Симфония полутонов

Сев за барную стойку, Гермиона заказала себе виски. Такой необычный выбор показался ей как раз под стать ситуации. Ярость все еще жгла ее изнутри. После первой порции залпом она попросила обновить, и бармен поставил перед ней маленькую пиалу с орехами. Гермиона водила пальцем по краю стакана, совершенно не замечая того, что творилось вокруг. Еще одна порция, а затем еще одна. Слегка размякшим мозгом девушка все обдумывала и обдумывала, почему вдруг так разъярился Рон, ведь ничего не изменилось. А где-то в глубине души тоненький голосок говорил: «Нет, все очень изменилось». Тот, кто так сильно отравлял девушке жизнь в школе, переродился в нового человека. Страшно было признавать, но Драко Малфой начинал вызывать уважение Гермионы. Этот молчаливый, строгий юноша давно расстался с маской заносчивого подростка. Он просто делал свое дело, желая поступками стереть предвзятое отношение к себе. Его фотография на первой полосе утреннего «Оракула» вызвала небывалый всплеск. Большинство по-прежнему злопыхало насчет Малфоя, но находились и те, кто сломал шаблон в своей голове и видел в парне героя. Гермиона потянулась на стуле и посмотрела через плечо. Девушка и не заметила, как паб наполнила толпа народа. Из дальнего угла, скрытого полумраком и кумаром - в пабе много курили, - она услышала знакомый смех. Это был смех Джулии. Гермионе сразу же захотелось пойти и оторвать этой выскочке голову за оказанные ею информационные услуги. Гермиона слезла с барного стула и, не выпуская из руки стакан, пошла на звуки смеха. Ее глазам открылась довольно странная картина. 3а маленьким столиком в кресле, обращенном к камину, сидел Драко Малфой. В его руке, покоящейся на подлокотнике, был зажат точно такой же стакан, что и у Гермионы. Одна нога парня была небрежно закинута на угол низенького столика, стоящего перед креслом. Поза Малфоя была расслаблена, но во взгляде читалась напряженность. И не удивительно. Рядом с его столиком стояли Джулия и еще какая-то девушка, судя по внешнему виду - ровесница Джулии, и по-дурацки хихикали. Подруга Джулии прижимала к груди свежий номер «Оракула», где на первой полосе красовался суровый Малфой. - Драко, что же ты тут делаешь совсем один? Герою первой полосы негоже коротать вечер в одиночестве, - Джулия, неестественно часто хлопая ресницами, смотрела на Малфоя щенячьими глазами. Ее подружка подобострастно закивала. По глазам Малфоя, которые всего на секунду глянули в потолок, Гермиона поняла, что этот «мастерский» флирт и «тонкие» намеки пригласить их к столику уже встретили деликатный отказ, возможно, и не один раз. Однако безупречное аристократическое воспитание не позволяло парню послать девушек, пусть и таких назойливых. - Ну почему же в одиночестве? - Гермиона могла поклясться, что при звуках его бархатного голоса девочки синхронно выдохнули. - Я как раз ожидаю... И тут взгляд Малфоя уперся в Гермиону, которая еще совсем не решила, хочет ли быть обнаруженной. - Я как раз ожидаю мисс Грейнджер, - сказал Малфой чуть быстрее, чем следовало, выдавая свое облегчение. Гермиона застыла на месте. Девушки обернулись к ней и разочарованно переглянулись. - Добрый вечер, мисс Грейнджер, - поздоровался Малфой, вставая ей навстречу. – Когда я пришел, более подходящего столика не нашлось. Прошу, присаживайтесь в кресло, я принесу себе стул. Дамы, надеюсь, вы извините нас, наша беседа носит конфиденциальный характер. Приятного вам вечера. На этой фразе Драко направился к барной стойке уверенной пружинящей походкой. - Гермиона, это моя подруга Кэндис, - голос Джулии выдавал разочарование. - Добрый вечер, - пискнула Кэндис, - я рада познакомиться. Джулия много мне про вас рассказывала. - Добрый вечер, - проговорила Гермиона, переводя взгляд на подруг, - взаимно. - Ну что же, мы пойдем, - Джулия неохотно взяла Кэндис под руку и повела к бару. Даже несмотря на небольшой туман в голове от виски, Гермиона понимала, что стоять на месте глупо, поэтому она прошла к столику и села в кресло Малфоя. Девушка сама не понимала, как оказалась в этой глупой ситуации и как из нее поизящнее выйти. Но при этом сомнений не было: обнаруживать, что план Джулии удался на славу, а тем более выяснять с ней отношения в таких обстоятельствах было глупо. А может, и вообще не стоило... Через минуту появился Малфой со стулом. Молодой человек сел напротив Гермионы, взял со столика свой стакан и, невзначай взглянув в сторону бара, отхлебнул немного виски. - Извини, что так получилось, - обратился он к Гермионе, - давно я не сталкивался с таким упрямым напором. С этими словами Малфой едва заметно кивнул на барную стойку, за которой уселись подружки и неприкрыто сверлили их глазами. - Что уж теперь, - неопределенно проговорила Гермиона. - Теперь они прожгут в нас дыру, наблюдая за конфиденциальным разговором, - усмехнулся Драко. - А учитывая, что Джулия проходит у нас практику, да еще и любит поболтать, лучше 6ы все выглядело правдоподобно. Внутри у Гермионы все сжалось, ведь Малфой не знал о разговоре, состоявшемся вчера у них с Джулией, тот отрывисто кивнул. - Что же ... не знал, что ты любитель виски. - Я и сама не знала, так уж сегодня сложилось, - легкая форма опьянения позволяла Гермионе говорить достаточно раскрепощено. - Что случилось? - скорее из вежливости, чем из любопытства, поинтересовался ее вынужденный собеседник. - Ааа, - девушка неопределенно махнула рукой. - Значит, личное, - констатировал Малфой, и Гермиона сделала еще глоток. Парень ухмыльнулся. - Твой... ммм... сожитель не такой тюфяк, как кажется на первый взгляд? - Он не мой сожитель, а мой парень! - возмутилась девушка. - Значит, с тюфяком ты согласна? - усмехнулся Драко. Гермиона от возмущения даже задохнулась. - Ладно, Грейнджер, не заводись. Он отхлебнул еще немного, и Гермиона, не зная, куда себя деть, повторила его движение. И обнаружила, что стакан пуст в очередной раз. Отметив это, Драко, осушил свой стакан и молча отправился к бару. От непринужденной атмосферы, что царила той ночью в маггловской кофейне, сейчас не было и следа. Малфой вел себя с ледяной холодностью и колкостью. Возможно, считает, что уже достаточно показал свою слабость сегодня? Хотя как можно назвать слабостью его поведение при такой жуткой ране... Девушка невольно проследила за ним взглядом. Не признать, что Малфой был хорош собой, мог только его ярый ненавистник. Гермиона в очередной раз отметила широкие плечи, узкие бедра, высокий рост, редкого оттенка платиновые волосы. Но помимо природных данных, в молодом человеке были и другие вещи, притягивающие взгляд. Легкая, уверенная походка, безупречная осанка, умение держать себя, небрежный шик, с которым он одевался. Даже сейчас, зайдя в бар пропустить стаканчик другой, Малфой был одет с иголочки: черные брюки идеальной посадки, замшевые туфли, белая рубашка с парой расстегнутых сверху пуговиц и закатанными до локтя рукавами, дорогой ремень. Так и не скажешь, что еще несколько часов назад он умирал от кислоты, разъедающей его тело. Рон одевается с таким шиком разве что по праздникам, да и сидят на нем такие вещи совсем не так изящно. Гермиона сама не поняла, с чего вдруг начала сравнивать Малфоя и Рона. Это было неправильно. Пусть они с Роном поругались, но они же помирятся. И девушки никогда не пожирали Рона глазами так, как Малфоя. А это к чему?! Грейнджер, тебе достаточно! Гермиона поставила стакан на стол и сложила руки на коленях. Как примерная школьница! Вернулся Малфой и поставил перед Гермионой на стол еще порцию виски. Девушке было неудобно смотреть на него после своих недавних мыслей, поэтому она кивнула в знак благодарности, взяла стакан и сделала небольшой глоток. Вкус отличался от того, что она пила только что. Выпендрился! В Гермионе вспыхнуло раздражение, но она сразу устыдилась: откуда он мог знать, что она пила до этого? Сам Малфой опять сел напротив нее, не выказывая интереса к ее эмоциям после глотка. Наверняка он просто взял ей то же, что пьет сам. А она уже успела ощетиниться. Вот дура! - Девочки, от которых ты меня спасла, уже интересовались, много ли у нас еще вопросов на повестке дня, - голос Малфоя отвлек Гермиону от ее неловких размышлений. - Когда малолетки в Англии стали такими бестактными и напористыми? В нашей параллели таких гриффиндорок не было, или мне кажется? - Как ты понял, что они с Гриффиндора? - невпопад спросила Гермиона. - Сами сказали. Непринужденный разговор явно не клеился. Гермиона обвела глазами зал, силясь зацепиться за какую-то тему, а сама так и поглядывала на барную стойку. «Малолетки» действительно открыто наблюдали за ними. - Да чтоб вас! И тут Гермиона увидела спасительную соломинку. Кэндис все еще держала на коленях свежий номер «Оракула». - Малфой, может, все-таки расскажешь про эту историю, сделавшую тебя героем первой страницы? - Ммм, ты же все равно не отстанешь? - Не отстану, - улыбнулась девушка. - Рассказывать-то особо нечего, - вздохнул Малфой. - Как нечего? - Так, я просто вовремя распознал кадо. Гермиона не любила не знать чего-то, и эти эмоции моментально отразились на ее лице. - Читала невнятную статью о маггловском супермаркете? То, что я накрыл в Косом Переулке, было причиной истории про супермаркет. - То есть, так называется та штука, устроившая пожар в магазине? - В общем... да, - губы Драко тронула легкая улыбка. - Как это работает? - Грейнджер, твоя жажда знаний всегда меня добивала! Эта фраза заставила Гермиону улыбнуться. Она не услышала в ней сарказма, а может, даже услышала ностальгию? Конечно, в школьные годы они были непримиримыми врагами, но сейчас все шуточки по поводу заученности Гермионы казались безобидными и даже милыми. - Кадо это даже не конкретный предмет. Это заданная цель. Заклинание на сбор определенного объема ресурса, энергии даже. - Энергии? Для чего? - Гермиона подалась вперед, желая узнать подробности. - Да для чего угодно, - Малфой пожал плечами, - в нашем мире масса магических возможностей, заклятий, которые не под силу отдельно взятому волшебнику. Эта энергия может дать необходимую силу. - А откуда она берется? - Из всего живого, что окружает физическое воплощение кадо. И чем, скажем так, живее материя, тем больше и быстрее она отдает заряд. Как понимаешь, лучшим источником являются люди, особенно маги. - А почему же мы все не пользуемся этой возможностью? - Гермиона смотрела на Малфоя во все глаза. Дополнительный заряд - вот что могло 6ы стать рывком в ее непростом ремесле. Или могло подпитывать силы больных, или... - Да потому, Грейнджер, - парень остановил разгоняющийся поезд ее мыслей, - что, высасывая энергию, заклятье убивает. Гермиону как громом поразило. - Так тогда в том магазине магглы погибли не из-за пожара? - Все верно. Кадо высосало их жизнь, не огонь. По невероятному стечению обстоятельств тот раззява-маг, который был в магазине, почувствовал, откуда исходит угроза, и попытался уничтожить предмет, поджарив его. Видимо, с заклинанием что-то пошло не так, и вместо носителя кадо оно поджарило весь магазин, скрыв следы настоящей причины смерти людей. Пока огонь распространялся, кадо убило и самого волшебника, и еще сколько-то магглов. Когда же пожар начал угрожать самому предмету, кадо покинуло носителя. - Покинуло? Ты говоришь так, словно оно куда-то отправилось. - Как я уже сказал, кадо - это заданная цель. Если оно не набрало необходимый уровень энергии, как считаешь, могло заклинание завершиться? - прохладно бросил Малфой. - Ладно, - добавил он, посмотрев на раздосадованную Гермиону, - этот вопрос не требует ответа. Прерванное кадо должно быть перенаправлено на другого носителя до исполнения цели. В противном случае накопленная энергия сгорит. В данном примере кадо переместилось в новый предмет, который хотели использовать в Косом Переулке. - И ты знал, как найти носитель кадо? - Как видно. - Значит, ты и правда достоин звания героя! - сказала Гермиона и, посмотрев парню в глаза, искренне ему улыбнулась. Она уже думала утром о том, какое непомерное зло предупредил Малфой. А теперь получалось, что он сделал еще больше. Ведь теоретически возможно было бы заложить целью огромный объем энергии, и кадо мог бы высасывать целые города. А может быть, так было бы и в этот раз. Эта магия была совершенно неизвестна в Англии. Учитывая занимаемую Гермионой должность, ей стало очень страшно. Сколько же в мире колдовских сил, которые она даже не может себе представить. Да работа ее подразделения и подразделения Гарри должна быть усилена удвоением, нет, утроением численности сотрудников! Гермионе даже показалось на секунду, что парень робко улыбнулся ей в ответ. Какая красивая улыбка... - Малфой, так что же произошло сегодня? - робко спросила она. Парень вздохнул, но все же ответил: - Сегодня мы пытались накрыть тех, кто запустил кадо. - Отдел по ликвидации последствий случайного колдовства? - опешила Гермиона. - Аврорат. Глаза девушки округлились. - Аврорат? - Да, как видишь, я все-таки добился своей цели. Гермиона открыла и закрыла рот. В ее голове все сложилось. Конечно, после истории в Косом Переулке Кингсли сделал аврором единственного человека, который разбирался в угрозе. Это было логично и так... смело, учитывая прошлое семейства Малфой. - Ладно, Грейнджер, - Малфой прервал ход ее мыслей, - мы зашли на опасно любезную территорию. Давай сменим тему. Ты удивила меня признанием, что до сих пор не выскочила замуж за рыжего недоумка и не нарожала ему рыжего потомства. Как так вышло? Девушка резко ощетинилась. Вот теперь перед ней опять сидел высокомерный аристократ, считающий себя лучше других. Но как же не клеился этот вопрос со всеми поступками Малфоя после возвращения. Это было что-то из старого школьного багажа. Она же видела, что новый Малфой - это другой человек. Тогда зачем? - Нечего ответить, Грейнджер? Замуж не зовет? Поэтому ты так с головой ушла в работу? - Это. Не. Твое. Дело. Малфой, - выплевывая каждое слово, проговорила Гермиона. Хоть она и решила больше не пить, но со злости схватила стакан и махом осушила его. - Ох, давай-ка полегче! Я тебя домой не потащу! - и Малфой поднял руки, качая головой. - А что это тебя вдруг заинтересовала моя личная жизнь? - щеки Гермионы горели. Мало того, что я поругалась из-за тебя с Роном, мало того, что ты воспользовался мною, чтобы отделаться от надоедливых поклонниц, так ты еще и оскорбляешь меня! - Ну, смотри. Что происходит у тебя на работе - заметь: довольно непродуктивно, - я знаю, - парень начал загибать пальцы правой руки, не выпуская из левой стакан. - Что творится с твоим дружком Гарри Поттером, волею судеб тоже знаю, - второй палец, - со вторым из двух своих друзей ты живешь. Вот им и интересуюсь. О чем еще с тобой говорить? И Драко, разводя в стороны руки, растянул красивые губы в хищной улыбке. Гермиона задыхалась от его наглости. - А, погоди, - Малфой доверительно наклонился к ней через стол и понизил голос, - может, вы еще не поняли, как вам... - и он многозначительно поерзал бедрами по стулу. - Поняли, не переживай! - вызов в голосе на алкогольных парах. - Что же, все так безнадежно? И откуда только такая способность состроить детскую непосредственность? Возьми да соври ему, что с тобой, Гермиона? Не Малфою же рассказывать о своих личных переживаниях! Ее заминка была довольно красноречива. Настолько, что Драко даже пожалел, ПОЖАЛЕЛ, что решил ступить на этот путь. Черт, зачем я в это полез? По всем законам жанра ты должна была раздавить меня тирадой о том, как сказочно вы живете в своих идеальных отношениях. Что в сентябре ты выскочишь за него замуж. Должна была превратиться в обычную заучку-перфекционистку. У которой все по линеечке. И вдруг... нет ? А нечего было называть меня героем! Не ей это решать. И как теперь? Да плевать. Сидит. Насупилась. Глаза блестят. От накипающих слез или от алкоголя? А ведь она приняла меня. Эта заучка, которая так бесила в школе. Такой и осталась. Хорошо, что хоть что-то не меняется. А ты обидел. Еще раз: зачем? Да просто потому, что ты такой. А может, пора уже признать, что не только в твоей жизни есть проблемы? А какие проблемы могут быть у нее? У нее все должно быть идеально! Драко Малфою казалось, что он давно все в ней разглядел. Вот только сейчас он почему-то заметил, что у нее красивое лицо, густые и блестящие волосы, тонкие длинные пальцы. Спускаясь взглядом ниже, он не сразу отреагировал на то, что девушка резко встала и направилась в туалет. Ну вот, идиот. Стоило так лезть из кожи вон, чтобы оттолкнуть первого же человека, в лицо признавшегося, что изменил мнение о тебе... Гермиона стремительно шла по залу к туалету, держась пальцами за переносицу. Так было непонятно, кровь ли пошла носом или просто надо было срочно уединиться. Во всяком случае, девушка надеялась, что все выглядело именно так. Она заскочила в туалетную комнату, второпях даже не закрыв до конца дверь. В небольшом помещении царил полумрак. Обе кабинки были пусты. Напротив них во всю длину комнаты располагалась черная мраморная столешница, на которой стояли две светлые раковины, стена за ними была сплошь зеркальная. Другие стены были выложены черной гладкой плиткой, мягкий золотистый свет лился из двух бра, висящих над зеркалом. Гермиона прислонилась к стене рядом с зеркалом, стараясь унять бешеное сердцебиение. Прохладная плитка приятно холодила кожу через тонкую рубашку. Голова шла кругом от алкоголя и от разговора с Малфоем. Или только от алкоголя? Нет, НЕ только. Девушке хотелось одновременно убить нахала и сгореть со стыда. Он просто попал пальцем в небо? Или прочитал меня как открытую книгу? Нет! Успокойся! Он просто попал пальцем в небо!!! И после такого фееричного побега он уж точно удостоверился, что для тебя это ничего не значит. Дура! Гермиона приложила ладонь к щеке и повернулась к зеркалу. Зрелище было то еще! Волосы растрепаны, рубашка с одной стороны выправилась из юбки, щеки в красных пятнах, глаза лихорадочно блестят. Открыв воду, девушка опустила дрожащие руки под струю воды и прикрыла глаза. 3а шумом струи она и не заметила, как тихо скрипнула дверь туалетной комнаты. Боком протиснувшись в комнату, вошел Малфой. Молодой человек быстро огляделся, убеждаясь, что никто больше не станет свидетелем его захода в дамскую комнату. - Грейнджер... - Гермиона вздрогнула и обернулась. - Что ты здесь делаешь? - от неожиданности получился тон школьной старосты, отчитывающей первокурсников. - Я, - парень глубоко вдохнул, - хотел извиниться за бестактность. Все-таки в твоих руках жизнь моей матери. Что ты несешь, идиот! Ты просто хотел извиниться за бестактность. ВСЕ. Гермиона несколько раз хлопнула ресницами, осознавая смысл сказанного. Ее растерянность улетучилась практически моментально. Природная жажда справедливости, помноженная на алкогольную браваду, толкнула девушку навстречу обидчику. Гермиона замахнулась мокрой рукой, намереваясь влепить наглецу пощечину. А ведь я реально думала, что разглядела в тебе что-то хорошее... Надо было дать кислоте разъесть тебя! А я еще и переживала за него. Переживала, блин... Малфой рефлекторно, почти лениво перехватил ее руку, не долетевшую до лица чуть ли не на полметра, и как-то странно посмотрел на Гермиону. А затем свободной рукой обхватил шею девушки сзади, притянул ее к себе и резко поцеловал. От неожиданности Гермиона промычала что-то невнятное, а потом вдруг почувствовала, как ее тело отвечает ему. Там. Внизу. Так резко, так быстро. Под ее лобком словно свернулся тугой пульсирующий клубок. Она сделала маленький шаг ему навстречу, прижимаясь к нему всем телом. Мозг кричал, что это неправильно. Но все рефлексы были с ним несогласны. Сумасшедший выброс адреналина вспенил ее кровь. Его поцелуй стал глубже, настойчивее. Гермиона чувствовала его вкус на языке — такой чистый и ни на что не похожий. И отвечала его губам. Со всей страстью, на которую только была способна. Голова шла кругом. Малфой отпустил ее руку и впился пальцами в попу девушки, вынуждая ее прогнуться ему навстречу. Гермиона, и без того достававшая парню только до плеча, была обута в ботинки на плоской подошве. Когда девушка выгнула спину, Малфою, чтобы не разорвать поцелуй пришлось практически нависнуть над ней. Он немного присел, подхватывая Гермиону под попу, и легко оторвал от пола. Два шага вперед - и он усадил девушку на каменную столешницу. Оторвавшись от ее губ, он стремительно выхватил палочку из заднего кармана, обернулся к двери и за считанные секунды наложил на нее запирающее заклинание. Затем повернулся обратно к девушке. Их взгляды встретились. Испуганно-возбужденный карий и уверенно-возбужденный серый. Гермиона часто дышала через приоткрытые губы. Малфой протянул руку и коснулся ее шеи. Девушка рефлекторно приподняла подбородок. Его взгляд следовал за движениями его руки. Ладонь парня была мягкая и жесткая одновременно — металл под бархатом. Всей ладонью он накрыл тонкую шею Гермионы и медленно ее погладил. Девушка прикрыла глаза, запрокидывая голову назад. Все так же медленно Драко начал опускать руку ниже. Примерно на уровне ключиц подключив вторую руку, он оглаживал плечи девушки сначала через рубашку, затем заведя большие пальцы ей за воротник. Гермиона открыла глаза и взглянула на лицо Малфоя. Его взгляд был сосредоточен, между бровей залегла небольшая складка. Он изучал каждый сантиметр ее тела, и это так возбуждало! Девушка залюбовалась его точеными чертами лица: тонким прямым носом, высокими скулами, правильной линией губ и этими глазами, обрамленными густыми ресницами, на несколько тонов темнее цвета волос. Малфой тем временем большим пальцем правой руки проскользил по ряду пуговиц, на которые была застегнута ее рубашка. Ладонь левой руки он положил девушке на грудь и слегка толкнул ее, вынуждая откинуться назад, опираясь на слегка присогнутые руки. Гермиона, словно зачарованная, смотрела на то, как быстро и уверенно парень выдергивает края ее рубашки из юбки, присобирает их в кулаки и одним резким движением разрывает все до одной застежки. Маленькие пуговички с тихим шелестом рассыпались по кафельному полу. Малфой положил ладонь Гермионе под шею и, ощутимо надавливая, медленно повел ей вниз по середине тела девушки до самого пупка, следя за этим процессом потемневшим взглядом, словно не замечая, как она дрожит от возбуждения под его прикосновением. Девушка прикусила губу, испуская легкий стон, ощущая себя похотливой кошкой. Мерлин! Что он творит со мной! Непроизвольно Гермиона напрягла мышцы промежности и едва заметно двинула бедрами. Но это движение не укрылось от Малфоя. Парень улыбнулся одними уголками губ. После чего положил свои ладони на колени Гермионе и уверенно, скользя по внутренней стороне бедер, развел ноги девушки широко в стороны. Обняв девушку за талию, Драко отодвинул ее максимально близко к краю, заставляя буквально балансировать бедрами на краю. Навалился на нее и поцеловал глубоко и мощно. Перевозбужденная Гермиона готова была кончить от одного этого поцелуя, но он отстранился от нее, вновь опустил руки ей на колени, задрал плиссированную юбку, позволяя сидящей девушке видеть свои широко раздвинутые ноги, свои простенькие белые трусики. Дав ей оценить всю картину, парень указательным пальцем поднял подбородок девушки, вынуждая посмотреть ему в глаза. Гермиона утонула в его взгляде. Сколько прошло времени? Секунда? Две? Вся жизнь? Ее дыхание замерло, когда она почувствовала, что он двумя пальцами отодвинул в сторону ее белье и уверенно вошел в мокрое, изнывающее от желания влагалище. Ее стон утонул в безумном поцелуе, которым Малфой насиловал ее рот. Она подалась вперед, убирая руки, зарываясь пальцами в его волосы. Их языки скорее боролись, чем просто играли. И в мире остались только ее горячая влажная плоть, в которой застыл его член, и этот язык. На секунду отпустив ее рот, задыхаясь сам, Малфой медленно подался назад. И она кончила. Со стоном падая назад, опираясь ладонями о холодную, влажную поверхность стола. Ее ноги дрожали. Он схватил ее коленки, не давая им сомкнуться, вжал их, разведенные в стороны, в края стола, а сам, не отрываясь, смотрел на то, как его член выходит из нее. Все еще с трудом переводя дыхание, Гермиона следила за его взглядом и смущалась особенной откровенности этой сцены. Сам Малфой даже не успел скинуть брюки. Просто расстегнутые пуговица и ширинка. Ее собственное белье наспех сдвинуто вбок, помятая юбка заткнута за пояс. А его член... Конечно, Гермиона могла сравнить его только с Роном, да и размер был, кажется, примерно одинаков. Но Рон никогда не двигался так. Так медленно, с таким явным удовольствием. Заметив, что Гермиона смотрит на процесс, Малфой поднял руки с ее колен на ее бедра. Теперь девушка сама старалась держать ноги как можно шире, ее тело уже уловило фишку. Максимально растянутые мышцы чувствовали каждое движение особенно остро. Парень двигался в ней, вновь нагнетая сладостное напряжение в промежности. Как это было прекрасно! И, когда Гермиона уже чувствовала скорое приближение второго оргазма, Малфой вдруг протянул свои большие пальцы к ее нижним губам и резко растянул и без того натянутую девушку в стороны, а затем сделал несколько быстрых и резких движений своим членом, вбиваясь в нее. На последнем из них Гермиона кончила. С громким стоном, подаваясь к нему всем телом. Не выходя из нее, Малфой сгреб Гермиону со стола, подхватывая ее под бедра, и пару раз крепко, до самого конца насадил на себя. Дыхание девушки перехватило, она потянулась к губам Драко, но он лишь покачал головой. Сняв девушку с себя, он поставил ее на пол. Гермиона облокотилась на край стола, не в состоянии стоять прямо. Ее взгляд приковался к его возбужденному достоинству. Сам Малфой скинул с себя брюки, трусы и сделал шаг в ее сторону. Тяжело дышавшая Гермиона даже не сразу поняла, что парню еще нужно продолжение. Взяв девушку за плечи, он развернул ее лицом к зеркалу. Из него на Гермиону смотрела растрепанная от жаркого секса особа с похотливо горящими глазами. Драко приблизился к ней вплотную, одной своей ступней протискиваясь между ступней девушки, давая понять, что хочет, чтобы она расставила ноги. Гермиона сделала то, что он хотел, вновь ощущая адреналин и возбуждение, глядя на его лицо, отражающееся в зеркале. Парень наклонился вперед, вынуждая ее повторять его движение, дотронулся пальцами до ее колен спереди и повел руки вверх, задирая ее юбку. От одного этого действия Гермиона безумно захотела, чтобы он вновь оказался внутри, инстинктивно она выгнулась в пояснице, максимально приподнимая попу. Накрутив полы ее юбки на руки, Малфой вошел в ее влагалище сзади, резко и четко, за юбку притянув ее к себе. И начал трахать. На этот раз именно трахать, двигаясь быстро и стремительно, с помощью юбки заставляя ее двигаться так, как надо было ему. Эта поза для девушки была новой. Раньше ей всегда казалось, что это стыдно заниматься сексом по-собачьи. А сейчас она поняла, как заблуждалась. Его член входил в нее так глубоко, так мощно. Как струна натянутый клитор ощущал прикосновения его яичек, когда он входил в нее до самого основания. Гермиона стонала от удовольствия, выгибаясь, ощущая голым животом край холодного стола. Малфой начинал тихо рычать за ее спиной. А затем резко наклонился к ней, просовывая свою ладонь ей между ног, впиваясь пальцами в ее клитор, трахая ее все жестче и все быстрее. Дыхание Гермионы прервалось, когда она ощутила ЭТО. Она и не знала, что ее тело способно на такой оргазм. Лавиной накатывающийся на нее. Эта лавина накрыла ее с головой, когда Малфой зубами прикусил мочку ее левого уха и кончил в нее. - Вот так это бывает, Грейнджер, когда точно понял, что нужно делать, - выдохнул он ей в ухо и вышел из нее. *** Гермиона стремительно ворвалась в квартиру. Она должна была доказать всем... кому всем? Себе! что с Роном ей может быть даже лучше. Рон, сидевший на диване перед телевизором, удивлённо приподнял одну бровь, когда девушка, на ходу скидывая туфли, устремилась к нему. Она тяжело дышала. Гермиона поставила свою коленку на диван рядом с бедром Рона, опустила руку на спинку дивана, а затем села на парня верхом. Прохладной ладонью она дотронулась до щеки Рона и, не говоря ни слова, впилась в него губами. Тот опешил от ее напора, а Гермиона тем временем уже расстегивала пуговицу на его джинсах. Девушка сползла на пол и стянула штаны и трусы парня, оставив их на щиколотках. Раздвинув ноги Рона, Гермиона обхватила его член рукой и порывисто сделала несколько резких движений вверх-вниз, после чего накрыла ртом его набухающее, твердеющее мужское естество и кончиком языка облизала головку члена. Рон застонал и откинул голову назад. Девушка плотно сжала губы и начала двигать головой, ощущая его возбуждение. Обхватила пальцами основание члена и задвигала рукой в такт своим губам. Когда на члене парня проступили жесткие набухшие вены, Гермиона отпустила его, встала на ноги и быстро скинула свою юбку. Рон поднял голову и затуманенным взглядом посмотрел на нее, затем протянул к ней руку, но Гермиона оттолкнула ее в сторону и покачала головой. Скинув вслед за юбкой трусики, девушка повернулась к Рону спиной и уселась на него сверху. Раздвинула ноги и сама вставила его член в себя, после чего сомкнула колени и стала двигаться. Ее движения были резкими и жесткими, она чувствовала, как тяжело дышит за ее спиной Рон, и все ускоряла темп. Давай же, почувствуй что-нибудь. Но ее возбуждение не получало нужного продолжения. Да, это было необычно - ее смелая поза. Да, она чувствовала, что Рон скоро кончит, но сама не ощущала даже приближения оргазма. Рону хватило всего трех минут. Он проскользил ладонью по позвоночнику девушки и сжал через рубашку застежку ее лифчика, после чего, застонав, кончил в нее. Тяжело дыша, Гермиона встала и почувствовала, как по внутренней поверхности бедра стекает его семя. Девушка наклонилась, подобрала одежду и бросила: - Я в душ. После чего скрылась в ванной комнате. Заперев дверь, Гермиона привалилась к ней спиной и на секунду прикрыла глаза. Что это было? Что со мной? Ведь это было прекрасно. Почему же я ничего не почувствовала? Девушка скинула оставшуюся на ней одежду и включила воду в душе. Задвинув дверь душевой кабинки, Гермиона подставила лицо горячей струе воды и потянулась за мылом. Ей хотелось стереть со своей кожи его засыхающие следы. Выдавив немного геля на ладонь, Гермиона опустила руку и провела ею по своей промежности, а затем и по внутренней части бедер, ногтями поскребла следы спермы, чтоб скорее их смыть. Она чувствовала свое возбуждение, не нашедшее еще выход. Осторожно, едва касаясь, девушка погладила свои нижние губы. В ее голове теснились образы из тесного туалета. Кожей бедер она как будто ощущала мраморную поверхность стола, на котором стояла раковина. Кожей шеи словно чувствовала его дыхание... Гермиона сама не заметила, как ее рука внизу начала двигаться быстрее и жестче, а другая рука оглаживала возбужденную грудь. Как от него приятно пахнет. Какой он уверенный в своих движениях. Его рука, гладящая ее шею, грудь, живот. Его руки на ее бедрах - твердые, уверенные, почти грубые. Ее пальцы в его волосах -- густых, жестких, гладких. Его глаза смотрят прямо в душу. Серые, бездонные, жесткие. Он молчит, ПРОСТО молчит. И крепко держит ее бедра, не давая сдвинуть ноги. И двигается в ней - растянутой, напряженной. Медленно и уверенно, давая почувствовать каждый сантиметр себя. И... - Ооо! С громким стоном Гермиона кончила и несколько секунд простояла, прижавшись спиной к створке душевой кабинки. Девушка прислушивалась к ощущениям в собственном теле. Как необычно это было. И как... приятно. Голова шла кругом. Меньше чем за два часа она успела переспать с двумя мужчинами и довести сама себя до оргазма. Нет, не так. Меньше чем за два часа она трахнула одного мужчину, трахнула себя сама и позволила трахнуть себя еще одному мужчине. И, о боги, что это были за мужчины! Домашнее уютное тепло и колючий туманный холод. Два разных мира, нет, две разные вселенные. Гермионе не хотелось выходить из душа в реальный мир. Здесь, среди горячего пара можно было позволить себе не думать и не анализировать. Но не думать обо всем, что произошло сегодня, она просто не могла. Как судьба могла свести ее с Драко Малфоем? Как она позволила себе переспать с ним? И как, в конце концов, ей могло это понравиться? А Рон? Ее милый и дорогой Рон. Она просто воспользовалась им, тщась разобраться в себе. Гермиона чувствовала, что ее затягивает какая-то бездна. И хотела выплыть, хотела уцепиться за привычную жизнь. И не смогла. Он не смог ей помочь. Зато одно лишь воспоминание о Малфое толкнуло ее на мастурбацию - то, чего она никогда не делала. И заставило ее кончить. Так ярко и так необычно... Мир прямо сейчас в ее голове раскалывался на до и после. Гермиона сползла на пол душевой кабины и обхватила голову руками. Последние алкогольные пары растворились под горячими струями душа. Что я наделала? Малфой? Малфой! Черт! Что теперь будет?