A life long year

— Эш, о, боже, нет, ради всего святого! — Бастер полз за ней на коленях, ежась от пробирающего холода. — Мы не пойдем туда! Остановись немедленно! Слышишь? — Мун, давай ты постоишь здесь, на шухере, а? — скривилась она. — На шухере?! Эш, оглянись кругом — ты не видишь, что здесь за звери живут? Мы ж для них просто закуска! — Какой ты занудный, Мун! — Эш заинтересовано оглядывала массивные двери. — Нам откроют или как? В этот момент сверху что-то пискнуло, и двери действительно открылись будто по мановению волшебной палочки. — Отлично! Вперед… — Нет! — Бастер кинулся вперед и преградил путь. — И не думай даже! Всё слишком далеко зашло! Быстро назад! Эш только усмехнулась, обошла его и двинулась за порог. Однако Бастер успел схватить её за край юбки. И сильно дернуть. — Хватит лапы распускать! Мун! Юбка оказалась на земле.  — Мун! — взвизгнула Эш. — Прекрати! — Вы либо заходите, либо я из вас фарш сделаю. Дверь сейчас закроется, если чё. Идиоты. Громкий и басовитый голос раздался сверху. Эш с Бастером вздрогнули и задрали головы. Перед ними стоял ещё один белый медведь. — Принесло же на мою голову… босс будет в ярости, — бурчал он, будто не замечая. — Почему именно в мою смену сюда всех тянет?! Что, медом намазано? Сперва Уайлд-сучонок… а теперь ещё и эти… — Здрасьте, э-э-э… мы… как бы… не вовремя — это верно, но… нам нужна ваша помощь… — Это ты мне, колючка? — Да. И хватит называть меня колючкой! Медведь рыкнул что-то нечленораздельное. — Эш… прошу тебя — будь благоразумна! — заныл Бастер. — Не позорь мои… — Мун, отцепись, старый развратник! Посмотри, что ты наделал — юбку мне стащил! Мы же в чужом месте! А ты ведешь себя отвратительно, неудивительно, что с тобой не хотят дел иметь! — Со мной?! — Ну, не со мной же! — Эш мастерски передразнила его. Бастер вынужден был замолчать и сконфузиться. — Сейчас эти дела будут иметь вас, — усмехнулся медведь. — Долго и упорно. Уверен, мало не покажется. Тут Бастер попытался возразить. Но большой зверь на то и большой, чтоб иметь как минимум один перевешивающий всё аргумент — внушительный вид. — За мной, — поманил хищник их, закрыв двери, нажимая на какую-то кнопку на навороченном пульте. — И не сворачивать — заблудитесь. Ясно? Угнаться за дворецким в этом огромном домище было непросто. Бастер запыхался уже на втором этаже. Ступеньки были очень широкими, гладкими, холодными — почти ледяными, — из дорогущего, наверное, мрамора. На каждом новом этаже в обе стороны от лестницы уходили длинные коридоры, освещенные старинными лампами, болтающимися на цепях под потолком. — Ещё одна оперная дива? — шепотом спросила Эш. — Как наша Нудлман? — Где? — Да вот, — она кивнула на картину в позолоченной раме. — Важная такая… вся при параде… точно, небось, нас привезли к какому-нибудь зарвавшемуся бизнесменишке… — Лучше будет, если у вас на самом деле что-то срочное, — сказал Медведь, указывая на двери рядом с лестничным пролетом. — А то босс не любит, если его по пустякам беспокоят. — Может, не стоит его беспокоить тогда? — Бастер чуть улыбнулся. — Мы просто… пойдем обратно… — А кто у вас тут за босса? — деловито осведомилась Эш. — Сейчас увидите, — медведь аккуратно повернул ручку. — А, знаете что, может… — Тш-ш-ш! — хищник сверкнул глазами, наклоняясь и смотря в замочную скважину. — Кажется, закончили… заходим! Они оказались в большом кабинете. Красноватые лампы создавали тревожную атмосферу. Мебель была роскошной. На стенах висели большие портреты американских послов и прочих исторических личностей. А ещё там было полно сигарного дыма. Как в голливудских фильмах про крутых сицилийских мафиози. Помещение всем своим видом буквально кричало: «Бегите, пока эта комната не стала вам могилой!». Бастера передернуло от таких мыслей. Он покосился на Эш, которая тоже, хоть и пыталась выглядеть бодро, стушевалась. Дикобразиха вцепилась в самое дорогое, что у неё, судя по всему, было — в свою юбку. Будто боялась, что кто-то ещё сможет её сдернуть. — Ну что, всё ещё счастлива, что мы здесь? — процедил сквозь зубы Мун. — Что ж ты замолчала? Давай, начни диалог первой… а я посмотрю… Эш, храбрясь, сглотнула и уже открыла было рот, но Бастер быстро заткнул его ей лапой. И нахмурился, прислушиваясь. — Кто посмел нарушить мой покой? — старческий голос доносился откуда-то сверху. Впрочем, было уже не привыкать. Однако Бастер не распознал в этом голосе кого-то большого. Скорее, мышь какая-то пищала. — Отвечайте! — Простите за вторжение! — начала Эш, отдавив Муну ногу в отместку за то, что наелась его шерсти. — Дело в том, что мы неместные… — И не стали бы вас беспокоить, конечно же, но у нас произошла внештатная ситуация, — подхватил Бастер. — Да… — Какая ситуация? — У нас умыкнули гитару! — Эш осмелела настолько, что даже сделала шаг к большому письменному столу. — Прямо из-под носа сперли! Че у вас тут за порядки такие?! — Почему вы не обратились в полицию? — Это произошло слишком внезапно, и мы… В это мгновение что-то громко скрипнуло, и над столом поднялся ещё один белый медведь. Эш уже привыкла, очевидно, и поприветствовала его как своего, козырнув. У того челюсть упала. А Бастер от досады что есть сил шмякнул себя по лбу. — Нет, если бы не кража, то мы бы и обратились в полицию, между прочим! Я туда и направлялась! — Как вы здесь оказались? — В смысле — в Зверополисе? — спросил Бастер. — Мы приехали… на гастрольный тур… видите ли… — А конкретно сюда нас привез ваш бывший медведь… хотя… судя по всему бывших белых не бывает! — тараторила Эш. — И сказал, что знает того, кто решил, что может безнаказанно спирать чужое! — И кто же это? За дверями раздался шум, и двери распахнулись. — Фух! Ну и накурили, чертяки! Бастер прищурился, тоже пытаясь разглядеть гостя. Ещё более незваного чем они. — Бывай, Кевин! Ага! На созвоне, друг. Стой, чего? Мне верить нельзя?! Брось! Мы же свои звери — сочтёмся! Узнать его по голосу — да проще простого. Бастер был уверен, что даже в полнейшей темноте и звукоизоляции он бы смог определить этого типа по походке. И запаху. — Апчхи! — фигура вошедшего показалась обернувшейся Эш знакомой. — Воот, правду же говорю! Да! Всё, мне пора! Бастер сжал кулаки. — Мистер Биг! Я тут к вам… Бастеру хотелось заорать в голос. Он до последнего надеялся, что всё это — кошмар. — Это он!!! — завопила тут Эш. Когда дым немного рассеялся, то Бастер понял — он не ошибся. И невозможно было ошибиться, ведь перед ними стоял сам Николас Уайлд. Черт бы его побрал. Дважды. А то и все трижды. — Вот он, ворюга! Лис сморщился от крика и убрал телефон, по которому только что говорил, в карман. Подмышкой у него была та самая гитара…