Спустя 1000 лет или 10 дней

      Все продолжали идти. Тихо. Никто не разговаривал. Слишком неподходящее для этого время. Жёлтый Алмаз достала из самоцвета пузырь с осколками Белого Алмаза. Она явно собиралась лопнуть его.  — Жёлтый Алмаз, разве безопасно освобождать осколки? Они ведь могут обрести форму и снова начать страдать… — неуверенно пробормотал Стивен.  — В этих осколках не осталось энергии, они не смогут обрести форму, — ответила мальчику Еллоу. Грустные нотки в голосе правительницы подсказали полусамоцвету, что Жёлтая хочет поговорить с кусочками самоцвета. Это странно, хотя… может и не очень. У неё наверняка найдётся, что сказать.  — А, ну тогда, ладно! — попытался улыбнуться Стивен, но у него даже близко не получилось.  — Мне нужно несколько минут, вы не против? Можете идти, я вас догоню чуть позже, — Жёлтый Алмаз хотела побыть наедине с разбитым самоцветом. Распузырить его, когда все отойдут.  — Конечно, мы вас… оставим, — стала подталкивать всех Перидот.       Еллоу уже ни на кого не обращала внимание. Кристальные Самоцветы воспользовались этим и ушли совсем недалеко. Всем было любопытно, что же будет делать Жёлтая. Вот она лопнула пузырь и поймала осколки. Части разбитого самоцвета, как Жёлтый Алмаз и думала, форму не обрели. Первые несколько секунд Алмаз просто прижимала к себе осколочки и немножко плакала. Затем, успокоившись, она вытянула руки, отодвигая самоцвет от себя, и начала разговаривать с ней.  — Уайт…зачем ты расколола себя? Тебе было настолько плохо? Или же… я и тут виновата? Я лишила тебя смысла жизни? Я подтолкнула тебя к самоубийству? Да? А может, нет? Тебя никто не просил разбивать свой камень! — Жёлтая сжала осколки. — Ты могла бы дождаться, пока я тебе всё объясню, но нет! Тебе надо было перерезать горло этому гибриду! Я уже даже не говорю о том… Почему ты мне врала?! Я спрашивала тебя, всё ли с тобой хорошо, но ты решила лгать мне до последнего и отвечать «да, со мной всё нормально»! По-твоему это нормально?! — всё это Еллоу кричала во весь голос. — А обо мне ты и не подумала? Знаешь, что я чувствовала, когда увидела, как ты расколола свой самоцвет?! Но опять же, ты думала лишь о себе! Думала, как избавить себя от страданий, и не важно, что почувствуют другие, да? Эгоистка! — после этих слов, Жёлтый Алмаз кинула кучку осколков в стену, разбивая их на ещё более мелкие. — Эгоистка! Тоже мне, сестра называется, — теперь Алмаз задумалась. Ведь уже не сестра. Она сама же отреклась от неё, предала. Эгоистка вовсе не Белая. Жёлтая обошлась с ней крайне жестоко, и лишь после этого старшая сделала это. Кинжалом в самоцвет. Младшая посмотрела на осколочки, что лежали у стены. Что-то вновь перевернулось в её самоцвете.  — Как я могла? Ей так нужна была поддержка, а я вместо того, чтобы поддержать её, всё делала наоборот. Конечно, она решилась на раскол. Если бы мы ещё раз встретились, что бы Уайт сказала? Ведь за такое почти никогда не прощают. Я ужасная сестра. Я превратила её последние минуты в ад. Даже не попробовала поговорить с Белочкой. Ни разу не обняла, не утешила, лишь кричала на неё и говорила, что она не в себе и всё такое. Прости! Пожалуйста, прости! Конечно же, ты мне сестра, самая лучшая. Ты всегда была права, даже насчёт того, что я тупой булыжник, — Жёлтый Алмаз перестала сдерживаться. Позволила себе разрыдаться как следует. Она подбежала к стене, в которую швырнула самоцвет Белого Алмаза, сделала в ней вмятину головой и медленно сползла по ней, садясь на колени и глядя на потолок так, словно там есть тот, кто вернёт ей сестрёнку.  — Что я наделала? — ещё раз всхлипнула Еллоу, подбирая с пола осколки самого дорогого для неё самоцвета.  — Жёлтый Алмаз, вы в порядке? Может… — Стивена резко прервали.  — Нет, я не в порядке! И что я теперь Синей скажу, если вдруг выберусь из этого проклятого места? «Слушай, тут Белая случайно себя расколола, так что можешь по двоим сразу слёзы лить»?! И почему я не могу тоже покончить со всем этим. Почему не могу разбить себя?  — Успокойтесь, всё будет хорошо. Давайте пойдём дальше, вдруг встретим Тень? Может, она сможет вернуть Жемчуг и Белый Алмаз? Нельзя сидеть здесь, надо двигаться вперёд, — слова Стивена были для всех довольно вдохновляющими. Даже Жёлтая не стала спорить. Собрав осколки, команда пошла дальше.       Восемь часов ходьбы ни к чему не привели.  — Кто-нибудь знает, куда мы идём? — спросила Аметист.  — Тень ищем, — ответила Жёлтый Алмаз.  — Да? И где же она? — Аметист было скучно, настроение хуже некуда. Жемчуг разбита и… Белый Алмаз… Почему она скучает по Верховной Правительнице? Ведь между ними ничего не было? Или было, но не вспомнить…  — Неизвестно. Может, я был неправ? Вовсе не всё будет хорошо? Может, будет ещё хуже? — спрашивал Стивен, а потом не выдержал и со слезами на глазах добавил: — Я так по ним скучаю. Мне не верится, что я их больше никогда не увижу. Почему это случилось? Что они сделали, кто захотел избавиться от них?  — Никто не хотел! Ты забыл, что я нажала ту кнопку и погубила их? — опять разозлилась Жёлтая, правда, на себя, а не на полусамоцвета.  — Успокойтесь, пожалуйста! В ваших разборках нет смысла! Ежу понятно, все мы здесь рано или поздно разобьёмся! — выкрикнула свои мысли Перидот.  — Ой, да ладно. У меня идея, давайте покричим, позовём этого демона, вдруг услышит и придёт? — предложила, пожалуй, самый тупой план Аметист.        Хотя, видимо, от отчаяния, самоцветы на самом деле орали примерно полчаса, зовя Тень. И, как это ни странно, она пришла. Вышла из стены, впрочем, ничего нового.  — Ну что вы орёте?! Знаете, как хорошо вас слышно? — возмущалась Тень.  — А мы прекратим, если ты вернёшь нам Жемчуг и Белый Алмаз! — требовательно заявила Еллоу.  — Эй, Алмазик, а тебе самой не противно? Быть такой эгоисткой…  — Заткнись! Ты вообще можешь их воскресить? Или тебе это не по силам? — продолжала «переговоры» Жёлтый Алмаз.  — Конечно, я не могу «спустить» их к вам, но ты даже и не думаешь, что они не хотели бы этого! Думаешь только о себе… Как же так можно, а?  — Прекрати болтать не по делу! Спусти их сейчас же! — приказала Алмаз.  — Плохо слышишь? Я же сказала, что не могу, а если бы могла, всё равно воскрешать бы их не стала! И вообще, лучше сама «поднимись»! Хотя бы не такой эгоисткой будешь… Тебе дать то, чем ты сможешь разбить свой самоцвет? — Тень улыбнулась, она получала удовольствие, когда Жёлтый Алмаз злилась.  — Нет, спасибо, обойдусь!  — Ну, как хочешь! Тогда я ничем помочь не могу, так что, пока! — существо нагло сбежало сквозь стену, оставив самоцветов наедине с грустным будущим.  — И что теперь? — поинтересовалась Аметист.  — Ничего, — кратко ответила правительница.       Около часа вся команда стояла на месте. Последняя надежда утеряна. Еллоу начинала потихоньку жалеть, что не взяла штуку, которой можно было бы разбить алмаз. Из раздумий вышвырнул всех жуткий треск.  — Э, народ, а что происходит?! — с ужасом глядела Кварц на свой камень, что стремительно трескался.  — Аметист, не двигайся, я сейчас, — Стивен лизнул руку и приложил её к самоцвету, но целительская сила подвела мальчика. Буквально через несколько секунд по телу Кварца поползли трещины, оболочка из света растворилась, а осколки упали на пол.  — Что это было? Почему она вдруг разбилась? Её никто не трогал, — размышляла Перидот, пока полусамоцвет рыдал над осколками Аметист.       Их осталось трое. Половина разбита. Последняя смерть оказалась особенно странной. Никогда самоцветы не трескались просто так. И никогда не будут.

***

       — Ух, это был всего лишь сон… — пробормотала жемчужина.  — О, ты бы знала, что мне приснилось! Я вообще расколола себя. До сих пор всё болит!  — Но мне снилось то же самое. Вы себя раскололи, потом и я не выдержала…  — Вы-то хоть сами себя разбили, а вот мой камень сам треснул! — подала голос Аметист, рассматривая свой самоцвет.       Самоцветы удивлённо переглянулись. Такого никто не ожидал.  — Ага, это я постаралась! Понравился общий сон? — хмыкнула, появившаяся из ниоткуда Тень.  — Да ты издеваешься! Такое никому не может понравиться! — прокричала Кварц.  — Зато кое-кто из вас узнал правду, — существо посмотрело на Уайт. — Не так уж сестра тебя и любит. Или лучше сказать, ей плевать на тебя. Она отреклась от тебя перед твоей «смертью». Разве сёстры поступают так подло? — Тень моментально довела Алмаз до слёз. Как бы Белой ни хотелось, но всё это правда. Белый Алмаз убежала в первый попавшийся коридор, не думая о последствиях. Она хотела побыть одна. Но Тень, предвидев это, «расколола» Стивена на минуту раньше, чем Уайт сбежала. Ничего не успев понять, мальчик бросился за ней, как демону и хотелось. А для чего ей это надо, никто никогда не узнает.       Проход в тот коридор закрылся сразу после того, как пара вошла. Посмотрев друг на друга, Жемчуг и Аметист стали будить Перидот. Жёлтую решили пока не будить, во сне она не такая грозная.

***

       — Белая! Белая, я должен тебе кое-что сказать! — полусамоцвет звал Алмаз, но она не отзывалась. Через минуту он увидел Уайт, самоцвет тихонько плакала и не замечала гостя, который без палева подкрался сзади.  — Белый Алмаз, можно с вами поговорить? — осторожно спросил Стивен.  — Говори. Если хочешь, — севшим голосом ответила Уайт.  — Пожалуйста, дослушайте до конца. Но это о Жёлтом Алмазе, — только Белка услышала это имя, в помещении сразу же похолодало. Слёзы мгновенно замёрзли, стены покрылись инеем.  — Я не желаю ничего слышать о ней. Она предала меня. Ты вряд ли представляешь, какую боль она мне причинила.  — Представляю, вы же… ты же расколола свой камень, — мальчик вспомнил, что Белый Алмаз, просила называть её на «ты», по крайней мере до тех пор, пока не выберутся из этого места.  — Кстати, это не особо помогло. Мне всё ещё больно, — призналась Белка.  — Но Жёлтая была неправа. Вы не… Ты не видела её после своего раскола. Она очень горевала… Хотела тебя вернуть. Рыдала над твоими осколками, — быстренько описал полусамоцвет то, что видел.  — Но я не видела это! Я лишь отчётливо помню, как она отреклась от меня, как считала сумасшедшей и как кричала на меня… Я не знаю, смогу ли её простить за это… — Алмаз старалась не плакать, но падающая температура в коридоре выдавала чувства Белой.  — Почему не забыть всё? Это же был только сон, — Стивен не договорил.  — Это был не просто сон! Он был общим. Все в нём соображали так же, как и в реальности! Жёлтый Алмаз не знала, что это сон, предала так же, как это могло случиться в реальном мире. Если бы сон был только моим, я бы выкинула его сразу же из головы, но… Наверное, ты уже понял, — Белочке надоело обсуждать этот кошмар, она захотела прогуляться.       Где-то сорок минут длилась прогулочка. Стивен увязался за Белым Алмазом, так как не знал, куда идти. Коридор был безопасным, ну, или почти. Двух самоцветов чуть не раздавило три раза. Один раз потолок начал давить, старшая выдержала. На второй раз стены сдвигались, но и здесь успели убежать. На третий раз уже поднимался пол. Опять спаслись. Белая была даже рада отвлечься на парочку маленьких приключений. Отвлечься от мыслей о «сестре»…  — Белый Алмаз, может вернёмся? — с мольбой в глазах просил мальчик.  — Может, — Алмаз прислонилась к стенке, о чём-то размышляя.  — А скоро?  — Ну, можно хоть сейчас… Ау! — Уайт отскочила от стены так, будто обожглась.  — Всё хорошо? — обеспокоенно спросил полусамоцвет. Ему не ответили. Белый Алмаз молча показала своё запястье. Снова. Такая же рана, только на другой руке.  — Нет. Только не говори, что собираешься расколоть себя! Что, если это уже не сон? Пожалуйста, давай попробуем что-нибудь придумать, теперь у нас больше времени на это, — тут же запаниковал полусамоцвет.  — Ну… если меня не свяжут, — неуверенно начала Белая.  — Конечно, нет! Хочешь, пока вообще никому не скажем? — предложил Стивен.  — Хм, может и не придётся… у меня есть идея, но она не самая приятная и… тебе лучше отвернуться, — Уайт ждала, пока полусамоцвет перестанет смотреть, но не дождалась.  — Я всё-таки посмотрю. Не думаю, что зрелище хуже, чем слияния-мутанты из осколочков самоцветов.  — Ладно, но я предупредила.       Белый Алмаз достала огромный меч. Стивен дёрнулся, думая не дать Алмазу расколоть себя, но почему-то остановился. Белка сказала, что у неё идея, и мальчик решил довериться ей.       Белая вонзила меч себе в живот и провела им несколько раз из стороны в сторону, сделав огромную рану. «Кровь» оттуда потекла рекой, Алмаз пошатнулась, но продолжила себя калечить, чтобы избавиться от тела из света. На это и вправду смотреть неприятно, а Стивен сам решил потерпеть… Белый Алмаз вынула из себя меч для того, чтобы воткнуть его туда, где у людей сердце. У самоцвета же там ничего такого важного не было. Ковыряться в себе лезвием Алмазу тоже было жутковато и довольно больно, но так надо. Прозрачно-голубая жидкость наполнила сапожки, стекала водопадами с Белочки, а она всё не останавливалась. Она хочет достичь этой цели. Сейчас или никогда, если Уайт не уничтожит свою оболочку, её уничтожит эта зараза и тогда… конец?       «Ну всё, хватит резать здесь! Лучше попробую отрезать руку… Ладно, готово. Хм, и этого мало? Тогда осталось только…» Белая вытащила оружие из груди и оставшейся рукой нанесла один удар по шее. То, перед чем регенерации точно не устоять. Перерезать горло не так уж и сложно, может, можно было этим ограничиться? Не заставлять Стивена смотреть на это и топтаться на месте от чувств, которые переполняли его от слежки за таким чудовищным зрелищем.       Взрыв. Белый самоцвет упал на пол, прямо в лужу её собственной «крови», что уже понемногу начинала исчезать. Меч, испачканный «кровью», приземлился рядом со Стивеном, а затем тоже ушёл в самоцвет. Теперь, пока Алмаз не видит, мальчик позволил себе шумно вздохнуть.  — Что ж, хотя бы она сказала правду и не стала раскалывать свой камень, — прокомментировал вслух полусамоцвет.       Взяв камень Алмаза в руки, Стивен присел у стены и стал ждать, когда правительница вернётся. Сам он дорогу не найдёт. «Интересно, как там друзья?»

***

— Ну что, может уже разбудим это «жёлтое чучело»? — предложила Аметист.  — Да, давай, — согласилась Перидот.  — Как вы думаете, Стивен ведь жив? Его нет так долго… — грустно пробормотала Жемчуг.  — Жемчуг, он не один, он с Белым Алмазом, а она наверняка хорошо дерётся и, если что, я уверена, защитит его, — успокоила жемчужину Кварц.  — Стоп, в чём дело? Где я? Или это-это был сон? — начала приходить в себя Жёлтый Алмаз.  — Ещё и общий. Мы все это видели. Ах, да… если спросишь, где те двое, говорю заранее, мы знаем лишь то, что они ушли в один из коридоров, — предупредила правительницу Перидот.  — Да, Белый Алмаз убежала… э… а Стивен бросился за ней, — Аметист специально пропустила причину, из-за которой Верховная Правительница покинула зал.  — Только не вздумай пойти за ними. Если там опасно, они не уцелеют, и ты тоже. Если безопасно, они сами рано или поздно вернутся, — с Жемчуг никто не стал спорить, хотя Жёлтая ещё долго не находила себе места. «Уайт жива и всё, что случилось во сне, она помнит… Может притвориться, будто ничего и не было? Попробую…»

***

      Вот камень Алмаза засветился и через несколько секунд сформировалось тело. Внешность ничем не отличалась от предыдущей. Регенерация для алмазов вещь редкая, поэтому Белая с непривычки потеряла равновесие и упала на колени.  — Ну, как себя чувствуешь? — осторожно спросил Стивен.  — Вроде лучше, — Белый Алмаз осмотрела свою руку. Чёрные линии исчезли, рана осталась, точнее шрам, который выделялся едва заметным оттенком серого.  — Ты уверена?  — Да, конечно. Вряд ли этот след представляет опасность… Ну что, теперь вернёмся в тот зал?  — Да, давай.

***

 — Жёлтый Алмаз, давай ты поспишь? Мне надоело смотреть, как ты бьёшься головой о стенку, — потащила Аметист ближе к середине комнаты Жёлтую. Та не спорила. «Так будет легче дождаться старшую.» Но только Еллоу заснула, пришли Уайт и Стивен.  — Где вас носило всё это время?! — набросилась на прибывших Жемчуг.  — Да ладно, нас не было пару дней, подумаешь, прогулялись немножко, — произнесла Белый Алмаз.  — Так, Стивен, я тебя больше никуда с этой ненормальной не пущу! — сказала жемчужина.  — Почему ненормальной? Что я сделала? — удивилась Уайт.  — Да, вот именно! Она ничего не сделала. И не так уж долго нас не было, всё верно, только пару дней, — полусамоцвет нарочно подошёл поближе к Белке, показывая всем, что он на её стороне.  — Вас не было больше двух недель, — вставила Перидот.  — Двух недель?! — хором крикнули недавно прибывшие.  — Давайте об этом забудем. Лучше расскажите, чем вы занимались во время «прогулки»? — поинтересовалась Аметист.  — Ничем особенным. Чуть не раздавило несколько раз… но всё в порядке… Белая, Жёлтая спит, можно рассказать о…  — Спит? Тогда, ладно. Только потише говори, чтобы не разбудить её, — Алмаз колебалась, но ведь младшая не слышит…  — Белый Алмаз опять поранилась. Как во сне, только другой рукой, — все посмотрели на Уайт, та отвела взгляд, — в результате…  — Ты бы мне ни за что не сказала… Да?! — Жёлтый Алмаз на самом деле не спала, а лежала с закрытыми глазами. И когда она услышала о том, что случилось, Алмаз встала. Белка с ужасом взглянула на младшую. Уайт переполняли эмоции, из-за этого на её глазах появились слёзы, лишь появились, не скатывались.       Еллоу твёрдо смотрела на Верховную Правительницу, приближаясь небольшими, зато уверенными шагами. Белая в таком же темпе пятилась от неё до тех пор, пока не врезалась в стену. «Что делать? Бежать в коридор? Нет, слишком безрассудно. Останусь стоять на месте, если что, буду уворачиваться…»  — Белая, — младшая подошла вплотную к Белому Алмазу, та впечаталась в стенку, начиная съезжать по ней вниз. Чем всё кончится?  — Белая, прости, — вопреки ожиданиям старшей, Еллоу крепко обняла сестру, ещё сильнее вдавив её в стену. Уайт не могла ответить, просто потеряла дар речи от переполняющих её эмоций. В основном она была счастлива, хотя слегка напугана, Жёлтый Алмаз заметила, что Белка немного дрожит, но решила, это от холода из-за ранения. Стивен не договорил про хороший конец.  — Жёлтая, — всё, что смогла прошептать Алмаз.       Белочка также заключила в объятия сестричку. Младшая почувствовала, как на её спину с лица Уайт стекли слёзы. Не удержались на глазах, когда правительница зажмурилась.  — Прости, я так виновата перед тобой. Сёстры так не поступают… Я должна была быть с тобой до последнего, не отталкивать тебя. Теперь я никуда от тебя не уйду, буду рядом в эти несколько часов, последних твоих часов, даже когда ты перестанешь осознавать это. И да, конечно же, ты моя сестра, я ужасно поступила во сне, чудовищно…  — Жёлтая, я… постой, что? Ты уже подсчитала мои часы? Не, в твоих расчётах явно ошибка, я не собираюсь умирать, ну… Знаешь, я всё равно тебя люблю…  — Даже после такого? То есть… и я тебя люблю, не хочу терять, — Еллоу отпустила Уайт, пытаясь разглядеть повреждение, — можно посмотреть на твою рану, как далеко она зашла. Честно, больно хватать тебя за руки я не буду.  — Ну, да… эм, а может и нет. Я её уже не вижу, — Белый Алмаз замечала небольшой след, но только потому, что знала, где. Жёлтому Алмазу смотреть не на что.  — Нет? Но как? — правительница была в приятном шоке.  — Я-я уничтожила свою оболочку, на регенерацию потребовалось два дня… Это сработало, — в кратце объяснила Белая.  — Я так рада, — улыбнулась младшая, смахнув последнюю слезу с лица сестрёнки, на что та тоже не смогла не улыбнуться.  — Алмазики, может хватит? Мы уже всё поняли! — весело крикнула Аметист, заставив правительниц отскочить друг от друга.  — Аметист, ну вот зачем? Такое прекрасное воссоединение тупого булыжника и нормального самоцвета, а ты испортила шикарный момент! — крикнула Перидот, но через три секунды убегала по кругу от Жёлтого Алмаза.  — Я думаю, если пойти в один коридор всем вместе, мы никого не потеряем, — начал говорить Стивен, пытаясь игнорировать игру «Кошки-мышки», которая становилась всё более опасной даже для тех, кто не участвовал.  — Еллоу, зачем ты за ней гонишься? Разве ты не согласна с тем, что я нормальный самоцвет? — спросила Уайт, хитро прищурив глаза.  — Согласна, но ведь…  — Вот и хорошо. И так, кто хочет выбрать проход, в который мы войдём? — поинтересовалась Белый Алмаз.  — Предлагаю снова пойти туда, где вы уже были. Вроде там безопасно, — идея Жемчуг всем понравилась. В результате все направились в тот коридор, но на этот раз настроение у каждого было отличным. Кроме Жёлтой. Она всё ещё дулась из-за того, что её опять какая-то перидот обозвала тупым булыжником. Хотя тот факт, что сестра идёт рядом с ней, а не лежит разбитая в пузыре, сглаживал ситуацию…