A life long year

Девочка, пойми — я ночью улетаю, Я болен не тобой — я собой страдаю, И ночами вольными, пьяными твою любовь Я чужими запиваю! Холодным одеялом мы укутались с тобой, Холодными глазами мир пытаем тишиной, Наверно, легче будет нам проделать этот путь Когда кто-то из нас на полном: «Ты меня забудь!» Меня несёт туда, где я утопаю с головой, Туда, где буду пьяный, и счастливый, и не твой. Из нас уже никто не греет в этом январе, Но буду параллельно снова думать о тебе, Я терял себя так в потоке людей — Я забывал то, что я пел тебе, Это не понятно, но почему — мне хочется смеяться, — Но я не пойму… (СтанцияПоВстречной)

— Мама! — Джуди бросилась на шею к крольчихе так, словно и правда не видела её слишком долго. — Наконец-то! Отпуск! Бонни широко улыбалась ровно до тех пор, пока не увидела позади дочери лиса. — Мам, знакомься, — Джуди протянула лапку, подзывая смущенного Ника к себе. — Это мой… лучший друг и коллега, Николас. Уайлд выпрямился и посмотрел на мать Джуди. — Здравствуйте, я очень рад познакомиться, миссис Хоппс. Много слышал, — лис отвесил почтительный полупоклон, сделав небольшой шаг к испуганной Бонни. — Теперь я понимаю, в кого Джуди такая красавица. — О, нет, — Стью, чуть замявшись, тоже вышел из-за прилавка. — Это она в меня. А вот характером — в маму. Все дружно засмеялись. Хоть Ник уже понял, что пожалеет об этом решении, он всё равно глубоко вдохнул свежий воздух и, прихватив сумки, отправился осматривать деревушку кроликов под названием «Малые норки». Не стоит упоминать о том, что при виде здоровенного лиса (а Николас начал активно посещать тренажерный зал после принятия гордого звания «полицейский») все жители шарахались, а некоторые и вовсе запирались в домах. — Я так понимаю, что у вас здесь вовсе не о чем беспокоиться, — хмыкнул Ник, сидя на лавочке возле дома Джуди. — Уровень преступности — ноль. — Не всегда так было, — Джуди быстро жуёт морковку. — К тому же, здесь недалеко было лисье поселение. — Серьёзно? — Николас заинтересовался этой темой. — Много их там было? — Папа говорил, что много, — крольчиха любовалась красивый закатом. — Но я туда не ходила. Разве что однажды, когда нужно было вернуть пропавшую игрушку соседки. Она была милой и доброй… мы дружили. — Была? — Ник нахмурился. — Несчастный случай, — Джуди явно не хотела распространяться. — Это далеко? — спросил Николас. — Ник, только не говори, что ты хочешь туда наведаться… Поселение лисов находилось за рекой. Джуди повела Ника на лодочную станцию. Оказалось, что для маленькой деревушки инфраструктура была на высшем уровне — спасибо новому мэру Зверополиса, который понял, что тратить деньги нужно не только на дорогущие бутики в центре Сахара-сити. Николас галантно помог Джуди усесться в лодку и даже сам взялся за вёсла. — Почему без мотора? — Джуди удивленно покосилась на взмокшего от нагрузки лиса. — Ник? Ты, оказывается, романтик? — Вовсе нет, Морковка, — ответит Уайлд, ухмыляясь. — Просто не хочу спугнуть местных звуками, раздражающими наши чувствительные ушные раковинки. — Ник, ты в самом деле решил, что здесь ещё живут лисы? — Я уверен, что здесь жизнь кипит куда буйнее, чем у нас в участке, — лис уже причалил к берегу, заросшему густой травой. — Надеюсь, ты не боишься? — Нет, — Джуди резво вылезла, выпрыгнув и подняв много мелких грязных брызг. — Ещё чего. — Прекрасно, Морковка. — Ник фыркнул, увидев, что до его рубашки всё же долетела парочка капелек. — Идём, я давно не развлекался. В смысле — не шалил. Даже слишком. В детстве, видимо, травоядная шоковая терапия повлияла. Они вышли к старой самодельной мельнице. Место было зловещим. Кругом только заросли и ни одного фонаря. Старые дорожки, которые резко обрывались в некоторых местах и начинавшиеся снова чуть поодаль, давали маломальский ориентир, куда двигаться. — Так, что же случилось с твоей соседкой? — снова спросил Ник. — Она была здесь? — Мы были вместе. — Понимаю, ты не хочешь говорить, — Ник виновато улыбнулся. — Расскажи хотя бы в двух словах. — Ник, я не думаю, что это… В траве что-то шевельнулось и тут же бросилось бежать. Да с такой скоростью, что Ник едва успел поймать. Он вернулся к Джуди, стоящей на месте, и показал маленького лисёнка. Правда, выглядел он не так, как представляла Хоппс: без одежды, даже без намёка на неё, весь лохматый и с клочками выдранной шерсти, худой, и весьма злобный. — Вот это удача, Морковка, — восхищенно произнёс Николас. — Мы нашли племя отшельников-каннибалов? — Каннибалов? — ужаснулась Джуди, прижимая уши. — Что? — Смотри. — Ник довольно умело раскрыл пасть маленькому лису, и оттуда полилась кровь. Джуди зажмурилась. Затем Ник извлёк кусок мяса с прилипшей шерстью. — Видишь? Это плоть. Он явно не ест овощи и не пьет фреш из лайма с мятой. Джуди стало не по себе. — Как тебя зовут? Она наклонилась к лисёнку, но тот лишь заверещал не своим голосом и, укусив Ника, бросился бежать. Бегать он явно умел лучше, чем охотиться. Когда подул ветер, то недалеко от мельницы обнаружилось гниющее тело. Небольшая лисица лежала на спине. Её горла не было видно из-за многочисленных укусов и ошмётков вырванного мяса. — Ник, пойдем отсюда, — крольчиха поёжилась. — Это была плохая идея. — Куда?! — Ник с любопытством ребенка принялся лазать возле тела. — Морковка, ты что! Мы не можем! Мы же совершили открытие! — Открытие? — Именно! — лис улыбнулся. — Все давно считают, что синдром одичания — это реакция, вызванная горлодерами. Но у нас с тобой появился шанс доказать обратное. На примере этих лисов. — Я не собираюсь ничего доказывать! — Джуди в своей излюбленной манере топнула ногой. — То, что здесь живут варвары без чести и совести мы все уже знаем. И никто сюда не приходит. Многие десятки лет. Скоро этого места не останется — кругом трава… — А больше ты ничего не замечаешь? — Ник прищурился. — Полицейский-очевидность? — Ник, если тебе мало расследований в Зверополисе, то мог бы не ехать в отпуск со мной, — устало промолвила Джуди, разворачиваясь, чтобы уйти. — А если здесь есть адекватные лисы? — остановил её Уайлд. — И им нужна помощь? Джуди с некоторым сомнением обернулась. — Почему это у неё только горло растерзано? — Ник достал из кармана лупу, которую всегда носил с собой. — Тебя это не удивляет? Обычно тушу съедают полностью. Высушивают, даже кости идут в расход, если стае действительно нечего было есть… — Стае? — усмехнулась Джуди. — Может, племени? — Называй как угодно, но это подозрительно. К тому же, я не слышал, чтоб наш лисёнок, который дал деру, что-то сказал. Он пищал или выл — но не более. — Хорошо, но ты же сам сказал, что это — одичавшие каннибалы. — Джуди развела лапками. — Значит, всё нормально. Они не говорят. — А она? — Ник указал на труп. — Она, по-твоему, тоже не говорила? — Мало будто нам было работы в Зверополисе, только успели приехать, — вздохнула Джуди. — Ник, ты серьёзно хочешь лезть в это? — Морковка, пойми, — Ник посмотрел на крольчиху долгим и даже отчаянным взглядом. — Может, раньше я и был эгоистом, которому всё до лампочки кроме денег и тёплого места, то теперь кое-что изменилось. — Ник, но если… начать расследование этого убийства или… акта каннибализма, то мы можем подставить все жителей в округе. Ты думал? — Здешних лисиц убивают лисы, — выдал, помолчав, Ник. — Во всяком случае, это нужно выяснить. И кролики не должны попасть под подозрение. На начальном этапе. — Родители запретили мне об этом говорить, — промямлила вдруг Джуди. — После того случая. И всё, что было у меня с Гидеоном, просто ерунда… — Кто такой Гидеон? — мгновенно напрягся Уайлд. — Местный хулиган-лис, — Джуди провела лапой по щеке, где красовался едва заметный шрам. — В детстве он не любил меня, задирался, а я считала его… подонком. Так и было, собственно. Впрочем, сейчас он встал на путь исправления и всё прочее, но… — Договаривай, — с нажимом сказал Уайлд. — Что было дальше? — Его отец одичал первым, — Джуди зажмурилась на мгновение. — Это был первый зафиксированный случай… он набросился на моего отца, и уволок его куда-то сюда. Папа вернулся, и никогда больше ничего не рассказывал. Ему кололи специальные уколы. А потом, вопреки запретам, я пошла помогать Кэрен, и сделала так, что… — Её съели? — закончил предложение Ник. — Я не знаю — я зажмурилась, — сказала Хоппс. — И потом, когда Кэрэн кричала из последних сил, то я не подала признаков своего присутствия. Как я успела понять — лисы эти очень боялись речи. И мгновенно набрасывались на всех, кто издавал не похожие на звериные звуки. — Дело принимает неожиданный оборот, Морковка. — Ник почесал себя за ухом. — Теперь наш отпуск плавно перетекает в новое дело. Согласна?