A life long year

Эш не может усидеть на месте. Что-то подсказывает ей, что Джонни обязательно вляпается по полной программе. Познакомившись с его отцом, она понимает две вещи: во-первых, постоянный контроль родителей — не всегда означает нечто, с чем невозможно справиться, а во-вторых, нельзя сказать, что она ожидала чего-то другого — полицейские же бывшими не бывают. И отчего-то ей хочется узнать о нём больше: Джонни по причине, очевидно, постоянного контроля со стороны отца, никогда не распространялся насчёт их прошлой жизни. И своим поведением того и глади спровоцирует её на то, чтобы задуматься: «А так ли всё на самом деле?» И так ли Джонни «очень нужно» сваливать от отца при каждом удобном случае? Хоть Маркус вёл себя не самым подобающим образом дома, но Эш отчасти понимает его — возможно, что он не просто так набросился на неё. Её прошлая компания действительно оставляла желать лучшего. Проходит ещё какое-то время, и Эш понимает — нужно идти за Джонни. Она жутко нервничает — ей страшно представить, что может сейчас происходить с Маркусом, если он уже обнаружил пропажу, а обнаружить её не составит труда. Ведь чёртов Барри, выпивший больше нормы, может разболтать, что видел их возле выхода — они напоролись, когда тот выходил в туалет. Едва Эш берется за ручку дверцы, раздается звонок. Она вся вздрагивает. Почему-то не хочется смотреть на экран смартфона — она уже чувствует неладное. Но всё же достает гаджет, выключая звук. Брать трубку или нет — это её дело. Но незнакомый номер на экране заставляет её, ещё больше ударившись в панику, щёлкнуть на «принять». — Джонни! Какого черта ты творишь?! Вы там где? Эш замирает — она не может вымолвить ни слова. — Дай ему трубку! Эш! Я знаю, что вы свалили вместе! — Сэр… я… то есть, мы… — Почему он мои звонки сбрасывает?! Куда вы вообще укатили? — орёт, не давая ничего сказать, Маркус. — А, ну, живо назад! Я вам устрою… — Сэр, простите, ради бога… тут… помехи! Эш, долго не раздумывая, нажимает на отключение, и выскакивает из такси. Водитель только успевает ей крикнуть, что ждать больше не будет. А она несется к тому проулку между двумя зданиями, но тут из банка, где вдруг срабатывает сигнализация, вываливаются несколько шимпанзе в точно таких же дебильных масках, как у Джонни. Они бросаются в рассыпную, а у Эш вырывается лишь короткий вскрик — разбитая витрина соседнего магазинчика ювелирных украшений и лежащий внутри охранник-лось с пробитой башкой и поломанными рогами, — другой реакции ожидать от такой сцены трудно. — Давай-давай-давай!!! — Эш буквально сбивают с ног. Джонни и ещё кто-то. Первый, пытаясь затормозить, падает и принимает орать матом — содранные колени — это всегда неприятно. — Блядь! Что ты тут забыла?! Я велел меня ждать в машине!!! Черт!!! Следом за ним скачет проворный гамадрил с фингалом. — Твою мать!!! Эш! Машина где?! — Джонни, у которого тоже обнаруживается разбитая губа, ошалевшим взглядом смотрит на дорогу. — Где тачка?! — Нам пиздец!!! — вопит гамадрил, закрывая морду. — Нам прост пизда!!! Ты это понимаешь?! Джо! Ну ты и даун!!! На нас же всё повесят!!! Где-то вдалеке слышится вой полицейской сирены. Эш не может прийти в себя — она всё ещё пытается осознать, каким образом её Джонни умудрился пойти на это. — Валим!!! Скорее! — Джонни резко хватает её за руку и волочет куда-то в глубину квартала. — Валииим! Стэн!!! Братан, давай! Но Стэн предпочитает другой путь — он, похоже, считает себя неуязвимым или супербыстрым — кидается наперерез машине полиции, которая приезжает очень оперативно. Конечно, его сразу ловят. Джонни, трясясь всем телом, осторожно выглядывает из мусорного бачка, что стоит в самом конце улицы. — Ты спятил?! — шипит Эш, пихая Джонни всеми лапами разу. — Ты, чертов идиот, спятил?! Что ты творишь?! Джо… — Тихо! — Джонни бесцеремонно затыкает ей рот огромной ручищей. — Тс! — Пуфти меня! Нифтожесфтво!!! — Эш норовит укусить его за палец. А полицейские уже делятся на группки и принимаются обыскивать местность. — Да пойми ты… — он шепчет одними губами. — У меня не было выбора… я ничего там не брал, но… мне нужно было… прийти… иначе… В бачке крайне мало места. Эш чувствует спиной мощную оголенную грудь Джонни, и если бы не такие обстоятельства, то она бы решила, что он просто собирается ею, бедняжкой, воспользоваться в самом низком смысле этого слова. Но он очень теплый. Даже — горячий. И быть может именно эти мысли и ощущения так отвлекают её от паники? — Проверь-ка вот там баки! Этим сукиным детям не уйти! — Джонни всё чаще дышит и крепче прижимает её к себе. Эш не успевает спросить в чем дело, потому что он её спрашивать и не собирался. — Давай! Если кто-то есть, то стреляй нахер на поражение! Ох, уж эти полицаи — любят попугать. Во всяком случае, Эш не хочется думать, что они на полном серьезе применят огнестрельное. Нет. Не смогут. Или — смогут? — Приготовься… — Что?! — Эш уже ничего не понимает. — Джо… Джонни вышибает крышку бака одной левой и бросается на полицейского будто дикий зверюга, которого не кормили неделю. Эш снова вскрикивает. Повалить полицейского Джонни удается, но тут подоспевает напарник. — Отпусти его, мелкий поганец! Стрелять буду!!! — Эш, уходи! — Джонни хватает одного из копов-горилл за шею сзади, сжимая капкан всё сильнее. — Уходи!!! — Джонни, нет! Не надо! — Уходи, я сказал!!! — Нет! Эш видит, что полицейский начинает хрипеть и воздуха ему явно не хватает. Второй же держит на мушке Джонни. — Отпусти его — не глупи! Джонни делает выпад вперед, и раздается выстрел…