Dagger and Rose

--- Дорогой Гарри, спасибо, что написал мне. Мне было так одиноко и я тоже скучаю без тебя. Твои письма дают нечто, что я с нетерпением жду. Через несколько недель, мы встретимся, не так ли? Я считаю дни, когда смогу покинуть это место и увидеть нечто новенькое. Мой отец, желает, чтобы я присоединилась к нему в министерстве после окончания школы, но мне совсем не хочется этого. Даже не знаю, как смогу переубедить его. Несмотря на многие его решения, которые мне ненравятся, я не могу сопротивляться ему. Габриэль попросила меня поблагодарить тебя за шоколадных лягушек. Я подозреваю, что она съела их все за один присест! Она не обнаружила карточки с Агриппиной, зато обнаружила две карточки с Дамблдором. Ты знал, что теперь на этих карточках, ты значишься его учеником? Спасибо большое, что предложил тренироваться вместе. Правда, я должна сначала спросить разрешение у мадам Максим. Я так надеюсь, что она разрешит, мы бы составили замечательную команду! Я слышала о том, что произошло с тобой в поезде из газет и от отца, который узнал об этом от министра. Я так понимаю, ты действовал в рамках самозащиты и тебе не следует себя ни в чем винить. Хотя, единственное, что я знаю так это то, что я не могу знать каково тебе сейчас, поскольку, никогда не отнимала чужой жизни. Пожалуйста, пойми, я не стала думать о тебе хуже, наоборот, ассасин, которого ты уничтожил, мог навредить другим детям. Ты для меня герой, мой проказник. с любовью, Флер --- — Гарри, от кого это письмо? — Голос Гермионы заставил его оторваться от письма. В этот ранний субботний час, они были только в двоем в гостинной Грифиндора. Гарри только-что закончил свои тренировки, а Гермиона только встала, чтобы приступить к сочинению по зельям. — Да, так, никто. Я тут познакомился кое с кем этим летом. — Никто? — спросила Гермиона с улыбкой, — Тогда почему, ты так счастливо улыбаешься только тогда, когда читаешь письмо, которое она тебе прислала? — Видя его озадаченный взгляд, она продолжила: — Ну да, это — она. Кто еще мог послать письмо, которое ты нюхаешь также долго как и читаешь? Гарри нервно откашлялся. — Неужели, это так очевидно? — Для меня, да. Но я больше чем остальные обращаю внимания на детали, — самодовольно произнесла она. — Я не знаю. Ты права, я никогда не был хорош в скрытии чувств. — С этими словами, он отвел взгляд. — Сейчас, у меня много дел. Голова забита целыми днями. — Гарри, поговори со мной. Ты выглядишь несчастным. Я хочу помочь. — Да, со мной все хорошо, правда. — Она недоверчиво взглянула на него. После длительной паузы, Гарри уступил ей: — Хорошо, мой шрам достаточно часто болит. Я не высыпаюсь. Обычно это как-то связано с Вольдемортом, что неудивительно, если учесть события произошедшие во время финала кубка мира по квиддичу. Ты знаешь, он возвращается… — Сам знаешь кто? Ты должен поговорить с Дамблдором, Гарри! — Гермиона, да, я говорил уже с ним на эту тему неоднократно. Это просто значит, что Вольдеморт набирается сил и готовится к возвращению в ближайшем будущем, — устало произнес Гарри. — Помнишь, как этим летом, ты отругала меня за то, что я недостаточно усердно работаю? — Я не ругала тебя, Гарри, я просто… — Ты ругала меня и я, возможно, заслужил это. Послушай, я открою тебе один секрет: Я провожу каждую свободную минуту тренируясь. У меня просто не остается времени на развлечение. Я настолько измотан… Я даже не знаю, как долго это может еще продолжаться. — Он закрыл глаза, желея, что не может просто закрыть их и провалиться в глубокий сон. — Ты знала о том, что я пользуюсь твоим маховиком времени, чтобы больше тренироваться? Я возвращаюсь в одно и тоже время по нескольку раз. — Она изумленно выдохнула. — Поверь мне, я злоупотребляю им куда как хуже, чем ты можешь себе представить. Сириус думает, что я прожил год за это время. Так что мне сейчас примерно пятнадцать, я уже давно сбился со счета. Мы стали перегружать выручай комнату заклинаниями. Ремус считает, что я через несколько месяцев проведу в подобном режиме полтора года. Все это время, я работал не покладая рук наедине с наставниками. — Он горько улыбнулся. — Ты понмишь как ты чувствовала себя под конец прошлого учебного года? Умножь это в десять раз и ты поймешь как я чувствую себя сейчас. Теперь ты знаешь, как обстоят мои дела с занятиями из-за которых, я знаю, ты так сильно негодовала. — Гарри! — запротестовала девушка. Он подмигнул ей. — Гермиона, я может и был ленивым, но никогда не был тупым. Я знаю, частично из-за этого ты отдалилась от меня. Хмм… Из-за этого, эльфов и этих штучек с Роном. Он взглянул вниз на руки и вздохнул. — Вчера, я бросил уход за магическими существами. С работой Дамблдора и возвращением Вольдеморта, у меня правда нет времени на Хагридовых соплохвостов. Я разбил ему сердце, когда сообщил об этом. Теперь, стало на одного человека больше, кто избегает меня, будто я невидимый фестрал. — Гарри, мне правда жаль. Я повела себя плохо с затеей ГАВНЭ… — Проехали, Гермиона. Ты и близнецы, за исключением преподавателей, единственные, кто вообще пытаются поговорить со мной, кто не спешит прочь при виде меня. Я не растроен, правда. Я просто… У меня просто чувство, что я посторонний, что я не принадлежу этому месту больше. Я теперь часто хожу под мантией невидимкой, когда выхожу из гостинной. У меня слишком много забот сейчас, чтобы еще иметь дело с другими. Что касается переписки с Флер. Она помогает поговорить с кем-то вне Хогвартса, с кем-то, кто сталкивался с подобными ситуациями в своей жизни. — Гарри, мне так жаль. Я надеюсь, ты знаешь, что я всегда буду твоим другом. — Она опустила взгляд на свои руки, затем опять взглянула в глаза Гарри с весельем во взоре. — Знаешь, Гарри, кажется, ты понял, что твои чувства значат. — Она слабо улыбнулась. — До сегодняшнего дня, я даже не подозревала, что ты в состоянии просто говорить о них… — Она кинула на него расчетливый взгляд. — Итак, расскажи мне об этой Флер. Гарри помялся и выглянул в окно на облачный день. Двор и прилегающая к замку территория тонула в серости промозглого дня. — Мы впервые встретились, когда мы с Альбусом отправились в Шармбатон, чтобы решить кое-какие вопросы связанные с турниром. С тех пор, мы неоднократно встречались и она стала мне хорошим другом. Она — на седьмом курсе. Она потрясающая, талантливая и… Просто сногсшибательная, — он усмехнулся. — Она пребудет в Хогвартс, чтобы попытаться принять участие в турнире. Хотя, мне кажется, она тебе не понравится. Многие женщины начинают ненавидеть вейлу при первой же встрече. — Она — вейла? — Частично. На четверть вейла, если быть точнее, по материнской линии. Гермиона помедлила некоторое время, но потом все же спросила: — Ты поддаешься воздействию ее магии? — При первой встрече, она повлияла на меня. Сейчас, нет. Конечно, я по-прежнему могу ощущать ее, но я понимаю, что происходит и не позволяю этой магии взять надо мной контроль. Я полагаю, она тоже рада, что нашла кого-то с кем она может спокойно поговорить и кто не зависает из-за ее вейловского очарования. — Он повернулся и взглянул на подругу, которая наматывала на палец прядь густых волос. — Могу я задать тебе один вопрос? — Конечно, Гарри. — Какого черта случилось с Роном? Эта ревность зашла слишком далеко, даже для него. Она грустно вздохнула. — Мне жаль, но я не знаю. Я даже не могу упомянуть твоего имени рядом сним из-за опасения взрыва. Это чрезвычайно раздражает. Я думаю, мы движемся к тому, что растанемся на некоторое время. — Пожалуйста, не раставайся с ним из-за меня. Как бы то ни было, близнецы также не смогли добиться ответа. У него есть кое-какие задачи над которыми он работает. — Гарри надкусил внутреннюю часть щеки, после чего продолжил: — Я поймал его за тем, что он пытался проникнуть в мой сундук прошлой ночью. — Что? — Ага, я видел его. Я проскользнул в спальню в мантии невидимке, чтобы забрать кое-что, не мешая никому. Он использовал серию отпирающих заклинаний и даже пытался взломать замок. Я не знаю, какую игру он затеял, но после нападения, я не могу рисковать, находясь рядом с людьми, которым не доверяю. — Он вновь выглянул в окно. — Я перееду из грифиндорской башни завтра. Я буду жить в одной из комнат предназначенных для гостей. — Он сделал глубокий вздох и вновь выглянул в окно. — Мне будет нехватать этого вида. *** Гарри усталой походкой вошел в большой зал. Он имел потрепанный вид: галстук ослаблен, мантия растрепана. Несколько часов взыскания последовавшие за его обычными тренировками вынудили его пропустить пребытие двух делигаций — события, которое он ждал с таким предвкушением все эти недели. Большой зал был наполнен жужанием учеников, возбужденных от присутствия новых лиц, кубка огня, стоящего в углу и обсуждения предстоящего турнира трех волшебников. Гарри сразу заметил артефакт, поскольку, его магическое зрение было приковано потрясающим магическим светом окутывающим его. За слизеринским столом сидели тридцать новых учеников, одетых в темно-красные мантии подбитые мехом. Их суровые лица и скупые движения соответствовали слухам о строгости преподавания в Дурмстранге. Виктор Крам — мировая звезда квиддича и ловец сборной команды Болгарии — сидел рядом с слизеринским старостой и бурно жестикулируя о чем-то с ним беседовал. Стол Равенкло приютил два десятка учеников из Шармбатона. Они были одеты в голубые мантии с гербом в виде двух скрещенных палочек на лазурно-голубом фоне. Гарри пробежал глазами по их столу в поисках знакомого лица. Наконец, его взгляд выцепил фигуру девушки с платинового цвета волосами, сидящую рядом со старостой равенкло — Роджером Дэвисом, который оживленно говорил с ней. Рядом с ними сидел шестикурсник с песочного цвета волосами и очумело смотрел на Флер. Она слегка нахмурилась, когда согласно кивнула своему придурковато-выглядящему собеседнику. Она попробовала кусочек тушенной рыбы посыпаной фенхелем и прожевав проглотила с гримассой отвращения на лице. Она продолжила рассеяно кивать старосте Равенкло, обыскивая взглядом помещение. Заметив Гарри, она просияла, помахала ему рукой, извинилась и поднялась со своего места, чтобы поприветствовать его. — Гарри! как хорошо снова встретить тебя. — Она ослепительно улыбнулась, быстро обняла его и чмокнула в щеку. Ее приветствие, которое произошло в центре большого зала, вызвало ответную реакцию большинства учеников. Подростки либо бросали вожделеющие взгляды на Флер либо со злостью смотрели на Гарри. Девушки злобно глядели на француженку. Роджер Дэвис кинул на Гарри просто уничтожающий взгляд. — Я тоже рад тебя видеть, Флер. Я скучал по тебе. Я надеюсь твое путешествие прошло благополучно. — Oui, очень хорошо, но еще лучше наконец-таки пребыть на место. Я не любительница долгих перелетов. — Она наклонилась ближе к нему и прошептала: — Мне жаль, но английская пища просто ужасная… Эту тушенную рыбу нельзя давать даже собакам. — Она поежжилась и взяла Гарри за руку — жест, от кторого Гарри безсознательно покраснел. — Замок черезчур холодный, не так ли? Мне следует попросить ma mère послать мне более теплые вещи. — Обращайся, если надумаешь воспользоваться услугами Хэдвиг. Ей придется по душе очередной полет во Францию. — Гарри почувствовал трепет в желудке от такой близости к девушке. Он был уверен, что это на него так действуют ее вейловские чары, а он давно не практиковался в подавлении их влияния. — Ты так любезен, Гарри. — Она подняла бровь и подразнила его: — Итак, ты был с девушкой? Поэтому ты пропустил мое пребытие? Гарри внутрене застонал. — К сожалению, нет. У меня была отработка с нашим преподавателем зелий Сн… Кхмм… Профессором Снейпом. Ему нравится назначать отработки на то время, на которое я планирую особенно приятное времяпрепровождение. — Он улыбнулся ей и подмигнул. — Но возможность увидеть тебя снова, смягчило наказание. Ее смех прозвучал как музыка и Гарри не мог не улыбнуться в ответ. — Итак, Гарри, мой проказник, ты проводишь меня до кубка? Я хочу бросить в него свое имя и хотела бы избежать внимания приставучих кретинов. — Сделав несколько шагов, она произнесла: — Я тут сталкнулась с твоим… Роном. — Она выплюнула его имя с видимым отвращением. — Он был придурком, не так ли? Она кивнула Гарри, замечая злобные взгляды ближайших девушек. Она ответила им презрительным фырканием, когда они с Гарри проходили мимо них. Несколько семикурсников собралось возле кубка огня, включая Виктора Крама, который только что вбросил свое имя в кубок. Болгарский ловец кинул на Гарри оценивающий взгляд, пробормотал несколько слов на непонятном языке и понуро побрел к слизеринскому столу. Гарри украдкой бросил взгляд на грифиндорский стол и поймал свирепый взгляд бывшего лучшего друга, который что-то бормотал Дину и Симусу. — Да, ты прав, но его девушка утянула его прочь. Гарри кивнул. — Это была Гермиона. Она обычно может построить его по струнке. Флер прошептала ему в ухо: — Не думай, что из них получится пара. Это ненадолго. Гермиона шлепнула его, когда он был слишком груб. Я также не виню ее. Гарри резко остановился когда они приблизились к кубку. — Флер, я вижу защитную линию, поэтому, мне не следует идти дальше. Я уверен, что что бы не придумал Альбус, я не хочу испытывать этого на себе. Она выглядела удивленно: — Ты можешь видеть защиту, Гарри? Он кивнул и она повернулась к нему, дразня его: — Ты правда не собираешься обойти ее? Я думала такой герой как ты, обязательно попробовал бы попасть… — Боюсь, Флер, что не собираюсь. Хотя, если бы я мог, я бы обязательно попробовал. Я уже достаточно освоил благодаря моему ученичеству. Но я удовольствуюсь наблюдением за тобой. — Он улыбнулся. — Хотя для меня это будет нелегко. Я буду перед жестоким выбором поддерживать мою Альма матер или своего друга. И я больше склоняюсь к последнему. — Он расправил плечи. — Кроме того, прекрасная дева, будучи только четверокурсником, у меня не было бы ни шанса против такой совершенной и очаровательной девушки как ты. — Он низко поклонился, вспоминая тот неуклюжий поклон во время их первой встречи. Она рассмеялась. Их притворная официальность была их личной шуткой. — Кто знает, любезный сэр. — Она сделала реверанс, затем изящно шагнула к кубку и бросила пергамент со своим именем. *** — Че за дела, Гарри? И ты смог утаить такое от нас? — Фред и Джордж сидели по обе стороны от Гарри во время его завтрака. — Что вы имеете в виду? — Гарри на горьком опыте научился быть осторожным всякий раз, когда близнецы проявляли к нему интерес. — Что это за милая пташка, с которой ты был вчера? — спросил Фред. — Милая пташка, он говорит, — округлил глаза Джордж. — Вот почему я самый красноречивый. — Утонченное создание ей бы больше подошло. — Ее зовут Флер Делакур. Я познакомился с ней когда вместе с Альбусом был в Шармбатоне, — - произнес Гарри, откусывая от яйца и затем, широко ухмыляясь: — Она просто потрясающая, не правда? — «Просто Потрясающая» — это преуменьшение. Это равносильно тому, что сказать, что Рон просто тупенький. — Джордж толкнул Гарри локтем и тот налетел на Фреда. — Ей больше подходит слово ангел. Да к тому же, она положила глаз на нашего Гарри, который так возмужал за последнее время. — С этими словами Фред вновь пихнул Гарри в сторону Джорджа. — Едва ли. Она же семикурсница… — запротестовал было Гарри. — И вейла, если мы правильно поняли реакцию малыша Ронникина на нее, — продолжил Джордж, стянув кусочек бекона с тарелки Гарри. — Ооо. Помнишь чемпионат мира по квиддичу? — Фред тоже цапнул кусочек бекона. — Ребята, это моя еда! — заявил Гарри и попытался убрать от них тарелку. — Да, как такое можно забыть? Он практически прыгнул ласточкой… — С самого верхнего яруса… — Чтобы впечатлить вейлу. Бедный мальчик. — Гермиона была недовольна. — Мы с Флер просто друзья, — заявил Гарри, отодвигая от себя тарелку. — Она — имеет дар к чарам и является наследницей двух древних, влиятельных родов на континенте. — Он вздохнул. — Даже, если бы я заинтересовался ей, то я не ее уровня. — Гарри, дружище, ты никогда не можешь быть уверен в этом до конца — Что же, брат мой. Мы будем делать, то что намеревались? — Определенно! — Вы, ребята, по-прежнему планируете преодолеть возрастной барьер Дамблдора? — недоверчиво спросил Гарри, видя их неуместную грифиндорскую храбрость. *** — Чемпионом Дурмстранга становится… Виктор Крам! — Крам! Крам! Крам! — Ученики Дурмстранга как один начали скандировать имя своего чемпиона, каждый раз ударяя кулаком по слизеринскому столу. Их слаженные действия сказали Гарри, что они не сомневались в том, кто станет чемпионом их школы. Виктор гордо поднялся и отсалютовал собравшимся ученикам кивком головы и сжатым кулаком прижатым к груди. После чего он круто развернулся на каблуках и прошествовал в начало большого зала где в след за своим директором — Игорем Каркаровым проследовал в комнату чемпионов. Кубок огня вновь ожил. С шипением из него стали сыпаться желтые и белые искры. , С очередным «бум» он выплюнул из себя очередной кусочек пергамента. Альбус Дамблдор схватил его в воздухе и показал его двум министерским сотрудникам, которые согласно кивнули. Гарри узнал их. Они встречались этим летом когда он был в министерстве вместе с Альбусом. Высокий, плотного телосложения маг с брюшком был никто иной как Людо Бэгман — бывший загонщик Ос, который, несмотря на связь с Вольдемортом в первую войну, умудрился сохранить пост в министерстве. Второй — строго выглядящий маг, с акуратно подстриженной бородкой и холодными темными глазами был Барти Краучем Старшим — главой отделаи ярым обвинителем пожирателей смерти в те годы. Тот факт, что он мог работать вместе с Бэгманом в одном отделе, воспринимался другими как небольшое чудо. — Чемпионом Хогвартса становится… Седрик Диггори! Седрик поднялся под оглушительные аплодисменты собравшихся учеников. Гарри заметил разочарованные лица среди семикурсников — Алисии Спиннет, Роджера Дэвиса, Наташи Маршак, но за исключением их, казалось, остальная школа объединилась, чтобы поприветствовать своего чемпиона. Седрик сказал пару слов своим товарищам по факультету, после чего прошелся по всем столам и пожал руки своим бывшим соперникам, которым удача сегодня изменила. Затем, сопровождаемый маленького роста деканшей факультета — Помоной Спраут, направился в комнату чемпионов. Гарри не мог не порадоваться за него, но вместе с тем, он почувствовал небольшой укол ревности. Большой зал вновь притих, когда кубок вновь начал испускать искры. Зеленые и синие искры заполнили пространство вокруг кубка и, наконец, третий и последний кусочек пергамента вылетел из кубка и спланировал в вытянутую руку Дамблдора. Он вновь продемонстрировал его двум министерским служащим, после чего показал его мадам Максим, которая величественно кивнула ему. — Чемпионом Шармбатона становится… Флер Делакур! Ученики в небесно-голубых мантиях поднялись и стали аплодировать своему чемпиону. Флер поднялась ослепительно улыбаясь. Она скользнула взглядом по Гарри, который также поднялся и приветствовал чемпиона Шармбатона. Он показал ей большой палец и широко улыбнулся. Она отбросила волосы назад и изящно пошла между столами Равенкло и Хафлпафф, оставляя позади себя кучу ошеломленных ее чарами парней. Гарри подозревал, что сейчас она должна быть чрезвычайно взволнована, раз позволила своей вейловской ауре побороть контроль и вырваться наружу. Она проследовала за своей директрисой, которая уже нырнула в комнату чемпионов, и также покинула большой зал. — С этим, позвольте заключить… Но директор был прерван громким шипением и шкварчанием. Потрясенный он повернулся к кубку, который светился красным пламенем и увидел, как четвертый кусок пергамента вырывается из него. Он подхватил листок, долго вчитывался в него, после чего протянул его министерским сотрудникам, чьи брови поползли вверх. Барти Крауч сжал губы и повернулся к своему секретарю, в котором Гарри узнал Перси Уизли — префект школы прошлого года и стал что-то оживлено ему говорить. Перси согласно кивал и что-то записывал на пергамент. Проницательные глаза Дамблдора зашарили в поисках Гарри, который как и большинство учеников был потрясен случившимся. Затем Грюм, который стоял в задней части большого зала, вытащил свою флягу и сделал несколько глотков. Наконец, Дамблдор прочистил горло и заговорил низким голосом: — Независимым четвертым чемпионом, без привязки к школе, становится Гарри Поттер. Гарри, как обычно сидевший на своем уединеном месте в конце грифиндорского стола, от изумления открыл рот и несколько раз моргнул. Все взгляды обратились к нему. Он увидел ярость и гнев на лицах собравшихся. Он взглянул на директора, который едва заметно кивнул ему. Гарри встал, расправил плечи и сквозь море шепотков направился к маленькой двери, расположенной в конце преподавательского стола. Он поравнялся с директором, поймал его взгляд и прошептал: — Сэр, я не делал этого. Он почувствовал легкое касание к своему разуму и он опустил все щиты, позволяя директору просмотреть все его мысли. Спустя несколько секунд, его наставник кивнул. — Давай, Гарри, проходи. Нам необходимо встретиться с другими. — Гарри с дурным предчувствием в груди, проковылял к комнате и покинул большой зал. За ним следовали директор и министерские сотрудники. — Гарри, — произнесла Флер, когда Гарри вошел в боковую комнатку с низким потолком. Ее восторг смягчил ее смятение, — что ты здесь делаешь?  — Остальные чемпионы, с которыми она беседовала, также повернулись к Гарри с хмурым видом. — Мне жаль, но я не знаю, — произнес он горько. Он скрестил руки на груди и устремил свой взгляд на директора, который как раз вошел в комнату. — Олимпия, Игорь, пожалуйста, если вас не затруднит присоединитесь к нам. Кое-что произошло и нам необходимо посовещаться. — С этими словами, Альбус живо прошел в противоположную от четверых учеников сторону. Гарри, Флер, Виктор и Седрик стояли у окна и смотрели на покрытый вечерним сумраком школьный двор. К троим директорам присоединились министерские сотрудники и мадам Спраут, после чего Дамблдор создал купол тишины вокруг них. Спустя считанные секунды, Каркаров начал бурно жестикулировать, а лицо мадам Максим пошло красными пятнами, когда она стала что-то яростно выговаривать Краучу. — Мерлин, да что происходит? — спросил Седрик. — Я, — ровно ответил Гарри. — Гарри? — спросила Флер, положив ему на плечо руку. Он повернулся к ней: — После того, как ты, Флер, ушла кубок огня выбросил имя четвертого чемпиона. — При этих словах, Флер изумленно выдохнула. Ее рука упала с плеча Гарри и она, в задумчивости, сделала шаг назад. — Кто-то подбросил мое имя в кубок от независимой школы. — Кто-то, Гарри? — переспросил Седрик недоверчиво. Он с нахмуренным видом покачал головой. — Но не ты? Правильно… — Он выплюнул последние слова. Крам медленно кивнул, кинув оценивающий взгляд на Гарри, но при этом не выглядел явно растроенным. Он скрестил руки на груди. Гарри почувствовал проплешины в ауре Флер, что сказало ему о сильных эмоциях испытываемых девушкой. Сглотнув, он взял себя в руки и встретился с мягкими голубыми глазами девушки. Не увидев в них ничего определенного, он скользнул посамой поверхности ее мыслей, используя еле заметную легилименцию. Технику, которую он применил могла дать чуть более информации чем язык тела. Она была необнаружима и с этической точки зрения не являлась запрещенной. Хотя она маскировала чувства хорошо, он все же смог уловить чувство предательства. Она теперь тоже не была уверена в том, может ли она ему доверять. — Ты должна верить мне, — прошептал он, чувствуя тяжесть в груди. Она отвернулась. — Дамблдор, мы уходим. Крам, Пошли… Неожиданно резко прозвучал голос Игоря Каркарова, когда он шагнул за черту купола тишины. -… Должен участвовать. Это магический контракт, — прозвучал голос Крауча с молящими нотками, когда он переступил границу купола. В проеме двери появился легко узнаваемый силуэт Грюма. Он вытащил палочку и наставил ее на директора Дурмстранга. Каркаров, заметив его, застыл как вкопанный. Он с ненавистью и опаской взирал на бывшего аврора. — Я не думаю, что мне придется долго искать того, кто подбросил имя Поттера в кубок. Поттер не мог пересечь возрастную линию и я подумал, что может бывший пожиратель смерти знает как его имя попало в кубок? Каркаров зарычал. Его рука неуверенно взялась за палочку. Гарри заметил, как Крам прерывисто выхватил свою палочку. — Вот только дай мне повод, — проговорил Грюм. Его плечи повернулись в дуэльной стойке. — Аластор, достаточно! — Дамблдор живо встал между двумя магами. — Это нелепо, — возразила мадам Максим со скрещенными на груди руками. — Шармбатон не намерен терпеть подобный беспредел. У нас был договор, который был нарушен. — Пожалуйста, если бы вы все могли успокоиться. — Дамблдор закрыл глаза и потер переносицу. — На самом деле, мистер Крауч прав. Магический контракт заключен и выбранные чемпионы должны участвовать в турнире. Более того, они связаны условием серьезного соревнования. Из-за магии кубка, они не могут быть исключены из турнира. Даже болезнь не спасет их от соревнования. Я также боюсь, что мистер Поттер также обязан принять участие в этом турнире, несмотря на то, что я абсолютно уверен, что он не бросал своего имени в кубок… — Да, как вы можете быть в этом уверены, Дамблдор? — спросила мадам Максим, кидая ледянной взгляд на Гарри. — Он не мог. Даже если бы он каким-то образом смог это сделать, то это создало бы своего рода связь, которую я бы сразу почувствовал из-за наших взаимоотношений. Кто-то еще положил его имя в кубок по причинам о которых мы можем только гадать. Каркаров недоверчиво покачал головой. — И я должен поверить, что вы бы не закрыли на это глаза? Как типично это для вас, Дамблдор, манипулировать турниром ради своей выгоды. — Он окинул взглядом Гарри с головы до ног и процедил сквозь зубы: — Запомните мои слова: ученик или нет, но мальчишка еще слишком мал. Он и в подметки не годится другим. В груди у Гарри все заклокатало от насмешки. Он проигнорировал сигнал Дамблдора, чтобы тот держал себя в руках. Он с вызовом взглянул в тускло-зеленые глаза директора Дурмстранга и с жаром произнес: — Мальчишка не вошел в турнир с первого места. Но если я вынужден участвовать, то так тому и быть. Он скрестил руки на груди и уставился на сухопарого, бородатого мага, который после продолжительной паузы отвернулся со снисходительной усмешкой. — Поживем увидем. Дамблдор, вам следует начать подыскивать себе ного ученика… Я сомневаюсь, что он переживет первое испытание. Крауч вышел вперед и попытался разрядить обстановку, после чего профессора, директора и министерские сотрудники вновь шагнули под купол заклинания тишины, чтобы возобновить переговоры. Проследовав за ними, Перси кинул на Гарри устрашающий взгляд. Гарри вернулся к остальным чемпионам и заметил, что Седрик также холодно смотрит на него. Крам вышел вперед и протянул руку. — Я — спортсмен, Поттер. Хочу чтобы соревнования были наиболее интересными. Я с нетерпением буду ждать момента, когда я побью тебя в турнире. — Он уверенно улыбнулся, демонстрируя недостаток зубов. Гарри крепко пожал протянутую руку. — Спасибо, Крам. Аналогичное могу сказать и я. — Он кивнул Седрику, который ответил еле заметным кивком. Гарри приблизился к последнему чемпиону. Флер успела отойти в дальний конец комнаты и стояла к нему спиной. — Флер? — спросил он спокойно. — Пожалуйста, Гарри, я хочу побыть одна. — Она вздохнула, но так и не повернулась к нему. — Я не разочарована в тебе… Я растроена из-за тебя. *** Гарри поморщился когда потрясающий багровый знак, который он запечатлел у себя в голове, поблек и превратился в нечто непонятное. Разрушенное черное пятно стало расти в его разуме. Родовые линии сплелись в чудесный переплет, в котором были его собственные серебристые, тонкие как паутина, фильдекосы и более поддерживающие, которые были наложены его наставником. Пятно взорвалось черным на черном и ударило его обратно по магическому ядру не соответствующей энергией. Он закричал сразу и в настоящем мире и в мире разума. Наставник грубо потряс его. Он заморгал возвращаясь из транса в действительность. По шкале от одного до десяти, где десять был ощущением от круциатуса, Гарри поместил бы эту боль на семерку. Конечно, это уже ниже по сравнению с девяткой из-за прошлого провала, но прогресс, по его собственному мнению и мнению его наставника, был крайне медленым. Директор снял свои очки полумесяцы и потер виски, по-видимому, сам страдая от головной боли. — Гарри, я разочарован, что тебе не удается медитация. Должен ли я напоминать тебе о печальных последствиях попытки присоединения этой руны без адекватной подготовки? — Директор сидел на углу своего большого дубового стола и сурово глядел на Гарри. Гарри был раздавлен собственными разбитыми ожиданиями и тем, что подвел своего наставника. Слова Гермионы о пустой трате времени директора вновь зазвучали у него в голове. — Мне жаль, Альбус. Я знаю, это не оправдание, но у меня было много дел в последнее время и я не имел возможности подготовиться как следует. — Да, Гарри, я понимаю. Я знаю, в это сложно поверить, но я тоже был молодым когда-то. Но это не значит, что я прощаю тебя. — Он уселся в кресло и сложил руки на груди. — Ставки слишком высоки, особенно сейчас, когда тебя хитростью присоединили к турниру. Тем не менее, я должен настаивать, чтобы ты лучше распоряжался собственным временем. Я предлагаю тебе бросить зелья. Я осмелюсь предположить, что Северус не слишком растроится из-за этого. Необходимость присоединения к ритуалу магической фокусировки, на данный момент, куда как важнее, чем знание о том, как варить бодрящий отвар. Гарри согласно кивнул. Часть его радовалась, что он теперь может не посещать комнату пыток Снейпа, но другая была разочарована тем, что он не справился с ворохом навалившихся дел. Масла в огонь подливало еще то, что Снейп, кажется, был прав говоря о том, что слава и привелигированное положение могут побороть отсутствие таланта. — Сэр, у вас есть какие-нибудь идеи о том, как мое имя попало в кубок? — спросил он, меняя тему разговора. — Нет. Я признаю, что все это дело выглядит загадочным, особенно если учесть тот факт, что мы проделали большую работу по защите от обмана. — Он весело улыбнулся. — Позволь мне, Гарри, возложить эту загадку на тебя. Я считаю нам обоим надо слегка отвлечься. Ты уже доказал свою способность к решению таинственных загадок. Подумай вот о чем: кубок разрешает только тем бросить свое имя кому уже исполнилось семнадцать либо восемнадцать. Моя возрастная линия предотвращает всякие попытки пересечь ее с пергаментом на котором написано чужое имя — достаточно гениальная идея, если ты извинишь мою нескромность. Чудесные чары Флитвика делали все пишущие инструменты не рабочими в пределах защиты, а мои заклинания предотвращали любую магию. Ни портреты, ни призраки не видели ничего необычного. Мои заклинания записывали всех, кто пытался пересечь возрастную линию. Даже остроумную попытку братьев Уизли, — он хихикнул. Гарри задумался на мгновение. — Мог кто-нибудь написать мое имя на листе пергамента и кинуть его в кубок из-за пределов защиты. — Нет. Я полагаю, что Фред Уизли был первым, кто осознал это. Как только кусок пергамента пересек бы защитную линию, он сразу был бы сожжен и из-за этого сработал защитный механизм. — А что насчет подбрасывания сверху или снизу? Мог ли кто-нибудь провернуть нечто подобное? Директор покачал головой. — Нет. Если бы ты все еще был бы учеником, ты бы изучил на седьмом курсе, что как следует смастеренная защита работает так, чтобы предотвращать подобное. И прежде чем ты спросишь, ни анимаг, ни метаморф не могли пересечь границу. Также не помогли бы никакие манипуляции со временем и пространством. Пожалуйста, подумай об этом на досуге, Гарри. Мне было бы любопытно какие еще идеи ты можешь выдвинуть. — Я понял, сэр. — Он нахмурился на мгновение. — Из-за видения, которое у меня было недавно, я могу сказать, что мое имя было каким-то образом подброшено пожирателем смерти. — Согласен. Я только теряюсь в догадках как они это сделали и что они планируют. Кажется, они преследуют цель не только убить тебя, для этого было бы достаточно просто подослать наемного убийцу. К сожалению, единственное что нам сейчас остается — это последовать блестящему совету профессора Грюма «постоянная бдительность». *** — Роберт? Какой сюрприз! — Флер сбежала вниз по ступенькам ведущим в замок прямо в руки темноволосого мага. Она крепко обняла его, прижавшись своим гибким телом к его спортивной фигуре и поцеловала его. — Я здесь только на один вечер, мой цветочек, но я подумал, что мы могли бы поужинать вместе перед моим отбытием. — Он наклонился совсем близко к ней и прошептал ей на ухо: — Есть многое, о чем я бы хотел поговорить с тобой, включая слухи о том, что ты узнала находясь здесь. — Конечно, любовь моя. Позволь мне только предупредить мадам Максим и захватить мантию. — Она слегка нахмурилась как только вошла в атриум. Несколько минут спустя пара мирно шествовала вдоль дорожки ведущей в Хогсмид. Рука Флер покоилась на сгибе локтя мага, голова была любовно прижата к его плечу. Они замерли на мгновение, чтобы обменяться нежным любящим поцелуем. Они не заметили черноволосого парня, который наблюдал за ними из окна своей новой комнаты. *** — Да чтоб тебя! — разочарованно выкрикнул Гарри, поднимаясь с пола. Самоуверенная усмешка Сириуса заставляла его кровь кипеть от ярости. За прошедшие несколько месяцев, результаты Гарри улучшились и манера поведения Сириуса изменилась, стала более игривой и иногда это сильно раздражало. — Ребенок, если твоя транзащита не может остановить слабенькое редукто в моем исполнении, неужели ты думаешь, что она в состоянии остановить огонь дракона? — Он указал на остатки трансфигурированой гранитной плиты, которую Гарри создал, чтобы защититься от заклинания. Трансфигурация требует большой платы, в том смысле, что на выполнение заклинание необходимо много концентрации и энергии, что делает трансфигурированную защиту, или транзащиту, одну из самых трудоемких. В качестве положительной стороны можно отметить, что будучи достаточно толстой транзащита может блокировать непростительные. — да, я упустил. — По сути, я бы не сказал, что ты упустил что-то. Ты попросту вернулся к тому, что у тебя из палочки опять вылезает обезьянье дерьмо вместо заклинания. — Он взмахнул ресницами в сторону Гарри, на что тот ответил неприличным жестом. Сириус издал лающий смешок и испарил остатки гранитной плиты. — Если на полном серьезе, Гарри, прости за каламбур. Ты делаешь хорошие успехи. Это хитрая работа, но чертовски полезная. Ключевой момент здесь — баланс между размером, толщиной и массой, чтобы не остаться без сил… — - Он погладил подбородок и взглянул задумчиво на Гарри, -… А обычно волшебницы хотят противоположного от мага, если уж на то пошло. — Гарри застонал. — Обычно тебе нужно пара секунд, чтобы блокировать проклятие, но ты должен быть уверен, что она достаточно плотная и имеет достаточную толщину, чтобы справиться с ним. При этом ты жертвуешь силой и видимостью, пользуясь транзащитой. Тебе всего-лишь необходимо поработать над поддержанием концентрации на соответствующем уровне во время колдовства. Я знаю это сложно, особенно когда заклинание приближается к тебе, но ты должен быть готов. Готов к очередной попытке? Двое продолжили тренировку и спустя двадцать минут Сириус объявил перерыв. — Прекрасная работа, Гарри. Ты схватил основы, остальное дело практики. Сегодня, у меня для тебя припасен еще один метод. Давай посмотрим, что ты сможешь сделать с этим… — Сириус повторил взрывное проклятие, но на этот раз обычному в таком случае движению палочкой предшествовал боковой взмах с еле заметной оттяжкой. Молния вырвалась из палочки Сириуса. Впереди летел поток темно оранжевого и желтого огня, остальная часть заклинания походила на обычное редукто. Транзащита материализовалась перед Гарри и, как и раньше, проклятие ударило ее точно в середину. Но к большому удивлению Гарри, проклятие легко прошло сквозь гранит и ударило его прямо в грудь, опрокидывая его на спину. Гарри сел и тупо уставился на свою транзащиту, которая так и осталась неповрежденной. — Какого Че… — Я достал тебя. — Сириус откинул голову назад и загоготал. — Что Гарри, неожидал подобных грязных трюков от старого лиса? — Он станцевал нелепую джигу. — Да, уж. Точно грязный трюк. Но как? — Гарри продолжил пристально смотреть на неповрежденную транзащиту, пока она сама не растворилась. — Я научу тебя, но это профессиональный секрет. Ты должен будешь выполнять его невербально, поскольку, это чертовски круто, чтобы делиться с кем-то еще. — Он заговорщицки подмигнул Гарри. — Даже Альбус не знает про это. Магическая формула — abeoconci, что в грубом переводе значит «Исчезни на мгновение», но это ближе к свиному латинскому, чем к настоящему языку. Забавная вещь заключается в том, что если ты произнесешь это слово по правилам учебника, то заклинание не сработает. Я и Джеймс использовали это заклинания, чтобы доводить до белого каления Ремуса. Но, хочу тебя предупредить, что оно работает только с некоторыми заклинаниями, в основном ударными. Движения палочки схожи с движениями заклинания эванеско, вот так. — С этими словами Сириус продемонстрировал движение палочкой. После чего, он учил Гарри как пользоваться этим проклятием и как посылать его впереди взрывающего и костедробильного проклятий.