I Love You. It's Disgusting

— Чувак, тебе нужно задуматься о том, как много кофе ты пьешь, — сложно понять, на самом ли деле Хан переживает или ищет еще один повод поиздеваться над другом. — Я задумываюсь... Иногда. Например, позавчера я пил лимонад вместо кофе. Однако, стоит сказать о том, что я немного пожалел о сделанном выборе. Кофе ничего не заменит, — заявляет Феликс с умным видом. Хан лишь снисходительно качает головой, но Феликс-то знает, что скоро этот якобы ярый противник кофеина сам будет поглощать горячий напиток, как будто бы напрочь позабыв о собственных словах. Понедельник — не самый сложный день для Феликса. Сегодня пары заканчиваются немногим позже полудня, так что остается достаточно времени, чтобы захватить кисти, краски и потрепанный, наполненный рисунками альбом и отправиться в какое-нибудь приятное место. Нередко бывает так, что Хан увязывается за ним, и прогулка Феликса превращается в бесконечное "Ликс, сфотографируй меня тут, вот тут, а еще здесь", и он бы злился, но слишком уж доволен тем, как выглядят фотографии и сам Хан на них. Феликс все еще помнит тот летний день, когда солнце согревало своими лучами землю, а в воздухе витал аромат клубники. Парень направлялся к университету, в который буквально недавно был принят: его приятель и по совместительству уже второкурсник благосклонно предложил провести для него экскурсию по кампусу. Феликсу настолько не терпелось поскорее посмотреть здание, в котором ему вскоре предстояло учиться, что он едва сдерживался от того, чтобы перейти на бег; на губах его была широкая улыбка, а волосы, которые шевелил едва заметный ветерок, были светлыми-светлыми — после окончания школы Феликс наконец-то решился высветлить их, как и хотел уже давно. Когда же он остановился возле пешеходного перехода, ожидая, пока светофор покажет зеленый свет, кто-то легонько коснулся его плеча, заставив вздрогнуть от неожиданности. Феликс обернулся и увидел перед собой парня примерно своего возраста, с фотоаппаратом на ремешке и шапочкой — и как ему не было жарко в ней в такую погоду? — Эм, извини, — начал говорить он с акцентом, из-за которого все звуки казались слишком мягкими. — Не мог бы ты сфотографировать меня возле того фонтана? — Да, конечно, — согласился Феликс, принимая фотоаппарат. — Путешествуешь? — Вообще, я приехал сюда учиться и сегодня впервые вышел, чтобы прогуляться здесь, — объяснил парень, улыбнувшись, пока они шли к фонтану. — Я встану вот тут. Феликс навел на него объектив, сделал пару фото в полный рост и даже несколько портретов с разных ракурсов, чтобы парень точно был доволен. Он отдал ему фотоаппарат, быстро попрощался и направился дальше — не хотелось заставлять знакомого ждать. Однако, не успел он снова подойти к тому же переходу, как вдруг позади послышалось громкое "постой", и его чуть не сбил с ног этот парень в шапке. Он выглядел теперь буквально в тысячу раз счастливее, чем до этого. — Фотографии отличные, — с восхищением сказал он. — Редко кто может сделать так, чтобы я хорошо выглядел на снимке. Таких людей важно иметь при себе. Меня зовут Хан, а тебя?.. Феликс не знает точно, как сблизился с этим шумным, чересчур энергичным и наполненным энтузиазмом парнем, но с его появлением жизнь, определенно, приобрела новые оттенки. Только Хану он об этом, конечно же, не скажет. Около одного из входов в торговый центр красуется огромный новый баннер: известная рок-группа даст концерт на следующих выходных. Феликс, увы, о ней никогда не слышал, да и не интересуется этим жанром музыки, но щелкает пальцами, вспомнив кое-что важное, и привлекает внимание Хана. — Помнишь Криса, моего друга детства, о котором я тебе когда-то рассказывал? — Хан утвердительно кивает. — Он же занимается музыкой, и скоро у него будет первый концерт. Он попросил меня нарисовать для него постеры с объявлениями. У меня пока готовы только наброски, но, думаю, я успею в срок. Хотелось бы сделать все в лучшем виде. — Ммм, — Хан с хитрой улыбкой смеряет друга взглядом. — Ты же возьмешь меня на концерт? — Даже не знаю… — Феликс пожимает плечами и ухмыляется. — Крис говорил, что количество билетов ограничено, да и вы не знакомы с ним… — Ликс! — протягивает Хан, делая эту-самую-мордашку, от одного вида которой Феликс готов согласиться на все — не потому, что она действует на него каким-то магическим образом, просто видеть ее слишком долго абсолютно невозможно. — Я давно хочу посмотреть на этого Криса, а тут и отличный повод есть. Когда еще подвернется такая возможность? — Что, хочешь положить на него глаз? — Вот как ты обо мне думаешь, — Хан с разочарованием качает головой. — Мне всего лишь интересно посмотреть на твоего друга. — Ладно-ладно, — Феликс поднимает руки вверх. — Думаю, он будет только рад видеть еще одного человека в аудитории. — Я знал, что мы с тобой сможем договориться, — Хан довольно улыбается, приобнимая Феликса за плечи одной рукой. Они наконец-то поднимаются на второй этаж и идут по знакомому пути — не перечесть, сколько раз они видели одни и те же вывески, двери магазинов и лавочки под искусственными деревьями. — Ты должен выложить сегодняшние фотографии, — требует Феликс, когда они заходят в кофейню. — Я даже знаю, как лучше их обра... — он замолкает, так и не договорив, и замирает возле входа, теряя даже способность моргать, потому что — Потому что там. Этот парень-в-черном. Сегодня совсем не в черном. Как ни в чем не бывало снует за прилавком туда-сюда и разговаривает с бариста, которого Феликс уже привык тут видеть. И выглядит так… У Феликса сжимается что-то внутри, он просто стоит и смотрит, и пытается понять, сон это или реальность. Он бы ущипнул себя, чтобы проверить наверняка, но, кажется, забыл, как двигаться. Хан уже успел пройти чуть глубже в кофейню, но, вдруг заметив, что больше не слышит друга, оборачивается и зовет его — никакого ответа. Хмурясь, он возвращается к Феликсу и трясет его за плечо. — Ликс? В чем дело? — Там, — он слабо кивает в сторону работников, и Хан с интересом поворачивает голову туда, куда указал Феликс. — Кажется, я не видел этого парня тут. Думаешь, новенький? — Хан пожимает плечами. — Ну и что? Феликс качает головой, пытаясь прояснить свои мысли и осознать собственную удачливость. Какова вероятность того, что он смог встретить его в том же месте всего лишь через день? — Это... — он откашливается. — Это тот парень, про которого я тебе говорил. — Что?! — восклицает Хан, да так громко, что привлекает внимание доброй половины посетителей и обоих бариста, которые тут же начинают что-то обсуждать между собой. — Ты серьезно, Ликс? — Да, абсолютно. Это он. Глаза Хана загораются, а губы расплываются в широкой улыбке — Феликс готов поклясться, что знает это выражение лица: он, определенно, что-то замышляет. — Хан... — грозным тоном начинает Феликс. — Ты только подумай! Это просто невероятно! — кажется, Хан вот-вот расплачется, и стоит еще задаться вопросом, кто чувствует себя счастливее. — Ты должен прямо сейчас познакомиться с ним. — Не думаю, что это хорошая идея, — Феликс качает головой и поджимает губы. — Ликс, я могу... — Хан, — снова повторяет парень, заставляя другого замолчать и недовольно закатить глаза. — Как знаешь, — говорит Хан, кидая взгляд на бариста. — Только не прибегай потом плакать у меня на плече, если однажды он исчезнет, а ты так и не успеешь с ним познакомиться. — Ты же видишь, что он работает тут. Я успею, мне просто нужно собраться с силами — я ведь не думал, что вот так скоро встречу его еще раз. А теперь давай уже закажем что-нибудь, потому что мы выглядим странно, — предлагает Феликс, и Хан кивает в ответ. Этот парень, честно говоря, выглядит даже лучше, чем запомнил Феликс. Он старательно делает вид, что выбирает напиток и рассматривает витрину с десертами, хотя, конечно же, уже знает, что хочет заказать, и украдкой кидает взгляды на бариста, стараясь не встречаться с ним глазами. Черные волосы, которые он постоянно задевает ресницами, крупный нос, серьга в ухе и выпирающий острый кадык — Феликс пытается сразу запомнить как можно больше всего. На его футболку прицеплен бейджик с именем, но Феликсу, увы, не удается его рассмотреть, потому что приходится то и дело отводить взгляд. — Привет, Лино, — говорит Хан, подмигивая Ли Ноу. — Мы так давно не виделись, четыре дня — целая вечность без тебя. Тебе, кстати, очень идет эта рубашка, ты в ней прямо-таки похож на принца. — Что ты хочешь на этот раз? — нарочито строго спрашивает Ли Ноу, но едва сдерживаемая улыбка выдает то, что ему это нравится. — Большой капучино с корицей, миндальное печенье и немножечко твоей любви. Феликс замечает, как глаза нового бариста удивленно округляются, и едва сдерживает смех. Сам Феликс уже давным-давно привык к неумелым заигрываниям Хана, вот только Ли Ноу немного жалко. Хотя, кажется, тот совсем не против слышать их день ото дня. Феликс, хмыкает, представляя, какая из них вышла бы парочка. — Привет, — собравшись с силами, он и сам подходит ближе к прилавку и старательно пытается сохранять спокойствие под взглядом нового бариста — а он, определенно, смотрит, Феликс буквально чувствует это. В этом, конечно, нет ничего особенного, он просто изучает посетителя, но Феликс готов умереть прямо здесь и сейчас. — Я буду американо со взбитыми сливками и шоколадным сиропом* и клубничный чизкейк. — Решил попробовать что-то новое? — улыбается ему Ли Ноу, пока вносит наименование заказа в аппарат. Феликс кивает. — Чанбин, сделаешь напитки? Значит, Чанбин. Очень хорошо. Феликс повторяет про себя это имя еще несколько раз и теперь уже беззастенчиво смотрит на парня, пока тот, повернувшись спиной, занимается приготовлением напитков, лишь иногда поворачиваясь к Ли Ноу, чтобы уточнить те или иные детали. Феликс даже отсюда может видеть, как у Чанбина трясутся руки, когда он наливает молоко или тянется за чашкой, и ему очень хочется прямо сейчас подойти к нему, накрыть его руки своими и сказать что-то приятное, лишь бы он перестал так нервничать. Он сам удивляется тому, откуда у него появляются подобные мысли, и старается прогнать их из своей головы. Что ж, тщетно. Хан в это время оплачивает оба их заказа — благодарность за сделанные Феликсом фотографии, которую, на удивление, сам Хан и предложил. Феликс, в любом случае, не возражает. Они забирают свои напитки и десерты и направляются к свободному столику. — Ликс, — полушепотом зовет Хан. — Да я был прав насчет того, что он выглядит немного устрашающе. Однако, это не мешает ему в то же время выглядеть чертовски хорошо. Они занимают столик возле искусственного цветка в большом горшке, и Феликс, опускаясь в кресло, рвано выдыхает. — Он выглядит охуенно хорошо. У меня вообще есть шанс познакомиться с ним? Он кажется таким неприступным. — Ты прав, — задумчиво соглашается Хан, потягивая свой капучино. — С другой стороны, не принижай себя. Готов поспорить, он мечтал бы познакомиться с таким парнем, как ты. — Ты действительно так думаешь? — удивленно спрашивает Феликс. Не то чтобы он когда-либо страдал от заниженной самооценки, но всегда считал себя совершенно обычным человеком — он просто есть, ничего особенного, на этом все. — Ликс, — хмурится парень. — Ты невероятно талантлив, с тобой всегда интересно разговаривать, у тебя самое большое и доброе сердце из всех людей, кого я знаю, да и когда ты в последний раз видел себя в зеркало? Нужно ли мне продолжать? — Думаю, нет, — смеется Феликс, смущенно прикрывая лицо ладонями. — В любом случае приятно слышать это. Спасибо, чувак. — Обращайся, — подмигивает ему Хан и ухмыляется. — Должен сказать, что хоть он и красавчик, но кофе у него довольно-таки дерьмовый. — Увы, не могу не согласиться, — они смеются. — Но он ведь только начал работать здесь, дай ему шанс! — Так уж и быть, — соглашается Хан. — Либо просто оставлю за тобой привилегию наслаждаться его дерьмовым кофе и буду просить Лино, чтобы он сам готовил для меня. — Хан! — Феликс тянется через стол, чтобы ударить друга по плечу, но тот умело уворачивается и корчит рожу. — И хватит называть его Лино, иначе однажды он возненавидит тебя и тоже начнет делать дерьмовый кофе специально для тебя. — Ли Ноу — такое глупое имя! Я не могу принять его, даже если мне нравится его обладатель. Вот увидишь, однажды он и сам поймет это и начнет называть себя Лино, и все благодаря мне… — Разумеется, — Феликс закатывает глаза и наконец приступает к своему клубничному чизкейку. Какое-то время они молча едят и наслаждаются музыкой на фоне. В кофейне становится больше народа, все столики уже заняты, и Ли Ноу с Чанбином лишь изредка удается просто посидеть за прилавком. Расправившись с кофе и десертом, Феликс тянется в рюкзак и достает альбом и карандаш. — Черт, нужно было сесть немного поближе к ним, — удрученно говорит Феликс, перелистывая страницы в поисках чистой. — Отсюда не так хорошо видно. — Почему бы тебе просто не подойти и не попросить его попозировать для тебя? «Я с первого взгляда понял, что ты — моя муза», — говорит с придыханием Хан, прижимая кулак к сердцу. — И вот он уже твой. — Напомни мне, почему я все еще дружу с тобой? — Потому что я отличный друг, который дает лучшие в мире советы, разумеется! Феликс качает головой и просто приступает к наброску. Сложно уловить то, как выглядит Чанбин, не только потому, что они сидят в отдалении, но еще и потому, что парень постоянно двигается, готовя заказы. Феликс наполовину по памяти рисует растрепанные волосы, практически прикрывающие глаза, аккуратно выводит овал лица и заштриховывает области, куда падает тень. В один момент, подняв голову, он внезапно встречается глазами с Чанбином и тут же отводит взгляд, чувствуя, как ладони потеют, сердце бешено колотится, а лицо становится до невозможности красным, и вот он уже не так сильно жалеет, что они сидят достаточно далеко.

***

— Ты неплохо справился, правда, — утверждает Ли Ноу, когда они вместе наконец закрывают кофейню, и Чанбин от усталости падает в кресло в центре зала. Сегодняшний рабочий день, как ему кажется, тянулся просто бесконечно долго, даже дольше, чем нудные пары в университете. Однако, в отличие от пар, где он сонно зевал и поглядывал в окно, тут Чанбин почти ни на минуту не оставался без дела. — Ты действительно так думаешь? — неуверенно спрашивает он. — Почти, — ухмыляется Ли Ноу. — Как бы сказать это более мягко… Ты выглядишь слишком отталкивающим. Тебе нужно больше улыбаться, так ты произведешь на людей хорошее впечатление, а не заставишь их в страхе убежать. — Это не в моем стиле, — Чанбин скрещивает руки на груди. — И вообще, почему я должен им улыбаться? — Потому что теперь ты работаешь здесь, и ты хочешь, чтобы у нас было как можно больше посетителей, которым нравилось бы у нас, все просто. — Справедливо, — вздыхает Чанбин. — Мне вполне нравится варить кофе, но общение с людьми — худшая часть. Их так много, и все они чего-то хотят от меня, они повсюду и чертовски напрягают. — Ты забавный, — смеется Ли Ноу. — И почему при первой встрече ты не показался мне таким мизантропом? — Я сам все еще задаюсь этим вопросом… Вообще, ты сам не так уж и плох, — признает Чанбин. — Это лучший комплимент в моей жизни, знаешь, я буквально прослезился, — Ли Ноу появляется из-за прилавка и кидает в Чанбина тряпку. — А теперь поднимай свою задницу и помоги мне убраться!