16
20 июня 2019 г., 09:14
Нобуюки смотрел, как ветер треплет розовые волосы, как играет складками светлой юбки и лентами грузных бантов. Большие круглые глаза сияли тем самым светом, который искала Альфа. Чибиуса улыбнулась и бросилась к юноше, что нетерпеливо заключил ее в самые крепкие объятия.
— Гелиос был прав! Он во всем оказался прав! — радостно щебетала она.
Нобуюки натянуто улыбнулся. Гелиос — огромная пропасть между ним и Чибиусой. Возлюбленный, что всегда был, есть и будет, даже если перестанет существовать. Он появился в жизни Чибиусы еще до рождения — это просто нечестно! У Нобуюки с самого начала не было шанса. Угораздило же влюбиться в недосягаемую звезду, угораздило же с ней подружиться. Он обречен жить с дырой вместо сердца, но он же может стать тем, кто излечит сердце Чибиусы. Всего-то и нужно — вытащить Гелиоса из проклятого кристалла. Он умный, он сможет придумать, он найдет способ — он этого искренне хочет.
Чибиуса и Нобуюки появились в гостиной. Рыдающая Усаги издала новый неразборчивый стон, что теперь ознаменовал материнское счастье, и почти задушила ребенка в объятиях радости. Мамору поспешил пожать руку защитнику дочери, что сумел доставить ее домой целой и невредимой. Только Сецуна сохраняла спокойствие и терпеливо ждала объяснений, которые последовали сразу, как только Усаги позволила дочери выскользнуть из рук.
Вечер стал долгим, но, безусловно, счастливым. Они смогли посмеяться, разделить радость, смогли со всем примириться. Усаги отыскала покой, погрузилась в сон, и Мамору оставался с ней рядом, гладил мягкие волосы, отгонял прочь дурные мысли и сны.
Нобуюки задержался допоздна. Вот только он совсем не слушал, о чем болтала Чибиуса. Юноша погряз в мыслях о возвращении Гелиоса. Смазливый златоглазый красавец, что был и принцем, и белым конем, пилил Нобуюки, таращась на него с каждой полки, с каждой фотографии. Он не оставлял, не давал покоя, тыкал носом в счастье Чибиусы, которым она светилась лишь с ним. Глаз Нобуюки то и дело нервно подрагивал. Не выдержав, юноша резко подскочил со стула:
— Я засиделся! — почти что выкрикнул он.
— Я провожу, — ошарашенно, и оттого тихо отозвалась Чибиуса.
Сунув руки в карманы, Нобуюки спускался по лестнице, девушка шла следом. Его осенила идея, как помочь Гелиосу выбраться, юноша резко остановился, и Чибиуса носом влетела в его каменное плечо. Нобуюки виновато обернулся. Она держалась за нос, сдерживая искры, что так хотели посыпаться градом из глаз.
— Прости, — Нобуюки прикоснулся к руке, укрывающей нос, и отвел в сторону.
Он бы и хотел взглянуть на место ушиба, да не видел ничего кроме удивительных огромных вишневых глаз, которые впервые смотрели на него вровень, не снизу. Не отпуская руки Чибиусы, Нобуюки мягко прильнул губами к пострадавшему носу девушки и отпрянул. Теперь в вишневых глазах читались растерянность и тревожность: что будет дальше? Юноша чувствовал, как напряглась Чибиуса, как громко застучало в ночной тишине дома ее преданное Гелиосу сердце. И все же, вопреки всем запретам, Нобуюки притягивали ее сладкие алые губы. Прикоснуться единожды, познать вкус невозможного счастья и сохранить в вечном воспоминании. Дыхание Нобуюки коснулось губ Чибиусы, что замерла в волнительном смятении. Сердце ушло из груди, оно, казалось, застряло в горле и стучало в ушах. Не позволить случиться? Бежать? Вот только тело стоит неподвижно, решило остаться. Дыхание Нобуюки точно дурман, растворило мысли, погрузило в плен томного ожидания. Чибиуса подалась вперед, и юноша обхватил ладонями ее раскрасневшееся лицо:
— Я верну Гелиоса! — прозвучал он отрезвляющей молнией. Нобуюки отвернулся, сунул руки в карманы, спустился с лестницы и натянул кеды. — Прощай, Чибиуса! — он не обернулся.
Девушка стояла на лестнице, там, где Нобуюки ее оставил. Оставил надломленной, ведь она, предав себя, предав Гелиоса, хотела, чтобы его губы к ней прикоснулись. В сердце, точно в яблоке, поселился прожорливый червь.
*
— Усаги, с тобой все нормально? — в очередной раз поинтересовался Мамору. — Угу, — прозвучало весьма сомнительно. Она не выходила из ванной комнаты уже третий час, чем заставляла о себе волноваться. Усаги сидела на махровом коврике, который лежал у раковины, и никак не могла остановить слезы. В руках она держала положительный тест на беременность, вот только знала наверняка, что ребенок не от Мамору, от Сейи. И какие теперь подобрать слова? Как преподнести подобную новость? — Если ты не скажешь в чем дело, я выломаю дверь! — пригрозил муж. Слезы хлынули с новой силой, и Усаги покрепче зажала ладонью рот, что так и норовил предательски запищать. Да что толку скрываться? Выйти все равно придется, заплаканные глаза будут замечены, да и беременность по итогу не скроешь. Голова Усаги так сильно гудела, что, казалось, вот-вот лопнет. — Милая… — снова постучался Мамору. Усаги сделала глубокий вдох, поднялась и открыла дверь. Увидев заплаканную жену, Мамору встревожился. Из глаз любимой без остановки бежали слезы, губы дрожали, она не могла связать и двух слов. Усаги медленно подняла руку, в которой держала положительный тест. Если бы ребенок был от Мамору, ей не пришлось плакать. Отец очевиден. Мамору обнял Усаги: — Все будет хорошо. У нас все будет хорошо… Он слишком сильно любил Усаги, чтобы показывать свои раны, свою боль или страхи. Он сильный, он переживет. Он справится, если она будет искренне улыбаться, если она будет счастливой. Пусть в их судьбу вплелась поперечная нить, но именно она предала плетению крепости и внесла новый прекрасный узор, оставив о себе светлую память. Сейя отдал жизнь, спасая Чибиусу от Альфы, воспитать его ребенка — меньшее, чем он может тому отплатить. Пусть, пусть дитя станет напоминанием не измены, а подвига, поступка, храбрости, ценности жизни. — Я люблю тебя, — прошептал он. Раздался звонок в дверь. — Чибиуса, открой, пожалуйста! — крикнул Мамору, продолжая обнимать жену. Дочь вышла из своей комнаты, пробежалась по лестнице и отворила дверь. На пороге стоял Гелиос. Не на шутку опешив, не веря глазам, Чибиуса отшагнула назад. Все это походило на сон, на чью-то ужасную злую шутку. — Девочка моя, — улыбнулся хранитель и протянул к ней руку. Теплая ладонь прикоснулась к щеке — Гелиос настоящий! Он склонился к губам возлюбленной и одарил нежным долгожданным поцелуем. Чибиуса расплакалась в счастье, обняла его как можно крепче и весело рассмеялась. — Как же я рада! — пролепетала она и торопливо затянула хранителя в дом, в гостиную. — А говорил «невозможно»! — Разместившись вместе с Гелиосом на диване, Чибиуса сложила голову на груди возлюбленного. — Как же ты выбрался из плена кристалла? — Нобуюки… — Да, он смышленый! — Он пришел ко мне в сон, в кристалл, как ты приходила. Он не звал меня, я не знал о его присутствии. Пролетал мимо, а он сверху набросился… — Чибиуса хихикнула, ей это показалось забавным. — Нобуюки вцепился в гриву, стал наносить удары по голове камнем, я не сразу понял, что он задумал. Он того и добивался, чтобы мы были над пропастью, чтобы я оставался пегасом, пока он воплощал задуманное. Впрочем, он прав — я бы не согласился. Времени, что я следовал к склону, Нобуюки хватило, чтобы лишить меня рога, того, иллюзорного. Как только я обратился в человека, он набросился на меня и столкнул со скалы… Я проснулся. — Так тебе нужна была встряска? — никак не могла понять Чибиуса. — Нет. Другая душа. Другой пленник. Другой хранитель кристалла. — И выхода на самом деле нет? — Девушка напряглась. — Он освободил меня от проклятия, заняв мое место. — Чибиуса загудела от ужаса. — Я благодарен ему за спасение, за возможность вернуться к любимой, — хранитель обхватил пальчики девушки. — Обещаю, что каждый день, буду искать способ освободить Нобуюки из плена кристалла… Рука Чибиусы выскользнула, точно была неживая: — Способа нет, — девушка тихо повторила прежние слова Гелиоса. По щекам побежали слезы. Чибиуса встала с дивана, вышла из гостиной, и хранитель услышал, как хлопнула дверь. В домашней мятой футболке и коротеньких шортах девушка брела по двору босой. Миновав ворота, Чибиуса побежала по улице. Ноги несли вперед сами, точно зная, где она должна сейчас быть, и остановились, только достигнув порога дома Рей Хино и Кумады Юичиро. Чибиуса постучала в дверь как в тумане. Встретив убитую горем девушку, Юичиро без лишних вопросов предложил ей войти. Чибиуса стрелой пролетела ступени и вторглась в комнату Нобуюки. Он лежал на постели, на лбу красовалась до боли знакомая офуду. Нобуюки ушел, чтобы назад не вернуться. Он сделал это ради нее, той, которую страшно любил, той, которой желал настоящего счастья. Он вернул ей любимого, как обещал, пусть и отдал взамен свою жизнь — для него это не имело значения. Чибиуса все понимала и испытывала благодарность, но как же она его ненавидела, как хотела его уничтожить: — Как ты посмел?! — выкрикнула она и ударила Нобуюки в грудь. — Как ты посмел меня бросить?! — Чибиуса залилась новым градом хрустальных слез. — Обманщик! Это не способ, — она нанесла очередной удар в грудь, — не выход, — повторила удар, — и уж точно никакое не чудо! — прокричала Чибиуса прямо в лицо спящего юноши. Прорычав точно раненый зверь, она легла на грудь Нобуюки, что медленно и тихо вздымалась в ровном покойном сне. — Ненавижу! — прошептала девушка. — Ты меня слышишь? Я тебя ненавижу! В жизни всегда существует поперечная нить. О ее существовании можно вовсе не знать, не заметить, но она будет овивать повседневность, украшать, дополнять, делать ярче или укрывать от невзгод словно крепость. Остается только понять какая нить поперечная, а какая следует ровно бок о бок. Поцелуй Чибиусы теплом лег к губам Нобуюки. И уже через мгновение неподвижные прежде губы поцеловали Чибиусу в ответ. В неожиданном потрясении девушка отпрянула и тут же в ужасе замерла — Нобуюки проснулся. Проснулся, точно чертова Белоснежка! Чибиуса гневно оскалилась, пока тот разглядывал заплаканное лицо, и в очередной раз от бессилия замахнулась. Нобуюки поймал ее за руку и притянул к себе: — Что ты здесь делаешь? Как тебе удалось меня вытащить? — Ненавижу! — бросила она в лицо юноши. — Как же я тебя ненавижу! Хмурые брови, сердитый взгляд, недовольство, ругательства — вот она, любимая женщина. Широкими ладонями Нобуюки обхватил опухшее от слез личико и впился в заветные губы Чибиусы в обжигающем поцелуе любви.
