Мажоры.

***

      Мы гнались по безлюдному шоссе к моему дому. Старенький «Nissan» Нуры уже чуть-ли не крихтел от перенагрузки, но мы уверенно не обращали на это внимание. Чем быстрее мы окажемся в доме, тем спокойнее мы будем себя чувствовать. Вбежав в коридор дома, я поняла, что мама сейчас на работе. Скорее всего, это даже к лучшему. Как бы мне пришлось ей объяснять, что мы нашли наших насильников, но не можем их наказать? Нура сразу же прошла в гостиную и села на ближайшее кресло. — Нужно обратиться в верховный суд. Нельзя оставлять всё как есть, — мрачно начала говорить та, и я включила новости для шума. — Я согласна с тем, что нельзя всё оставлять в таком состоянии. Должна же быть хоть какая-то управа, — начала говорить я, а затем продолжила. — Они слишком многое себе позволяют. Он ведь… — я осеклась, вспоминая лицо зеленоглазого. — Крис ведь угрожал мне. Угрожал придти ко мне посреди ночи. Нура резко встала с кресла и подошла к окну; медленно заглянула под свето-коричневую штору, а затем встала рядом со мной. — Эва… Можно я поживу у тебя какое-то время? — Но ведь Крис говорил, что может прийти ко… — Я слышала. Но ведь я в своём доме живу совершенно одна. Я боюсь, что они вдвоём также легко могут придти и ко мне, — в серых глазах Сатре было отчаяние. — Слова они на ветер не бросают, я думаю, что мы уже прошли этот этап. — Хорошо. Сейчас тогда заедем за твоими вещами. — А твоя мама не будет против? — Она тебя обожает, — выдохнула я, и выключила телевизор. Мы уже направлялась к выходу из дома, как Нура вдруг остановила меня. — Эва, если не получится наказать их законным путём, то… У меня есть план.

***

      Начался новый учебный день. Ученики Хартвиг Ниссен продолжали болтать между собой, а я и Нура молча шествовали к нужному нам кабинету биологии. Там мы увидели Вильде, но та даже и не поздоровалась с нами — видимо, всё ещё помнит вчерашний разговор и теперь держит на нас обиду. Встав у пустующих шкафчиков, я заметила на противоположной стороне, в окружении трёх девушек, Криса. Они ему что-то рассказывали, а тот ожидающее смотрел на них. Затем почувствовав, что на него смотрит кто-то ещё, он бросил взгляд в мою сторону. Меня пробрало от лёгкого страха и непредсказуемости, но я всё же не отвела глаза в сторону. Нужно следовать плану Нуры… — Он смотрит сюда, — тихо сказала Сатре рядом со мной. — Я знаю, — также тихо ответила я, и повернулась к ней лицом, разрушая тем самым зрительный контакт с Кристофером. — Зачем ты повернулась ко мне? Ты должна сделать вид, что без ума от него, помнишь? — ещё тише спросила Нура. — Помню, но это сложно делать, учитывая, что он испортил мне всю психику, — процедила я. — Он должен страдать Эва. Влюби, разбей сердце, унизь. Нужно сделать всё возможное, чтобы он испытал всю желчь. — Его будет не так-то просто влюбить в себя, ты же это понимаешь? Я же не какая-то нереальная красотка… Нужно обратиться в Верховный Суд. Вряд-ли эти двое зашли так далеко, чтобы купить и его, — я провела рукой по волосам. — У него уже есть к тебе сексуальное влечение. Секс — это его слабость. Нужно использовать это против него же, — Нура будто бы пыталась внушить мне это. — Спать с ним не надо. Отсрочивай это, играя с ним. Затем мы нанесём удар. Я сглотнула, и вновь бросила взгляд в сторону Криса. К его компании уже подошёл Вильям, и теперь эти двое активно кадрили трёх несчастных девушек. — У них есть и другие пассии. Это ещё больше усложняет ситуацию, — проговорила я. — Мы будет пробовать всё, чтобы испортить им жизнь. Не получится одно, попробуем с другой стороны… — Привет, — сказал чей-то голос, и я повернулась к незнакомцу лицом. — Привет, — ответила я Юнасу Ноа Васкесу, про которого знала лишь одну информацию и это его имя. А что это он вообще решил подойти ко мне?.. Мы с ним никогда раньше не общались, а теперь на него взошло что-то непривычное. Я прошлась взглядом по его большим голубым глазам, и слабо-слабо улыбнулась. — Как дела? — спросил тот, и сразу же дружелюбно улыбнулся, явно стараясь расположить меня к себе. — Ты стояла такая сосредоточенная и озадаченная, что я решил подойти к тебе. — Да? А я тебя и не заметила, — честно ответила я. — Дела… бывали и лучше, если признаться честно. Я почувствовала, как Нура незаметно, но ощутимо ударила меня в бок. Что-то случилось? Я решила проигнорировать. — Надеюсь, ещё увижу в этой жизни, как ты улыбаешься. В прошлом году ты постоянно это делала, — произнёс Васкес, и я неопределённо кивнула. — Ты что же… следил за мной? После Шистада у меня стала образовываться параноя на счёт каждого. — Что? — удивился Юнас, улыбаясь. — Нет, не следил. Просто тебя трудно не заметить. Решил попытать судьбу в этом году... Ты свободна после школы, Эва? К нам подошёл четвёртый… Вот почему Нура пихнула меня в бок — чтобы элементарно предупредить. Крис встал рядом с Юнасом, и одарив его холодным взглядом, начал говорить со мной: — Ну что, Эва? Сегодня ночью у тебя, как и договаривались? Летом было хорошо... Меня передёрнуло, словно от электрического разряда, а глаза начали предательски слезиться — паника накрывала меня, как снежный ком. Я, стараясь лишний раз не смотреть на зеленоглазого, остановила свой взгляд на лице Юнаса. — С тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросил тот у меня. — Что ты там говорил про время после школы? Хочешь встретиться? Пошли в кино или же в кафе. Как, в общем-то, захочешь, — игнорируя вопрос Криса, сказала я голубоглазому. — Правда? Отлично! Тогда встретимся на парковке. Я на машине, так что доедем с ветерком, — Юнас улыбнулся мне как счастливый ребёнок на Рождество, а затем ушёл в противоположную сторону коридора. Молчание. Теперь нас стояло трое: я, Крис и Нура. Он смотрел на меня. КРИС всё ещё смотрел на меня… Напряжение чувствовалось ТАКОЕ, что невольно возникало ощущение, будто меня в любой момент могут ударить или же прижать к стене. Нура, чувствуя тоже самое, обхватила меня за руку, и чуть придвинула к себе. Хотя, если подумать, то что этот зеленоглазый может сделать мне в людном месте? Не такой ведь он безрассудный… Или же именно такой и есть: безрассудный и надменный, с мнением Бога о себе? — Если ты переспишь с ним — ему и тебе конец, — сказал Крис, и в этот же момент прозвенел оглушающий звонок на урок.