Адский лёд

— Можно войти? — спросила Гермиона. Профессор МакГонагалл схватилась за сердце. В углу сидела чета Уизли, обнимая подбежавшую дочь, вдруг заговорил директор, стоявший у камина: — Проходите-проходите, — улыбнулся Дамблдор. — Нам всем очень хотелось бы узнать всю историю, — устало произнесла МакГонагалл, плюхнувшись на стул. Я и Поттер подошли к столу и выложили о том, что это Гермиона поняла, что это голос Василиска, ползавшего по трубам, как они ходили с Хагридом в лес, где Арагог поведал им о последней жертве змея, и что они догадались, что это Плакса Миртл. Правда мы упустили правду и об оборотном зелье. — Замечательно! Итак, вы отыскали вход, нарушив — не премину добавить — вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер, Певерелл? — МакГонагалл сгорала от любопытства. Гарри рассказал о Фоуксе, который подоспел как раз тогда, когда с Василиском и Реддлом было все покончено, и доставил их сюда. Неплохо Крис им память поправил. — Джинни, а как дневник оказался у тебя? — поинтересовался Рон. — Он был в одном из учебников, которые мама купила… — всхлипнула девочка. — Я думала, что кто-то его забыл, и решила его себе оставить. Потом, я писала в нём целый год, а то… то есть, — она виновато опустила глаза, — он мне отвечал… — Джинни! Как ты могла? — мистер Уизли вздохнул. — Что я тебе всегда говорил? Мало ли кто или что может прикинуться добрым и понимающим! Почему ты не показала дневник мне или маме? Такая подозрительная вещь, ясно же, что она полна черной магии! Но не успела девочка, и ответить, как вмешался Дамблдор: — На долю бедной девочки выпало тяжелое испытание. Надо немедленно доставить её в больничное крыло, ни о каком наказании и речи быть не может. Волшебники старше её возраста были обмануты, если и есть виновный, то это только Волан-де-Морт. — Профессор подошел к двери и открыл дверь: — Джинни нужен сон и еще, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил. Мадам Помфри еще не спит — она сейчас раздает сок мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту. — Слава Мерлину! — вздохнул Рон. — Все худшее позади, — кивнул Дамблдор, — профессор Снейп, пожалуйста, покажите миссис и мистеру Уизли дорогу до больничного крыла. Чета Уизли покинула кабинет вместе с Джинни и Роном, так же с хмурым профессором, который считал, что эта пожилая пара и сама могла бы спокойно дойти до лазарета. — И Минерва, — улыбнулся Дамблдор, — как вы думаете, эта история заслуживает хорошей пирушки? Можно попросить вас пойти поговорить с поварами? — Можно, — сухо кивнула профессор МакГонагалл. Она была до сих пор ошеломлена случившимся. Как только она вышла, молчание снова обдало уши. Не зная, что еще сказать мы, молча, смотрели друг на друга, иногда бросая взгляд на директора. — Итак, вы четверо получите особые награды за услуги школе, — Дамблдор прошел к своему столу и замер, — и… дайте-ка подумать… да, по двести баллов для Слизерина и Гриффиндора. Гермиона радостно пискнула, Гарри плюхнулся на стул с умиротворенной улыбкой. — Профессор Локонс, а почему вы молчите? — окликнул его профессор Дамблдор. Я и забыла про преподавателя, который сидел, сжавшись, в углу. — Разве это вы не помогли ученикам? — Извините, профессор, но я увольняюсь, — бледный, как мел, Локонс задрожал, — я, п-пожалуй, пойду паковать свои вещи. Приношу свои глубочайшие соболезнования, я больше не задержусь в этой школе ни на секунды! С этими словами Локонс, пошатываясь, вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь, а Дамблдор только выдохнул: — Что-то учителя у нас долго не задерживаются… — Полагаю, мы наконец-то остались наедине, — директор продолжил говорить, — но я не расскажу профессорам, а в особенности профессору Снейпу, что вы готовили оборотное зелье. — Откуда вы знаете? — удивилась я. — Профессор Снейп мне жаловался о том, что кто-то ворует из его припасов кое-какие ингредиенты, и скажем так, мистер Уизли немного ошибся, используя волос кошки. Дамблдор разгладил свою бороду: — То, что вы встретились лицом к лицу с Волан-де-Мортом, многого стоит, к тому же, вы рисковали своими жизнями, бросившись наобум спасать мисс Уизли… — Вы четверо снова доказали свое бесстрашие перед лицом опасности, — Дамблдор выудил из верхнего ящика письменного стола пергамент и чернила, — мне надо написать письмо в министерство магии и объявление в «Ежедневный пророк». Вам нужна еда и отдых, ступайте-ка вы к себе, вымойтесь — и за праздничный стол. Улыбнувшись старику, мы вышли из кабинета, тихонько притворив за собой дверь.       Гарри и Гермиона о чем-то говорили, но когда они позвали меня, я сделала вид, что не услышала их, сама с ухмылкой разглядывая направляющуюся к нам фигуру: разъяренный мистер Малфой с искаженным от злости лицом, словно коршун, прошел мимо нас. Позади него волочился Добби и, виновато взглянув на Поттера, сразу же стушевался. Люциус буквально вынес дверь в кабинет директора. — Вы… вы идите, я вас догоню, — Гарри улыбнулся и прошел в кабинет. Мы послушали Поттера, и, обнявшись, направились в свои гостиные, настроения все еще не было.

***

      Придя в гостиную, я приняла душ, нацепив джинсы и толстовку, собралась пойти в Большой зал. Дафны и след простыл. Улыбнувшись себе в зеркало, я вышла из комнаты. Многие старшекурсники с интересом смотрели на меня, пока я направлялась в зал. Молва о том, что я спасла Джинни Уизли, распространилась быстрее, чем я могла себе вообразить. Когда я вошла в зал, то передо мной возник Джастин и начал трясти мою руку, попутно извиняясь. Все ученики сидели в пижамах и о чем-то болтали, такого пиршества я еще никогда не видела. Вслед за этим профессор МакГонагалл сообщила, что по случаю столь отрадных событий дирекция сочла возможным отменить экзамены (для тех, кто не сдавал СОВ и ЖАБА в этом году). И прибавила, что две сотни баллов, полученные мной, обеспечили Слизерину Кубок школы еще на один год, и двести баллов Гриффиндора, обеспечили им второе место. А известие о том, что Локонс ушел со своего поста преподавателя защиты от темных искусств, добавила огромный жирный плюс к радости учеников. — Молодец, — искренне улыбнулся Драко и похлопал меня по плечу, а я усмехнулась, знал бы он, что это его отец стоял за всем этим происшествием. — Спасибо, — пробубнила я, собрав волосы в пучок. — Слушай, — Дафна улыбнулась, — это просто потрясающе. Я имею в виду, что хочу увидеть реакцию родителей, когда я им всё расскажу! — Думаешь, они потом отпустят тебя в Хогвартс? — я рассмеялась. — Говоришь такие обидные вещи, мисс Певерелл, — съехидничала подруга. — Что будем делать завтра после уроков? — поинтересовалась Дафна, когда мы вышли из Большого зала. — Мне нужно подтянуть оценки по истории магии и трансфигурации, — я улыбнулась. Еще была целая неделя до начала каникул.

***

      Неделя проскочила незаметно. В мареве солнечных дней Хогвартс вернулся к своим обычным будням: всех жертв Василиска излечили, Люциуса Малфоя исключили из попечительского совета. Слишком быстро наступило время отъезда. Я, Дафна и Драко, радостно болтая обо всем на свете, заняли место в купе Хогвартс-Экспресса. Наступали каникулы. Я и троица стали снова на год старше. Принесет ли мне что-то новое третий курс?