работы.  — Ок, — написала я. Хм, интересно, зачем это? Дальше продолжит расспрос о моем внешнем виде? Может, сказать ей все, всё-таки, взрослые люди? Да нет, страшно же. Закончив работу, я подошла к Юле. Та жестом пригласила меня сесть. Я уселась рядом с ней и посмотрела на нее уставшим взглядом.  — Слушай, здесь такое дело. Я работаю до конца мая, потом увольняюсь. И поэтому решила устроить что-то типа небольшого банкета в конце месяца. Вот, хотела тебя пригласить, — сказала она, глядя мне прямо в глаза.  — Что? — я не верила своим ушам. Она увольняется? Но как? Зачем? Я почувствовала, как внутри меня мигом все рухнуло. К такому повороту событий я не готова. Вновь появилось желание убежать отсюда подальше, но это будет, как минимум, не вежливо. Видимо, мое состояние не осталось незамеченным.  — Ты чего? — Юля испуганно взглянула на меня, — ты так побледнела. Что с тобой? Может, больничный? — стала задавать вопросы, взяв меня за руку. От ощущения ее теплой ладони мне стало ещё хуже, перед глазами все плыло. Но я, махнув головой, взяла себя в руки.  — Нет, нет, я… просто, это так неожиданно, что ты уходишь. Я бы не хотела этого.  — Прости, но я уже давно решила, ещё зимой, — грустно улыбнулась она, — мы всегда сможем поддерживать связь. Не в пятнадцатом веке же живём.  — Ну да… но на работе, плохо будет без тебя. Ты все знаешь, все можешь подсказать. Ты вообще замечательная, Юля, — сказала я, чувствуя, как вот-вот хлынут слезы.  — Если бы я раньше знала, что ты так не хочешь меня отпускать, я бы осталась. Но я уже не могу все поменять. Да и ты зимой вроде сама говорила, что уволишься, — заметила Юля.  — Да, было такое. Хотела уехать в другой город, но поняла, что без Петербурга не могу жить.  — Ну вот. Не переживай, — она погладила меня по руке, — я не потеряюсь.  — Да, Юля, а куда ты уходишь, если не секрет?  — Я буду на дому работать фрилансером. Это менее напряжно и гораздо удобнее. Да и оплата не меньше, чем тут, если достаточно времени уделять, — пояснила она, — можно выйти с ноутбуком в парк и работать там. Или в кафе. Согласись, удобно? — спросила она.  — Да, конечно. Я бы тоже выбрала такую работу, но я не умею ничего, — растерянно сказала я.  — Всему можно научиться, если захотеть. Я тоже раньше не умела, — сказала она. «Эх, как бы я хотела, чтобы ты меня научила. И не только работе за компьютером…» — подумала я. Конечно, говорить этого я не стала.  — Согласна. Когда банкет? — вместо этого спросила я.  — 31 мая. Здесь кафешка неподалеку есть. Я потом адрес напишу. Заказала зал, так что, приходи, буду очень рада, — подмигнула мне Юля. Ох, чувствую, напьюсь я там. Нет, нельзя, там же коллеги будут.  — Хорошо, Юля. Я приду, — ответила я.  — Отлично. Не расстраивайся. Не умея больше сдерживаться, я обняла ее крепко, прижимая к себе. Почувствовала, как текут слезы. Она ответила мне, смущённо прошептав:  — Тише, тише, все в порядке, я ж не умерла. Я отстранилась, вспомнив, что мы немного на работе. Юля посмотрела на меня, продолжая улыбаться своей очаровательной улыбкой. Какая же она безумно привлекательная! Мой взгляд упал на ее горячие губы, и я, смутившись, опустила его в пол.  — Всё-таки, может расскажешь, что у тебя произошло? Что ты целый отпуск где-то пропадала без телефона и сегодня пришла в таком состоянии, как будто атомную войну пережила, — спросила Юля. Я оглядела помещение. Коллегам было все равно на нашу беседу и любезности. Большинство из них ушли домой.  — Потом, не сейчас. Я пока не готова.  — Хорошо. Но если бы я могла тебе помочь… — я прервала, — Ты бы могла помочь, но ты не станешь этого делать, — сказала я серьезно.  — Почему ты так думаешь? — девушка была удивлена.  — Я знаю, — Господи, что я несу? Зачем я вообще это ляпнула?  — Ну… ладно, тебе виднее, — Юля выглядела растерянной. — Я пошла домой. Завтра ещё на работу. Завтра будешь?  — Да. Давай, до завтра, и… не пропадай, — попрощалась она.  — Я и не пропадала. Я дома была все время, — засмеялась я.  — Ты поняла, о чем я, — чуть улыбнувшись, сказала девушка.  — Я поняла. Пошла я. До завтра.  — Пока, — ответила мне в след Юля, возвращаясь к работе. Я шла к метро, размышляя об этом разговоре. Погода снова испортилась, хотя, учитывая мои предпочтения, улучшилась. Если утром у меня не было настроения, то сейчас оно вообще ушло в минус. На какой-то момент я с ужасом подумала, что вдруг она обо всем догадалась и поэтому предпочла уйти. Затем вспомнила, что она запланировала это ещё зимой, когда я не подавала никакого повода, чтобы меня в чем-то подозревать. Я успокоилась. Я надеялась, что у меня хватит смелости, чтобы поддерживать с Юлей связь, когда она уйдет. Немного поразмыслив, я решила сделать Юле сюрприз и подарить ещё подарок. Осталось только придумать, что подарить. Всю дорогу меня сопровождал холодный мерзкий моросящий дождь, — небо рыдало вместе со мной, а порывистый ветер сколько бы ни старался, никак не мог выдуть мои печальные мысли из головы. Закрывая глаза, я видела Ее, и слезы сами текли рекой. Как же я вляпалась, прости Господи! В наушниках играло: «…и ты забудешь мой последний взгляд, но через сотни лет должна узнать мой голос…». Это была композиция Сплин «Невский проспект», и ее текст как нельзя кстати подходил под мое состояние. Шла я, правда, не по Невскому, а по Каменноостровскому проспекту, но не суть.  — Наташа, могу тебя набрать? — я написала подруге ВКонтакте. Сейчас, в отличие от минувших двух недель, я не хотела молчать. Я хотела рассказать все кому-нибудь, поделиться своими переживаниями.  — Да, давай, — тут же ответила подруга. Она почти постоянно сидит в интернете. Спрятавшись от дождя на какой-то остановке, я села на скамью и позвонила подруге. Около получаса я рассказывала ей о своих чувствах, о Юле, о том, как я ее люблю, как провожала ее домой, как разрыдалась сегодня, узнав о ее увольнении.  — Ну ты попала, подруга, — сказала она.  — Я это уж поняла, — я криво усмехнулась.  — Что делать думаешь?  — Думаю, подарок подарить ей, когда на банкете соберёмся.  — Про подарок-то это ясно, — ответила она, — вообще, что делать думаешь в этой ситуации?  — Я бы хотела продолжить с ней общение. Но, с другой стороны, стоит ли? Мне навряд ли что-либо светит. Может, лучше отпустить и забыть?  — Нет! — возмутилась Наташа на том конце провода, — ты должна хотя бы попробовать! Лучше что-то сделать и пожалеть, чем пожалеть, не сделав. Так у тебя хотя бы будет малейшей шанс, мало ли ее переклинет. А если ты ее оставишь в покое, шансов никаких не будет.  — Ты, пожалуй, права. Но, как же страшно, черт! — воскликнула я.  — А чего бояться? К тому времени вы уже не будете коллегами!  — Ну… да. Но все равно страшно, согласись?  — Ну да… но надо же с чего-то начинать?  — Не спорю, — подытожила я, — ладно, пошла я домой, а то никакущая уже.  — Давай, пиши, звони.  — Обязательно. Целую. Я отключилась и пошагала в сторону метро. Придя домой, я вновь дала волю слезам. Было очень тяжело, жгучее чувство отчаяния и абсолютной своей беспомощности разрывало сердце на куски. Когда я уже засыпала на мокрой от слёз подушке, мне пришло СМС. "— Саш, ты как? Все в порядке? — писала Юля. Переживает? Как мило.  — Да, хорошо все, спасибо, Юленька, — я решила написать ласково, потому что мои чувства к ней уже не могли держаться в клетке, разрывая прутья на куски.  — Так ласково… Юленька, — написала она, поставив пару смайликов с улыбающимися рожицами.  — Прости, — ответила я.  — Ничего страшного, мне нравится, — пришел ответ. Нравится? Ей нравится? Вау, я польщена, товарищи.  — Я видела тебя сегодня недалеко от метро на скамейке, где автобусы останавливаются. Ты говорила с кем-то по телефону и плакала. Я даже хотела подслушать, уж больно интересно стало, но я испугалась, что ты меня заметишь, — прочитав сообщения, я почувствовала, как сердце в пятки уходит. Как же хорошо, что она не сделала этого! Дура, надо было хотя бы на свою станцию уехать и там уже звонить.  — Юлия, тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? — написала я, поставив смайл.  — Возможно и говорили, но я не помню, я вообще ещё ребенок в душе, — смеясь, написала она.  — Я заметила, признаться.  — А вот ты, напротив, слишком серьезная, — пришло в ответ, — порой даже кажется, что ты старше меня.  — Да жизнью замученная.  — Все так плохо?  — Ну… не плохо, а тягостно, — продолжила я.  — Влюбилась, что ли? — догадалась Юля.  — Да, — а чего скрывать, я ж не собираюсь говорить ей, в кого.  — Ууу, понятно. Но мой тебе совет — действуй! Лучше попробовать и потом пожалеть, чем пожалеть, что не рискнул, — где-то я уже сегодня это слышала.  — Да, Юль, мне подруга так же по телефону сказала.  — Ну вот, видишь. Ладно, пошла я спать, а то на работу завтра.  — И мне. Спокойной ночи.  — Спокойной ночи, Саш." После этой переписки мне стало легче. Конечно, понравился совет Юли по поводу «рискнуть». Знала бы она, о ком я говорю. Значит, точно не догадывается. Как же я устала от этого всего. Может, и вправду, продать квартиру, уехать куда-нибудь в Сыктывкар и все забыть? Но я не проживу без этих ярко освещённых проспектов, дворов-колодцев, разводных мостов, всадников на лошадях на окраине города, шумных набережных и тихих узких улочек в Адмиралтейском районе. Без чинной и благородной атмосферы культурной столицы России. Не смогу. Думая о бесконечной глади Невы, я уснула. Я почему-то, даже забыла, что у Юли кто-то есть. *** Проснулась я уже в гораздо более хорошем расположении духа. Собираясь, я даже включила бодрую музыку (в кои-то веки, не Сплин) и подпевала ей. Перед работой купила немного еды и горячего кофе в Макдональдсе. Придя на работу и поздоровавшись со всеми, стала работать. В этот раз одежду я погладила. Пришла Юля, поздоровалась тоже со всеми нами и улыбнулась мне. Чертовски приятно, однако! Когда я подошла к ней попросить чаю, она, оглядев меня, сказала:  — Сегодня ты выглядишь на порядок лучше. Не мятая и без синяков.  — Спасибо тебе за то, что поговорила со мной ночью. Мне стало лучше, — я смотрела прямо в глаза девушке. Была у меня такая привычка, если человек нравится и симпатичен, смотреть ему прямо в глаза. Они такие красивые, цвета молочного шоколада, а аккуратные стрелки делают их ещё более выразительными.  — Не за что. Ты так на меня смотришь, будто я тут голая сижу, — Юля засмеялась.  — Ой, прости, задумалась. У меня привычка в глаза пялиться, — я покраснела. Вот какого лешего она сказала это? Я же реально представила ее без одежды.  — Хорошая привычка, можно изображать, что слушаешь человека, думая о своем.  — Да, но некоторые смущаются, — ответила я.  — Я не из таких. Эй, ты такая красная стала, ты меня что, реально голой представила? — Юля с трудом сдерживала смех. Вот ей смешно, а мне каково? Что ты делаешь, женщина?  — Да… ой, то есть нет, конечно, как ты могла это подумать? Пошла я работать, спасибо за чай. — я развернулась на каблуках и отправилась к себе.  — Да не за что, — ответила Юля, вернувшись к своему монитору. Блин, вот же коза! Доиграется, и я спалюсь. Я спокойно доработала, борясь с тёплыми волнами в животе, когда Юлька оказывалась поблизости. Молю всех богов, чтобы это было незаметно. Выходя из офиса, я резко открыла дверь, за которой тут же донеслось непристойное и возмущенное:  — Блять! Да что это такое? Етить тебя налево! Я быстрее убьюсь здесь, чем уволюсь! — и о да, это была Юля. Она стояла, держась за лоб и тут вдруг посмотрела на меня.  — Ой, Юля, Юленька, извини! Я дура, пиз… пипец! Тебе больно? — я отвела ее куда-то на лестницу в сторону, чтобы не мешать людям, и слегка приобняла.  — Ничего… страшного, но на этот раз действительно больно. И смешно. Мы уже с тобой второй раз неудачно сталкиваемся в дверях. Ты меня так сильно не любишь, что хочешь убить? — Юля старалась говорить серьезно, но у нее это выходило плохо.  — Да нет, ты что, я люблю тебя! Ну, то есть, в смысле, не не люблю! — черт, я ей сейчас призналась? Не при таких обстоятельствах я планировала это сделать. Хотя, навряд ли она воспримет это всерьёз  — Я тебя поняла, обожаешь просто! — с сарказмом сказала Юля и убрала руку, и я увидела кровь над правой бровью.  — Ой, Юля, у тебя тут кровь, — испуганно сказала я, — чёрт, что же я наделала?! Юленька!  — Да перестань волноваться так! Нормально все. Пошли, поможешь рану обработать, — спокойно сказала брютенка. Черт, так захотелось ее обнять и, вытерев кровь, поцеловать в место ранки. Мы направились обратно в офис, Юля достала все необходимое из аптечки и мы пошли на кухню. Юля села на стул, а я встала напротив нее. Я обработала рану перекисью.  — Щипит? — спросила я, слыша, как шипит антисептик при контакте с кровью.  — Чуть-чуть. Не критично, не волнуйся ты так!  — Что тут у вас происходит? Кто-то пытался Юльку нашу убить? — спросила вошедшая на кухню коллега Надя.  — Да, я, — ответила я, заклеивая рану пластырем.  — За что ты с ней так? На перерыв не отпустила? — усмехнулась Надя, наливая кипяток из чайника в кружку.  — Да случайно вышло, дверью заехала, когда уходила, — ответила за меня Юля.  — Вы осторожнее, девчонки, — сказала она и вышла из кухни.  — Ну, вот и все, готово, пациент, — усмехнулась я, любуясь проделанной работой.  — Спасибо тебе, — сказала Юля.  — Ты меня ещё и благодаришь?  — Ну… да, ты же могла и просто уйти, так как рабочий день твой окончен.  — Не могла. Это было бы невежливо, — возразила я. А потом, не знаю, что нашло на меня, я обняла ее, вдохнув запах ее волос. Коснулась губами макушки. Перед глазами поплыло. Эх, я уже себя не контролирую, Юля. Я почувствовала ее ладони на талии, она прижалась ко мне. Что, она не оттолкнет? Юлька, что ты творишь? Потом я опять вспомнила, что мы «немного на работе», и отстранилась.  — Прости, — хрипло сказала я.  — Перестань извиняться. Ты за день извинилась больше, чем передо мной вообще извинялись за всю жизнь, — сказала девушка, глядя на меня.  — Да я тебя чуть не прибила, а потом обниматься полезла, — оправдывалась я.  — Ничего страшного, не прибила же, — улыбнулась она, — пошли, мне в отдел кадров надо. Мы вышли из офиса, попрощались, и Юля направилась в соседний отдел, а я на улицу и к метро. Всю дорогу меня не покидала странная глупая улыбка. И этот запах ее практически черных волос… Почему она так спокойно реагирует? Почему она не оттолкнула меня, когда я обнимала ее? Мало того, сама обняла. Может быть, ей действительно нужна поддержка, а она только старается быть сильной? Как же я бы хотела быть с ней рядом, спасая ото всех проблем и защищая ото всех невзгод. Я подняла глаза вверх, посмотрев на голубое небо с редкими сероватыми тучками. Быть может, у меня есть шанс? * — станции метро Девяткино и проспект Ветеранов на красной ветке питерского метрополитена. Девяткино самая северная станция, а проспект Ветеранов — самая южная, таким образом, если пройти от одной до другой, то пересечешь весь город с севера на юг.