Косяки бывают разные

Ким Тэхён, в лучшие свои дни известный как Ви, зажался в темный угол, сотрясаемый дрожью басов. Приютом ему стала на удивление крепкая перегородка, закрепленная на металлических стойках, и неровные башни всевозможной аппаратуры, тянущей свои длинные «жилы» к высокому постаменту. Юноша отыскал себе относительно безопасный островок, одинаково скрытый от сцены и наползающих на нее фанаток. Его тонкие плечики подрагивали в такт музыке, а коротенькая концертная маечка до предела натягивалась, скрупулезно обрисовывая стройное тело. Глаза нещадно щипало то ли от слез, то ли от пота после выступления. Стадион заполняла китчевая музыка Бэнгов — королей над королями, которым выпала честь выступить в завершении первого этапа танцевальной битвы. Не то чтобы Ким питал к ним особый негатив... но он определенно завидовал их успеху. Когда-нибудь и его «пуленепробиваемые» выйдут в чарты, одним своим именем будут ломить стадионы от толп поклонников и вводить их в предобморочное состояние, лишь посылая воздушный поцелуй. Когда-нибудь... но не сегодня. Тэхён крепко зажмурился, заставляя себя забыть, но видя как наяву свой недавний провал. «Только не выкидывай финтов!» — говорил ему Намджун, но удержаться — значило перестать быть собой. Хотя Ким честно пытался. Он добросовестно посещал все репетиции, прислушивался к советам, молчал, когда нужно, и возражал, если знал, что может предложить что-то стоящее. В общем, был настоящим пай-мальчиком последние недели. Вот только никто не мешал ему при этом тренировать сальто через голову в те краткие перерывы, что назывались «отдыхом». То самое сальто, что он неожиданно разыграл посреди битвы и ставшее очередным «финтом» вечного косячника. Юнги его убьет. Просто... придушит своими сильнючими пальцами. Тэхён застонал и съехал по стене, усаживаясь на пол. Ноги путались в проводах, барабанные перепонки лопались под напором ревущей из колонок музыки, но эта запутанность и хаос как раз то, что сейчас было нужно. Только не думать... не впадать в истерику и не допускать до мысленного взора лица парней. Их разочарование, гнев, признание его безответственности... Юноша резко замотал головой, прогоняя расстраивающее видение. Он закрыл глаза, впитывая пульсации гигантских колонок, пропуская через себя, выравнивая по ним дико колотящееся сердце... — Потерялся, чудик? Ким дернулся, заслышав громкий мужской голос у самого уха. Едва успел смазать предательскую влагу с глаз, как его прижало, нет, просто вжало в перегородку под мощным напором жаркого тела. Прежде чем он смог сообразить, что происходит, чужие губы накрыли его мягкие, теплые, нетронутые губки, а сквозь разомкнутые зубы в рот проник наглый, неожиданно сильный язык. С ним пришел и странный металлический привкус. Тэхён забился в стальных объятиях, кулаки забарабанили по твердой груди. Но незнакомец был непреклонен. Крепкие руки быстро перехватили его за запястья и прижали к холодному сетчатому металлу, закрывавшему динамики колонок. Поцелуй неожиданно прервался, мужчина остановил на Киме внимательный взгляд, но тому было не до разглядываний: — Да что тебе надо от меня?! — взревел Тэхён, наконец вырвавшись из плена терзавших его губ, и с силой оттолкнул наглеца от себя. Он со злостью поднял взгляд и закричал, чтобы перебить голос ведущего, объявляющего об очередном этапе битвы: — Как ты посмел вообще?! Это мой первый поцелуй! Ты! Ты... Шивон?! Ви опешил, вглядываясь в черты, которые так часто видел в клипах и на выступлениях, сегодня на поединке, но никогда прежде — столь близко. В первую секунду он не разобрался, на что такое смотрит. Лицо мужчины пересекали подсыхающие бурые разводы, расходящиеся... «Из разбитого носа», — удрученно констатировал для себя Ким и постарался загнать чувство вины еще глубже. — Прости, не смог удержаться! — проорал Шивон в ответ, но глаза говорили совсем о другом: ни капельки ему не стыдно, и он намерен всё повторить. Возможно, даже прямо сейчас. — Отпусти, это уже слишком! Тэхён заизвивался, силясь высвободиться, и Шивон немного подвинулся. Он стоял на одном колене, бесстыдно разглядывая испуганного и крайне смущенного Ви, а его покрасневшие губы... Всё ещё нагло облизывались, ну конечно. Вернув себе часть личного пространства, Ким перевел дыхание и безуспешно попытался успокоиться. — Ты... это твоя месть, что ли? За то, что... лицо тебе разбил?.. — перебарывая нехватку кислорода, спросил он. — Хочешь сказать, за то, что въехал лбом мне прямо в нос своим эффектным сальто? — усмехнулся Шивон. — Ну что ты, мне даже понравилось. Когда еще «битва» выходила столь впечатляюще... горячей? Ви потупился. Шивон смотрел с таким... пугающим вожделением, таким... очевидным намерением... У Кима не было опыта с кем-то, но он давно не ребенок. Он привык справляться с желанием, что настигает его по шесть раз на дню, и сейчас... этот взгляд... эта... неприкрытая жажда затягивала его, словно Шивон, загоревшись, перекинул огонь на него. Невозможно было долго выдерживать этот напор. Ви стало жарко, невыносимое ощущение бессилия накатило внезапно, кровь прилила книзу живота, бесстыже утяжеляя... Ви осторожно посмотрел ему в глаза. Черные, под давлением темноты превратившиеся в две магнетические бездны. Он чувствовал, что его поглощают, порабощают, да еще эти кровавые подтеки на лице и кривая, почти дикая улыбка... словно столкнулся с демоном, желающим, нет, остро вопиющем о своем желании проникнуть в тебя, закусить твоей ответной страстью и наконец насытиться. — Так ты... не злишься? — чтобы хоть как-то разорвать дьявольские чары, прошептал Ви очень тихо, но Шивон услышал или же догадался. — Можно ли злиться на маленького попрыгунчика, который просто не рассчитал время? — вкрадчиво произнес он. Ким смутился еще сильнее, заерзал, сгибая в коленях ноги, но взгляд отвести не смог. Воспользовавшись образованной в обороне брешью, Шивон коснулся его оголенной лодыжки и медленно, не отпуская зрительного контакта, повел руку выше, неспешно оглаживая мягкую, шелковую кожу, мерцающую перламутром, пока не столкнулся с кромкой до неприличия коротких шортиков. Ви очень резко ощутил, насколько же пошло он одет. Тонкая обтягивающая маечка, обрисовывающая все его изгибы и даже — о, он и не сомневался, что это так — не скрывающая маленьких бусинок затвердевших сосочков; и узкие шорты, которые едва прикрывали ягодицы и оставляли очень мало потенциального места... — А бельишка ты, конечно, не носишь, — с каким-то фатальным удовлетворением открыл для себя Шивон. Он был уже близко. Даже... слишком близко. Его горячее дыхание достигало приоткрытых губ Кима, пальцы, нежные, но настолько раскаленные, что под ними, казалось, тлела кожа, аккуратно пробивали себе дорогу под тонкую ткань. До самого «сокровенного» оставались считанные миллиметры... Ким опустил ресницы, судорожно выдыхая, но взгляд зацепился за губы Шивона. Влага, оставшаяся на них после поцелуя, смешалась с прозрачным блеском. Ее мерцание в неровном свете направленных на сцену софитов завораживало, и Ви невольно залюбовался. В голове шумело, сердце заходилось в бешенном ритме, и на секунду он даже забыл, почему злится и сопротивляется. Но вот показался тот самый наглющий язык, прошелся по растянутому в хамской усмешке рту, и Ви заставил себя отвернуться. — Ты не можешь так со мной... — проговорил он внезапно подведшим голосом. — О, я могу, — жарко и громко выдохнул Шивон прямо в ухо, не преминув пройтись по его кромке языком. Тэхён вздрогнул, хотел было оттолкнуть его от себя, но, будучи с силой притянутым за плечи, так и оставил пальцы ощупывать завидные абрисы на чужой груди. Шивон вновь поцеловал его — жадно, с пугающим азартом. Ким резко изогнулся, почувствовав его руку на своем члене. И когда только успел ширинку расстегнуть?! Юношей завладела нешуточная паника, он дернулся — раз, другой, но это лишь усилило истязающее его касание. Он пытался выпросить немного времени, чтобы успокоиться, пытался обвинять и даже закричать, однако ничего не вышло: Шивон крепко держал за затылок, не позволяя оторваться от его губ, углубляя между тем поцелуй. Пальцы на члене сжимались сильнее, отыскав тончайшую грань между наслаждением и болью, отчего Тэхёна особенно клонило к безумию. Он едва осознавал, что мычит невнятно и изначально бессмысленно, что к руке на его члене присоединилось что-то еще совершенно непонятное, но горячее, влажное и какое-то большое, что ли. Ви было плохо и хорошо, страшно и желанно одновременно. Едва он успел подумать, что никогда ничего подобного не ощущал, как его мир взорвало на тысячи отдельных осколков. Перед глазами плясали разноцветные не то звездочки, не то блестки, дыхание вырывалось хлопьями, но отдаленно, словно чужеродное. — Не-ет, что так быстро-то?.. — услышал он разочарованное ворчание. — Твоя маленькая Вишенка меня подвела, — с упреком присовокупил Шивон, и вдруг широко улыбнулся, сквозя хитрецой во взгляде: — Может, попробуем приласкать твою попку? Заодно и Вишенка снова порадуется... Ага-а? — Ч-что?! Не-е-ет! Даже не... ай! Ким ошарашено подбирал слова, способные передать всё его возмущение, как вдруг его ослепило вспышкой. — А-а-а-а, Шивончик так близко, никогда бы не подумала! Я и не мечтала!! — завизжало откуда-то из темноты. Ослепленный Тэхён в ужасе натянул маечку на торчащий из расстегнутых шортиков член, перемазываясь в сперме и нечаянно оголяя соски. — Классный вид! Шивон успел поиграть бровями, прежде чем обернулся к оголтелой фанатке. — Я что... Ах!! Я вижу Шивона-младшего!! — затрепетала она, впадая в некую степень катарсиса. Воспользовавшись деморализацией «противницы», Шивон быстро пересек разделявшее их расстояние и выхватил у нее смартфон. — Так-так, что тут у нас, — пробормотал парень, вглядываясь в нечеткие снимки и ничуть, похоже, не смущаясь одной прелюбопытной и всё еще твердой детали, завладевшей всем вниманием девушки. Она даже потянула было пальцы с острыми навершиями, но, видно, часть самосохранения осталась при ней, и руки замерли, не достигнув цели. — У, какой грозный! — довольно прокомментировал Шивон, вглядываясь в экран. — Так, отправить-отправить... А теперь удалить фото... ага, и из отправленных тоже, точно... Погодите-ка! Он вдруг вскинул голову с диким выражением на окровавленном (хотя уже и частично смазанном) лице, отдаленно говорившим: «Сейчас будет шалость!» Кима, всё еще тянувшего края майки вниз, снова ослепило, а Шивон с явным восторгом вскрикнул: — Сосочки! — и вновь принялся тыкать по экрану, повторяя недавние манипуляции. — Не удаляй, ну пожа-алуйста!! — застонала вдруг девушка, до которой неожиданно дошло, что свалившееся на нее счастье конечно, а никаких доказательств не останется. — Ну ЩАС, дрочить на Тэхёнушку только мне можно! — с наигранной строгостью упрекнул ее Шивон, и вдруг расплылся в цветастой улыбке: — Дура! У тебя мой номер остался. Иди давай, писай кипятком! Парень сунул мобильный обратно в руки фанатки, слегка подтолкнул, указывая, в каком направлении ей следует извергаться горячими потоками, и отвернулся, напрочь забывая о ней. К его неудовольствию, Тэхён успел привести себя в порядок. Стоял, насупившись, злой и смущенный одновременно. Шивон тяжко и глубоко вздохнул, поддернул на себе джинсы, пряча наконец подмерзшее хозяйство, и подошел этак вразвалочку, излучая усталость и незаинтересованность. — Ну тогда в следующий раз? — услышал Ким над собой грубоватый и пугающе серьезный голос. Заставить себя поднять на него взгляд было задачей тяжеловесной, но Тэхён через силу справился. Потухший «демон» представлял собой зрелище грустное и даже в некоторой степени жалкое, его сразу захотелось приласкать и утешить. Разом позабыв, что его самого тут собирались разложить на грязном полу и тыкать всякими большими штуками в маленькую задничку, Ви вложил ладошку в руку Шивона и, следя за выражением холодных глаз, произнес: — Обязательно. Как только лунные кролики расплодятся.