Непыльная работенка для Брока...

— Хантер, может хоть немного будешь мне подыгрывать? — возмутилась Вдова, когда они уже оказались в салоне самолёта. Сдерживать Хантера ей было не по силам, поэтому она пыталась достучаться до его разума. Получалось с трудом: казалось, стоит ей моргнуть, как он рванет к своей цели, сминая все на пути, невзирая на последствия. Будто весь остальной мир потерял теперь для Хантера свое значение и смысл. Он выглядел наведённой боеголовкой, которую уже запустили, и все, что Вдове удавалось — это лишь слегка сбавлять скорость и отвлекать внимание окружающих… По возможности. Но этот жуткий парень совершенно игнорировал все ее потуги сыграть пару. Почему этот Брок настолько важен для Хантера, что тот совершенно не в состоянии ни о чем другом думать? Это раздражало и пугало одновременно, и ведь она ещё не рассказала о своей догадке насчёт того, что они отправляются не к старику, а к его сыну. Сыновьям. В тот ужасный момент, когда Хантер услышал, что она отслеживала пару, а не одного мужчину, у нее вся жизнь перед глазами пролетела. Успела пискнуть, что второй всего лишь родственник и только. Мелькнула тогда мысль, что следует сейчас же уйти в тень, отдав найденное и больше не пересекаться с Хантером, но вспомнилось потраченное время и нервы, и она решилась все же идти до конца, предложив свои услуги. На недоуменно поднятую бровь пришлось объяснить. — Хантер, скажи мне, что не собираешься нагрянуть к ним как снег на голову? Согласись, ты уже наломал дров, я помогу тебе сыграть тоньше… — В ответ на..? — Ничего такого, что было бы для тебя в новинку. Мне нужен хороший напарник, а ты… — Я не работаю в паре, только на разовых миссиях. — Думаю, что смогу тебя переубедить! — на ее заявление Хантер вдруг странно на нее глянул, оценивающе. Но не как на красивую женщину, которой она была без сомнения, нет, в этом взгляде ее оценили как вещь, не особо нужную, но пока полезную, и это жутко ее покоробило. Однако возмутиться Вдова не успела, потому что Хантер улыбнулся. Она попыталась себя убедить, что это была одобряющая улыбка, а вовсе не злая расчётливая ухмылка. Потому что в таком случае она жёстко попала. — Что ж, у тебя есть шанс это доказать. Вылетаем сегодня. Вот так и началось это трудное и выматывающее путешествие с неадекватным спутником и неоднозначной странной миссией… *** Брок понимал, что рано или поздно вопрос об отношениях между ним и Баки возникнет. И тут не о постели речь. А о том самом, о чем каждый человек в какой-то момент начинает задумываться: о тупых вопросах бытия. И когда страх и опасения ослабили свою удавку на Баки, поведение стало меняться и стало понятно — скоро Броку придется давать ответы, даже те, которые он бы не хотел. Потому что для того, кто осознал себя всего несколько месяцев назад, но успел столько пережить, простых ответов будет недостаточно. Но блядь, как объяснить парню, что все вокруг — люди как люди, а он — создание без папы с мамой, лишенный детства, созданный сразу взрослым, только потому, что Броку вздумалось помечтать об идеальном парне? Что его создали лишь для одного человека, не давая шанса сделать свой выбор? Как с этим можно жить? Как Брок объяснит, что хочет затащить его в постель и не выпускать его оттуда никуда, что не хочет ни с кем делить его, готов убить любого, кому Баки улыбается, из тупой дурацкой ревности… Нет, последнее станет последним, что он скажет. Грузить этой хернёй он парня точно не будет. Брок знал, что всех этих объяснений не избежать, но готовности к разговору не испытывал. Не мешало бы продумать ответы хотя бы на самые простые вопросы, такие как: почему они живут здесь, а не где-то ещё, почему у них нет настоящего прошлого, а лишь выдумки. Кто Брок на самом деле, почему они оказались в джунглях, почему… Блядь, еще целая куча простых почему, на которые хрен найдешь внятные ответы. Врать Баки? Нахуй, на это Брок не пойдет. А говорить правду — ну и какую из? Вот с чего начать? Может с того, как и что Брок наворотил в своей жизни, попав в итоге как кур в ощип? А про упоротого Стива рассказывать или нет? Ведь именно после его появления в жизни Брока вдруг началась шизанутая карусель нереальной фантастики?.. Брок не хотел этого разговора, по крайней мере, начинать его сам. И потом, Баки всего несколько месяцев отроду, пусть выглядит он взрослым парнем, но выносить ему и без того ушатанную в хлам психику лишним грузом глупо. Разговора не избежать, да, но вываливать все разом на парня Брок не станет. Прямой вопрос — прямой ответ без увиливания, остальное по ходу. Кто знает, вдруг некоторые вещи не придется объяснять, может, Брок зря себя накручивает… Не зря. Налаживающиеся отношения между ними перестали налаживаться. Появилась какая-то фальшивая нота, и хотя после того фиаско с Лэйси поведение Баки внешне осталось прежним, но кое-что стало тревожить. У Брока возникло неприятно знакомое ощущение, что его выслеживает дикий хищник. На прямые вопросы Баки делал невинное лицо, но при этом пялился так, что Брока передёргивало. Особенно не по себе стало, когда он обнаружил ночные визиты Баки — нет, парень больше не лез в постель, он сидел рядом, буравя Брока тяжёлым и напряжённым взглядом. Брок просыпался — Баки сбегал, и так ночь за ночью. А наутро не давал никаких объяснений, начиная беситься и убегать. Если раньше он хоть немного поддерживал разговор, то теперь молчал, выполняя поручения, держал дистанцию, при этом обязательно отслеживая все его движения. Спустя две недели такой нервотрёпки Брок не выдержал. Он привычно раскинулся на постели задом кверху, но не позволил себе уснуть, ожидая визита оборзевшего пацана. Раз гора не идет к Магомету, то и Брок заебался играть в эти игры. Он по жизни никогда не был тактичным и ненавидел ходить кругами, он без того ради Бака выворачивал себя, строго контролируя, но происходящий сейчас пиздец не выдерживал никакой критики. Ему Стива с его странной болезненной привязанностью хватило с головой, чтобы терпеть это в исполнении Баки. Как там механоиды описывали свое творение? Усиленное восприятие, что-то там с нейронами, короче, у парня роскошные данные и возможности, а значит, соображает он многим на зависть и сможет объясниться, поэтому ходить кругами вокруг него на задних лапках уже хватит. Пора поговорить начистоту. Баки проник в комнату словно призрак. Честно, не ожидай Брок его появления, то не смог бы это отследить. Как механоидам удалось это сделать: наделить такими навыками и умениями человека, который впервые открыл глаза всего несколько месяцев назад? Черт, с такими возможностями в их силах создавать универсальных солдат по щелчку пальцев и в любых количествах. Повезло, что у них нет никаких захватнических планов по отношению к человечеству. Против таких технологий и возможностей у землян просто нет никаких шансов. Баки бесшумной тенью приблизился к постели и замер над Броком. Ощущения от этого, надо сказать, были жуткие. Брок даже пожалел, что не накрылся простыней, потому что вдруг почувствовал себя голым и беззащитным, но пошевелиться не успел. Потому что именно сегодня Баки изменил своим сталкерским привычкам и перестал только смотреть. Впрочем, Брок не сразу понял, что его коснулись, настолько лёгким и мимолётным было движение. Словно дуновение ветра, кончики пальцев нежно прошлись по его плечу, вдоль линии спины и замерли над поясницей. Черт, не то чтобы Брок не понимал, но сейчас захотелось притворяться спящим и дальше, пока… блядь! Не давая себе передумать, он рывком перевернулся и ухватил за руку метнувшегося прочь визитёра. — Не так быстро, Баки! — в темноте послышалось недовольное сопение до этого неслышного парня, и тот попытался снова вырваться. Пришлось приложить все силы, чтобы удержать этого бешеного мустанга. Брок обхватил сопротивляющееся тело и уронил под себя, спеленав руками и ногами. — Послушай, Баки, нам надо поговорить! — Отпусти! — сильное тело билось под ним так, что стало страшно за кровать, все же не зря Брок попросил усилить и себя, иначе он уже давно отлетел бы ласточкой от такого отпора. — Баки! Ты сам напросился, или говори со мной или… — Или что?.. — прошипели ему на ухо, и диспозиция поменялась, теперь Брок был снизу, и Баки перестал вырываться, а наоборот, вжался в него всем телом. — Черт тебя дери, пацан! — рыкнул Брок, — отцепись и затихни, я сказал! — хватка ослабла, и Баки замер, позволяя Броку скинуть с себя свою тяжёлую тушу. Включив настольную лампу, Брок растёр лицо, собираясь с духом и прогоняя неуместное возбуждение от близости того, по кому столько времени сходит с ума, а тот сейчас лежит в его постели, послушный приказу… — Малыш. Так дальше не может продолжаться. Ты ведь понимаешь, что нам нужно поговорить… давай, не молчи. Отвечай, спрашивай, говори со мной! Что с тобой происходит? — Ничего… — буркнул Баки и свернулся клубком, спрятав лицо в подушке Брока. — Малыш, ты ведь которую ночь ко мне в спальню лезешь, а днём сбегаешь как трусливый кролик… — Я не трусливый кролик! — возмущенный ответ смягчился подушкой до невнятного бормотания. — А сейчас ты трусливо не смотришь мне в глаза, — Баки поелозил в постели и промолчал. Брок осторожно погладил того по лохматой голове. — Не молчи, малыш, зачем ты следишь за мной? — Не слежу, а охраняю… — Как-то назойливо ты меня охраняешь и неизвестно от кого, — хмыкнул Брок и легонько дернул Баки за волосы, — давай, трусливый кролик-охранник, посмотри на меня и скажи, от кого ты меня охраняешь ночью у постели. Да ещё и гладишь… — Я не глажу! — подпрыгнул Баки, резко развернувшись и сверкая глазами, но встретив ухмыляющийся взгляд Брока, понурился и очень осторожно и неуверенно уткнулся лбом ему в плечо. — Ты хочешь меня бросить? — Э?.. — Ты хочешь меня бросить! — уже утвердительно заявил Баки в плечо Брока и очень грустно вздохнул. — Хэй, малыш, какого рожна у тебя в башке творится? Схуяли мне тебя бросать? — обалдел Брок, попытался посмотреть в глаза этого малохольного, но не смог отцепить его от себя — тот как-то незаметно умудрился оплести его руками. — Ты хочешь бросить меня, хочешь променять меня на женщину. Они мягкие, сладко пахнут, странные. Ты хочешь их вместо меня! — Тааак. Нам действительно надо поговорить! — Брок тряхнул прилипшего к нему Баки, впервые так близко и по своей воле и вызывающего совсем не разговорные чувства. — С чего в твою глупую голову полезла такая чушь? С чего ты взял, что я хочу… — Хочешь! Ты оставил меня и ушел к ней. Ты бы делал с ней все те вещи, если бы я не помешал! — А кто сам так сладко улыбался девушкам и флиртовал с ними весь вечер? Слишком много интернета, видимо, сломало тебе психику! — насмешливо поинтересовался Брок, борясь с идиотской улыбкой, пытающейся расползтись по лицу — эта искренняя ревность смешила. — Ты прогнал меня, не смотрел на меня, а потом обнимался с ней! — Ты ревнуешь меня, малыш… — Я не малыш, я взрослый. Только я мужчина и у меня нет грудей как у той женщины… — И, слава богу, мужик с женскими грудями — это как-то не очень! — сдерживать улыбку уже было невозможно, но Баки все ещё возмущённо бухтел ему в плечо и не видел этого. — Я ведь сделан для тебя. Я твой, но я тебе не нужен. Ты сильный, много знаешь и можешь сам себя защитить… зачем ты меня взял с собой, если я тебе не нужен?.. — а вот тут от улыбки не осталось следа. — Баки, что ты говоришь? Ты сейчас… блядь! — Брок застыл, вот оно, этот разговор был необходим, но это так пиздецки сложно, говорить об этом! — Ты меня пожалел? Как собаку… меня неправильно сделали? — видимо, Баки тоже было это нужно, потому что его словно прорвало, он с Броком за все эти месяцы столько не говорил, сколько за эти несколько минут, не считая того злосчастного похода с туристами. — Малыш, ты не собака, а человек, замечательный, лучший… — Но я тебе не нужен? Я не хочу уходить от тебя! — Брока на мгновение сжало в костедробильном объятии, он полузадушено хекнул и обнял в ответ. — Не надо никуда уходить, будь со мной столько, сколько ты захочешь, малыш, ты мне нужен, очень… — но видно его уже не слышали, потому что Баки понесло. — Ты мной разочарован, я не такой как нужен? — О чем ты? — Я все вспомнил… то есть я не забывал, просто не понимал. Моя память. Я помню все, просто не думал об этом, не вспоминал. — … — у Брока в буквальном смысле всё опустилось. Словно все мышцы превратились в мерзкое желе. Как он мог забыть — улучшенное восприятие, Баки практически сверхчеловек и, конечно, он все помнит. — Прости, я проебался… — начал он покаянно, но его прервали горьким шепотом. — Ты недоволен! Я это чувствовал с самого начала и не понимал. Пока не стал все вспоминать. — Недоволен? Что за чушь, малыш, это я перед тобой виноват, всё, что с тобой произошло, то, что ты перенес, это моя вина… — Меня сделали для тебя, но ты хотел отказаться. — Не от тебя, малыш, ты что-то неправильно вспомнил! — недоумённо встряхнул его Брок, — я отказывался от этих грёбанных процедур, не хотел, чтобы тебе было больно! — Но мне было. В последний раз особенно… — Мал… Баки, тебя не отпустили бы со мной, если бы я не согласился на это. На этот импринтинг. Мне жаль, если бы можно было по другому, я бы не позволил этому случиться! — Потому что я ненастоящий? Ты не захотел меня, потому что я не человек? Еще эта рука, то, что я такой… неумный… — Баки! Посмотри на меня, сейчас же! — рявкнул Брок, тело в его руках затрясло, и это произошло — Баки не подчинился. — Нет! — Баки… — НЕТ! — упрямо заявили ему в плечо, и Брок оказался под парнем, чьи объятия вдруг стали тяжёлыми, жёсткими, и он совсем перестал быть похожим на человека. На мгновение Брока прошибло холодом от ощущения ненормальности происходящего. В какой-то момент ему показалось, что на него рухнуло здание, так сильно и жёстко из него выбило воздух. Он даже растерялся на пару мгновений. Второй раз подряд его завалили, и это уже переходило все границы. Рывком освободиться не получилось. Блядь. Наверное, это должно было произойти, вопреки всем его надеждам, но сейчас ему пришлось драться с тем, кого он хотел любить, поскольку подохнуть от удушья ему нахрен не сдалось. Придётся вбить немного порядка в эту глупую голову. Через боль… — Хватит! — это было бы смешно, но таковым не было. Однажды после какого-то фильма Брок задумался, как бы он дрался со своим двойником, и вот теперь прочувствовал на своей шкуре. Хотя нет. Баки был все же тяжелее и выше, мощнее, чем сам Брок, умел все, что умел он сам: приемы, рефлексы, реакция… Чёрт, последняя даже лучше, чем у него. Выручил опыт, которого, несмотря на все полученные от механоидов путем считывания с оригинала бонусы, Баки всё же не хватало. Реального, не виртуального. Так что вывернуться удалось. Помятым, выжатым как лимон, но удалось. Брок скрутил буквой «зю» свой строптивый идеал и вымученно рассмеялся. Хотелось материться долго и грязно, потому что сейчас этой дракой они с Баки похерили месяцы притирки друг к другу. Потому что сейчас они оба возбуждены, злы и разочарованы. И нет, Брок не считал, что примирительный секс в данной ситуации может помочь. Если б они были парой, настоящей парой, то это бы сработало, но не сейчас и не так. Настольная лампа разбилась вдребезги от их буйной потасовки, кровать чудом устояла, но постельное белье было раскурочено как после схватки диких котов. В окно умиротворяющее светила почти полная луна, которой были безразличны все беды маленьких человечков. — Успокоился? — чёрт, Баки смотрел так, что внутри всё начинало болеть. Эти невозможные глаза больше не были тёплыми, жёстко поджатые губы не были мягкими, а тело было готово взорваться боем, как только Брок ослабит внимание. — Чёрт тебя дери, пацан, что ты творишь?! Поговори со мной, ну? — Я не дам тебе от меня отказаться! — Что?! — Ты мой. Я твой. Я вспомнил ещё. Тот человек. В джунглях. Кто он? — Баки… — Он звал тебя тигрёнком и Фрэнком. Ты его оставил, он тебя разочаровал, как я? — Блядь, что ты несёшь? — Я не смог его рассмотреть. Ты не дал, и туман помешал. Он тебя обидел? Потому что ты отказался от него? — Послушай, малыш… — Мы долго переезжали. Ты прятался от него? — … — Он придёт за тобой. Я бы пришел. — Баки! — Я его понимаю. Но тебя не отдам! — Да услышь ты меня, идиот! — заорал, не выдержав этого, Брок и уже совсем не сдерживая силу, придавил парня, — это я тебя не отдам никому, понял? Ты мой, ушлёпок! Мне нахер никто кроме тебя не сдался! Мне насрать, как ты на свет появился, ты мой, для меня, лучший, просто идиот пока, но я тебя воспитаю, выбью из твоей ненормальной башки всю эту хрень, что ты себе напридумывал! Понял, сука?! — он словно тряпичную игрушку тряс задыхающегося парня, пытаясь достучаться до него… — Кха-кха… я… больно… — до Брока дошло, что он только что едва не сломал хребет Баки, он выпустил судорожно кашляющее тело из рук и сжал дрожащие кулаки. Срыв. Какого черта он перестал себя контролировать, что за истерику он устроил? — Баки, малыш, ты как?.. — Он тебя трогал? — выкашлял этот малолетний говнюк, и у Брока сильно заломило виски, потому что это уже был полный трэш. — Баки, прекрати нести чушь. Я здесь, с тобой и мне никто не нужен, услышь ты меня, одноклеточное! Схули ты мне тут допрос устроил? — Брок ухватил свое глупое счастье за подбородок и чмокнул в сводящие его с ума уже столько времени губы, — тупой ревнивец, я тебя от всего мира спрятать хочу, чтобы не украли, не забрали, потому что ты… Досказать не получилось — подозрительно быстро оправившийся несчастный, сверкнув глазами, опрокинул Брока в третий раз на уделанную в хлам постель и заткнул его влажным, сводящим с ума поцелуем… млять. Мозг вышибло на раз. Целоваться Брок не то чтобы любил, умел, не без этого, но обычно для него это было лишь закуской, потому что бабы любили это дело, прежде чем дать. С мужиками это было редко, поскольку с мужиками у Брока вообще было редко. Но сейчас. Это ведь Баки. Его искушающее вожделение, которым он бредил уже столько времени, который по-настоящему не понимал что творит, запутанный запечатлением и незрелым мышлением… но как же это сладко, до боли — Брок не хотел прекращать эти поцелуи. Неумелые из-за горячности и поспешности и оттого ещё более восхитительные. Он вылизывал этот нежный вкусный рот, пробуя и едва не кончая от шелковистости нёба, гладкой прохладности зубов и сочного бархатного языка, от этих мелодичных стонов, похожих на мурлыканье… Брок давно перехватил инициативу, распластав под собой свою порно мечту, сдирая с Баки остатки тряпья и буквально трахая его в рот. Лишь когда он жёстко развел ноги Баки и попытался пристроиться, его разум вернулся. — Черт, детка, ты мне весь мозг нахер вынес! — Брок пережал член и уперся лбом ко лбу тяжело дышащего Баки, облизывающего свои блядские губы, сочные… такие яркие, даже в свете луны… черт, он снова заводился. — Баки, ты чёртово искушение, что ты со мной делаешь… — Почему ты… остановился? — Баки закусил нижнюю распухшую от поцелуев губу и обижено уставился на Брока, тот, застонав, свалился рядом на спину, пытаясь прийти в себя. — Потому, сладкая ты моя конфетка, что когда мы трахнемся с тобой, это будет, потому что мы оба этого не только хотим, но и понимаем что и где это делаем. А не так как сейчас, после драки, не разобравшись во всех непонятностях. — Но… — Нет, котёнок, я хочу тебя любить, зная, что ты со мной не из-за программы механоидов, не из-за страха или глупых представлений. — Но я хочу тебя… — Может и так, Баки, но ты этого толком не осознаёшь, я не могу… пока ты… Малыш, нам обоим нужно больше времени… — Но с той женщиной ты не стал бы это откладывать! — Потому что она мне безразлична и мне плевать на её чувства… — То есть… — Я же говорю, детка, ты мне важен. Важнее всех. Поэтому между нами всё будет… если будет, то… — Ты мой, Брок?.. — вдруг оборвал его Баки, нависнув над ним, но, не нападая, и у Брока перехватило горло, отчего он вдруг сипло прошептал: — Твой, Баки, только твой… Брок больше не хотел говорить, у него был жесткий откат от этого взрыва эмоций, даже вожделение удалось унять. Он обнял больше не сопротивляющегося парня как большую плюшевую игрушку и, уложив к себе под бок, успокаивающе погладил. — Давай отдохнём, малыш, нам до хера ещё разбираться со всем этим, мы всё уладим, главное выяснили. Теперь нужно ослабить напряг, давай, сладкий, нужно успокоиться… — Мне так сложно… во мне словно… нет, это я словно в чём-то. Словно клетка. Панцирь? Оно в голове… — судя по всему, для Бака все же было недостаточно, он решил расковырять все свои болячки? Брок вздохнул, набираясь терпения, и продолжил убаюкивать бормочущего парня, внимательно прислушиваясь к его откровениям. — Не могу от этого избавиться. Наказания помогают, твои приказы… каждый раз, когда я подчиняюсь тебе, жёсткий каркас перестает давить. Но сейчас тяжело, я отказался слушаться и в голове кто-то, словно пытается пробить дыру!.. — Шшш, малыш, я тобой доволен, ты все делаешь правильно, ты мой глупый котёнок… — Брок нежно коснулся губами покрытого испариной лба. — Это программа, понимаешь? — Расскажи о ней… — парень весь пропотел, в свете ночного светила выглядел настоящим призраком, со своей бледной светящейся от влажности кожи и тёмными провалами больших, распахнутых глаз. — Она… это словно три основных инстинкта, которым я не могу противостоять, только когда они конфликтуют друг с другом, удается сделать что-то по-своему… но это тоже тяжело… — Баки тяжело сглотнул и притерся ближе к Броку, его прошибала мелкая дрожь, будто боролся сам с собой за право говорить. Но парень хотел это сказать, и Брок пытался ему в этом помочь. — Какие инстинкты, что именно требует от тебя эта программа? — не сказать, чтобы Брок не догадывался об ответе, но было ясно, что для Баки важно рассказать самому. — Три… у них разный приоритет. Первый инсти… нет. Это скорее задача. Да. Первая задача — защита. Самая главная. Остальное разрешено, только когда первая решена. — Ты мой защитник, малыш, хорошо, я понял… — от слов Брока тело в его руках пробило судорогой, но в этот раз ему показалось, что будто жёстко натянутая нить ослабла, и Баки вздохнул свободней что ли, и это подтвердил его выдох: — Дааа…. — Хорошо, Баки, ты мой защитник, я это признаю! — постарался закрепить этот момент Брок, радуясь тому, что тому полегчало, и продолжил говорить, потому что может и впрямь этот гнойник необходимо расковырять: — Что с другими задачами? — …Вторая… она конфликтует с первой, но и подчиняется… да. Подчиняется… подчинение… я обязан следовать приказам! Иначе должен быть наказан… — Малыш… — Твои наказания, они… помогают, но программа с ними… не согласна?.. я не понимаю. Потому что, боль. Должна быть боль. Наказание через боль. Иначе… — голос Баки становился больным и это Броку совсем не нравилось. — Отставить! Я решаю, какое наказание ты должен получить! Я главный. Ты подчиняешься МНЕ! Моим приказам! Ясно?! — от яростной отповеди Брока Баки изумленно приоткрыл рот, часто задышал и вдруг улыбнулся. — Четко и ясно, командир! — Э? — слегка подзавис от такого ответа Брок, командиром-то его часто называли, в той, прошлой жизни, но с чего это вдруг у Баки такое вырвалось? — Почему командир? — Ты командуешь, я подчиняюсь… — совсем расслабленно хихикнул Баки и доверчиво зашептал: — я в интернете нашёл военный фильм: один совсем как ты кричал на другого, тот так ответил! — И чего ты вдруг так радостно лыбишься? — подозрительно спросил Брок, а Баки довольно потянулся рядом и, облапив, заявил: — Мне стало хорошо, когда ты так сказал. Программа успокоилась. Это как… ты взял на себя её исполнение… — То, что я признал право приказывать тебе в ультимативной форме? — уточнил Брок, Баки кивнул. — Да… теперь в голове легче. — Мда… ну, а про третью задачу говорить хочешь? — А ты прикажи! — шаловливо предложил Баки, наклонив голову ниже и пряча алеющие скулы. Угу, режим соблазнения включён, так что ли? — Баки! — Ты же понял, командир… — невнятно буркнули ему в грудь и прижались еще ближе. Не-не-не, только не снова эти игры, Брок уже выпотрошен эмоционально, чтобы это снова начинать! — Словами, сам! Говори! — Три задачи. Эта программа. Защищать, подчиняться, удовлетворять. — Удовл… ясно, — вздохнул Брок, — последняя задача ни с чем в конфликт не входит, как понимаю, все же приоритет у нее поменьше? — Не совсем, — горячее дыхание в грудь отзывалось щекоткой, — третья задача, она фоновая. Обязательная. Это как постоянная заноза, после… ну после того как… я читал, смотрел по сети, но не справился с этим. Ты не захотел меня, выбрал женщину. Мне нужна…э… модификация, операция? Чтобы стать женщиной… — Что за… — Я вспоминал, анализировал. Слушал, — Баки приподнял голову и посмотрел прямо в лицо, — пытался понять, теперь, кажется, понял. Когда ты меня заказал, тебе была нужна защита, это из-за того человека. Но теперь условия изменились и тебе уже не нужен мужчина для удовлетворения, защита не нужна — тут не от кого защищаться, я стал неактуален. — Снова здорова! Баки, хватит нести чушь! Я заебался тебе повторять: ты мне нужен. Именно такой, какой есть… — Но ты прогнал меня в ту ночь… — Потому что ты… — И сегодня, ты отказался продолжать! — Да чего ж ты такой упёртый, пацан?! — на Брока накатило усталое возмущение, может и впрямь трахнуть это недоразумение, так упрямо стремящееся залезть в его штаны из-за чертовой программы… стоп. Программа. Блядь. — Баки, ты ведь уже сам всё понял, что лезешь ко мне в постель, не потому, что хочешь этого сам, а потому, что в тебе говорит эта ебанутая программа! — Какая разница? — недоуменно моргнул Баки, — так ведь меня создали. Для тебя, ты хотел… тогда хотел мужчину, меня сделали для тебя, таким как ты хочешь! — Так! — Брок с силой сжал себе переносицу, чтобы собраться с мыслями. — Так! Баки, я скажу тебе это еще раз, поскольку до тебя видно не дошло. Успокой свою программу, или как там ее называть правильно, и запомни. Я тебя хочу. Сильно. Мне другие не нужны, но с тобой я займусь… э… любовью не сегодня и не завтра. А тогда, когда я решу, что мы ОБА к этому готовы… — Но мы готовы… — рука Баки скользнула между ними, оглаживая пах, и Брок зарычал. — Отставить! Я не закончил! У нас с тобой всё будет, тогда, когда я решу, что мы оба готовы не только физически! При желании можно трахаться с кем угодно, но это не то, чего я хочу, ясно? — Нет! — хмуро буркнул Баки, пытаясь вырвать руку из захвата и продолжить поползновения. — Да! — сильнее сжал его руку Брок и наливающимся злостью голосом вкрадчиво спросил: — Ты подчиняешься мне или своей программе, Баки? От его вопроса глаза парня округлились, и тот беспомощно выдохнул: — Тебе, командир! — Кто решает, когда ты будешь меня… «удовлетворять»? — Ты, командир! — голос Баки окреп, а лицо безмятежно разгладилось. — Кому ты принадлежишь, Баки? — Тебе, командир! — рядом с Броком лежал красивый и спокойный парень, с прозрачным взглядом без всяких демонов. Что ж, муштра так муштра. Если по-другому не выходит, пусть так и будет, все равно лёд уже тронулся после этой сумбурной ночи. — Тогда команда спать, у нас много дел впереди. Отдыхай! — Есть отдыхать… *** Два туриста привлекали внимание всего персонала: не то чтобы здесь не бывали красивые люди… Но эти двое. Рыжеволосая красавица с выдающимися формами и высокий статный блондин с телом атлета просто приклеивали к себе взгляды. Управляющий заповедником порадовался, что так вовремя заглянул в офис, определенно, красота тянется к красоте. Стоило устроить тех двух братьев, на которых пускали слюни почти все служащие, так и туристы, завидев таких спасателей, частенько заказывали новые туры, добавляющие популярности сонному курорту. И вот эта пара, словно сошедшая с картинки, заказывает большой тур. Не забыть бы упросить их фотографироваться как можно чаще — с такими моделями интерес к заповеднику ещё больше возрастёт. И кстати, Барнсов тоже надо к этому приобщить, а то закопались в своем глухом уголке и лишний раз носа не кажут, а ведь какие могут быть рекламные фото-сессии с ними и этой парой! Да. Управляющий расплылся в довольной улыбке, дела идут в гору, нужно послать этих туристов по самому сложному маршруту, и после вызвать им в помощь Барнсов, главное, чтобы гид не прощёлкал момент и сделал как можно больше качественных снимков… — Хантер… — Крис. — О, да, конечно, Крис! Мы с тобой договорились? — … — легкая улыбка на полных губах не достигала глаз, холодных и равнодушных, Вдова передёрнула плечами. — Послушай, мы… мы здесь как пара, без всякого криминала, поэтому от гида я отделаюсь сама, и, пожалуйста, позволь мне вести! — Тебе? Ты ведь не думаешь, что можешь мной командовать, милая? — женщина крепко сжала подрагивающие от неприятного испуга губы и выдохнула, успокаиваясь. Нужно просто придерживаться выбранной линии, не злить, но гнуть по-своему, иначе все к чертям. Потраченные нервы, усилия и лелеемые надежды. Хотя от того, как прозвучало это «милая» очень хотелось убежать с криками. Какого черта, почему Хантер совсем перестал сдерживать свой норов? Раньше с ним было легче общаться, да, он всегда был отстранён наедине, но на людях он без проблем переключался и идеально играл! А теперь Хантер словно не хотел тратить ни малейшего усилия для удобства окружающих, он перестал заботиться о скрытности, его не интересовало ничего кроме цели. Мысль о том, что она ошиблась, все чаще посещала Вдову, заставляя сглатывать горечь. Не стоило связываться с Хантером, пытаться привязать его — глупо. Что произойдет, когда он получит или не получит свое? Что он сделает с ней? Не переоценила ли она свои силы? Черт! Ну, уж нет! Вдова слишком долго и тяжело карабкалась наверх, чтобы остаться на бобах, так что не расслабляться! — О чем ты, Крис? — промурлыкала она, улыбаясь солнечно яркой улыбкой, — я лишь предлагаю хороший план, мягкий, надёжный, благодаря которому ты получишь всё, что хочешь без лишних проблем! Это неплохой вариант, как думаешь? — она использовала всю мощь своего обаяния, заставляя себя бесстрашно смотреть в глаза Хантера. Ну же, давай, давай же, я надёжная, я нужная!.. Ленивая улыбка Хантера по-прежнему не касалась глаз, но тон он смягчил… по крайней мере, именно так она решила воспринимать его ответ: — Ладно, попробуй… Управляющий минут пятнадцать не мог прийти в себя: эта Скарлетт, как ее там… ей хватило буквально минуты, чтобы он сам, САМ, разрешил им отправиться по самому сложному маршруту без гида! Просто заглянул в эти глаза и согласился… Женщины, имя вам — коварство, веревки вьют из мужиков! Хорошо еще, что эта парочка взяла все необходимое для такого сложного путешествия: и рации… и фотоаппарат, на котором Скарлетт пообещала сделать максимальное количество красивых снимков. Правда, когда она говорила это, управляющий больше переживал о том, чтобы не оконфузиться от накатившего возбуждения, чем вслушивался в ее слова. Хороша чертовка, но как же он позволил им идти без гида? И ведь не отменишь разрешение — при всех согласился… потом он догадался, наконец, заглянуть в бумаги, сунутые ему в руку этой ушлой девицей, и облегчённо выдохнул — выживальщики, опытные выживальщики, что ж, это уже кое-что. Опыта, судя по бумагам у них достаточно и для более опасных мест, связь у них есть, если что, Барнсы их подстрахуют… А насчёт снимков, да пусть их, лишь бы без проблем прогулялись. Управляющий потёр грудь, чувствуя, что хапанул волнений на год вперёд, и подумал об отдыхе, к тому же, любовнице пора отработать щедрые подарки, так что хватит с него, тут целый штат сотрудников, как-нибудь без него справятся пару недель, а ему нужно привести себя в порядок… в более цивилизованном месте.