Треугольник

Стив Впервые за долгое время он проспал утреннюю пробежку. Щурясь в лучах солнца (опять вечером забыли задернуть шторы), Стив наслаждался жизнью. Он и представить не мог, что однажды его мечта сбудется и они с Баки будут вместе. И уж тем более не мог представить, что любовников у него будет два! Причем таких, что при каждом взгляде на них сердце колотилось заполошно. Особенно вот таких, расслабленно спящих в обнимку. Невыносимо хотелось тут же разбудить их, целуя, лаская, наблюдая, как сонная нега сменяется возбуждением. И все же Стив не шевелился, давая им возможность еще немного поспать. — Отличное утро, правда? — тихо спросил Баки, прижимаясь к нему со спины. — Угу, — промычал Стив, подставляя шею под ленивые поцелуи. — Он такой… восхитительный, — выдохнул Баки Стиву в ухо. — Чувственный, страстный, горячий. Смотрю на него и хочу вылизать всего, а потом трахаться с ним сутки напролет. Я рад, что ты принял его, что у вас все наладилось. Потому что отказаться от него ради тебя было бы очень сложно. — Я люблю тебя, Бак. — А его? Ответить Стив не мог. Он и сам еще толком не разобрался в том, что у них происходит, но с Баки был согласен — Брок постоянно вызывал желание. — Баки, я счастлив, — признался Стив. Тот улыбнулся и уткнулся лбом в его затылок. Стив знал, что многие считали его наивным и даже слепым в некоторых вопросах. К сожалению, он понимал, что это отчасти правда. Очень долго Стив не замечал, как агенты ЩИТа смотрят на Брока и Баки. Свысока и с изрядной долей презрения. Глаза открыла Шерон. У нее был такой же взгляд, когда она смотрела на Брока и говорила Стиву о том, что компанию себе он выбирать не умеет. Впрочем, еще она сказала, что это его личное дело и уж точно не ей судить. В какой-то мере Стив ее понимал. Она была агентом ЩИТа, причем отличным агентом. Шерон, как и ее тетя Пегги, твердо придерживалась своих моральных принципов, и ее отношение к Броку было обоснованным. Особенно если учесть, что они успели схлестнуться при падении Трискелиона. От Баки тоже предпочитали держаться подальше. Его так откровенно боялись, стараясь это скрыть, что Стив удивился, как не замечал этого раньше. Агенты боялись Зимнего солдата и, похоже, не верили в его социализацию. Исключение составляли только члены команды Мстителей. Каждый из них был достаточно силен, чтобы постоять за себя, и при этом имел достаточно собственных скелетов в шкафу. Хуже всего было то, что оба его любовника (Стив до сих пор краснел, называя их так в собственных мыслях, а говорить вслух и вовсе не решался) воспринимали подобное отношение, как должное. Они сторонились агентов и держались СТРАЙКа. Впрочем, сложно было сказать, что их что-то не устраивает. В свою очередь Стив старался, чтобы их всех троих чаще видели вместе. При этом он, оставив стеснение, постоянно их касался, демонстрируя личное отношение. Он верил, что время поможет. Со всеми своими личными проблемами, когда приходилось налаживать непростые тройные отношения, очень многое Стив упустил из вида. Нет, к работе это не относилось. Все, что касалось его обязанностей, Капитан Америка четко держал в уме, но вот друзей из поля зрения выпустил. И если Сэм и Наташа сами не оставляли его в покое, все время крутясь рядом, то с остальными дела обстояли хуже. Тор появлялся на Земле нечасто, но этот добродушный с виду здоровяк держал личное при себе, как старался и сам Стив, чем сильно импонировал. Клинт тоже о личном говорил немного, но так как он дружил с Наташей, то был у Стива на виду. Беннер и вовсе путешествовал по миру, усмиряя своего внутреннего монстра, впрочем периодически появляясь в лабораториях Старка, помогая в проектах. А вот Тони, который зависал в своей мастерской или носился по всему миру, присутствуя на всевозможных мероприятиях, из вида пропал. Поэтому сообщение о нападении на Старка застало врасплох. И когда оказалось, что нападавшими были упущенные в Заковии близнецы, это обеспокоило Стива не на шутку. С наемниками или преступниками Железный человек мог справиться — да и справлялся — сам, а вот мутанты были угрозой куда серьезнее. И пусть Тони отделался легким испугом, оставлять этот инцидент без внимания не следовало. Капитан Америка собрал боевую группу за короткое время и операцию по поимке близнецов разработал очень быстро. С собой он взял свою команду из Наташи и Сэма и, конечно, СТРАЙК в качестве огневой поддержки. Тони взяли приманкой, чем он был крайне возмущен, до последнего убеждая окружающих, что способен и сам справиться с угрозой. Операция в Лагосе должна была стать одной из многих подобных. И все шло согласно плану. Тони кривлялся, близнецы повелись на уловку, все заняли свои позиции, а потом в один момент что-то пошло не так. Близнецы оказались сильнее, чем кто-либо предполагал. Парень, Пьетро Максимофф, доставил много проблем. Из-за него даже ранили Клинта. Им вплотную занялся СТРАЙК, в то время как Мстители, пусть и не в полном составе, пытались справиться с его сестрой. Пьетро оказался слишком быстр, но СТРАЙК взял опытом. Брок с ребятами загнали парня в ловушку, а Баки нанес решающий удар, уложив бегуна одним выстрелом. Нечеловеческий крик Ванды леденил кровь. Красные всполохи ослепили, рванув волной в разные стороны от, казалось бы, хрупкой девушки. На мгновение ослепнувший Стив слишком поздно заметил, что эти всполохи устремились прямо к Баки. Он с ужасом понимал, что ему опять, как и в сорок четвертом, не хватает доли секунды, чтобы спасти любимого человека, что этот кошмар повторяется вновь — он потеряет Баки и на этот раз не вынесет этой боли. Всего в полуметре от Баки на пути смертельной — Стив в этом не сомневался — магии оказался Брок. Красная вспышка окутала его, словно упрятав в кокон. Крик боли Брок не сдержал, и этот звук вырвал Стива из странного оцепенения. Он одним ударом щита вырубил ведьму и бросился вперед. Баки уже повалил Брока на землю, сбивая алое пламя. Потушить его удалось далеко не сразу. Стив не видел, как сковали и увезли близнецов. Они с Баки делали все, чтобы Брок дождался врачебной помощи. Смотреть на то, что осталось от его тела, было жутко. Обожжено было практически все. Казалось, что не осталось ни миллиметра целой кожи. Стив вколол ему все имеющееся обезболивающее, не уверенный, что это поможет, потому что Брок лежал без сознания. Их забрали рекордно быстро и доставили в одну из больниц, спонсируемых Старком. Брока сразу увезли в операционную, оставив Стива и Баки в приемном покое и даже не сказав, есть ли хоть какой-то шанс. Это были несколько часов ада. Словно Стив вернулся в сорок четвертый и опять не успел. Не успел спасти любимого человека, не успел ему сказать о своих чувствах. Не успел! — Стив, с ним все будет хорошо? — спросил Баки, и Стив наконец пришел в себя. Взяв себя в руки, он успокоил Баки и достал телефон. За следующие полчаса он поднял на уши всех. Позвонил Фьюри и Коулсону. Вызвал доктора Чо через Тони. Все, кто был на операции в Лагосе, прилетели в больницу и были рядом, ожидая вместе со Стивом и Баки результатов. СТРАЙК в полном составе упрямо подпирал стены приемного покоя, не желая оставлять командира в трудную минуту. Тони обещал сделать все возможное и невозможное, подключить все связи, какие потребуются. Когда уставшая Хелен вышла из операционной, ее тут же окружили, ожидая новостей. — Мы сделали все, что могли на данный момент. Поражения тканей очень обширны. Мы ввели его в искусственную кому, чтобы избежать болевого шока. — Она оглядела всех присутствующих и остановила взгляд на Джеке. — Мистер Роллинз, мне принесли карту мистера Рамлоу, по бумагам именно вы являетесь его доверенным лицом. Стив не знал, как смотрел он сам, но от взгляда Баки Роллинз, далеко не самый слабый представитель боевой группы, попятился, поднимая руки вверх. — У него особо нет никого. С немногочисленными родственниками он не общается, а мы знакомы еще с учебки, — попытался объяснить он. — У него есть мы, — хмуро заявил Баки. — Неофициально, мистер Барнс, — возразила Хелен. — Мистер Роллинз? Тот снова с опаской покосился на Стива и Баки. — Я ведь могу, как его доверенное лицо, разрешить им присутствовать во время нашего разговора? — Конечно, — кивнула Хелен. — Пройдемте. Они отошли в сторону от основной толпы, и доктор Чо прямо посмотрела на всех троих. — У мистера Рамлоу слишком обширные повреждения, — заявила она. — Он держится сейчас только на аппаратах. Я могу многое, но не все. Шансов на полное восстановление нет. Я уже говорила, что сейчас мистер Рамлоу в коме. Вывести его из нее — и он скончается от болевого шока. Мистер Роллинз, хочу, чтобы вы подумали о том, как будет лучше для него. Имеет ли смысл продолжать его мучения или будет лучше дать мистеру Рамлоу… уйти. — Вы его не отключите! — прорычал Баки, кидаясь вперед. Стиву удалось его перехватить лишь в последнюю секунду. — Я не дам вам его убить! Стив! — Баки, пожалуйста, — попросил Стив. Ему казалось, что он задыхается от боли. Потерять Брока сейчас, когда у них все только начало складываться. — Я… знаю, что Брок не хотел бы лежать вот так… — тихо заговорил Роллинз, — но сейчас я не уверен, что имею право принимать решение. Командир бы мне за это голову оторвал, но как вы решите, так и будет. — Спасибо, — с облегчением выдохнул Баки. — Я… нам нужно немного времени, — выдавил Стив. — Мы обязательно что-нибудь придумаем. Покидать больницу они отказались, и — опять же благодаря вмешательству Тони — им выделили палату, в которую должны были после реанимации перевести Брока. При благополучном исходе. Оставшись наедине, Стив и Баки устроились на диване, в обнимку. Оба были разбиты и понятия не имели, что делать дальше. Если светило медицинской науки говорит о том, что шансов нет… — Мы созовем консилиум, — заявил Баки. — Соберем лучших врачей. Сейчас врачи такие… — Баки, это не поможет, — устало заметил Стив. — Но мы не сдадимся? — Нет, конечно. Я тебе обещаю, мы его вернем, потому что он наш. Порой Стиву казалось, что даже в качестве Капитана Америка он не общался с таким количеством самых разнообразных людей. Они с Баки подняли все связи, поговорили с каждым, кто мог хоть чем-то помочь. Заканчивалось все одним и тем же: стоило только взглянуть на карту Брока, и врачи тут же категорично отказывали, только подтверждая слова доктора Чо. Брока перевели из реанимации в палату. Стало понятно, что, описывая его состояние, Хелен сильно смягчала факты. То, во что превратился красивый, сильный мужчина, пугало. На нем действительно не осталось живого места. Куда ни глянь — обожженная плоть. Стив отказывался сдаваться. Дело было даже не в том, что Баки расклеивался, часами неподвижно просиживая в палате, почти не отходя от Брока. Просто сам Стив понял, что не сможет его отпустить. Не теперь. Хуже всего было то, что на какие-то доли секунды, когда Брок закрыл собой Баки, он почувствовал облегчение. Потерять Баки снова было немыслимо. Но он оказался совершенно не готов к тому, что осознание потери Брока его просто раздавит. И Стив знал, что простить себя за ту единственную предательскую мысль в самый первый момент он не сможет никогда. Как и сказать о ней Броку, переложив на него последствия своей трусости. Потому что Стива он обвинять не будет, просто снова решит, что лишний и не нужный. Не любимый. Но теперь-то Стив понял, что это далеко не так. А значит, ему придется молча искупать вину за собственные мысли, доказывая свои чувства. И Стив был к этому готов. Лишь бы у него была такая возможность. Поняв, что врачи бессильны, и справедливо рассудив, что ожоги магические, Стив решил обратиться к единственному знакомому, связанному с магическим миром. Так что, оставив Баки в больнице, сам Стив выбрался за город, нашел достаточно уединенное место и уставился в ясное небо. — Хеймдаль! — закричал он изо всех сил. — Мне говорили, что ты видишь все и всех в девяти мирах. Прошу тебя, пожалуйста, мне нужно поговорить с Тором. Это жизненно важно. Не для Капитана Америка, а лично для меня, Стива Роджерса. Чувствуя себя довольно глупо, он сел на валун и принялся ждать, очень надеясь, что был услышан. Яркая вспышка осветила предрассветное небо, когда Стив уже перестал надеяться. Бог грома светился широкой улыбкой, смотрел прямо и, как всегда, был полон оптимизма. Всю историю вместе с просьбой о помощи он выслушал очень внимательно. — Я возьму его в Асгард, — заявил Тор, стоило Стиву закончить, — покажу нашим целителям. — Я пойду с ним, — заявил Баки, едва ему сообщили. — Его нельзя перевозить! — тут же вклинилась доктор Чо. Тор вздохнул. — В моем мире магия и наука переплетены так давно и шагнули так далеко, что мидгардским врачам еще далеко, — ответил он Хелен и повернулся к Баки: — Сопровождающих не возьму. Мой отец, Великий Один, против даже моих посещений вашего мира. Поэтому уговорить его помочь вашему другу будет проще, если не злить лишний раз. Стив сжал плечо собиравшегося возразить Баки, заставляя его молчать. Не в их положении выбирать. — Спасибо, Тор. Мы очень ценим твою помощь. — Пора, — заявил асгардец. Брока транспортировали на место в медицинской машине, а потом Тор просто подхватил обожженное тело на руки, отошел подальше и позвал Хеймдаля. — Надеюсь, мы не совершаем сейчас ошибку, — заметил Баки тихо. — У меня больше нет вариантов, — так же негромко признался Стив. — Я больше не знаю, к кому обратиться. — Ты ему доверяешь? — Конечно. Тор — один из немногих, на кого действительно можно положиться. Он обнял Баки за плечи и прижал к себе, готовясь ждать сколько нужно. Брок Было так легко и безмятежно, как, наверное, никогда в жизни. Придя в себя, Брок чувствовал себя живым и сильным. Казалось, что через все тело струится удивительная мощь. Даже в двадцать пять, на пике своей физической формы, он не чувствовал себя так… отлично. Следом пришли воспоминания о последних секундах. Отчаяние в глазах Алой ведьмы, ужас Стива, мысль о том, что без Баки они не справятся, оба, и свирепая, выворачивающая сознание боль. Такое ему не доводилось пережить ни разу. Ни от сломанных костей, ни от пулевых ранений, ни даже от осколочной гранаты, шрамы от которой остались на спине в память об одной из тех дыр, где он просирал свою жизнь, воюя за чужие жадность и властолюбие. Вот только не болело ничего, даже остаточно — от того пламени, в котором сгорало его тело, должно было остаться хоть что-то. Но не было. Мелькнула отчаянная мысль, что это, видимо, конец. Боли нет, потому что он просто мертв… Об этом говорила и странная обстановка, что его окружала. Светлое высокое помещение, колонны, золото, резные украшения — все это так сильно отличалось от того, к чему он привык, что надежды не оставалось. Только на его представления о загробном мире это тоже мало походило. Когда в помещение, в котором он лежал на чем-то вроде то ли операционного стола, то ли алтаря, вошла женщина в тунике и с необычной прической, статная и красивая, Брок и вовсе запутался. Приближаться женщина не стала, осмотрела его издали и ушла, оставив в неизвестности. Он поднялся и обнаружил себя абсолютно раздетым под тонкой простыней. Обмотавшись ею на манер все той же тоги, Брок обошел помещение и выглянул в проем от пола до потолка в стене. Окном это назвать язык не поворачивался. Пейзаж не порадовал абсолютно. Колонны, водопады, зелень и золото. Брок за время службы бывал в огромном количестве мест и с уверенностью мог сказать, что не видел ничего даже отдаленно похожего. Когда дверь снова открылась, Брок наконец увидел знакомое лицо. Тор. Возможно ли, что он в Асгарде?! — Приветствую тебя… Договорить Тору он не дал. — Что с Баки? Я помню ведьму и огонь. Он подстрелил ее брата транквилизатором. А с Кэпом? — Оба в порядке, — кажется, бог грома ничуть не обиделся за то, что его перебили. — Ты закрыл Барнса, и огонь, предназначенный ему, едва не сжег тебя заживо. Друг Стивен попросил помочь, потому что ваша медицина оказалась бессильна. Ты в Асгарде, — подтвердил его мысли Тор. — Тобой занимались наши целители. Это Броку не понравилось, как и то, что он вообще ничего не помнил. Значит, пролежал в отключке и, судя по всему, долго. — Что Роджерс должен взамен? — хмуро поинтересовался он. Тор удивленно приподнял бровь, но наивности в нем было куда меньше, чем в Роджерсе. Наследник престола как-никак. — Ничего. Стивен мой друг, который попросил о помощи. Брок кивнул. Извиняться он смысла не видел, потому что был уверен: если припрет, наследник трона Асгарда должок припомнит. — Когда я смогу вернуться домой? — Отец отправляет меня в Альвхейм, навести порядок. Тебе придется подождать моего возвращения. В поход мой отряд выступает на вторые сутки. Брок бросил еще один взгляд на проем в стене. — Я могу пойти с тобой? Ваше оружие мне вряд ли знакомо, но воевал я достаточно. Не подведу. Тор по-мальчишески широко улыбнулся. — Рвешься в бой? Это я понимаю. Хорошо, лишний воин не помешает. А сейчас будь моим гостем. Слуга принесет тебе одежду, и буду рад тебя видеть на пиру. Жизнь в Асгарде оказалась совсем не похожа на жизнь на Земле. Внешне асы были похожи на людей, только более рослые и сильные. На самом же деле они были совсем другими. Брок пил и сражался с воинами-асами. Их жизнь была несоизмеримо длиннее человеческой, оттого асы были более безрассудны и беззаботны. Вся их жизнь проходила в пирах и сражениях. Брок был очарован этим местом и в то же время впервые в жизни хотел домой, потому что его там ждали. Он отчего-то верил в это. Путешествие между мирами скручивало желудок до сухих спазмов. Однажды испытав это, второй раз Брок подготовился заранее, пропустив обильный ужин, у асгардцев зачастую перетекающий в завтрак. Так что взбунтовавшийся желудок был пуст и опозориться на потеху Тору не дал. Стоило исчезнуть кругам перед глазами после яркого луча, перенесшего их, Брок с облегчением понял, что их ждали. Его ждали. Он тут же оказался зажат в объятиях между двух горячих тел. — Я думал, мы тебя потеряли, — прошептал Баки. — Жив и здоров, как видишь, — ответил Брок, улыбаясь. Стив молчал, прижавшись губами к его затылку и мягко выдыхая. — Как ты себя чувствуешь? — наконец спросил он. Брок повернулся в их объятиях и посмотрел в голубые вселенные, полные тревоги. Стив за него беспокоился, и это было… восхитительно. — Живым, — признался Брок. — И хочу домой. — Поехали! — тут же позвал Баки. — Мы на твоей машине! — Идите, я скоро присоединюсь, — пообещал Стив и направился к Тору. — Спасибо тебе, Тор. Я перед тобой в неоплатном долгу. Не могу обещать, что при необходимости Капитан Америка придет тебе на помощь, но как Стив Роджерс я тебе это обещаю. — Рад был помочь, друг Стивен, — улыбнулся Тор. — Имей в виду, он теперь не совсем человек. Наши целители, спасая, его изменили. Он стал сильнее, быстрее, и его жизнь… она стала длиннее, не знаю, правда, насколько. Брок Рамлоу стал немного асом. — Спасибо еще раз, — поблагодарил Стив. — Иди, тебе наверняка хочется побыть с ним вместе, а мне пора возвращаться. Стив кивнул и отправился к машине. Его с невероятной силой тянуло туда, к ним. Он понимал, что однажды ему придется платить по счетам, и вполне возможно, что ему это придется не по нраву, но Стив был к этому готов. За то, что Тор подарил ему еще время с любимыми, он готов был поступиться своими принципами. После исцеления Брок чувствовал себя иначе. Он не мог точно объяснить, в чем именно, но что-то изменилось. Быть может, то, что он едва не лишился жизни и возможности провести ее с двумя дорогими ему людьми, поменяло его отношение. Он хотел жить, как никогда! Хотел жить и получить все! Еще никогда Брок не чувствовал такую жажду! Он не пустил Барнса за руль — хотелось самому. Всю дорогу до дома он наблюдал за Стивом и Баки в зеркало заднего вида. Никак не мог на них насмотреться. Целоваться начали с порога. Более нетерпеливый Барнс оказался первым. Как всегда голодный, жадный, ненасытный. Он до боли впивался в губы и тискал Брока за задницу. Выпустил из своих рук он его, только передав Стиву. Тот был куда сдержаннее и нежнее. Целуя, ласкал и гладил, заставляя плавиться в своих руках. Они передавали его друг другу, как переходящее знамя, все плотнее прижимаясь с двух сторон. Брок податливо гнулся в их руках, послушно следуя за ними в спальню. Казалось, что еще никогда в жизни ему так сильно не хотелось быть с ними. Однако стоило Баки настойчиво подтолкнуть его, переворачивая на спину, Брок отстранился. Пусть яйца поджимались от желания, кое-что следовало решить. Он действительно хотел всего с ними, но понимал, что если снова уступит, то «всего» у них никогда не будет. Брок всегда будет прогибаться, а они будут считать, что все в порядке. Поэтому он настойчиво вывернулся из объятий и раздвинул ноги Баки. Тот посмотрел недоуменно. — Сегодня я сверху, — решительно заявил Брок. — Я не против побыть снизу, но ведь не до конца своих дней. Я люблю трахаться и пользоваться членом. Есть возражения? Баки какое-то время смотрел на него сосредоточенно, потом хмыкнул и устроился на животе, выставив упругую задницу вверх. Брок знал, что с тех пор, как Баки полностью осознал свои желания, снизу он не был ни разу. Даже со Стивом. Предпочитал все и всегда контролировать, вести. И то, что он пошел на уступки, говорило лучше слов. Брок любовно огладил светлые ягодицы и прижался губами к ямке на пояснице, ладонями проведя вверх от колен и поглаживая большими пальцами внутреннюю сторону бедер. Задержав руки на складках под ягодицами, он развел в стороны упругие половинки и влажно лизнул расщелину, надавив кончиком языка на тугой вход. Баки едва слышно выдохнул, спрятав лицо в сгибе локтя. — Стив, — позвал Брок и потянул его за руку к себе. — Правда он прекрасен? — Снова коснувшись поцелуем у мошонки. — Баки, я люблю тебя любым. Пусть и по-разному, но ты восхитителен и когда страстно берешь, и когда податливо отдаешься. Баки замер под руками Брока, а потом резко повернулся на это признание и долго вглядывался в его лицо. Страстный поцелуй обжег губы, до легкого покалывания. — Я люблю тебя, — ответил Баки, затем не менее страстно поцеловал Стива. — И тебя. Никогда в этом не сомневайтесь. Они вдвоем со Стивом ласкали Баки в четыре руки. Тот был податливым и нежным, выгибаясь навстречу прикосновениям и без стыда открываясь. Судя по тому, как был возбужден Стив и с какой страстью оставлял на теле Баки свои метки, которые, впрочем, тут же исчезали, его тоже заводил такой Барнс. Медленно двигаясь внутри горячего, податливого тела, Броку казалось, что он сейчас весь кончится, исчезнет в один миг, просто растворится в своих чувствах к этим двоим. Только губы Стива, оставляющие влажные следы на коже спины, еще держали на грани сознания. Оргазмом его просто унесло за грань на долгие мгновения. Не осталось ничего, кроме громкого шума крови в голове. Вернувшееся сознание показало восхитительную картину целующихся возбужденных любовников. — Прости, — прошептал Баки Стиву. — Я так зациклился на себе, что совершенно не думал о ваших желаниях. Не думал о том, какое удовольствие будет отдаться любимому человеку. Иди сюда, — позвал он и утянул Стива на себя, приглашающе раздвигая ноги. Брок устроился на боку, подперев ладонью голову, и сыто наблюдал за ними, затаив дыхание. Зрелище было завораживающим. Два переплетенных сильных тела, двигающихся в унисон. Они были его мечтой. Сбывшейся мечтой. Он принадлежит им точно так же, как они ему. Достаточно протянуть руку. Даже просто смотреть на них доставляло непередаваемое удовольствие. Утолив первый чувственный голод, они вповалку валялись на кровати. Брок пристроил голову на бедре Стива, а ноги забросил на Баки, переплетя с ним и пальцы рук. Было лениво и просто хорошо. — Первое время хотелось тебя убить, — признался Баки, подтягивая его руку и неспешно целуя пальцы, — за то, что ты так глупо повел себя. Рисковал собой из-за меня. Я суперсолдат, мой организм благодаря сыворотке справился бы с последствиями легче. Брок погладил порочный изгиб мягких губ подушечкой большого пальца. — Это было мое решение. Я хотел, чтобы ты жил, — просто ответил он. — Не делай так больше, — настаивал Баки. — В той ситуации, будь ты на моем месте, а я или Стив на твоем, ты бы остался в стороне? Стоял и наблюдал, как мне угрожает опасность, возможно даже смертельная? — Это другое, — упрямо ответил Баки. — Я суперсолдат, мой организм благодаря сыворотке справился бы с последствиями легче. — Но вы не бессмертны, — возразил Брок. — Однажды подобная неизвестная хрень может вас убить. — Стив! Скажи ему! — Да, Стив, — поддержал Брок. — Скажи. Будь ты тогда на моем месте, ты бы не закрыл его собой? Стив, до этого не вмешивающийся в их перепалку, зашевелился, заставив Брока лечь рядом с собой. Перевернувшись, он навис над ним и уставился прямо в глаза. — Прости меня, — проникновенно попросил он. — За что? — удивился Брок. — За то, что у тебя даже мысли не возникло спросить о себе. За то, что заставил тебя считать себя менее важным для меня, чем Баки. Хочу, чтобы ты знал — это не так. Я места себе не находил, когда ты лежал в коме. Все думал о том, что, умирая, ты так и не узнаешь, что вы с Баки важны для меня одинаково. Да, мои чувства к вам разные, но не по силе, а… по содержанию, что ли… Я знаю Баки всю жизнь, он как часть меня. Ты же для меня что-то незнакомое, таинственное, желанное до зубовного скрежета. Я бы не задумываясь отдал свою жизнь за тебя. Брок растерялся, не ожидая подобного признания. — Жертвенный дурак, — проворчал он. — И вы, чем думать о том, чтобы помереть раньше времени, лучше бы иногда думали головой, а не задницей и поменьше рисковали. Вариант с «долго и счастливо» лично меня вполне устраивает. Стив слушал его внимательно, мягко улыбнулся и поцеловал. Брок тут же подался вперед, довольный проявленной инициативой. Как же он его хотел! Себе. Всего, целиком. Брок целовался голодно и жадно, сминая нежные губы Стива, притягивая его к себе, вдавливая в свое тело. Стив отстранился сам, напоследок проведя костяшками пальцев по его лицу. — Моя очередь, — заявил он, переворачиваясь и утягивая Брока на себя. Стив даже приглашающе развел ноги, позволяя удобнее устроиться и давая четко понять, что он имел в виду. Баки тут же завозился, собираясь выбраться из кровати. Наверное, как и Брок, он думал о том, насколько еще тяжело для Стива, воспитанного в строгости, все происходящее. Баки беспокоился за него, как и Брок. — Не уходи, — попросил Стив. — Мы же вместе. Все трое. И я хочу, чтобы ты был сейчас рядом. Ты же этого хочешь? — Да, — выдохнул Баки, возвращаясь к ним. Брок притянул его ближе к себе и поцеловал, с улыбкой глядя в сияющие глаза. Баки сел рядом и поцеловал его в плечо. — Не отвлекайся, я буду рядом. Помогу. Напоследок погладив его, Брок повернулся к Стиву и потерялся в своих ощущениях. У него дрожали руки от нетерпения до него дотронуться. Прикоснуться к своему совершенству, к своей мечте. Он так долго грезил о нем. Так неистово желал. Ждал этого момента. Грезил о том, как будет ласкать каждый восхитительный изгиб сильного тела, скользить языком по идеальной коже. Несмотря на едва сдерживаемое желание, Брок не спешил. Он наслаждался каждой секундой, каждый горячечный вдох Стива ловя своими губами. Брок смотрел только на него. Податливого, открытого, отвечающего на каждое движение. Мир словно сузился до этого ожившего идеала, и все равно Брок краем сознания чувствовал присутствие Баки рядом, чувствовал его ненавязчивые прикосновения и ту дистанцию, что он соблюдал, давая им со Стивом побыть только друг для друга. Даже в самом лучшем сне Брок не мог представить, что будет так… правильно. Брать Стива, любить его оказалось запредельно хорошо. Брок двигался неспешно и размеренно, не переставая целовать полные губы. Он не хотел, не мог остановиться. Хотелось слиться с Роджерсом, спаяться намертво, навсегда оставшись частью этого человека. Слова рвались с языка, и Брок отлично понимал, что очень скоро держать их при себе станет невозможно и тогда он выльет на Стива все, что чувствует. Все восхищение и благоговение перед ним. И Брок был уверен, что безответными его чувства не останутся. Баки Одиночные миссии Баки любил. Пусть его одолевала тревога за оставленных без присмотра любовников, но он верил, что цинично-практичный Брок присмотрит за самоотверженным Стивом. Одиночные миссии позволяли Баки выплеснуть то темное, что породила в нем Гидра и которое периодически поднимало голову. Баки мало интересовали причины, по которым его отправляют на миссии. Проблемы политики его не мучили. Для Баки существовала одна сторона — та, на которой были его любовники, его семья. За моральные принципы, идеи и убеждения у них отвечал Стив, за благоразумие — Брок, а Баки предпочитал быть исполнителем. Он просто делал то, что ему говорили. И все равно самым приятным в одиночных миссиях было возвращение домой. Туда, где его ждали. Оставив джет механикам, Баки первым делом отправился к куратору и доложил о выполненном задании, сбрасывая набранный за время перелета отчет. Встреченная Романов любезно сообщила, что Брок уже уехал домой, а Стив еще здесь, только вернулся с очередного совещания в Вашингтоне. Очаровательно улыбнувшись, Баки сделал комплимент новой прическе, проследил взглядом за аппетитно покачивающимися бедрами и отправился на поиски. Зная Стива, можно было предположить, что он проторчит на базе допоздна. Личный кабинет Капитана Америка оказался пуст. Стив нашелся в конференц-зале, как раз заканчивал обсуждение завтрашней операции. Баки прислонился к дверному косяку, особо не таясь. Не было смысла. Стив всегда чувствовал его присутствие на каком-то интуитивном уровне. Его губы тронула легкая улыбка, и он продолжил. Баки решил подождать. Разлука длиною в два месяца казалась нескончаемой. Баки соскучился и теперь смотрел на Стива будто новыми глазами. За те годы, что они прожили вместе, гордость страны, символ справедливости и порядка Капитан Америка заматерел, еще сильнее раздался в плечах и возмужал. К сожалению Баки, как бы они с Броком ни старались, любимые синие глаза покинула былая наивность. Работа на ЩИТ очень быстро избавила Стива от лишних иллюзий, хотя веру в справедливость и насаждение добра во всем мире не смогли из него вытащить, как ни старались. Борода, отпущенная за пару последних месяцев и которую Баки видел лишь на первых порах, оказалась отличной идеей. Пусть с ней Стив казался старше и серьезнее, но шла она ему неимоверно. Разглядывая и слушая, как он повторяет основные позиции оперативникам, Баки мысленно раздевал его и представлял, как дома уложит его в постель, вылижет сверху донизу и трахнет, а потом повторит с Броком. Или наоборот. Начнет с Брока, а потом займется Стивом. За два долгих месяца одинокой дрочки оба сильно ему задолжали по части супружеского долга. Пока Баки мечтал о том, как будет отрываться этой ночью, Стив закончил инструктаж и, отпустив всех, приблизился. Нежная улыбка на губах плохо сочеталась с чувственным голодом в глазах. — Ты в порядке? Давно вернулся? — Все прошло в плановом порядке. Вернулся час назад. Был у координатора, получил три дня отгулов. У тебя завтра операция? — Нет. С меня только планирование. Молодняк обкатываем, с ними будет Наташа. Мы с Броком тоже завтра дома. Баки предвкушающе улыбнулся. — Если ты закончил, то поехали, — попросил он. — Хочу тебя, сил нет. Так что если не хочешь нарушать свои правила о том, что на работе… — Поехали, — кивнул Стив. — Не один ты соскучился. Больше никаких затяжных миссий. Мы здесь чуть с ума не сошли. — Обещаю все компенсировать. На парковке Баки все же не удержался и, втолкнув Стива в закрытую от камер нишу, поцеловал, жадно шаря ладонями под узкой футболкой. Стояло так, что казалось, он кончит от одного прикосновения. Стив ответил на поцелуй и отстранился. — Домой, — хрипло приказал он. — Там Брок. И кровать. — Не выпущу вас из нее сутки, — пообещал Баки. Дома пахло неописуемо. Если дежурство Брока по кухне приходилось на его выходной, то он старался радовать их чем-то необычным. Стив, вошедший первым, наклонился развязать кроссовки, и Баки не удержался — прижался к нему пахом, потираясь вставшим членом об аппетитную задницу. Стив выпрямился и тут же набросился с поцелуями. Его рука забралась Баки в штаны, обхватывая стояк. Сил терпеть уже не было, и Баки двинул бедрами. Стив плавно опустился на колени, одним движением стянул с него штаны вместе с бельем до колен и сразу взял в рот. Баки улетел тут же. Он безумно соскучился по этим удивительным губам, растянутым вокруг его члена. Баки увлекся настолько, что заметил Брока, с интересом наблюдающего за ними, только кончив. Стив поцеловал его в бедро и натянул одежду обратно. Оттолкнувшись от стены, Баки благодарно погладил Стива по щеке и почти сразу оказался в объятиях Брока. Притянув к себе любовника, Баки жадно помял его задницу в своих руках и сразу ответил на поцелуй. После возвращения из Асгарда Брок сильно изменился. Он однозначно стал намного сильнее, почти не уступая им со Стивом. А еще стал безрассуднее и агрессивнее «в поле», словно один из асгардских воинов, ища хорошей драки. Целители на славу постарались и над внешностью. Исчезли многочисленные шрамы и ожоги, вместо которых Брок набил татуировки. А еще он внешне помолодел. И если раньше один взгляд на него вызывал однозначное желание, то теперь и вовсе Баки с трудом удавалось отлипать от его шикарного тела. — Как миссия? — поинтересовался Брок. — Все в порядке. Жрать только хочу. — Крылышки Баффало и фасоль по-мексикански, — с улыбкой сообщил меню на вечер Брок. После Гидры и особой диеты, когда единственная пища, которая ему доставалась, — протеиновые коктейли, Баки предпочитал еду с ярким вкусом. Соленое, сладкое, жгуче острое. С суперрегенерацией язва ему не грозила, и Брок старался после длительных миссий готовить ему что-то необычное. Благодарно поцеловав его в плечо, Баки прошел на кухню и устроился в своем любимом углу. Наблюдая, как Стив и Брок спешно накрывают на стол, он радовался, что вернулся, наконец, домой, где есть те, кто о нем заботится. Поглощая вкуснейший ужин, Баки лениво планировал, как после затащит обоих любовников в спальню и не выпустит оттуда, пока хоть немного не удовлетворит свои желания. Хотелось вылизать обоих, трахнуть, подставиться самому сразу обоим, а потом повторить все в любом порядке. Вдруг оказалось, что жизнь, в общем-то, прекрасна, и Баки готов был защищать ее от всех и вся, зная, что он теперь не один. На смену кошмару пришло нечто настолько замечательное, ради чего стоило потерпеть. И вдруг обожгла мысль, что он бы ничего не поменял в своей жизни, лишь бы эти два потрясающих человека навсегда остались рядом. Любящие и однозначно любимые. 04.10.2018г.