До сих пор влюблён

      Со дня рождения Исина прошло чуть больше недели. Чунмён и Крис всё ещё пребывали в Корее, проводя как можно больше времени с любимыми. Первое время они теснили Паков в их доме, а потом Сухо стало стыдно перед племянниками, и он, насильно выталкивая за дверь Ифаня, которого всё устраивало, уехал с ним в отель. У Исина находиться не мог, так как у него гостил Тао. А выгонять его из квартиры… Тем более, что Тао приехал из Китая. Не по-дружески как-то, в общем.       Обычный день. Чунмён был у Исина, пил чай в гостиной, разговаривал с ним и наблюдал, как Тао носится по квартире с кучей рубашек и пищит: — Что же надеть?! Что надеть?! Исин! Дай мне свою клетчатую рубашку! — Чжан, попивая чаёк, показал ему комбинацию из трёх пальцев. (Фигу, короче). Тот фыркнул и, бросив одежду на диван, начал перебирать её. — Это не то, это — ужас, это уже не в моде, этому сколько лет? Боже… Мне нечего надеть! Исин! — Исин закатил глаза и молча отдал ему рубашку, лишь бы не слышать больше эти бабские истерики по поводу шмоток. Тао с визгом схватил из его рук вещь, чмокнул друга в щёку и со словами «Я тебя обожаю, единорожка!» убежал в ванную. Он явно куда-то собирался, и это было очень важно, раз он так усердно готовится.       Ким не стал спрашивать у Чжана, куда Тао пойдёт. Он побыл ещё немного в гостях и нехотя, не забыв увлечь Исина в нежнейший поцелуй, вернулся в отель. Когда он вошёл в номер, увидел, что Крис крутится перед зеркалом, примеряя разные варианты сочетания вещей и образов. Он тоже куда-то собирался. Крис заметил его и обернулся улыбнувшись. — О, ты уже вернулся? — Чунмён кивнул, снял с себя куртку и сел на диван. — Куда собираешься? — Ким закинул ногу на ногу и раскинул руки по спинке дивана. — У меня свидание с Тао. — сказав это, Ву заулыбался. «Аааааа, вот оно что… Так вот почему Тао такой взвинченный и беспокойный. Хехе… Голубки». — Понятно. А во сколько свидание? — Крис глянул на часы. — Через четыре часа. — он засмеялся, когда Сухо сделал удивлённое лицо. — Свидание через четыре часа, а вы носитесь как в попу ужаленные уже сейчас? — Крис закивал. — Просто я хочу выглядеть идеально… Сегодня особый день… — Ты решился? — Да… Только он. Только с ним. — Чунмён поднялся и похлопал друга по плечу. — Я рад. Слушай… Я хотел, чтобы ты мне кое-что рассказал. — Что? — Ваше с Тао прошлое. Я хочу знать из-за чего ты его бросил. — Ифань опустил глаза и потёр руки. — Я… Мне больно вспоминать об этом. — Но ты обещал рассказать… Хотя если не хочешь, то… — Нет… Я же обещал. Садись. Думаю, у меня хватит времени на это. — Крис приземлился в кресло напротив Сухо. Он зачесал волосы назад. После недолгой паузы, будто собираясь с духом, он заговорил. — Это было, когда я ещё учился в школе… Мне было всего шестнадцать…

***

      Тем временем в квартире Исина, перед ним, собственно, Тао пытается сделать что-нибудь со своими волосами, потому что они были торчком и невероятно раздражали своего хозяина. Исин, наблюдая за его беготнёй и волнением, хихикал. — Тао, до вашего свидания ещё четыре часа. Ты думаешь, не успеешь собраться? — Но я должен выглядеть шикарно! Чтобы не было никаких недочётов. — он пытался пригладить волосы, но они всё равно вставали дыбом. — Блять…       Исин засмеялся в голосину, шлёпая себя по коленке. — Давай я тебе гель дам? — Чтобы волосы выглядели как сопли? Нет, спасибо. — Ну и мучайся дальше. — Чжан продолжал улыбаться. — Слушай, Тао… — Ммм? Что такое? — Ты мне говорил, что Крис бросил тебя, но не говорил из-за чего… Можешь сказать? — он заметил, как Тао смотрит на него через отражение в зеркале. — Мало просто сказать из-за чего. Я могу сказать, он боялся, что ему сделают больно, потому и бросил, но тебе же непонятно, да, почему он боялся? — Исин, подумав, кивнул. — Хааа… Чтобы было чётко ясно, надо рассказывать всё. С самого начала и до самого конца. — Так расскажи… Времени предостаточно. — Ладно. — Тао присел рядом с Чжаном и, глубоко вздохнув, начал вслух вспоминать своё прошлое…

***

      Ву Ифань — принц школы, невероятно красив и умён, вежлив и тактичен, на хорошем счету у учителей, владеет английским языком, много друзей. «Он просто само совершенство!» — восклицает каждая девушка, когда видит его, а когда слышит, как он разговаривает, так падает в обморок от этого сладкого мягкого голоса. Многие девушки мечтали встречаться с ним и шли на любые поступки, лишь бы хоть как-то обратить его внимание на себя. Однако, ему они были абсолютно безразличны, потому что он гей и его сердце уже давно сжимается в любовных тисках.       Обычный школьный день начинался как обычно. Ифань пришёл в школу, его окружили ученики, слетелись, словно мухи на варенье, он на крыльях счастья залетел в кабинет китайского языка и, улыбаясь своей шикарной улыбкой, поздоровался с молодым учителем. Тот оторвался от бумаг и дружелюбно кивнул в знак приветствия, потом Ву ушёл на уроки, с нетерпением ожидая урока китайского, чтобы вновь увидеть учителя. Наконец, прозвенел звонок, оповещающий о начале урока и не какого-либо, а именно китайского. Ифань самым первым влетает в класс, до чёртиков напугав учителя, стоящего у доски с книгой в руках и писавшего задание. Он поправил очки на переносице, прикрыв глаза. — Господин Ву, вы можете хоть раз войти в кабинет спокойно? — мужчина не ждал ответа. Он уловил на себе влюблённый взгляд Криса, облокотившегося локтями о стол и подперевшего голову ладонями, рассматривая учителя. Тот устало вздохнул и вернулся к доске. Быстро кабинет начал заполняться учениками и это вынудило Ифаня сесть на своё место, не сводя глаз со спины мужчины. Урок начался. Учитель ходил между партами, сложив руки в замок и заведя их за спину. Ву не мог сосредоточиться на выполнении задания из-за этого мелькающего перед глазами красивого существа. Мужчина подошёл к нему, посмотрел в чистый лист и перевёл взгляд на Криса. Тот сглотнул, когда встретился с ним глазами. — Господин Ву, я смотрю, у вас некоторые проблемы с заданием? Вы хотите остаться после уроков и делать его до посинения? — Ифаня будто осенило. Он всегда хотел как можно дольше побыть с учителем и сейчас видел явную возможность осуществить это. — Я постараюсь его сделать, учитель. — Крис опустил глаза и попытался сдержать счастливую улыбку.       Урок подошёл к концу. Все ученики сдали свои работы и покинули кабинет, крича как дикие, ведь это был последний урок. В классе остался только Ифань. Учитель посмотрел в его до сих пор абсолютно пустой бланк и покачал головой, протягивая новое задание. — Сделаете его, пойдёте домой, господин Ву. Начинайте, у вас есть час. — мужчина сел напротив него и уставился в книгу. Крис решил воспользоваться моментом. Он быстро выполнил свою работу и стал украдкой наблюдать за учителем, стараясь не попасться. Но зоркий глаз мужчины практически сразу засёк его. Он отложил книгу и подошёл к столу, опираясь на него руками и заглядывая в глаза Криса. Тот покрывается мурашками и чувствует, как учащается его пульс. Но обман тут ни при чём, просто он влюблён. Этот человек — его идеал, пример для подражания, причина радости и силы. При одном взгляде на него хочется взлететь, словно птица. Ифань отвёл глаза и покраснел, он не заметил, как учитель оскалился. Мужчина уже давно осведомлён об этих высоких чувствах своего ученика к нему. Почему бы не воспользоваться этим наивным милым мальчиком и не удовлетворить свои плотские потребности? Учитель взял Криса за подбородок и поднял его голову. — Господин Ву, я вам нравлюсь, да? — пошло прошептал в самые губы и облизнулся. Ифань потерял дар речи. Да и слух, кажется, стал его подводить, раз ему слышится такое. Он посмотрел на мужчину и встретился с глазами, полными похоти и желания. Дрожь забила тело. Ему стало страшно. Особенно когда учитель резко снял с себя галстук и связал его руки за спиной, поднял со стула и прижал к столу животом, придавливая сверху своим телом. — Что вы делаете?! — Ммм? Разве это не то, чего ты так сильно желаешь по ночам, играя со своим другом и постанывая моё имя? — Ифань попытался вырваться, но учитель сильно навалился на него всем телом. Вдруг Крис почувствовал, как в него упирается что-то большое и твёрдое. «Нет… Нет! Только не это!»       Он начал брыкаться, но тут с него спустили брюки. Мгновение и адская боль пронзила всё тело. С глаз градом полились слёзы, он закричал от невыносимой боли. Учитель на сухую вошёл в него по самое основание, решив, что лучшей смазкой станет кровь Ифаня. Он вдалбливался в него, не обращая внимания на крики парня под собой. Крис уже начал терять сознание как получил удар по спине, ещё один и ещё. Мужчина схватил его за волосы и потянул на себя. — Отключишься — убью. — и Ифань просто упал обратно на стол. Он не моргал, слёзы просто падали на твёрдую холодную поверхность. Теперь уже молча он позволял насиловать себя и делать всё, что вздумается. На пол капала смазка и кровь. Учитель кончил в Криса и вышел из него. Ноги того подкосились и он, потеряв сознание, рухнул на пол. Мужчина отдышался и, убрав следы, унёс Ифаня в медпункт. Пустые коридоры, полная тишина, в школе нет никого, кроме них. Он положил его на кушетку и сел рядом. Осознание того, что он натворил, тут же превратилось в камень и легло на душу. — Что же я наделал?.. — шёпотом произнёс мужчина и опустил голову, взяв Криса за руку. — Я должен был просто поговорить с тобой… Чтобы ты отказался от этих чувств… ведь… это неправильно… Если бы мы не были учителем и учеником… я бы… сказал тебе, как сильно… я тебя люблю… Это был не я… Боже… Прости меня… — он прижал руку к своим губам, на неё упали слёзы. — Я… собственными руками… в один момент… разрушил твою жизнь… — он отошёл от Ифаня, подошёл к столу и написал заявление об увольнении и записку Крису.       «Я не буду извиняться за содеянное. Ты сам виноват. Знал же, чем может закончиться соблазнение садиста».       Учитель положил записку в ладонь Ву и покинул школу, не забыв занести в кабинет директора заявление. Ифань пришёл в себя, когда до его ушей донёсся звонок телефона. Звонила мать. Она очень переживала, где её сын, ведь время уже позднее. От жуткой боли он скривился и зажмурил глаза. На руках были ссадины от галстука, а спину ломило. Взять трубку не успел. Он увидел записку в своей ладони. Прочитал написанное, и его сердце покрылось льдом, промерзая полностью, не оставляя новым чувствам и эмоциям никакого шанса поселиться в нём.       Крис вернулся домой, и мама налетела на него с расспросами. А он ответил, что готовился с учителем к экзаменам, что было откровенной ложью, но кто об этом узнает? Прихрамывая, он скрылся в своей комнате и провалился в неспокойный сон, который превратился в кошмар. На следующий день он из-за плохого сна немного опоздал в школу и пришёл в класс, когда он уже был полон. Ифань вошёл и все присутствующие сразу посмотрели в его сторону, прожигая презренным взглядом с примесью отвращения. Он поёжился и, не понимая, сел за парту, отметив, что остальные парты, которые были вокруг его, отодвинуты подальше. Ву заглянул в стол и увидел бумажку. Там большими буквами было написано:       «Отныне твоя жизнь превратится в сущий ад. Готовься».       Криса передёрнуло. Что происходит? В класс вошёл их классный руководитель и, встав перед доской, спросил надменным голосом. — Ву Ифань здесь? — он окинул взглядом учеников и заметил его. — Здесь… — пробурчал мужчина себе под нос, сделав недовольное лицо. — Ву Ифань, немедленно к директору. На особый разговор. Твоя мать уже там.       Тут Крису стало не до шуток. Его всего затрясло, а взгляды вокруг стали ещё злее. Он медленно поднялся и вышел из кабинета, чувствуя как в его спину метают стрелы. Пройдя в кабинет директора, ему стало ещё хуже. Мама сидела в кресле и так же посмотрела на своего сына. — Господин Ву, пожалуйста, присядьте. — директор указал на второе кресло. Тот сел. — Возможно, вас это повергнет в шок, но до нас дошёл слух, что вы состоите в отношениях с учителем китайского языка. — у Ифаня перехватило дыхание. — Вчера вас видели в классе не в двусмысленной ситуации. Как вы это объясните? — сердце разбушевалось и грозилось и вовсе разорваться на мелкие кусочки, ладони вспотели, а в глазах потемнело. — И ещё… Вы, наверно, заметили, что он не пришёл сюда. Дело в том, что до того, как узнал об этом, нашёл на столе его заявление об увольнении и сразу его подписал, так как он в школу не явился. — Ифань боязно поднял глаза на маму. Та сминала края платья и часто моргала. Её глаза блестели от слёз. Она глянула на сына. — Вот как ты мне отплатил за всю любовь и заботу, что я подарила тебе? Спасибо. Во век не забуду… В чём?.. В чём я ошиблась, когда воспитывала тебя, скажи мне?! Хах! Ты! Твой отец бросил меня одну с маленьким ребёнком и ушёл к мужчине! Ты хоть понимаешь, каково мне было тогда?! Меня, как женщину, просто втоптали в грязь! А теперь я вижу в тебе его! Ненавижу… — женщина отвернулась, а Крис ронял слёзы на свои кулаки. — Ифань, многие говорят, что это ты соблазнил его. — директор сложил руки в замок. Криса замутило. Он не стал говорить, что это неправда. Ведь ему всё равно не поверят. Сейчас вся школа верит только слуху, который так оклеветал его. Хотя доля истины в нём всё же есть. Они занимались сексом — это главное, а кто кого соблазнил и было ли соблазнение вообще, всем наплевать. Сейчас Крис как против всего мира, он один против всепоглощающей страшной темноты. — Вы смените школу? — обратился к женщине директор. — Просто теперь он — изгой. И не тот, которого будут просто игнорировать… — мать посмотрела на Ифаня. — Нет, мы не будем менять школу. Кромешная тьма вокруг тебя, чудовищная боль и полное моральное уничтожение — это твоё наказание за то, что так оскорбил меня и наше имя. — он не мог поверить тому, что только что услышал. Даже родная мать отвернулась от него. Теперь его жизнь точно превращается в сущий ад.       Некогда прекрасный принц стал настоящим отбросом. Ученики возомнили себя вершителями правосудия и начали буквально сжирать Ифаня, уничтожать его. Он боялся. Боялся каждого шороха, ведь он мог означать, что к тебе приближаются, чтобы впечатать лицо в стену, оставляя на ней пятна алой крови, чтобы сломать пальцы, один за другим, доставляя неимоверные страдания, чтобы привязать к металлической решётке за школой и исхлестать розгами спину, слушая раздирающий глотку крик. Всё это преследовало Ифаня, ходило за ним по пятам и могло настигнуть в любой момент. Когда вокруг становилось темно, он забивался в угол и жмурил глаза, в надежде спрятаться от всего, от всех. Школа стала его тюрьмой, камерой пыток, местом, где сбываются самые страшные кошмары. Они доводили его до потери сознания, потом приводили в чувство и снова мучили, будто наслаждаясь от своих действий. Так продолжалось несколько месяцев, пока в его жизни не появился ангел.       В очередной день Ифань сидел в классе, опустив голову и не смея поднять глаза, потому что боялся встретиться взглядами с кем-то из учеников и получить за это плевок прямо в лицо. В кабинет зашёл руководитель и поприветствовал учащихся. — У меня для вас новость. В вашем классе новенький. Он перевёлся из Северной школы к нам. Его зовут Хуан Цзытао. Огромная просьба, помогите ему в осмотре школы и расскажите об уроках… Проходите, господин Хуан. — в класс вошёл высокий подтянутый парень с крашенными в блонд волосами, проколотыми ушами, в которых болтались длинные серебристые серьги, одетый в чёрные джинсы с порезами на коленях и белую рубашку с чёрным тонким велюровым галстуком. Он повернулся к классу лицом и все удивлённо вздохнули. Кошачьи миндалевидные глаза слегка подкрашены, аккуратный нос, пухлые губы, которые он постоянно поджимал и улыбка, словно ангела. Конечно, Крис не видел из-за чего этот всеобщий восторг, так как боялся поднять голову, но ему очень хотелось взглянуть на новенького, а когда тот заговорил, этого захотелось ещё сильнее. — Всем привет! Меня зовут Хуан Цзытао. Мне шестнадцать. Отныне мы одноклассники. Прошу вас позаботиться обо мне. — нежный голос с нотками хрипоты сотряс воздух. Цзытао изящно поклонился. — Итааак… Куда же нашего новичка посадить? — учитель осмотрелся и увидел пустую парту рядом с Крисом. Он указал туда пальцем. — Садись вон туда. — парень прошёл на своё место. Он посмотрел на своего соседа. Тот, почувствовав его взгляд, тут же отвернулся. Цзытао непонимающе потупил глаза. Осмотрел класс и увидел, как все странно смотрят то на него, то на его соседа. Где-то в глубине души загорелся интерес. Тут на его парту прилетела записка. Он посмотрел в неё. «Не общайся с парнем, сидящем рядом с тобой. Все его презирают и ненавидят. Он переспал с учителем. Это просто отвратительно. Поэтому предупреждаем, если будешь общаться с ним, мы встанем и против тебя».       Цзытао поднял глаза и нахмурил брови. Заметив такие пристальные взгляды к своей персоне, ухмыльнулся. Он одной рукой скомкал бумажку, посильнее сжав её и показывая выступающие вены, и выкинул её в урну, стоящую за его спиной, даже не оглядываясь. Все раскрыли рты. Он просто проигнорировал их угрозу.       После урока все пошли в столовую. Все, кроме Ифаня. Хуан заметил, что он остался и подошёл к его парте. — Почему ты не идёшь в столовую? Ты не голоден? — он хотел коснуться его руки, как услышал за своей спиной: — Эй, Цзытао! — тот повернулся. В дверях стояла группа парней. — Мы же тебе сказали не общаться с ним! Проблем хочешь? — Цзытао скрестил руки и усмехнулся. — А я обязан вас слушать? — он выгнул бровь и облокотился задом об парту Ву. — Кто вы такие, чтобы указывать мне? Я сам решу, с кем общаться, а с кем нет. Я пробыл здесь всего час и я с уверенностью, полной причём, могу сказать, что вы отвратительны. Унижая и презирая его, вы в первую очередь опускаете себя. На самое дно. Такое глубокое и тёмное. А насчёт того, что вы и против меня будете, пожалуйста. Флаг вам в руки. И ещё… — он приложил ладонь к сердцу. — Я не знаю его имени, не знаю, как выглядит его лицо, не знаю, как звучит его голос, но чувствую, что он намного лучше вас. Именно поэтому я буду с ним. А вы больше не посмеете и пальцем его тронуть, ясно? Вам лучше сделать так, как я сказал. — слова Цзытао звучали очень сурово и холодно. Ифань задрожал, но не от страха, а от защиты, которую он ощущает впервые. Неожиданно он почувствовал как его руку сжали. Это был Хуан, сжимающий его руку за спиной. — Ты уверен, что сможешь противостоять всей школе, защищая этот мусор? Да ты себя явно любишь! — парни от услышанного чуть не потеряли свои глаза. — Ты ещё очень пожалеешь о своём решении! — Я? Отнюдь, я горжусь своим решением. Если так посмотреть, то даже в его волосе больше достоинства, чем в вас всех вместе взятых. — Цзытао пожал плечами, прикрыв глаза. — Что?! Да ты!.. — он посмотрел на них исподлобья. Те вздрогнули. — Уж поверьте, вам лучше не злить меня… Иначе я вас разберу на части и ни один хирург не соберёт. Повторю, не смейте больше трогать его, надеюсь, ваша жизнь дорога вам. — Хуан оскалился, парни сглотнув, смылись поскорее. Он повернулся к Ифаню. Тот сидел, всё также опустив голову. Он вздохнул, прошёл к своему столу, достал из него коробочку, вернулся к парте Ву, поставил стул и сел напротив него. — Давай вместе поедим. А то ты совсем худой, не думаю, что ты был таким всегда. — Цзытао открыл коробочку, там была вкусненькая еда. Ифань не делал никаких движений. Парень покачал головой. — Не бойся меня. Я твой друг… Я не дам тебя в обиду… — он смотрел на макушку его головы. — У тебя волосы кажутся такими гладкими… Можно потрогать? — тишина. — Молчание — знак согласия! — Хуан улыбнулся и потянулся пальцами к волосам. Они очень мягкие. Он повёл пальцами ниже, касаясь ушей, затем щеки и чувствуя как внутри всё подрагивает. Он взял его за подбородок и хотел поднять голову, но Ифань лишь ещё сильнее вжал её в плечи. Цзытао разочарованно вздохнул. — Ладно, тогда давай так… — он взял бумажку, написал на ней «Привет!» и пододвинул её Ву. Тот пальчиками подвинул к себе и, прочитав, хихикнул. Совсем тихо. — Ты сейчас засмеялся? Эй, ты засмеялся? А что смешного? Ты же не хочешь разговаривать со мной, вот так хотя бы пообщаемся. — Ифань взял ручку и написал тоже «Привет!». Цзытао аж взлетел. — У тебя такой красивый почерк… А как тебя зовут? — он написал своём имя. Тао читает. — Ву… Ифань… Ву Ифань. И имя у тебя красивое… Очень. — он заметил, как у него покраснели кончики ушей и вдруг Хуан почувствовал, как его сердце забилось быстрее. — Ну, а меня ты знаешь как зовут. Но ты можешь звать меня просто Тао. — улыбнулся, а Ифань попытался сдержать счастливую улыбку.       И так они начали общаться. Пусть и через записки, пусть и Ифань всё также прячет лицо от Цзытао, но ему плевать. Всё своё время он проводит с Ву, не отходит от него ни на шаг. Класс уже стал шептаться, все обозлились на Тао за такой выбор, а кого это волнует? Хуан, наблюдая за красивыми руками, пишущим в бумажке ответ, понимал, что он влюбляется в хозяина этих прекрасных рук. И как бы он не пытался это остановить — сердце не слушается, оно пылает огнём, а ведь он даже не знает, как выглядит Ифань.       В сердечных муках Цзытао провёл месяц. Никто из учеников не смел подойти к Ифаню, так как очень боялись неуравновешенного Тао, который чуть ли до смерти не забил одного из обидчиков, когда тот кинул в Криса бутылку. Однако, была одна девушка, которая присоединилась к дуэту изгоев. Она объяснила это тем, что она такая же, как Ифань и влюблена в девочку из параллельного класса. Ву был невероятно счастлив от общения, хоть и письменного, с Тао и Лин–Лин. Хуан спрашивал у неё, как выглядит Ифань, а та лишь говорила, что лучше самому увидеть и умереть. От красоты, конечно же. Тао ломал голову, как заставить его показать лицо, он хотел его увидеть, но в тоже время боялся, потому что тогда уже бесповоротно влюбиться. Лин–Лин предположила, что Ифань не может полностью расслабиться, когда вокруг озлобленные люди, у Тао возникла идея. Откуда-то он достал ключ от двери, ведущей на крышу их школы и пригласил туда Криса под предлогом перекусить в спокойной атмосфере — только они вдвоём. Ифань согласился и вот они уже сидят на крыше. Тао открывает коробочки и в нос сразу ударяют аппетитные запахи. Он смотрит на него. — Ифань, кушай. У тебя одна кожа да кости. Мой папа очень вкусно готовит. Попробуй. — Крис сидел с опущенной головой. Хуан вздохнул. — Ладно, тогда… Давай я отвернусь, а ты поешь, хорошо? — едва заметный кивок, Цзытао улыбается и отворачивается. Ифань медленно поднял голову и начал рассматривать спину Тао и как его волосы развевает лёгкий ветерок. — Как бы я хотел увидеть твоё лицо… — Ифань расширил глаза. — Но мне кажется, что если увижу его, то влюблюсь в тебя. — Цзытао обернулся и увидел как Крис смотрит на него своими шоколадными глазами, слегка приоткрыв рот. Сердце пропустило удар и зашлось в бешеном темпе. — Ан нет… Уже влюбился… Ты… просто красавец… — Тао прикрыл рот рукой и, покраснев, опустил голову, а Ву так и застыл с удивлённой физиономией. Слова засели в голове.

«Влюбился… Он сказал, что влюбился в меня…»

      Цзытао успокаивал свою дрожь, как услышал, как мягкий томный голос прошептал: — Нельзя… — он тут же вздёрнул голову. — Тебе нельзя общаться со мной, иначе они тебя просто уничтожат… — Меня? Ифань, это им лучше бояться. Я буду с тобой, чтобы не случилось. Ты больше не будешь страдать, я не позволю. Теперь, когда я осознал, что влюблён в тебя по уши, я сделаю всё, чтобы ты улыбался. — Тао взял Криса за руку, а он не мог поверить своим ушам. Ему только что признались в любви, но что делать? Ифань снова опустил голову. — Не волнуйся, я знаю, что тебе нужно время. Просто помни, что я люблю тебя. — сильный порыв ветра поднял эти слова в небо и унёс к облакам.       Каждый день, в любой удобный момент, он говорил ему заветные три слова и чувствовал, как он меняет его. Ифань становится более сильным и стойким. Он уже не опускает голову, а ходит, высоко её подняв, смотрит туда, куда захочет, говорит громко, чётко, смеётся, показывая свои ровные белые зубы. Все взрываются от злости, но сделать ничего не могут, потому что Ифань стоит за высокой неприступной стеной, которая носит имя Хуан Цзытао. Он оберегает его как самое драгоценное, что у него есть, смотрит влюблённым взглядом, а губы сами так и шепчут заветные три слова.

«Я люблю тебя».

      Сидит в голове эта фраза и не даёт спать по ночам, напоминая о Ву Ифане, человеке, который стал главным смыслом всей его жизни. Он так часто говорит ему, что любит, но тот будто не слышит, он говорит в пустоту, заветные три слова, особенные, значимые, которые сказать можно не каждому, только такому же заветному, особенному, значимому…       Ифань всё слышит. Каждое слово, что произносит тихо Тао. Слова любви и теплоты, слова заботы и искренности — они произнесены так тихо, но для него так громко. Он не понимает, как Тао может так легко говорить о любви, постоянно признаваться и вести себя как обычно? Это странно и глупо. Все влюблённые на самом деле очень глупые. Они слепо идут за свои любимым, слепо верят всем словам, строят какие-то невероятные мечты о будущем, а вас же только водят за нос. Ифань знает, до чего доводит такая преданность. Люди пользуются вами, а потом делают вид, что вас и не существует вовсе. Боль пронзает сердце с каждой новой мыслью об ошибке, совершённой, когда он впустил в своё сердце человека, а тот этим воспользовался. Сейчас оно закрыто. На сотню замков, ключи от которого посеяны глубоко в его душе, куда прохода нет. Но почему… Почему Тао смог найти эти ключи и отпереть такое запретное, недостижимое сердце? Оно просит ласки и нежности, а мир вокруг такой жестокий и только один человек способен подарить новые ощущения или давно позабытые чувства. Он не хочет снова влюбляться, но уже поздно. Человек, сидящий напротив тебя, полностью поселился в твоей голове, в твоих мыслях. Просто прими его и ничего не бойся, однако это не про Ифаня. Он не верит, что способен на любовь после случившегося, да и боится, что ему снова сделают больно. Тогда что же это за чувство, что будоражит тело, когда Тао рядом? Это и есть любовь, самая настоящая, самая искренняя, самая волшебная.       Очередной день. Ифань, Тао и Лин–Лин сидят за одним столом и разговаривают. Мимо них ходят ученики и злобно зыркают на них, скалясь. Но им нет никакого дела до них. Лин видит, что Ифань всё же влюбился в Тао, но противится, убегает, думает, что это всё пыль. Она просто закатывает глаза. «Дурак ты, Ифань…»       Лин–Лин встаёт и, прощаясь с парнями, уходит, так как её позвала подруга. Крис тоже поднимается и Тао за ним. — Тао, я в туалет. — Я с тобой! — Что? Боже, Тао, не переживай. Я просто схожу в туалет и вернусь. — Уверен? — уверенный кивок и улыбка. — Ну ладно… Иди. — Ифань вышел из кабинета.       Прошло десять минут. Цзытао начал волноваться, неожиданно дверь распахивается и в класс влетает Лин–Лин. — Тао! Тао! Ифань! За школой! Их много, он один! Ты нужен ему! — девушка еле дышала, было видно, что она бежала со всех ног. Хуан сорвался с места и умчался за школу. Когда он прибежал, его глаза налились кровью, в душе закипела ярость, забушевал гнев. Какие-то ублюдки повалили Ифаня на землю и пинали, заставляя задыхаться. Тао подлетел и, схватив его на руки, отпрыгнул в сторону. — О, Цзытао… Пришёл защищать свою подстилку? — один из парней засмеялся. — Ифань, ты в порядке? — Крис посмотрел на Тао. — Уходи… Их восемь, ты один. Ты не выстоишь… — Если ты выдержал, то и я смогу. — он положил его аккуратно на землю. — Да и потом… Они меня и коснуться не смогут. Я защищу то, что дорого мне и что я очень люблю. Не бойся. — в глазах Ифаня блеснули слёзы. — Тао, сзади! — Хуан резко обернулся и локтём дал нападавшему под дых, затем схватил за плечи и дал коленом в солнечное сплетение. Тот, задыхаясь, упал. Другие всей толпой накинулись на него, но, как он и сказал, они не могли и дотронуться, просто не успевали, Цзытао перехватывал их руки и блокировал удары, в ответ давая ногой то в голову, то в пах. Ву наблюдал за дракой и он почувствовал на языке сладость. Это была сладость мести. Он хотел, чтобы Тао не останавливался, а продолжал калечить их, доводя до истошного крика и слёз. Вдруг он испугался собственных мыслей и, когда Хуан занёс кулак для удара по и так уже лежавшему парню, прокричал: — Хватит, Тао! Достаточно! Прекрати. — Цзытао обернулся. — Что? Остановиться? После всего, что они сделали, ты хочешь, чтобы я их пощадил? — Крис закивал. Тао встал и посмотрел на чуть живых парней. — Вам сегодня оооочень повезло, парни. Благодарите Ифаня за такую милость. Если бы он меня не остановил, я бы сложил вас всех пополам, а потом и мокрого места не оставил бы. Исчезните. — те, вскрикнув, убежали, а кто не мог бежать, уползли. Он повернулся к Крису. — И почему же ты их пожалел, не понимаю? Они же заставляли тебя страдать, они же чуть не убили тебя. У тебя слишком доброе сердце, Ифань. — А у тебя оно слишком влюблённое… — Что?.. Хочешь сказать, я слишком сильно люблю тебя, что готов пойти на всё? Хм, ну извините, у моего сердца нет ограничителя скорости. — Тао взял Криса за руку и приложил её к своей груди. — Чувствуешь, как бьётся? Это из-за тебя. Из-за тебя моё сердце сошло с ума… — он заглянул в глаза Ифаня. — Из-за тебя весь мой мир переворачивается. Пойми уже это. — Крис молчал. Он поднялся и, ступая шаткой походкой, куда-то пошёл, но ноги подкосились и он начал падать, как ощутил, что будто парит. Это Цзытао подхватил его на руки. Он не стал сопротивляться и просто наслаждался моментом. Они дошли до медпункта. Тао посадил его на кровать и начал обрабатывать раны Ифаня. Медпункт был пуст, никто не мешал. Хуан слегка касался пропитанной перекисью ваткой щеки Криса, а тот постоянно шикал и отодвигался или хватал его за руку. — Тао! Ну больно же! — Терпи, Ву Ифань! Ты мужик или баба? Тут царапинка! Не дёргайся, а то я сейчас в глаз тебе заеду! — Больно! — Тао вздохнул. «Ну что за ребёнок?..»       После обработки щеки, перешли к губе. Она была разбита. Тао начал потихоньку прикладывать ватку к губе. Ифань опять шипит и отстраняется. — Ну Ифань! Да сколько можно? Дай обработать нормально! — Чёрт подери, это больно! — Так… Слушай, если ты ещё раз дёрнешься, я приму меры. — Какие? — Я… тебя поцелую прямо вот сюда. — Цзытао показал на губы Криса. Тот вмиг напрягся и сжал их. — Хаха! Да я же пошутил! Расслабься! — Тао опустил голову, его взгляд стал грустным. Сердце разрывалось. — Ифань, я люблю тебя. — носитель этого красивого имени выпрямился. — Тао, подними голову. — он послушался. И тут Крис схватил его за шиворот рубашки и притянул к себе, целуя. Глаза Цзытао распахнулись. Поцелуй был простым, но для Тао очень значимым. Ифань отстранился. — Что это… было?.. — Хуан пытался привести мысли в порядок. — Это… был мой ответ на твои чувства. — Тао потупил взгляд. — Я люблю тебя, Хуан Цзытао. — Как это понимать? — Как хочешь, так и понимай. — А если я хочу, чтобы эти слова означали, что ты жить без меня не можешь, что хочешь целовать, обнимать меня постоянно, что я занимаю всё твоё сердце? — Крис улыбнулся. — А ещё эти слова означают, что… — Ифань приблизился к Тао и прошептал в самое ухо. — Я хочу завалить тебя и трахать до потери пульса… — он отодвинулся и увидел удивлённое лицо Цзытао. — А разве не я должен быть сверху? Просто… я и подумать не мог, что ты можешь быть таким… Сколько же я о тебе ещё не знаю. — Тао прижался к Ифаню, тот обнял его в ответ. — Будь всегда рядом со мной и никогда не бросай меня, обещаешь? — Клянусь. — ответил Хуан и вовлёк Ву в чувственный и такой желанный поцелуй.

***

      Прошло чуть больше полугода. Отношения Криса и Тао стремительно развивались. Мать наконец приняла сына таким, какой он есть. Отец Тао познакомился с Ифанем и тоже принял их отношения. Часто Крис бывал у Цзытао. Они сидели в его комнате и разговаривали, иногда отвлекаясь на поцелуи. Мама Тао умерла, когда он был совсем маленьким. Ифань рассказал ему о своём отце. Также, после долгого времени молчания, он рассказал, что на самом деле произошло в кабинете китайского. Тао сжал кулаки. Его любимого просто изнасиловали и этот хер не наказан! Но Ифань его успокоил, сказав, что теперь всё хорошо, ведь он рядом с ним. — Ифань… — Что? — Цзытао приглушил свет и поднялся с кровати, встал напротив Криса. — Что такое, Тао? — он начал расстёгивать свою рубашку. Ву сглотнул. Рубашка мягко спала с плеч, оголяя их и открывая вид на стройное точеное тело. Крис облокотился спиной о стену и наблюдал за происходящим, усмехаясь. Возбуждение начало расти. Хуан начал медленно подходить, стягивая с себя штаны, оставаясь в одних трусах. Он присел на постель и одними пальчиками снял с Ифаня футболку, спустился ниже и также ловко улетели его шорты в тёмный угол. Он потянулся за поцелуем, приоткрыв рот. Язык Криса сразу же оказался там, он прошёлся по нёбу, по рядку зубов и сплёлся в узел с его языком. Руки бродили по телу, сжимая все аппетитные места и заставляя Тао постанывать в поцелуй. Прохладные ладошки Хуана легли на грудь Ифаня, тот покрылся мурашками. Воздух кончался, голова кружилась, но отрываться не хотелось совсем. Но всё же Цзытао отстранился, когда ощутил в себе два пальца Криса. Они, на удивление того, вошли очень легко. — Я… подготовился… — совсем тихо сказал Тао, заливаясь краской, а Ифаню сорвало крышу. Он без всякого предупреждения, резко вынув пальцы, схватил его за бёдра и насадил на свой, кровью налившийся, член. Тао вскрикнул от пронзающей боли и укусил Криса за плечо. Тот зашипел и, схватив его за волосы, снова вошёл во всю длину. Тао ртом хватал воздух. Он начал сам медленно двигаться. Ифань подхватил и, рыча, наращивал темп. Хуан старался сдержать стоны, но они становились только громче с каждым толчком. Они повалились на кровать. Крис нависал сверху и прижимался к нему всем своим мокрым и до безумия горячим телом. Тао обнял его ногами за талию и, прогибаясь в спине, словно кошка, стонал имя Криса. Кровать скрипела, от бешеного ритма толчков тряслись висящие на стене картины. Ифань поцеловал Тао в губы, не замедляясь. Смазка Цзытао давно запачкала его живот, живот Ву и простынь. От неё было скользко и приятно. От наслаждения тело сводило судорогами, от стонов срывался голос, от поцелуев становилось жарко, а от слов становилось прекрасно. — Я… люблю тебя… Ифань… — прошептал в губы Крису Тао и обильно кончил, откинувшись назад. Вслед за ним кончил и Ифань, падая рядом и обнимая со спины. — И я… тебя люблю… — и оба провалились в спокойный нежный сон, где были они вдвоём.

***

      Прошло ещё немного времени. Тао летал на крыльях счастья, а вот Крис чувствовал себя не очень. Приближалась их годовщина. Год вместе. И проблема была вовсе не в подарке. Ифаня стало преследовать странное чувство. Он боялся, что ему сделают больно и бросят, вот и сейчас чувствует, что Тао уйдёт. Он поделился своими переживаниями с Лин, но та сказала, что волноваться не стоит, ведь Тао любит его, а значит не бросит. Но это мало успокоило Ву, вернее, совсем не успокоило. Он продолжал метаться, не зная, что ему делать. И однажды ему в голову пришла очень бредовая мысль. «Если не хочешь, чтобы тебя бросили, брось ты».       Лин старалась выбить эту дурь, но ничего не выходило, а когда мама Ифаня сообщила о повышении на работе и что нужно переехать в другую страну, это стало невозможным, ведь он решил, что так будет лучше. Естественно, Тао он ничего не скажет. Даже Лин он не сказал куда улетает и никаких данных о себе не оставил.       Годовщина прошла просто замечательно, вот только Крис весь вечер пытался не заплакать. Он боялся. И из-за этой боязни он оставит человека, которого очень любит. Но так будет лучше. Для всех. Или только для него?       Всю следующую неделю Ифань не выходил с Тао на связь. Он начал беспокоиться и пошёл к Лин… Он выскочил из её квартиры в надежде успеть к дому Криса пока он не уехал. Цзытао забегает за угол дома и видит отъезжающее от его дома такси, а в нём сидит Крис. — Ифаааань! — закричал Тао и погнался за автомобилем. — Ифааааань! Нет! Стой! — Крис услышал и посмотрел в заднее окно. — Тао… — он коснулся рукой стекла и уронил слёзы. — Прости меня, умоляю… прости… — ИФААААНЬ! ИФАААААНЬ! НЕ УЕЗЖАЙ! НЕТ! ААААААА!!! — Тао споткнулся и упал на колени, слёзы лились по щекам. Он сжал кулаки и громко закричал. Было больно, его бросили из-за какой-то боязни… Он начал колотить асфальт кулаками. — Ты сволочь, Ифань! Слышишь?! ТЫ СВОЛОЧЬ! — прокричал в небо и ветер понёс слова далеко-далеко. Тао плакал навзрыд. — Я же люблю тебя… Вернись…

***

      Тао вытер выступившие слёзы. Исин прижал его к себе и погладил по голове. Воспоминания очень болезненные, но сейчас он может не бояться, ведь теперь Ифань рядом с ним и всё будет хорошо. Тао соскочил и, посмотрев на часы, убежал с визгами одеваться. Исин хихикнул.

***

      Тем временем в номере отеля Чунмён обнимает Криса и гладит по спине. — Крис, ты такой идиот. Восемь лет просто в унитаз… — Заткнись. Я и так знаю. — Слушай, получается ты три года жил с матерью в Канаде, а потом переехал ко мне? — кивает. — И как тебя мама отпустила? — Она вышла замуж. Она была только рада, что я освобожу место. — Н–да… — Чунмён, сколько времени? — Почти шесть… — Сколько?! — Шесть… — Аааа, чёрт! Я опаздываю! — Крис оттолкнул Сухо от себя и ускакал за одеждой. Чунмён засмеялся.

***

      Ресторан. Тихая роскошная атмосфера. За столиком в самом дальнем углу сидят Крис и Тао. Оба долго извинялись друг перед другом за опоздание, а потом просто заулыбались. Они разговаривали, Ифань спросил у Цзытао как прошёл его день, тот, вспоминая весь хаос, творившийся дома, ответил, что день прошёл как обычно. Крис взял его за руки и посмотрел в глаза. — Тао, я хотел у тебя кое-что спросить… — Спрашивай. — Ты… Ты согласишься переехать ко мне в Ванкувер? — он посильнее сжал его руки, а Тао улыбнулся, немного удивившись. — Да… Я за тобой куда угодно. Даже ненавистный мне английский выучу. — Крис тоже улыбнулся. — Тогда… — он выставил перед ним две маленькие бархатные коробочки. — Это два небольших подарка для тебя, Тао. Открой вот этот. — указал на коробочку побольше. Тао открыл и увидел там ключ. — Что это? — Скажи, ты всё также мечтаешь обучать детей боевым искусствам? — Да… Мечтаю… — Это ключ от твоего собственного спортивного комплекса. Он огромный и он весь твой. — Тао не знал, что сказать. Он закрыл рот рукой, а по щёчкам покатились капли. — Тао, рано ещё плакать. Открой теперь этот. — коробочка была маленькая. Он открыл и его сердце прямо запрыгало от увиденного. — Тао… Ты выйдешь за меня? — Крис улыбнулся и Тао, выскочив из-за стола, накинулся на него, когда тот привстал. — Конечно! Да! Да! Я согласен! — он заплакал ещё сильнее. Они прижались лбами. Ифань сплёл пальцы их рук в замок. — Теперь мы всегда будем вместе, клянусь. — прекрасный поцелуй закрепил клятву вечности.       После свидания они пошли в отель. Ясно же зачем. Тао сжимал простыни кулаками, на пальчике красовалось золотое кольцо, а с губ так и слетало «люблю тебя, Ифань». После игр, когда Крис уже уснул, Цзытао пришла в голову одна мысль. Он сел на кровати и, взяв телефон, набрал номер. — Алло? — Извини, не разбудил? — Нет, Тао, что ты. Что-то случилось? — Мне нужно, чтобы ты нашёл информацию на одного человека. Его зовут Лао Фей. Живёт в Пекине. Девять лет назад работал в Западной школе учителем китайского. Ему сейчас должно быть где-то тридцать шесть, семь. Мне нужно знать как он живёт сейчас. — Хорошо, я прямо сейчас посмотрю. Повисишь? — Конечно. — спустя несколько минут, услышанное повергло Тао в шок. — Это точно? — Да. — Ладно, спасибо. Извини, что побеспокоил. — Да ничего. Спокойной ночи. — Тао отключился и с тяжёлыми мыслями лёг спать, прижимаясь к Крису и утыкаясь носом в его грудь.       Тао и Крис сообщили всем о скорой свадьбе. Исин аж расплакался. Они сказали, что всем пришлют приглашения и что, конечно же, перелёт и проживание в Ванкувере за их счёт. Даже Кай и Кёнсу приглашены, ну тут уж Чанёль постарался, хотя они даже не знают, кто это. Крис и Чунмён вернулись в Канаду. Крис, чтобы начать понемногу готовиться к свадьбе, Чунмён, чтобы подготовить документы на переезд в Корею и перевод своей компании туда. Тао улетел в Китай, чтобы также подготовить документы, но только на переезд в Канаду.       Прибыв в Китай, Тао сразу отправился не домой, а на кладбище. Там он нашёл надгробие, сел рядом с ним. Долго смотрел и сидел молча. Подул ветер. — Вы же знали, что будете жалеть о содеянном настолько, что захотите себя наказать, но всё равно сделали это. И жену с детьми оставили. Я не осуждаю вас. Это было ваше решение. Вы решили, что так будет лучше… Глупо. Пожалуйста, оберегайте Криса, если вы его всё ещё любите. — он поднялся и покинул кладбище.       Эта могила принадлежит Лао Фей, умер ровно через год, как изнасиловал Ифаня, причина смерти — самоубийство.

Необдуманные поступки очень опасны как и для окружающих, так и для вас. Вы можете очень пожалеть о содеянном, что будет вас гложить, пока и вовсе не уничтожит. Лучше подумать сто раз, прежде чем что-либо делать, а ещё лучше попытаться найти другие выходы из той или иной ситуации. Помните, вам подвластно всё, даже самые высокие и нерушимые стены падут перед вашим напором. Умным напором. Верьте в себя.