Интерлюдия два.
6 февраля 2022 г., 07:00
***
Божество: И все-таки вы были не правы, Наставник. Можете мне не верить, но он добрался таки до того мест, которое мироздание назначили ему новым домом. Правда и там практически сразу смог найти себе кучу приключений... Наставник: И куда же его отправило? Асгард? Ирий? Или может быть Элизиум? Божество: Не поверите, но это владения самой первородной Бездны! Наставник:Тогда запоминаю, мой глупый ученик, Бездна — дама упакованная, но весьма капризная. Если сможешь ей угодить, будет тебе счастье безмерное. Если нет, то смерть без права на перерождение покажется самым легким и гуманным выходом... Божество: Вот попал мужик. Это же надо было так подставиться. Неужели из-за меня у него с удачей такая жопа получилась... Наставник: Дурак! Я сейчас говорю именно и только про тебя! Отправив этого сыча, пусть и стохастическим переносом, ты ненароком привлек её внимание. С тем же эффектом можно было послать букет цветов или красивую открытку с признанием в любви. И теперь ты должен будешь оправдать её внимание, чего бы тебе это не стоило.***
Мики стояла возле своего физического тела, практически полностью погрузившись в воспоминания. Когда-то давным-давно она тоже была человеком. Жила в большой и дружной семье. Носила нарядное и крайне удобное кимоно. Радовалась охотничьим трофеям отца и братьев. Вышивала свадебное приданое, призванное показать всему миру её таланты и умение. Интересно, как бы в итоге повернулось колесо судьбы если в тот раз Мики послушалась материнского совета?Не хлопнула дверью, а попыталась бы выслушать и поверить в то, кем на самом деле оказался её возлюбленный. Вот только осталась бы она живой или же вместе с ней погибла бы вся деревня, вырезанная ночью во время набега степных разбойников. И лишь волею премудрых Ками, которые свели на узкой лесной тропинке дочку охотников и авангард степняков, деревня осталась жить. Жизнь во фронтире любого научит думать крайне быстро. И никогда не покидать пределов поселения без целой кучи всевозможных жизненно-важных предметов. Хотя Мики и не собиралась провести в лесах дней десять, но веревку, кресало и прочие мелочи она прихватила чисто по привычке. И в их числе оказалась красная сигнальная ракета, запуск которой означал тревогу по всей округе. Мики не колебалась ни секунды. Она достала бамбуковую трубку длиной примерно в локоть и уперла её в землю. Затем, прямо как на учениях городской стражи, сняла бронзовую крышку и повернула широкое кольцо в нижней части. Потянула за выпавший шарик и вздрогнула от неожиданности, когда из трубки с диким ревом сгораемого каяку вылетел красный огненный шар. Спустя пару мгновений он с грохотом, которого не смогут услышать только разве что мертвые, разлетелся на части, оставляя в небе ярко-красный дымный столб, одинаково хорошо различимый на фоне неба, что днём, что ночью. Во всех деревнях сейчас дежурят молодые и остроглазые парни, как раз высматривающие такие вот сигналы. Если ей хоть немного повезёт, то конная стража успеет добраться быстрее, чем её найдут степняки... Впрочем, Мики сама на это практически не надеялась. Девушка прекрасно понимала, что запустив ракету, она подписала себе смертный приговор. Без неё были определенные шансы на то, что её не заметят, но теперь надеяться на это глупо. И единственное, на что можно потратить оставшееся время — это подготовиться к битве. Последней битве, из которой она направится на суд предков. Жаль, конечно, что это случилось так скоро. Теперь ей низачто не стать ученицей алхимика. Не попасть в город на ежегодный конкурс лучших певцов, где она стабильно занимает призовые места уже много лет. Не расцарапать лица той кошке-воровке, что увела у неё суженного. Всего этого жаль, но это был её выбор. Жизнь одной глупой девушки или же судьба целой деревни? Как бы Мики не была обижена на весь белый свет, при таком раскладе она колебаться не стала. Уж лучше прожить мало, но с честью, чем много, но хуже, чем распоследний хань. Глубоко надеясь на то, то предки смилуются над ней, она сняла чехол с потертой дедушкиной нагинаты. Он был героем округи — участвовал в большом походе на степняком много зим назад и вернулся обратно в звании сотника, но без одной ноги и с многочисленными ожогами, от которых очень трудно говорить и поворачивать голову. Он никогда не рассказывал, где и почему получил эти увечья, лишь один раз перепив саке обмолвился, что его отряд прикрывал полевой госпиталь. Степняки всеми силами рвались к штабному шатру, но толи перепутали, толи решили вырезать раненых, чтобы сломить наш дух. И дедушкина сотня это единственный заслон, который отделял их от бесконечных чёрных конных лав. У асигару, сиречь вчерашних крестьян, лишь недавно взявших в руки оружие, в подобном бою не было ни единого шанса на спасение. Но каждый из них понимал, что сейчас онсражается за себя и за тех парней, что сейчас лежат на больничных койках. Черные волны накатывали одна за одной. Ломались копья, выбывали из строя будущие герои. Но ни один из них не бросил оружия и не пытался сбежать. Все прекрасно понимали, что подмога скорее всего не успеет подойти вовремя, но упрямо продолжали держать рубежи обороны, сменив привычное яри, древко которого раскололось при очередном ударе, навороненую трофейную пику. Во время одной из многочисленных атак степнякам удалось срезать сотника, что командовал отрядом. И пусть развить успех им не удалось, но чтобы надломить людей, переставших считать, сколько раз они уже чуть не погибли — этого вполне хватило. Видя, что сейчас может произойти непоправимое, дедушка надел на себя плащ и шлем сотника, взял его нагинату и принялся подбадривать всех при помощи крепкого словца и тычков пониже спины. А во время следующей волны лично возглавил контратаку. И дрогнувшие было люди вновь встали крепче гор. Когда подкрепление всё-таки прибыло, то от сотни асигару осталось лишь два десятка израненых бойцов. Дивясь их мужества и чести прибывшие самураи на руках отнесли их в госпиталь, где уже готовы были спалить всё к Они, лишь бы не сдаваться в плен. За этот беспримерный подвиг деда и сделали сотником, не смотря на возраст и отсутствие командирского опыта. Вот и сейчас история в очередной раз повторяется. И верная нагината вдоволь напьётся степной крови. Мики сама не ожидала, что продержится так долго. Она предполагала, что проживет лишь пару мгновений, успев срубить одного или, если очень повезет, двух противников. Но прошло уже около десяти минут, а у неё на счету восемь степняков, в том числе их удачно подвернувшийся атаман! Пусть она только полоснула его, нанеся лишь незначильную, но весьма обидную рану, зато полностью переключила их внимание на себя. Ну что, степные шакалы, сможете поймать дочь Вакуко в её родном лесу? Но удача оказалась переменчивой. Поняв, что поймать её не выходит, Мики накрыли несколькими залпами из луков. Сколь бы ловкой она не была, как-бы хорошо не пряталась, но от такого количества стрел увернуться практически невозможно. Тело девушки пронзило больше десяти черных степных смертей, обещая долгую и мучительную гибель. Впрочем не только для Мики судьба напоминала смешную полосатую лошадь. Стоило степняком порадоваться своей маленькой победе, как они выехали прямиком на отряд пограничной конной стражи. И в этот раз битва была безжалостной. Увидев распятое на копьях и утыканное стрелами тело девушки, пограничники дали волю всей своей ярости. Ни один из бандитов не вернулся в свои степи. Их головы насадили на их же копья, вкопанные вдоль дороги, как напоминание для остальных любителей лёгкой поживы. После чего стражники отправились в деревню, чтобы доставить тело девушки и всем рассказать о её храбром поступке. Мики очнулась в месте, очень похожем на домашний храм, вот только крайне огромных размеров. Оглядев себя она обнаружила, что почему-то одета в костюм храмовой жрицы-мико. Постепенно вокруг неё начали собираться всё новые и новые люди. Девушкас трудом узнавала своих предков, окружавших её в виде вечномолодых юношей и девушек. Каждый из них восторгался её смелости и мастерству, признавая право Мики находится здесь. Но самый главный судья был ещё впереди. Стоило девушке пообщаться со всеми родственниками, кроме разве что героического деда, погибшего этой зимой, как она появилась в других покоях, прямо напротив самой Инари-сама, великой богини-созидательницы. Она молча взмахнула веером и показала ей, к чему привели действия Мики, поступи она по-другому. Затем развеяла эти видения и церемониально сложив веер пригласила её к разговору. Инари: Здравствуй, дочь моя. Не думала, что увижу тебя в этих покоях столь рано. Мики: Простите, Инари-сама, но так вышло. Инари: Да уж, ты самая настоящая дедушкина внучка. Жаль, конечно, что не получится вновь услышать твои ритуальные песни на весенней ярмарке, но пора переходить к делу. Ты знаешь, почему оказалась в этих покоях? Мики: Чтобы вы решили мою судьбу, Инари-сама? Инари: Это неправильный ответ, глупый лисенок. Сейчас ты сама должна решить свою судьбу. За твоей спиной две тории. На правой — знак неба. Пройдя через неё ты вернешься к своим предкам и будешь пировать с ними до конца времен, оттачивая своё ремесло пения и танца. На левой — знак земли. Что ждёт тебя за ней — неведомо ни одному из богов. Мики: Разрешите задать вам вопрос, Инари-сама? Инари: Спрашивай, глупое дитя. Хотя я уже знаю, о чем ты желаешь узнать. Мики: А через какую торию прошел мой дедушка, Дзирайя-сан? Я не видела его среди других предков, но вдруг он просто вышел... Инари: "Лягушонок" отправился через торию земли. Я не знаю, в какой именно мир он попал, но там он достиг небывалых вершин могущества и известен как жабий мудрец с горы Мьёбоку. Но хочу сразу предупредить тебя, дочь моя, что выбрав туже торию, ты врятли попадешь в этот мир. Мики: Отправиться дальше или остаться здесь? Инари: Выбор за тобой, дочь моя. Мики: Тогда я выбираю землю! Инари: "Лягушонок" гордился бы тобою, дочь моя. И позволь на последок оставить тебе маленький подарок. Он точно тебе пригодится. Инари-сама легонько стукнула Мики своим веером по голове, после чего исчезла, зачем-то оставив его в руках девушки. По началу ничего не произошло, а потом она почувствовала, что Ки в её теле стало значительно больше, а сама энергия стала значительно плотнее. Уважительно поклонившись, Мики засунула сложенный веер за широкий пояс своего наряда и с легкой душой шагнула в мерцающее тысячами огоньков пространство тории. Её тело обхватила невообразимая легкость, а сама девушка словно героиня древних сказаний летела сквозь пространство и время на встречу своей новой судьбе. Полет продлился довольно долго, пока она не приблизилась к жемчужно-серому шару, носящему непривычное название "Эйдос". Когда она начала снижаться, то внезапно потеряла сознание. Очнулась же, став крупным волшебным кристаллом размером с тележное колесо и с таким количеством знаний, что если записать их в один длинный свиток, то им можно будет несколько раз обмотать крепостные стены имперской столицы. Первые пару месяцев девушка потратила на сортировку всей имеющейся у неё информации и освоение своих новых возможностей. Затем попыталась создать астральную проекцию и выяснить, какая территории ей сейчас доступна, но к превеликому сожалению, покинуть небольшую пещеру она так и не смогла. Хотя любоваться местными красотами и слушать пение птиц ей вполне по силам. Прожив так примерно три с половиной года, Мики всё-таки решилась и попробовала сотворить ритуал призыва Хранителя Подземелья. Но толи она что-то сделала неправильно, толи богам было так угодно, но ритуал почему-топровалился. Решив, что отчаиваться ещё пока рано, девушка дождалась следующего благоприятного положения звезд и попробовала вновь. И так шесть раз подряд. Запасы dp таяли значительно быстрее, чем успевали восполняться. Решив, что если в седьмой раз у неё ничего не получится, Мики навсегда завяжет с этим и будет развиваться по пути накопления и конденсации dp. Но в этот раз ритуал сработал! Пусть и со значительным опозданием, но сработал! Теперь Мики больше не будет одна! Тем более, что её Хранителем стал довольно симпатичный мужчина. Пусть он из рода северян, с их вечно бледной кожей, тонким носом и светлыми волосами, но конкретно этот смотрится довольно симпатичным. Тело не выглядит слишком уж мускулистым, а на лице видна печать разума. Такие как он обычно предпочитают работать в первую очередь головой, а не решать всё силой. Из воина может получиться хороший защитник, но только до тех пор, пока рядом будут враги, способные бросить ему вызов. А без сильных соперников их искусство постепенно ржавеет, до тех пор, пока не рассыплется в прах. Её первые предположения оправдались, когда стало ясно, что он обладает магическим даром. Таких как он, в Вакуко называют "алмаз неграненый". Пусть его природный талант низок, зато ему открыты все пути. Хранитель мог бы стать боевым практиком, алхимиком, целителем, предсказателем или даже заклинателем духов. Самому выбрать путь — это роскошь, которую боги даруют лишь единицам, которым предстоит совершить великие дела. Иногда ужасные, иногда благородные, но всегда по своему внушающие благоговейный трепет. Магия Эйдоса и Ки Вакуко похожи как брат и сестра. Если сравнивать их с печью, то разница будет лишь в используемом топливе: практики Ки используют энергию произведенную их собственным телом, постоянно укрепляя и развивая его, в то время как маги используют энергию мира, накопленную внутри одной из оболочек тонкого тела. Различия настолько незначительные, что ими легко можно будет пренебречь. Все методики, которыми она развивала своё Ки прекрасно подошли Хранителю для работы с магией. Но не бывает тепла без дыма. И Хранитель оказался не лишенным недостатков. Как всех мужчин, его тянуло на подвиги и расширение количества девушек вокруг него. И если с первым, в принципе, ещё можно хоть как-то мириться, поскольку выяснилось, что в случае серьезной опасности в нем просыпаются сила и навыки великого война, способного побеждать любое количество врагов. То принять второе девушка не могла. Это она привела его в этот мир! Это она обучает его всем премудростям магии! Это она предложила Хранителю самое дорогое, что у неё есть... Не только для неё, но и для любой нормальной девушки. Но немного остыв и хорошенько поразмыслив, Мики поняла, что Хранитель имеет право самому выбрать себе спутницу жизни. Он не собирался отказываться от своих обязанностей, более того, даже начал раскаиваться в своих ошибках! Да и к этой Шерри он испытывает больше отеческие, чем любовные чувства. Или эта вампиресса Рин, что таскается за ним словно тень. Пытается быть полезной для своего мастера, а не стать его очередной невестой. Хотя, стоит ему сказать лишь слово, как она с радостью нырнет в его постель, где сразу же применит все свои знания по доставлению безграничного наслаждения, на которое так падки все носферату. Но сейчас её воспринимают лишь как семилетнюю сиротку, потерявшую всё и всех в кровавом хаосе гражданской войны. И кажется эта девочка вполне довольна своим текущим положением. Настолько, что я иногда не могу понять, где заканчивается её маска услужливо горничной и начинаются настоящие эмоции. Хранитель предложил этой Гин практически кабальный контракт, по которому, единственное, на что она может рассчитывать — это кров и минимально необходимый запас крови. Про безопасность я молчу, в этом плане мы все одинаково рискуем. Но официально нанять Принцессу Ночи для охраны Подземелья всего лишь за еду и крышу над головой? Да на такой безумный трюк не пошло бы ни одно из известных Сердец, даже сама легендарная Майти Гай, чей Хранитель — самый хитрый и опытный из всех когда-либо живших в этом мире законотворцев.
