Привет, я Гарри - ваш сын

Первая неделя их поисков подходила к концу. Гермиона ещё раз приносила новую партию книг, а в библиотеке Снейпа остался неразобранным один стеллаж. Гарри каждый день приходил немного раньше друзей, а уходил — позже. Утром — кофе, вечером — уборка книг. Вчера он поставил семь книг на свое место до получения от Снейпа указаний, а тот только кивнул, в первый раз удивленно, во все остальные — с полуулыбкой. — Не могу сказать, что эта ваша система простая, сэр, но, кажется, мне удалось немного разобраться в том, как вы расставляете книги. Гарри сам не знал, почему эта мысль доставляет ему удовольствие. Но еще больше он не понимал, почему это доставляет удовольствие Снейпу. В первый день тот вел себя напряженно, следил за Гарри, как коршун, чтоб тот не дай Мерлин не поставил книгу на два места левее необходимого. Потом понял, кажется, что Гарри уж не совсем тупой, и на такие простые действия всё же способен, и начал тоже расставлять книги. Конечно, так дело пошло быстрее, и Гарри это почему-то не понравилось. Хотелось ли ему проводить больше времени у Снейпа? Со Снейпом? Да нет же, ему просто не хотелось домой. Тут можно хоть иногда переброситься короткими репликами с живым человеком, а дома с кем ему болтать, с совой? Портрет Вальбурги давно помогли снять коллеги по темномагичке, Кричера год назад не стало, а нового эльфа заводить он не хотел. Друзей он видел регулярно, да, они старались отношения поддерживать, но какие уж частые встречи могут быть с женатыми? По выходным да, стабильно, но вот вечера будней… Вот и выходит, что лучше уже тут сидеть, у Снейпа. Да и всё польза, вот он уже узнал, что Снейп сам кофе почти не пьет, только в очень плохие дни (они это не обсуждали, но за шесть лет Гарри хорошо научился отличать, когда Снейп в плохом настроении, а когда просто язвит); что он не любит ни кошек, ни собак, но мог бы завести джарви (Гарри восторженно спросил: «Это чтоб научить его новым ругательствам?», Снейп сдвинул брови, но потом не выдержал, и глухо рассмеялся); что по утрам он носит хлопковые свободные штаны и лонгслив, а потом переодевается в мантию, которая, кажется, дает ему рабочий настрой. Таким образом, если воскресить в памяти ночную рубашку — просто для логических построений — выходило, что за день Снейп переодевается минимум три, а то и четыре раза. Не надоедает же ему! Что в этих знаниях полезного, Гарри бы сказать не смог. Может, собирал их просто по привычке, полученной в расследованиях. Да, видимо, дело в этом. Северус понимал, что дело принимает не очень хороший оборот, хоть думать об этом и не хотел. Поттер задавал много вопросов. Поттер каждый день приходил почти на час раньше своих друзей и уходил сильно позже. Поттер пил кофе, Поттер смеялся, Поттер видел его в домашней одежде. Поттер заставлял его смеяться. Северус вынужден был признать, что он расслабился. Непозволительно расслабился. Поттер вряд ли думает о том, что происходит. Посмотрим правде в глаза: он с детства привык к известности, к тому, что его всегда окружают люди. Наверное, он вечно трепется с кем-то просто потому, что рядом с ним всегда кто-то есть. Очевидно, что он не сидит вечерами один — он ходит в бары, клубы, гуляет с поклонницами, в общем, весело проводит время. Сейчас он, конечно, интересуется Снейпом просто потому, что тот попался под руку, так сказать. Надо же с кем-то разговаривать, пока он перебирает книги, вот он и говорит со Снейпом. На кофе каждое утро приходит? Так от дармового кофе кто откажется. Сам Северус был другим человеком. Подобных разговоров он не вел — не было желания, времени и собеседников. В детстве — возможно, когда ему казалось, что простая болтовня с человеком может быть кому-то интересна. Что он мог рассказать о себе? Зелья, зелья, зелья. Ну, еще увлекательные истории с пожирательских рейдов, так себе тема для светской беседы. С Поттером понятно, у него жизнь интересная. Надо же, он любит свою работу, обожает писать аналитические отчеты, старается погулять хотя бы немного, если на улице дождь и солнце, готов продать душу за сырное печенье. Это всё выяснилось как-то само собой, и Снейп вчера вечером после ухода Гарри поймал себя на том, что он прикидывает, где можно раздобыть приличного сыра. Это было ненормально. Если бы Поттер в первый день пришел вместе со своими друзьями! Но он пришел раньше, сильно раньше, причем ощущение, что его вел автопилот, потому что на ногах он не стоял. Снейп вначале испугался на секунду, думал, случилось что-то, но когда понял, что это просто недосып, покричал на Поттера для острастки, а сам почему-то пошел варить кофе, а не доставать зелья из аптечки. Когда кофе уже был сварен, Снейп вдруг понял, что дверь он открыл в домашней одежде. Переодеться он пошел, конечно, но момент уже был упущен. Поттер уже всё видел. Как же ему не везет на Поттера, который вечно видит его в неподходящей одежде в неподходящие моменты! Теперь Снейп чувствовал себя полным идиотом, но переодевался только перед приходом друзей Поттера, а его встречал в домашних брюках. Однажды появившись, эта своеобразная тайна отчего-то будто приблизила Поттера к нему, и он сам не мог понять, почему бы ему не сделать все так, как было бы спокойнее для него самого. Сегодня он снова сделал кофе, но в этот раз — на двоих. Нужно было как-то выходить из этой ситуации. Ради себя нужно. Когда тебе хорошо за сорок, уже поздно учиться завязывать отношения с людьми, если раньше не получилось. Нужно жить так, как умеешь. Но Северус не чувствовал сил оборвать тонкую нить связи, которая возникала, пока Поттер пил утренний кофе, и укреплялась, пока тот вопросительно смотрел на него из-за очков с очередной книгой в руках, ожидая указаний по месту. В конце концов, всё решится само собой. Когда они наконец найдут решение, Поттер сам исчезнет из его жизни. Всё образуется. Просто не нужно принимать это близко к сердцу. Северус Снейп не желал думать, что его совет самому себе слишком запоздал. Во время обеда Гермиона сказала: — Кажется, я кое-что нашла. Я просматривала сейчас журнал, в котором была статья о темномагической коме. — Темномагическая кома снимается зельем Пробуждения, как и эффект, в который погружает напиток Живой смерти. Вряд ли мы можем предположить, что нашелся человек, который напоил Поттеров зельем и не сказал никому, что они выжили, — парировал Снейп. — Да, но автор статьи коротко упомянул, что выход возможен и самопроизвольный. Правда, при этом могут наблюдаться тяжелые побочные эффекты. — Я помню эту статью, но этот момент — нет, — задумчиво сказал Снейп. — А что такое вообще эта темномагическая кома? — спросил Гарри. — Странно, что в аврорате не в курсе, — приподнял бровь Снейп. — У нас дела обычно не такие сложные. Бытовуха всякая. Покидались друг в друга заклятиями, что-то перекрестилось, эффект не снимается обычными средствами. Артефакт нашли самопальный, — Рон решил, что должен отстоять честь коллег. — Темномагическая кома представляет из себя состояние, в котором человек внешне проявляется как мертвец, но все его жизненные процессы продолжаются. — А чем это отличается от последствий напитка Живой смерти? — Гарри всё еще не понимал. — Для человека, у которого призраки отличаются тем, что просвечивают — ничем. К удивлению Снейпа, Гарри расхохотался и кивнул: — Понимаю, ситуация тогда была идиотская. — Позволю себе согласиться. — И всё же? — Темномагическая кома возникает как побочный эффект от действия проклятий или других сложных чар. Она может случиться с тем, кто накладывает проклятие, с объектом наложения или с любым другим магом в зоне действия. Напиток Живой смерти позволяет глубоко усыпить человека, и это действие происходит запланированно. Долгое нахождение в темномагической коме может оказывать негативное влияние на того, кто в ней находится, но эти случаи настолько редки, что глубокого изучения тема не получила. Усыпление напитком Живой смерти полностью безопасно и изучено колдомедиками очень давно. — А какие побочные эффекты может дать пробуждение без зелья? — Гарри обратился к Гермионе. — Автор статьи не пишет об этом. Возможно, у него и не было более подробных данных, раз эти случаи столь редки. — То есть вполне может быть, что такая ситуация приведет к амнезии? — В теории — да. — Что ж, миссис Уизли, думаю, что вы недалеки от истины. Но мы вернулись к тому, с чего начали — исследований этого состояния, а тем более побочных эффектов, по сути, нет, и нам придется придумывать решение самостоятельно. — А что, если попробовать зелье Пробуждения, но дополнить его легилименцией? — спросил Гарри, задумавшись. Все помолчали, потом Гермиона неуверенно сказала: — Мне кажется, звучит как-то, что может сработать. К счастью, у нас есть опытный легилимент. Если вы согласитесь, сэр, — она кивнула Снейпу. — Не говорите глупостей, миссис Уизли, я сделаю это. Я бы добавил в зелье шерсть вампуса, с дополнительными компонентами, конечно, это должно усилить влияние именно на память. В остальном идея рабочая. Нужно пробовать. Сейчас предлагаю разойтись, я сегодня найду нужные ингредиенты, а завтра сварим первый вариант зелья. Гермиона и Рон ушли, попрощавшись. Они уже привыкли, что Гарри не уходит с ними, и даже не задавали вопросов, ждать ли его. Гарри пошел в библиотеку, чтоб расставлять книги. — Поттер, что с вами? Гарри обнаружил, что держит книгу в руках и смотрит куда-то в одну точку на полке. — Сэр, я просто… Это поможет? Правда поможет? — Я не могу ничего обещать, но похоже на то. — Но я совсем не знаю, что тогда будет. У меня не было родителей всю мою жизнь. Я совсем не знаю, как живут взрослые люди, у которых есть родители. Ездят к ним на Рождество, разве что. — Если всё пройдет удачно, сами узнаете, Поттер. Думаю, вы быстро привыкнете. — А вы? Снейп запнулся. Всё это время они не трогали тему отношений Поттеров с ним. — Надеюсь, что ваш отец будет вести себя пристойно. Возможно, мы кивнем друг другу, если встретимся в людном месте, — сухо проговорил Снейп. — Вы понимаете, что я спрашиваю не о нем, — твердо ответил Поттер. — Мне не к чему будет привыкать, Поттер. Лили Поттер останется женой Джеймса Поттера. Она давно не моя подруга Лили Эванс. — Но это не мешало ей быть вашей возлюбленной. — Поттер, это не ваше дело! — Если моя мама снова станет моей мамой, то мое! Поттер тяжело дышал, Снейп даже на секунду подумал, что может получить в свой адрес что-то покрепче простого повышения голоса, но тут Поттер сказал что-то совершенно невообразимое: — Если для вас это будет проблемой, лучше пусть всё останется как есть. Глядя на Снейпа, он продолжил: — Главное, что они живы, но я все равно их не знаю. И в детстве их все равно у меня не было. Так какая разница? Но вы знали мою маму — и в детстве, и позже. И вы любили ее. — Поттер, я… — Дайте мне закончить. Вы сейчас живете так, как живете. У вас есть свой порядок жизни, свой устоявшийся мир. И у них он есть. Я уверен, что это изменение не причинит им боли. А вот насчет вас я не уверен. — Поттер, повторюсь, это не ваше дело. Я сварю зелье, мы проведем все эксперименты, и вернем вашим родителям память. Что будет дальше со мной, только мое дело, никак не ваше. Поттер вдруг как-то сник. — Что ж, если так… Прошу прощения, сэр. Он так же вяло закончил расставлять книги, сухо кивнул на прощание и вышел из дома. Северус не мог избавиться от ощущения, что разрушил что-то хрупкое, но очень важное.