A life long year

Метель укроет склоны горных вершин и белым-бела земля. Безмолвное королевство, Королевой стала я. А ветер стонет и на сердце ураган. Мне б его сдержать, но я не могла. Не открывай, храни секрет, будь хорошей девочкой для всех. Закрой все чувства на замок, но тщетно всё! Отпусти и забудь, что прошло - уже не вернуть. Отпусти и забудь, новый день укажет путь. Не боюсь ничего уже, пусть бушует шторм - Холод всегда мне был по душе. (OST Frozen)

Эренделл готовился отпраздновать свой юбилей. Это событие, по масштабу, не шло ни в какое сравнение даже с недавней коронацией. Слуги и придворные носились со списками приглашенных несколько дней подряд, и никак не придут к единому умозаключению в силу того, что гостей оказывается до беспредела много. — Королева, — в покои Эльзы просовывается голова одного из послов, приехавшего заключить международное соглашение на сотрудничество. — Простите мою вольность, но я бы хотел переговорить с Вами, не дожидаясь вечернего заседания. Молодой человек лет тридцати, высокий и статный, одетый в чёрный, идеально сидящий на нём фрак, сделал движение рукой и приоткрыл массивную дверь, осторожно входя внутрь. Эльза сидела за чтением толстенного фолианта под названием «Ледяной век». Эта утопия, по своей сути, конечно, больше напоминающая политическую сказку для взрослых, вызывает у неё интерес ещё в детстве. Некоторые главы особенно отличались явной экономически-обоснованной подоплёкой. Магия, о которой боялись слышать ещё вчера, сегодня стала одним из основополагающих факторов для развития всего королевства. Эльза пока ещё не в полной мере могла осознать всю ответственность, опустившуюся на её плечи (она всего лишь год как стала полноправной королевой). — Королева, — голос становился настойчивым и чуть более громким. — Прошу прощения, но нам на самом деле нужно поговорить. Эльза медленно закрыла книгу и отложила её на подоконник. Она часто сидела возле окна, выходящего на фьорд и Северную часть королевства. Летом здесь было ужасно жарко, а вот зимой стояла морозная, переливающаяся прохлада. Сказать, что Эльза научилась контролировать вспышки гнева и замораживания всего того, что попадается под руку — это ничего не сказать. Она словно переродилась. Теперь вывести её из себя не мог даже приставучий герцог Варавский, всё ещё рвущийся на пост премьера. — Что вы хотели, сэр? — рука девушки неспешно провела по подлокотнику дубового кресла. Волосы, платинового оттенка, струились локонами по спине и плечам. Осанка и взгляд тоже изменились. Эльза преобразилась за последние пару месяцев до неузнаваемости. — Дело в том, что в стране пару дней назад сменился режим. Институты социальной и общественной жизни перешли в частные руки, Королева. И я, как посол доброй воли, обязан Вас уведомить, что отныне Эренделл не является только Вашей собственностью, к сожалению. Эльза посмотрела на собеседника в упор. Её голубые глаза, словно два больших озера, затягивали в свои глубины тех, кто был слаб, в два счета. Но посол выдержал эту атаку с честью. Его задранный и гладко выбритый подбородок говорил о том, что молодой человек нисколько не устрашен. — Как такое возможно? — она встала с кресла и обошла его по часовой стрелке. — Откуда у Вас такая информация? Эренделл является вверенной на полное содержание территорией Королевства, которое в свою очередь, перешло ко мне от моего отца — Короля. — Страна перешла на демократический режим и монархия в скором времени будет упразднена. — Вы хотите сказать, что скоро начнутся выборы? — у Эльзы резко пересохло во рту. — Именно, королева, — кивнул посол, чуть прикрывая глаза и склоняя голову ровно настолько, чтобы показать своё уважение. — Органы власти также подвергнутся некоторым изменениям. — И что же делать? — Эльза не могла больше спокойно думать. Она заметалась по комнате, отчаянно зарываясь руками в шевелюру. — Как я сообщу об этом подданным? Что теперь станет с Королевством? Кто будет выбран на пост управляющего? И вообще, что это за демократия такая?! — Вам стоит быть начеку. Губы Эльзы сжались в одну тонкую линию. Посол увидел, как она резко отворачивается и втягивает носом воздух. Несколько глубоких вдохов и Королева снова поворачивается к нему лицом. — Это угроза? — Нет, вовсе нет, — ответил он, смущаясь её, и понимая, что заставил королеву нервничать. — Это предупреждение. Поймите, я не имею ничего лично против Вас, но политика, как известно, меняет людей… — Кого же, по-вашему, она могла изменить так сильно, что он решился взять инициативу в свои руки? — Эльза подошла к мужчине, и он с высоты своего роста окинул королеву изучающим взглядом. — Уж не Вы ли тот самый реформатор, что слишком долго находился в тени собственных эгоистичных планов? — Вам должно быть стыдно, юная леди, — процедил посол, нервно поправляя свой шейный платок. — Я здесь только с одной целью: помочь Эренделлу установить дружеские контакты на мировой арене. Мои предки, как один, сражались за Короля и за правду. И сейчас, думая обо мне столь унизительно, Вы унижаете и себя. Девушка поняла, что обидела его такими речами. Она густо покраснела и отвела глаза. Руки начали холодеть. Эльза жутко испугалась, что сейчас случится непоправимое, но положение спас Олаф. — Эльза! — снеговик вкатился в помещение, звонко смеясь. — Ты должна это увидеть! Там на площади… Посол открыл рот, чтобы что-то сказать, но Олаф опять заголосил, вынуждая того замереть и уронить челюсть. — Кто это? — Наш дворецкий, — с усмешкой отозвалась королева, качая головой. — Прошу любить и жаловаться, если сильно достанет. Но можете быть спокойны — Олаф никогда не будет доставать, если Вы не пробудите в нем интереса, и, если он не будет Вам доверять. Посол уставился на снежное изваяние. — Ну и что, дорогой, глазеть все могут, — Олаф сразу перешел за грань официоза. — Лучше скажи мне, кто дал тебе право вваливаться к моей любимой королеве и огорчать её? Эльза присела на корточки: — Олаф, малыш, с чего ты взял, что меня огорчили? Снеговика оказалось не так просто провести. — У тебя глаза сразу похолодели. Эльза смутилась. Она снова взглянула на мужчину. Посол не проявил никакого внимания к словам новоиспеченного дворецкого из снега. — Сегодня на совещании Вам, королева Эльза, нужно будет назначить своего временного приемника. Затем будет проведен референдум. — Что? — Олаф схватился за голову. — Эльза, что случилось.? — Не волнуйтесь раньше времени. Я скажу своим людям, что Вы — единственная кандидатура, способная держать жизнь Королевства под контролем, — смуглое лицо на мгновение озарилось, густые волосы, зачесанные назад, отливали углём. Мужчина был весьма хорош собою и не скрывал этого. — Королева Эренделла услышала меня? Королева-то услышала, но вот сама Эльза засмотрелась на его длинные черные пряди, выглядевшие почти также идеально, как и у неё. Черный цвет, по её глубокому убеждению, обязательно характеризовал человека с отрицательной стороны. — Вы свободны, сэр, — Эльза скрыла свою неловкость и переключила внимание на тараторящего Олафа. — Я поняла. *** — Как ты только посмел! — Анна всплеснула руками, испепеляя взглядом побледневшего Кристоффа. — Неужели нельзя было обойтись без такого погрома?! — Я уже говорил тебе — это сделал Свен, — упрямо талдычил блондин. — А ему ты как посмел разрешить? — Извини меня, но он — олень! — И ты тоже иногда бываешь… — Что? — переспросил Кристофф. — Ничего, — отозвалась Анна, усмехнувшись. — Объяснения в студию! — Свен слегка увлекся… — Это я поняла. Но ты ведь был рядом! Почему ничего не предпринял?! — Это же животное! — На отмазку не тянет, Крис… — И что же ты хочешь, чтоб он приседал в реверансе каждый раз, как видит тебя? — продолжал блондин. — Анна! — Да неужели? Кристофф почесал затылок: — Он не спрашивает моего разрешения, если дело касается личных потребностей. — В его личные потребности входит громить мою палатку? — принцесса обвела взглядом разбросанные по всей площади овощи и фрукты. — Или ты снова не купил ему морковки на завтрак? — Я покупал. Но Свен в последнее время сам не свой до еды… — Кристофф, — Анна жестом приказала парню замолчать. — Я приняла решение. Свена нужно отправить обратно в леса. Любить животных и жить с ними бок о бок — разные вещи. Анна всем сердцем прикипела к чудаку с рогами, но в последнее время Свен начал доставлять некоторый дискомфорт не только ей и её едва открывшейся торговле, но и другим горожанам. Маленькие дети, не понимая, могли случайно задеть оленя, и тогда он, тоже не от большого ума, гонялся за ними по дворам, полям, где топтал посевы и рушил чужие заборы. — В леса? Одного? Зачем? — невинная мордаха лучше всего получалась тогда, когда Кристофф терялся с ответом. — Я не понимаю тебя, Анна. — Свена нужно отправить в лес. Пусть он сам добывает себе пропитание. И живет отдельно. — Он мой друг. И брат, — Кристофф говорил тихо, но очень чётко. — Выгнать его, это всё равно что выгнать меня, Анна. — Значит, ты предпочитаешь жить в лесу?! — Я тебя в последнее время не узнаю! — Кристофф решил, что им со Свеном и правда стоит на время покинуть дворец. — Или тебя гложет новость о том, что Эльза не берёт ответственность за твои поступки? — А что я такого сделала? — вспыхнула Анна. — Ты освободила этого… монстра! — Ты про Ханса? — Анна несколько раз моргнула. — Кристофф, всё, что он совершил, уже в прошлом. Каждый из нас должен иметь шанс на… — И ты пригласила его на юбилей к нам во дворец?! — ещё громче взревел Кристофф. — Анна, ты с ума сошла! *** За ужином Эльза сидела в одиночестве. Огромный тронный зал, некогда блестевший от обилия зеркал и свечей, сейчас был окутан полумраком. Королева всё никак не могла сосредоточиться и понять: стоит ли ей нервничать из-за предстоящих выборов или всё же нет? — Свен! Черт тебя подери! — выругался Кристоф, вваливаясь в зал. Олень с разъехавшимися в разные стороны ногами лежал позади него. Полы сверкали чистотой и копыта оленя всегда скользили по ним. Кристофф увидел Эльзу и вытянулся по струнке. — Королева… прошу прощения… я только… — Это ты? — как-то облегченно вздохнула Эльза. — Проходи. — Это Свен, — горько усмехнулся Кристофф. — Всё ему мало еды. У тебя морковки не найдётся? — Сколько хочешь. — Эльза указала рукой на стол, где стояли нетронутыми несколько блюд. — А где Анна? — Обсуждает с Олафом мотивы своего «благородного» поступка. — Какого на сей раз? — поинтересовалась Эльза. — Она послала гонца с просьбой освободить из-под стражи Ханса… — Что?! — Эльза вскочила и заморозила сразу несколько кувшинов с водой. — Она спятила?! — Мы уже поговорили, и знаешь, Эльза, я не уверен, что убедил её в том, что он никогда не исправится. — Ну я ей устрою, — Эльза сжала руку в кулак. — Только этого мне и не хватало сейчас… Проблемы, вроде, должны рассасываться, но их только становится больше. Что я делаю не так? Понурый Кристофф сел на ближайший стул и опустил голову. — Я задаю себе тот же вопрос. — Вы поругались? Вдруг разбилось несколько бокалов и посудин, предназначенных для соусов. Эльза резко обернулась. Это Свен стащил скатерть со стола и виновато потупил глаза. — Нет, мы не ругались, просто… — Я всё знаю, — сказала Эльза. — Каждый раз, когда вы остаётесь вдвоём, то претензии от Анны слышит весь обслуживающий персонал. Последняя ссора у вас случилась пару дней назад из-за Свена. Я права? — Я не хотел бы это обсуждать. — Кристофф смахнул с себя морковные шкварки, оставленные ему заботливым другом. — Может, ты расскажешь, что случилось? — Меня по-прежнему боятся. — Вот ещё! — Кристофф нахмурился. — Почему? — Многим кажется, что это затишье перед бурей, — усмехнулась Эльза. — Вдруг я снова не смогу справиться с магией. И что тогда? — Ты об этом всё время думаешь? — Не только, — тяжело вздохнула Эльза. — Скажи, Эльза, ты согласилась бы… познакомиться с дедом Пабби? — С кем? — С моим дедом, — замялся Кристофф. — То есть, он не мой кровный дед, но… они меня вырастили. Так что… — Твои друзья — эксперты в любви? — оживилась вдруг Эльза. — Не поверишь, я сама хотела тебя об этом спросить! — Да? — недоуменно выпучил глаза Кристофф. — Глупо отрицать, — Эльза встала. — Я и сама в себе сомневаюсь всякий раз, когда думаю, что мне неведомо чувство, которым так преисполнена Анна. — Чувство? — вдруг переспросил Кристофф. — Любовь, — Эльза подошла к парню и облокотилась на спинку его стула. — Та самая. — Ах, ты об этом, — отмахнулся он, улыбаясь. — Знаешь, наверное, я слишком круто взял. С дедом Пабби ты могла бы поговорить о магии. Эльза замерла. — Вот как? — голубые глаза Эльзы на мгновение вспыхнули. — О магии? — Да, а что? — Кристофф обернулся. — Да нет, — она резко отошла к окну и отвернулась. — Всё верно. — Эльза, я не хотел обидеть, — начал Кристофф. — Прости меня, если я ошибаюсь, но мне всегда казалось, что ты самодостаточна и без этой любви. В смысле, у тебя такой дар и ты можешь сделать что угодно… просто захотев… пожелав… Эльза молчала. Кристофф подошел ближе. — Ты злишься? — спросил он тихо. — Нет, — выдавила она, стараясь не выходить из себя. — Просто для всех вас я снежная королева без чувств и эмоций, готовая на все лишь бы кого-то заморозить? Верно? — Пока ты не доказала всем обратное, тебя действительно считали монстром, но сейчас… — Да, я злюсь. — Эльза повернулась лицом к Кристоффу. — Это заметно, — скромно улыбнулся парень. — Ты вовсе не так злишься, как Анна, к примеру. С ней я вообще теряюсь в догадках иногда. — Как ты понял, что я зла? — У тебя лёд на губах… — Ты правда хочешь мне помочь? — Конечно, — кивнул Кристофф. — Тогда растопи мои губы. — Эльза потянулась к нему за поцелуем. — А потом — и сердце.