Почти счастливы

      Утро встретило Намджуна теплым солнцем, любопытно заглядывающим в окно как бы спрашивая «Ну что, готов?». Лидер довольно улыбнулся и подумал про себя, что хорошую погоду можно посчитать добрым знаком. Он с удовольствием потянулся и кинул ласковый взгляд на лежащего рядом Джина. Его волосы разметались по подушке, одеяло почти сползло на пол, открывая взгляду красивое, здоровое тело. Он умеренно сопел в подушку, солнце явно никак не прервало его сладкий сон. Аккуратно поднявшись с постели, Джун обошёл кровать и накрыл парня одеялом, спасая от утренней прохлады. Утро начиналось как нельзя лучше и лидеру хотелось верить, что и день не принесёт расстройств. В этот же момент в соседней комнате Юнги и Хосок уже проснулись и лежали в обнимку, шепча друг другу какие-то милые глупости, просто-напросто стараясь успокоить друг друга и отогнать противные, навязчивые мысли, роившиеся в голове. — Юнги, как ты думаешь, стоит ли придумать какую-нибудь прелюдию или просто сказать им в лоб «мы вместе»? — Ну представь себе картину. Вот мы садимся за стол, ребята начинают накладывать себе еду и тут мы, без всякого предупреждения заявляем: " Кстати, народ, кто не знал, Хосок и я вместе!». Посмотрел бы я на это. — Но ведь с другой стороны, если мы начнем издалека, то наверняка отхватим комментарий от Чонгука по типу «да хватит уже тянуть кота за хвост», ты ж его знаешь, у него все должно быть быстро и по делу. — Слушай, если мы будем размышлять о том, как угодить всем и везде, сообщая такую шокирующую новость, то вообще в итоге либо не сообщим, либо будем бегать от одного к другому и рассказывать об этом по отдельности с индивидуальным подходом. — А кстати неплохая ид… — Так, нет, нет и ещё раз нет. Мы уже всё решили. И это вообще сарказм был, различать пора. — Ну и ладно, — обиженно пробурчал Хоби, — тогда о нас рассказываешь ты, раз такой уверенный, а я посижу и посмотрю, идёт? — Как скажешь, — Юнги безразлично пожал плечами, стараясь сделать вид, что ему совершенно все равно кто и что будет говорить, хотя на самом деле в душе у него бушевал ураган.

***

То ли день действительно летел так быстро, то ли нервы играли с ребятами злую шутку, но время обеда приближалось стремительно и необратимо. Чем ближе было два часа дня, тем сильнее у Намджуна потели руки и громче колотилось сердце. Сокджин же казался самим спокойствием. Безмятежно приготовил завтрак, расслабленно вёл себя на съёмках очередного эпизода Run и даже вполне естественно пару раз пошутил над Джуном, стараясь хоть чуть-чуть разбавить сгущавшиеся у него в душе тучи. Придя домой, ребята как всегда разбрелись по комнатам, чтобы переодеться и немного отдохнуть перед едой. Четверка старших участников осталась на кухне, чтобы решить кто же расскажет ребятам первым и как вообще всё это должно выглядеть. — Так, — Намджун тяжело сел за стол, поняв, что ему придётся первому начать диалог. — Как я понимаю, единственный человек в этой комнате, который не испытывает вообще никакого стресса, это Джин. Ты вообще весь день ведёшь себя как ни в чём ни бывало, будто не тебе сегодня рассказывать о своей ориентации участникам. — Так-так, Джун, не ты ли в недавно убеждал меня в том, что наши ребята — ангелочки с крылышками, смотрящие яой-аниме под одеялом? Спешу обрадовать, твои убеждения отлично сработали, спасибо большое. Я вот одно не могу понять, меня ты убедил, а в тебе вера в лучшее куда-то потерялась? Или ты ею со мной поделился и теперь у тебя дефицит этой самой веры? — Стоп-стоп-стоп, — вклинился Юнги в разговор, — я перестал слушать на моменте, когда хён сказал, что мелкие яой-аниме смотрят. Ты это серьёзно сейчас? — Ты это у лидера нашего всезнающего спроси, он первоисточник, — сказал Джин, кивнув в сторону какого-то совсем сникшего и почему-то вдруг очень усталого Намджуна. — Джун? — Юнги вопросительно взглянул на лидера. — Да смотрят, смотрят, мне ли не не знать… — устало ответил РМ. Хосок, до этого времени молчавший, негромко сказал: — Тогда чего мы, собственно говоря, переживаем по поводу реакции? — Ну знаешь ли, мальчики, целующиеся в мультиках, это одно, а твои участники, с которыми ты живешь в одной квартире — другое. — нравоучительно заявил Юнги, повернувшись к Хоби. — В любом случае это хоть как-то облегчает дело, разве нет? — Джей обвёл участников вопросительным взглядом. — Вот-вот! — бодро поддакнул Джин и натянул на лицо счастливую улыбку. — Ладно, допустим реакция в любом случае будет нормальной. Надо решить кто скажет первым и как вообще вклинить это в разговор. Волонтёры? — Намджун хотел посмотреть ребятам в глаза, но все как один опустили головы в пол. — Ладно, всё с вами понятно. Скажу я — послышались вздохи облегчения. — Вот и решено! Спасибо, Намджуни! — Сокджин подошёл к лидеру и стиснул того в крепком объятье. — Ага, пожалуйста…

***

Пришло время обеда. Участники как всегда расселись за столом, весело болтая. Джун с завистью смотрел на беспечные мордашки Хосока, Юнги и Сокджина. Не им же сейчас говорить за всех, изливать душу и открывать свой сокровенный секрет. — Так, попрошу тишины! — громко произнёс Намджун, чтобы утихомирить участников, в особенности младших, которые были сегодня почему-то в особенно хорошем настроении. — То, что я вам сейчас расскажу, касается всех нас, хоть разговор и пойдёт только о четверых, сидящих за этим столом. Мы живём вместе уже достаточно долгое время, и знаем о друг друге почти всё, но есть одна вещь, которую вам всем нужно знать и это то, что… — Джун, — перебил лидера Тэхён, пытаясь сказать что-то с набитым ртом, — ефли речь пфойдёт о фаших с Джином отнофениях, то даже не начинай, тут и так фсё понятно. — Намджун замер с открытым ртом, не в силах закончить предложение. — А, и если ещё два человека это Юнги и Хосок, то это тоже мы все знаем. — весело продолжил Чимин. — Ага, Чимин даже видел как они… — А ну-ка замолкни! — шикнул на Чонгука Чимин и пнул его под столом ногой. — А вот с этого места поподробнее… — угрожающим тоном заявил Юнги, быстро оправившись от шока. — Да так, мелочи, не обращай внимания, — мило улыбнулся Чимин. Намджун, наконец найдя в себе силы сказать хоть что-то, выговорил одно короткое: — Как? И отсюда началась муторная, путанная история младших участников, которые, перебивая друг друга, пытались рассказать кто, что и где видел. Кто-то как-то раз увидел, как Намджун обнимает Джина во сне, кто-то видел как Хосок делает Юнги эротический массаж (на этом моменте Хосок стал краснее помидора), а кто-то просто видит всё и ему не нужны никакие доказательства. Последним вопросом, который задал Намджун был вопрос «что вы о нас думаете?». И тогда Тэхён сказал: — Почти каждый день я вижу на просторах интернета комментарии о том, что быть геем плохо и «гомики» — это те, кто не должны существовать на земле, но ещё чаще я вижу комментарии о том, что ориентация — это не то, что делает человека лучше или хуже. Какая разница кого любить? Мы ценим людей не за то, кого они выбирают в партнёры, а за их внутренниё мир, знания и умения. Не смейте даже подумать, что тот факт, что вы любите людей своего пола, поменял моё отношение к вам хоть на толику. Для меня Намджун все ещё лучший лидер на свете, Юнги — гениальный продюсер, Сокджин — великолепный вокалист, а Хосок — самый лучший танцор на свете. Про ваши человеческие качества даже не буду говорить, они то, за что мы все вас любим и ценим. К концу монолога у Хосока в глазах стояли слёзы, а младшие участники просто счастливо улыбались и кивали, полностью соглашаясь со словами Тэхёна. Вечером, лёжа в кровати, Намджун думал о том, насколько им повезло быть и друг друга. Каждый из них — неотъемлемая часть жизни другого. Они помогают друг другу осознавать важность поддержки и принятия других такими, какие они есть. Возможно, именно этот день стал днём, когда они поняли, что смогут быть вместе до самого конца.