Привет, я Гарри - ваш сын

Выбранный Гермионой путь был тяжелым. Особенно очевидным это стало после того, как они все вместе сходили в магазин на Косой аллее и купили Поттерам новые палочки. Северус был несколько обеспокоен тем, всё ли будет в порядке с их магией, но пробные заклинания удались, и в итоге это оказалось не сложнее, чем вспомнить, как ездить на велосипеде. Проблема заключалась в том, что Северус и Джеймс по-прежнему находились в одном ограниченном пространстве. Нет, никто из них не пострадал, но несколько предметов мебели были сожжены. Лили и Гермиона объединились в очень строгий союз, который следил за тем, чтоб бывшие школьные враги вели себя пристойно. Первые пару дней они все только и делали, что ждали новостей из больницы. Спали посменно. Уизли и Северус взяли работу на дом — конечно, начальство прекрасно понимало, что выхаживание национального героя очень важно, но дела ждать тоже не могли. Так что Поттеры во многом были предоставлены сами себе. Понятное дело, что от этой вынужденной скуки Джеймс начал вести себя довольно задиристо. Странно было видеть, как сорокалетний мужчина задирает другого мужчину, но еще страннее было то, что они оба вспыхивали просто моментально. — Может быть, мы всё же разъедемся? — настойчиво спрашивал Джеймс за ужином второго дня. — Теперь, когда мы знаем, что наша магия в порядке. Понятно дело, что во многом эта реплика была направлена на Северуса, потому что Уизли явно никак Поттерам не мешали. — Джеймс, мы обсуждали это, — возразила Гермиона. — Медикам будет удобнее сообщать нам обо всех новостях, даже если мы все уже способны аппарировать в клинику сами. Тут сработал камин, и медиведьма сообщила, что утром к Гарри можно будет наконец прийти. — Только не вздумайте вести себя так же, как в прошлый раз. Никакой толпы, заходить будете максимум по двое, и ограничимся пока десятью минутами на каждый заход. Он почти в порядке, но очень слаб, и я точно не хочу, чтоб все наши усилия пошли прахом. Гермиона поблагодарила ее, а Северус вдруг понял, что всё это время он был до крайности напряжен. С Гарри всё в порядке. Джеймс начал убирать со стола, и тут вниз спустился Рон. Они разработали довольно сложную схему дежурств, которые накладывались друг на друга, и как раз сейчас Лили еще спала, Рон проснулся, чтоб поужинать и подежурить, а Джеймс и Гермиона заканчивали свою смену. Северус не понимал, зачем такие сложности, когда Рон рассказывал им план действий, но потом осознал, что суть была в том, чтобы все проводили хотя бы по паре часов друг с другом. Иначе, конечно, Уизли и Поттеры просто дежурили бы попарно, и надежды Гермионы примирить Северуса и Джеймса пошли прахом. Правда, оставить их наедине не решилась, видимо, Гермиона, а оставить вдвоем Лили и Северуса — Джеймс, который просто проснулся раньше и просидел всю их парную схему рядом, бросая на Северуса резкие взгляды. Северус не знал, как объяснить Поттеру, что это просто смешно. Лили никогда бы не стала… Да и он сам — он никогда не помышлял о подобной связи или чем-то таком. Это не было нужно никому из них, и только Джеймс продолжал тревожиться попусту. Хотя, возможно, для него эта мысль была как-то проще, чем мысль о том, что Северус Снейп имеет какие-то виды на их сына. С Лили эту тему обсудить так и не удалось, хотя она наверняка была заинтересована, а о таком разговоре с Поттером не хотелось даже думать. Пока он обдумывал сложившуюся ситуацию, Рон, узнав новости, спросил: — То есть можно больше не дежурить? — Думаю, да, и завтра утром все вместе отправимся в больницу, — ответила Гермиона, наливая чай. — Я могу предложить зелье Сна без сновидений, — заметил Северус. — Поможет уснуть, ведь ты только что встал. — Я всё же сяду поработать несколько часов. Если хочешь, можешь идти, я справлюсь один и потом тоже отправляюсь спать, — предложил Рон, призывая к себе стопку бумаг. Привычка Уизли работать прямо за кухонным столом поражала Северуса — кому захочется читать отчет в жирных пятнах? Но Рона это, видимо, не заботило. Было ли это предложение искренним? Северус был удивлен, что его вообще это интересовало, но прошедшие дни сильно перевернули его представления о норме. Беседа с Роном, когда они в прошлый раз дежурили вместе, оказалась достаточно интересной. Неловко начав обсуждать рабочие вопросы, они перешли к теме артефактов, и после того, как Северус вспомнил одну зачарованную на проклятия шахматную доску, выяснилось, что Рон неплохо играет. Проверить это Северус решил сразу, трансфигурировав шахматы. Реальность сильно превзошла ожидания, и после двух партий Северус предложил Рону освоить го. Сам он практически не играл, но знал, что потенциал игры может очень заинтересовать стратега, к которым, видимо, Рон относился. — Да, пожалуй, я тоже останусь на пару часов, — кивнул Северус. Он левитировал чайник к себе. — Спокойной ночи. — Не засиживайтесь очень уж, — Гермиона поцеловала Рона в висок и коротко прикоснулась к плечу Северуса. На удивление, она соблюдала ровно такую длительность контакта, которая не успевала вызвать раздражение. — До завтра, — Джеймс направился вверх по лестнице, Гермиона двинулась за ним. Через несколько минут, пока Северус пил чай, Рон, перелистывающий бумаги, спросил: — Как ты вообще? Северус не был уверен, что когда-нибудь сможет привыкнуть к идее держаться с кем-то настолько накоротке. Но он помнил то, о чем сказала Гермиона, и пока у него еще была надежда, что не всё с Гарри испорчено окончательно, стоило попытаться. — Я не имею в виду лезть к тебе в голову или что-то такое, — смутился Рон, видимо, осознав, как это прозвучало. — Я просто, ну, думаю, что для тебя это так же тяжело, как если бы меня, Гарри и Малфоя заперли в Выручай-комнате на пару дней. Северус невольно усмехнулся, представив такое. — Ты бы растаскивал Гарри и Драко, как Гермиона нас с Поттером? — Нет, это Гарри бы нас растаскивал, пока бы Малфой лупил меня проклятием, а я его кулаком, — рассмеялся Рон. — Гарри последние годы куда более миролюбив. Спелись с Гермионой, возможно. И да, сделаю вид, что я услышал «Джеймс» вместо «Поттер». Они рассмеялись. — Я думаю, всё в порядке, спасибо, что спросил, — Северус удивлялся сам себе, но это было чистой правдой. Рон кивнул и снова уткнулся в бумаги. Через еще несколько минут Северус решил, что может задать вопрос. — Рон, — тот поднял голову, — не могу не спросить. Я довольно сильно удивлен, что ты так спокойно отреагировал на то, что… — На тебя и Гарри, да? — Рон кивнул, усмехаясь, пока Северус сделал паузу, чтоб подобрать нужные слова. — Ну, вначале всё было не совсем так, возможно. Но теперь я думаю, что это ваше дело. — И ничего, что твой друг будет с кем-то… — С кем-то, кто является Северусом Снейпом? — Именно. — Когда первый шок, скажем так, прошел, я думал о том, как это может быть. Всё-таки вы настолько разные. И кажется, что нет просто ни одной причины. Ни одной. Северус не желал признаваться, но боль остро кольнула его сердце, потому что Рон был полностью прав. В те минуты, когда он сам позволял себе верить, надеяться и представлять, его жестко отрезвляла именно эта мысль. Он собирался попробовать, но совершенно не верил в успех. — А потом Гермиона рассказала мне про твой чертов учебник. — Что? — Ну, я не знал, а вот ей Гарри, оказывается, успел рассказать, что учебник зельеварения на шестом курсе был твоим. — И какая связь? — Ты шутишь, что ли? Мы были уверены, что Гарри влюблен в Принца-Полукровку. Гермиона всерьез проверяла дневник на всякие там проклятия и амортенцию. Мы волновались за него. Северус удивленно смотрел на Рона. Что? — Мерлин, да он даже спал с ним! С учебником! Даже Гермиона не спит с книгами! Принц то, Принц сё. Это потом он перестал вспоминать, что он еще там вычитал, но у нас не то чтобы было много времени обсуждать такое в тот год. — Могу допустить, что Гарри заинтересовался инструкциями к зельям, чтоб получить хорошую оценку, но уверен, что ты преувеличиваешь. — Если бы тут можно было преувеличить, Гарри и твой учебник были бы женаты, — захихикал Рон. — Серьезно, Северус, это надо было видеть. Он рассказывал тебе, как он его прятал? Боже, это была такая история, будто он принцессу от дракона спас. И надо же, дракон и оказался принцессой! Северус нахмурился, но, глядя на смеющегося Рона, готов был согласиться, что аналогия действительно была удачной. Если, конечно… — Ты уверен? — Мерлин, да. Уверен. В общем, именно после того, как Гермиона рассказала мне, я и подумал, что что-то общее у вас точно есть. И судя по тому, как Гарри себя вел, для него это очень много. — Допустим. Но почему ты не беспокоишься за него. Даже если для него это много, почему ты веришь мне? Веришь, что я не причиню ему вреда? — Потому что ты никогда не причинял и не причинил бы ему вреда, — твердо сказал Рон. — В школе ты был порядочным ублюдком, думаю, ты и сам знаешь. Возможно, в чем-то ты таким и остался. Но ты никогда не причинял зло ни Гарри, ни кому-то из нас. Что было раньше, то было раньше. Но с тех пор, как ты вернулся на нашу сторону, подобного не было, и все это знают, Северус. Ты уже никого не проведешь. Невилл рассказывает, что в Хогвартсе он то и дело видит, как карточки из шоколадных лягушек с твоим портретом меняют один к десяти. — А у Гарри какой курс? — только и спросил Северус. — Один к двенадцати, но поверь, когда про вас напишут в газетах… — Тонкий лед, Рон! — Всё, всё, — расхохотался тот и снова вернулся к документам. Гарри проснулся рано. Вчера ему сообщили, что утром его навестят. Он не мог бы сказать, почему волнуется больше — потому что наконец увидит своих родителей в спокойной обстановке или потому что голос Северуса тогда, возможно, ему не привиделся. Гарри запрещал себе думать о том, что Северус мог быть здесь. Тем более — о том, что он мог прийти сегодня. Всё было сказано и предельно понятно. Северуса это не интересует. И думать не о чем. — Гарри, ты уже не спишь? — медиведьма заглянула в палату и улыбнулась. — Твои близкие здесь. Послушай, очень важно, чтоб они не слишком растревожили тебя, ясно? Ты еще слишком слаб. Если поймешь, что устал, сразу же попроси позвать меня и я всех выгоню. Еще наговоритесь. Гарри улыбнулся и слабо кивнул. В палату вошли его родители. Мама замерла на пороге, глядя на него. Гарри почувствовал, как рука отца прикоснулась к плечу, но сам он во все глаза смотрел на мать. — Ох, Гарри, — прошептала она. Джеймс протянул вторую руку к ней, и Лили подошла, опустившись на один из стульев, которые медиведьма заботливо поставила рядом с постелью. Джеймс сел рядом, и рук они уже не разнимали. — Я… Ох, даже не знаю с чего начать, — Гарри рассмеялся, чувствуя тепло в груди. — Гермиона и Рон постарались всё нам рассказать, — улыбнулась в ответ Лили. — Ого, вы познакомились? — Конечно. У тебя чудесные друзья. — Ну, само собой, они рассказали нам не всё, — заметил Джеймс. — Но по основным моментам прошлись. История для книг, верно? — Так и есть. Боюсь представить, для скольки книг. Ну, в истории Хогвартса хотя бы ничего не переврано, чего нельзя сказать об опусах Скитер, — поморщился Гарри. — Удивлен, что она продолжает писать после всех этих лет, — Джеймс повторил гримасу Гарри. — Где вы сейчас живете? Как вообще дела? — Гарри смотрел на них, переводя взгляд с одного лица на другое и обратно. — Мы живем на Гриммо, Гермиона предложила пока обустроиться там. Ждали новостей из больницы. — Отлично! Располагайтесь, и можете… — Думаю, что мы обсудим всё насчет того, как быть дальше, когда ты будешь чувствовать себя лучше, — мягко заметила Лили, поглаживая его ладонь. — Хорошо. Гарри действительно ощущал себя довольно нездоровым. Несколько лет назад это не остановило бы его, и он, возможно, продолжал бы делать то, что делал, даже в таком состоянии, пока, возможно, не потерял бы сознание. Но близость родителей заставляла его чувствовать такое спокойствие, что можно было расслабиться и разрешить телу немного поболеть. — Кроме того, иногда я не уверен, что этот дом вообще будет стоять на месте всего через пару дней, — усмехнулся Джеймс. — Что ты имеешь в виду? — спросил Гарри, но Лили коснулась руки Джеймса и качнула головой. — Ничего, дорогой, — улыбнулась она, — папа просто шутит. Думает, что может дом от радости взорвать. — От радости, что я снова женат на тебе, ты имеешь в виду? — шутливо ткнул ее в бок Джеймс. Гарри рассмеялся, глядя на них. — Ладно, дорогой, нам пора, — сказала Лили, увидев, что медиведьма вошла в палату. — Мы обязательно зайдем снова, когда нам разрешат. — Но вообще-то давай выздоравливай поскорее, Гарри, — Джеймс осторожно обнял его. — А то сил уже нет никаких. — Сил ждать, пока меня выпишут? — Ну да, вроде того, — хохотнул Джеймс. Лили тоже обняла сына и они с мужем вышли. В дверях показались Рон и Гермиона. — Дружище, ты как? — Рон заговорил первым. — Лучше расскажите, что там у вас творится, — улыбнулся Гарри. — Ну, мы с твоими родителями вроде бы поладили, — ответила Гермиона. — И с Северусом в целом тоже, пожалуй. Гарри моргнул. Возможно, ему послышалось. — Со Снейпом? Рон хмыкнул, а Гермиона кивнула: — Ну да, с Северусом Снейпом. — Ты имеешь в виду, что вы поладили? — В каком-то смысле он и твои родители тоже. Ну, они с твоим отцом больше не кидаются проклятиями, думаю, это считается. Но небольшой ремонт дому, возможно, понадобится. — Ты имеешь в виду, — осторожно начал Гарри, — что Северус тоже сейчас на Гриммо? — Ну, сейчас-то он здесь, ждет, когда к тебе можно будет зайти, само собой, — ответил Рон. — То есть он… беспокоится? — Гарри понимал, что вопрос дурацкий, но ничего лучше на ум не пришло. — Друг, ты шутишь? — Рон, он же не помнит… — Гарри, — серьезно сказал Рон, — Снейп, тьфу ты, Северус, Гермиона, не смотри на меня так, так вот, Северус, тебя сюда на руках притащил. Благо, не очень далеко было. Он боялся, что еще одну аппарацию ты не выдержишь, а камин искать поблизости было слишком долго. Колдомедики потом сказали, что это было как минимум разумной предосторожностью. Ты бледнее мертвеца был. Мы с Гермионой остались вводить твоих родителей в курс дела и аппарировали потом. Как раз успели, он, блин, бежал, видимо. Думаешь, что это тоже из чувства долга? — Я… Я просто не понимаю. — Гарри, я думаю, что это вы уже сами обсудите. Ты, главное, не переживай, тебе вредно. Мы еще зайдем. Пока к тебе нельзя надолго, но когда разрешат, думаю, что и Молли с Артуром зайдут, и Невилл, и все остальные. Ты отдыхай. Гермиона успокаивающе сжала его ладонь. Рон положил свою руку сверху, и они улыбнулись друг другу, переглянувшись. Гарри увидел, что в дверях снова показалась медиведьма. Его сердце вдруг забилось быстрее. Он увидел, как Гермиона и Рон вышли, и в палату вошел высокий человек в черной мантии. Медиведьма тоже вышла, и Северус замер у дверей. — Привет, — Гарри кашлянул, не зная, что сказать. Голос Северуса показался ему немного сорванным. — Гарри. Секунду Гарри смотрел на него, а потом прошептал: — Северус. Тот резко преодолел расстояние до постели Гарри и схватил его руку. Гарри с удивлением заметил, что он не сел на стул, а упал прямо на колени в изголовье кровати. Северус уронил лоб на тыльную сторону ладони Гарри, тонкие пальцы касались где-то там, между линией жизни и линией сердца. Гарри не понимал, чем он может ответить на подобное… признание. Северус только что одним резким движением будто открыл всего себя, и Гарри не представлял, что может быть равноценным предложением. — Я… Северус то ли выдохнул, то ли простонал куда-то в постель под рукой Гарри. — Боже, Северус, я идиот. Я думал, ты… А ты… Северус поднял голову, и Гарри с удивлением понял, что тот уже смеется. — Полностью с тобой согласен. — То есть ты не против, если… — Давай мы обсудим это, когда ты выйдешь отсюда? — Северус. Если ты собираешься сказать «нет», то я хочу знать сейчас. Северус внимательно посмотрел на Гарри, и тот в очередной раз поразился магнетизму этих черных глаз. И тут его слух ожёг хриплый голос: — Я собираюсь сказать «да». Неоднократно. — О боже! — Гарри почувствовал, как теплая волна прошла откуда-то от ушей прямо к паху. — Именно поэтому я и предложил обсудить это позже, — усмехнулся Северус. — Приятно, что ты так обо мне заботишься, — шутливо проворчал Гарри. — О тебе? — Северус вскинул бровь и снова улыбнулся уголком рта. — А я что же, железный, по-твоему? Гарри издал возмущенный стон. — Возможно, мне стоит попросить медиведьму не пускать тебя сюда. Северус серьезно посмотрел на него. Его пальцы, всё это время будто бессознательно гладящие ладонь Гарри, остановились. — Если сочтешь нужным, — тихо ответил он. — Нет, боже, я не это имел в виду! — торопливо окликнул его Гарри. — Просто чем больше я буду испытывать подобных потрясений, тем дольше я буду здесь. А теперь мне этого не хочется еще больше. — Не думал, что ты хоть ненамного хочешь остаться в больнице, — хмыкнул Северус. — Я тоже думал, что очень хочу домой, но до твоего прихода я и не понимал, насколько сильно, — твердо ответил ему Гарри и протянул вторую руку навстречу. Северус осторожно поднялся, чтобы обнять его, но когда Гарри попытался зарыться пальцами в его волосы, отстранился. — Пожалуй, не сейчас. Северус выглядел смущенным и встревоженным одновременно. Гарри понимал, что в этом положении они оба не могут позволить себе практически ничего, поэтому он просто кивнул и улыбнулся: — Я буду здесь. Северус улыбнулся ему в ответ и провел пальцами по его предплечью. — Только недолго.