Эосский сплетник

Люцис. Станция «Молот». Наши дни. — Что делаешь?! — громко спросил Гладиолус Амицития у сидящего около трейлера Игниса и с шумом приземлился рядом.       Шиенция приподнял бровь и подивился такому вопросу. По его мнению, и так все очевидно. У него в одной руке чашка с «Эбони», а в другой газета. Но, будучи вежливым, Игнис ответил: — Изучаю местные новости. — Э-ос-ский сплет-ник, — прочитал по слогам название газеты подошедший Промпто. — Жёлтая пресса? — буркнул Амицития, откидываясь на пластиковом стуле, из-за чего тот опасно прогнулся. — Возможно, — не стал спорить Игнис, — но ничего другого в продаже все равно нет. — С картинками хоть? — перегнулся через его плечо принц Ноктис. — Картинки можешь поискать у меня в журналах! — хохотнул Гладиолус, открывая бутылку с пивом. — Ты слишком много пьешь, — заметил Шиенция. — А ты слишком много умничаешь, — фыркнул телохранитель рода Кэлумов. — Не успели выехать за ворота столицы, как… — Ску-учно! — зевнул Ноктис, тем самым прекращая не успевшую начаться перепалку между друзьями. — Поиграем в «Королевского рыцаря»? — с энтузиазмом предложил Промпто. — Лень, — отмахнулся принц. — Устроим тренировку? — хитро ухмыльнулся Амицития. — Только не после того, как мы полдня катили Регалию! — в ужасе воскликнул Ноктис. — Тогда предложи сам, — примирительно произнес Игнис. — Читай вслух! — скомандовал принц. — Хоть узнаем, что тут, в провинции, нового.       Шиенция в очередной раз убедился, что лучше молчать. Но ничего не поделать, и будущий советник короля, отхлебнув остывший кофе, зашелестел страницами. — «Здравствуйте, дамы и господа! Вас, как всегда, приветствует представитель лучших в мире средств массовой информации. И хоть многие считают, что в Эосе больше ничего интересного не происходит, то, что вы держите в своих руках эту газету, потратив на нее пару гил, доказывает: надежда умирает последней. А мы с удовольствием будем подтверждать этот факт своими самыми свежими новостями!» — Которым, видимо, лет тридцать, — вставил Гладиолус, и Промпто тут же на него шикнул. — «В первую очередь мы рады представить вам, дорогие читатели, нашу новую рубрику «Знаменитые и не очень», которую откроет статья о всем неизвестном принце Ноктисе Люцисе Кэлуме!»       Услышав это, Ноктис пошевелился. — «Да, дорогие друзья, сегодня мы расскажем вам тайные подробности жизни сына главы государства (а кто все еще сомневается, мы с точностью утверждаем, что у короля Региса действительно сын, а не дочь) и поведаем, почему наследник престола преодолел границу Стены». — Откуда они это узнали? — недоуменно спросил Промпто. — Мы же покинули Инсомнию инкогнито. — Угадали, — предположил Амицития. — «Причиной того, что уважаемый принц решился оторваться от компьютерных игр и комиксов, стала его намечающаяся скорая свадьба с леди Лунафрейей Нокс Флере, которой мы по этому поводу безмерно сочувствуем. Однако, как докладывают нам надежные источники, Ноктис Люцис Кэлум совсем не горит желанием получить в жены обаятельную и благородную девушку…» — Ты против, Нокт?! — удивленно и несколько возмущенно воскликнул Промпто, перебивая чтение Игниса. — Не то, что не желаю… — замялся принц, и его друзья заметили вину на лице юноши. — Просто… Все так неожиданно и… — И ты не хочешь так скоропалительно жениться, — сделал выводы Гладиолус.       Принц кивнул. — А замуж хочешь? — неожиданно уточнил Шиенция, поправляя очки. — Ах… Ты… Игги… В смысле?.. — опешил Ноктис, да и Амицития с Аргентумом, впрочем, тоже. — Чтоб у тебя очки саблехвост украл, а запасных не было! Игнис, что за чушь?! — Это не мои слова, — невозмутимо пояснил будущий советник. — Это так в статье написано.       Друзья тут же притихли, позволяя Шиенции продолжить. — «Многим из вас покажется странным и подозрительным нежелание Ноктиса Люциса Кэлума связать себя узами брака с замечательной леди, и вы будете абсолютно правы! Мы смогли выяснить, что у юного принца имеются совершенно противоположные пристрастия к, простите за тавтологию, отнюдь не противоположному полу…» — Это как? — почесал затылок Промпто. — «Да будет вам известно, наши преданные читатели, что наследник престола предпочитает иных… Но не будем изъясняться напрямую, сперва просто намекнем. С самого детства принца Ноктиса окружали исключительно представители мужского пола, а вот женский он нарочно игнорировал. Посудите сами, жить в окружении одних мужчин — легко ли? Нет ничего удивительного в том, что у мальчика сложилось мировоззрение, отличающееся от привычного. Но это далеко не все. У принца имеется один весьма близкий друг. Назовем его П.А., который, если судить объективно, умом не блещет, благородством похвастаться не может, к тому же слишком болтлив…» — Вот тут я полностью согласен. Да, П.А.? — расхохотался Гладиолус и хлопнул покрасневшего Аргентума по плечу. — «И этого, прямо скажем, недальновидного субъекта принц берет с собой в путешествие, полное опасностей и загадок…» — Каких опасностей? — вздрогнул Ноктис. — Никаких, — успокоил его Игнис. — Почему «недальновидного»? — расстроился Промпто, догадавшись, о ком идет речь. — А тебя сейчас только это волнует? — хмыкнул Амицития, попивая пиво. — А что ж еще?! — вскинулся Аргентум, и его осенило: — Но постойте-ка… Они пишут о том, что Нокт взял меня с собой, потому что… Фу!       Веснушки на лице парня проступили ярче, а сам Промпто поспешно отодвинулся от принца и теперь поглядывал на своего друга со страхом и долей отвращения. — Да ладно! — насмешливо бросил Гладиолус. — Один раз не… — Считается, — быстро закончил вместо него Игнис, которого моральный облик Ноктиса заботил не меньше, чем внешний. — Это все чушь, — твердо заявил принц. — У них тут есть информатор, — пробормотал Шиенция, переворачивая страницу. — Слушайте… «Если вы, наши милые читатели, считаете все это глупой выдумкой, то данная статья подкрепляется словами такого же, как мы с вами, жителя Эоса. Увы, он пожелал остаться неизвестным, но разрешил нам опубликовать свои слова. В дальнейшем цитата. «Да я как его увидел, так сразу сказал, мол, ты, парень копия отца, только король стопроцентно из натуралов. Вы ж представляете?! Их же там четверо! Они ж там друг друга в… И еще в… чаще, чем у меня заказов на ремонт машин! (Из этических соображений мы не приводим весь текст полностью. Прим. редактора) Почем знаю? А вы деваху мою видели? Никто ж к ней не подкатил! В смысле подкатили, но не так… А, скорее, прикатили… В общем, попомните мое слово, там все совсем по-другому! По-синему!» Конец цитаты. Мы могли бы только строить догадки касательно последнего предположения, но редакция «Эосского сплетника» не из пугливых. Ради вас мы пойдем на крайние меры, ради вас мы добьемся правды. Ищите наши новые выпуски во всех точках продажи и будьте в курсе последних сплетен!» — Ремонт, значит… — задумчиво пробормотал Гладиолус и покосился на прогуливающегося неподалеку Сида Софьяра, который невзначай время от времени поглядывал в их сторону. — Ты всерьез хочешь прижать старика? — осведомился Игнис, немного сбиваясь с привычной вежливости. — Скорее, дожать… — пробормотал Амицития. — Ну, хоть не зажать! — облегченно выдохнул Промпто и был тут же награжден ответным пинком, заставившим его поцеловать асфальтное покрытие у трейлера. — Мне кажется, — медленно проговорил Ноктис, — нам всем не стоит обращать внимания на такую ерунду. Пишут, да и пишут… В это поверят лишь полные идиоты. — Согласен, — поддержал его Шиенция, удивляясь в кои-то веки благоразумию друга, и смял газету.       Но в ту ночь им не спалось. Игнис то и дело вскакивал, уверяя себя, что ему просто жарко. Гладиолус ворочался с боку на бок, сбрасывая одеяло и тут же стыдливо прикрываясь. Промпто периодически подсвечивал кровать телефоном и следил, чтобы Ноктис не подвигался к нему слишком близко. А сам принц украдкой строчил в блокнот с красной обложкой любовные послания леди Лунафрейе, которые, к его досаде, выходили корявыми и нелепыми. Нифльхейм. Крепость «Зегнавт». Наши дни. — Что делаешь? — голос императора Альдеркапта звучал холодно и без должного, соответствующего вопросу, интереса. — Да вот… — канцлер незаметно улыбнулся и растерянно посмотрел на своего правителя. — Прессу люцисскую читаю… — Про меня там есть хоть слово? — безразлично поинтересовался император. — Ни одного, — отрицательно мотнул головой Изуния, добавив едва слышно: — И хвала Богам. — Что? Даже мое скорейшее прибытие в Инсомнию не прокомментировали? — с обидой переспросил Йедолас Альдеркапт. — Боюсь, их интересует совсем другое, — с притворным сожалением вздохнул канцлер Империи. — Ничего, — зловеще прошептал император. — Скоро они все обо мне заговорят! — Надеюсь, что нет, — пробормотал Ардин себе под нос.