Готическая повесть

Пока мы шли к шахте наемники и простые жители Нового Лагеря то и дело оглядывались на столь странную процессию, состоящую из магов двух стихий. Путь к шахте не занял много времени и очень скоро перед нами раскинулся вид на огромную яму, заполненную домиками рудокопов, живущих прямо у входа в шахту, находящегося в самом низу этого котлована.  — Приветствую, достопочтимые маги, — приветствовал нас стражник, встретивший нас перед спуском в котлован. — Чем могу помочь?  — Скажи, как много орков-рабов работает в шахте? — Спросил Сатурас.  — Пять штук.  — Как зовут того, который нам нужен? — Верховный Маг Воды обратился ко мне.  — Таррок, — ответил я.  — Простите, но мы не разговариваем с рабами и не знаем их имен, — виновато опустил голову стражник. Он заметно нервничал в присутствии толпы магов. — Но я сейчас же отдам распоряжение найти орка с таким именем и привести сюда.  — Так и сделай, — согласился Сатурас. — Мы подождем внизу, у входа.  — Слушаюсь, — стражник развернулся и побежал выполнять приказ. Мы спустились вниз и подошли к огромной решетке, закрывающей вход в шахту. Занятые добычей руды рудокопы то и дело косились на нас, да и стражники не могли стоять спокойно, постоянно бросая настороженные взгляды. Корристо и Сатурас отошли в сторону и стали о чем-то живо переговариваться. Оставшись без надзора мастеров, маги обеих стихий решили скоротать ожидание, набросившись на меня с расспросами:  — Неужели это все правда? — Не мог поверить один из магов воды, самый молодой, по-видимому — Мердарион, если я правильно помню. — Ты и впрямь видел наше будущее?  — Какое оно? — Задал вопрос еще один маг. И впрямь, какое оно? Что я могу сказать? Все закончилось хорошо. Кроме того варианта, в котором можно встать на сторону ассасинов и убить всех магов воды.  — Оно разное и целиком зависит от наших действий, — неоднозначно ответил я.  — Мы выберемся из-за барьера? — Спросил Торрез.  — Если убьем Спящего — да.  — Ну раз ты видел будущее и мы его убили, значит убьем — куда нам деваться, — улыбнулся один из магов воды.  — Я уже говорил: история пошла по другому пути. В том варианте развития событий, что я видел — был герой, Избранный Инноса. Здесь я его пока не встречал.  — Зато теперь у нас есть ты, — подошел Мильтен. — Таких знаний не было у этого Избранного Инноса. Я хотел выразить сомнение в своей большей полезности по сравнению с главным героем игры, но тут один из стражников принялся крутить лебедку, поднимая решетку, за которой в окружении толпы людей в синих доспехах стоял орк. Вживую он выглядел намного более впечатляюще, чем в игре, впрочем, как и всё здесь: огромный, на голову выше и в полтора раза шире, с коричневой кожей и гигантскими буграми мышц он выглядел настоящей машиной смерти. И это он был без доспехов и оружия, которые, я уверен, придают оркам еще более устрашающий вид. Дай ему сейчас топор и он наверняка сможет в одиночку убить половину здешней охраны. Держу пари, стражники держат каждого из них в абсолютно разных частях шахты, как можно дальше друг от друга, ибо если они соберутся вместе, то легко сметут всю стражу даже без оружия. Маги заметно напряглись и взяли в руки руны. Тем временем решетка открылась и орк, хромая и щурясь от солнечного света, неуверенно зашагал наружу, подталкиваемый в спину мечами стражей. Когда орк наконец предстал перед нами, Сатурас заговорил:  — Ты Таррок?  — Я быть Таррок, да, — хриплый низкий бас прокатился по котловану шахты.  — Нам нужно, чтобы ты сделал для нас ваш знак уважения.  — Улу-Мулу, — добавил я.  — Таррок уметь делать Улу-Мулу. Но Таррок весь день крутить колесо. Нет время для Улу-Мулу.  — Нам нужно много этих твоих Улу-Мулу. Если согласишься нам помочь — мы избавим тебя от работы в шахте.  — Таррок не понимать…  — О, Аданос, — тяжело выдохнул Верховный Маг Воды. — Ты делать Улу-Мулу для нас. Больше не крутить колесо, — принялся раздраженно объяснять Сатурас.  — Много Улу-Мулу? — Непонимающе уставился орк.  — Да, много.  — Зачем людям много Улу-Мулу? Люди ходить к братья? Хотеть убить братья толпой?  — Это не твое дело, орк. Либо ты помогаешь нам, либо дальше крутишь колесо, — угрожающе заговорил Сатурас. Орк насупился и напрягся.  — Таррок не помогать. Таррок лучше крутить колесо. Верховный Маг вроде умный человек, а не понимает, что нельзя разговаривать с орками с позиции силы. Орк умрет, но не покажет свою слабость.  — Таррок, нам очень нужна твоя помощь, — я вышел вперед. — Нам нужны Улу-Мулу чтобы попасть в храм Крушака и убить его. Орк сделал удивленное лицо, насколько я смог понять по гримасе на его лице.  — Крушак плохой демон. Таррок говорить, но его не слушать. Таррок и друг Ур-Шак быть изгнан. Но Таррок не верить человек. Человек врать, человек взять Улу-Мулу и напасть на братья. Не ходить к Крушак.  — Мы отпустим тебя и твоего друга на свободу, — пообещал я, на секунду испугавшись: не слишком ли много я пообещал? Вдруг маги скажут, что это чересчур? Но Сатурас и Корристо промолчали. Лицо орка на мгновение стало заинтересованным, но тут же напряглось снова.  — Таррок и Ур-Шак обидеться, но любить братья. Таррок и Ур-Шак не предать братья.  — Чего ты волнуешься, Таррок? Твои братья очень сильные, им нечего бояться какой-то горстки людей. Пусть даже нас будет много, твои братья едва завидев нас не спустят с нас глаз и если мы хоть пальцем тронем кого-то из них — нас всех тут же порубят в капусту.  — Порубят, да, сокрушат! — Таррок ударил себя кулаками в грудь, чем спровоцировал возникновение огненных шаров и ледяных стрел в руках магов. — Человек врет — человек умирать от рук братья. Человек не врет — человек убивать Крушак и спасать разум братья. Человек освободить Таррок и Ур-Шак — Таррок помогать.  — Вот и отлично, — сказал Сатурас. — Стража, найдите в шахте еще одного орка по имени Ур-Шак и поселите их обоих в свободную хижину.  — Простите, Верховный Маг, но лишиться сразу двух рабов… — Неуверенно запротестовал один из стражников.  — Делай, что говорят, — резко ответил Сатурас.  — Слушаюсь, — наемник убежал выполнять приказ. Интересно, понимает ли Сатурас, что раз барьер взрывать не потребуется, то в добыче руды больше нет необходимости и, в принципе, всех рудокопов и стражников можно прямо сейчас отправить по домам? Впрочем, наверное, такое решение вызовет целый шквал вопросов, а слухи разлетятся на всю колонию, не говоря уже о том, что целая куча людей останется без работы и захочет куда-то деть лишнюю энергию. Могут начаться беспорядки. В любом случае это не мое дело.  — Скоро вас с другом переведут в более комфортные условия, — продолжил Сатурас. — А пока рассказывай, что тебе потребуется для этого Улу-Мулу? Орк как будто ждал этого вопроса — долго вспоминать ему не пришлось:  — Нужен кротак, хаз-так, двахкарр и орф-антак.  — Ты серьезно думаешь, что мы поймем на твоем языке о чем ты говоришь, глупое создание? — Недовольно заявил Верховный Маг Воды.  — Кротак быть язык ящерица огня. Хаз-так быть рог мракориса. Двахкарр — зуб болотожор. Орф-антак быть зуб большой тролль.  — Ты должно быть шутишь, орк! Мы используем эти ингредиенты для некоторых зелий — они очень ценные и их чрезвычайно трудно добыть, особенно зуб тролля!  — Братья уважать сильных. Тех, кто добыть. Иначе не уважать.  — О, Аданос, — в очередной раз взмолился Сатурас. — Мы принесем тебе все, что нужно, орк. Придется собрать отряд бойцов и несколько магов, — Сатурас потерял интерес к орку и повернулся к нам. — Я отдам необходимые распоряжения, когда мы вернемся в лагерь. Пойдемте. К тому времени, как мы вернулись, Торлоф выполнил приказ и в каждом доме магов воды уже стояли дополнительные кровати. Теперь магам воды придется делить комнаты с магами огня. Что ж, в тесноте, да не в обиде. Получив приказ от Сатураса, маг Нефариус расселил нас, показав кто на какой кровати будет спать. Мне досталась комната с внушительных размеров стеллажом с книгами, которую занимал тот самый молодой маг воды по имени Мердарион.  — Ну привет, сосед, — сказал он, увидев, как я скидываю заплечный мешок и укладываю на тумбочку толстенную книгу. — Рад, что ко мне подселили тебя, а не Торреза, например.  — Чем тебя не устраивает Торрез? — Поинтересовался я.  — Да не перевариваю я его, еще с тех пор, как мы все вместе жили в замке, — Мердарион разлегся на кровати. — Эх, я вот уже мечтаю чем займусь, когда падет барьер. Хотел сказать тебе спасибо, что ты появился здесь. Без тебя мы бы торчали в этом месте еще очень долго и неизвестно, чем бы все закончилось.  — Спасибо не мне, а Инносу, что призвал меня. У меня выбора не было, — пожал я плечами.  — А почему ты решил, что это был Иннос? Может, ты был призван Адоносом?  — Не знаю, честно говоря. Я поверил Корристо, вот и все. Он сказал, что Аданос или Белиар выбрали бы другого человека.  — Ну возможно, возможно. Аданос ценит прежде всего не мягкость и доброту, а стойкость и уверенность. Где-то даже безразличие и апатию. Ну, все мы не без изъяна, даже боги с их извечной войной. Белиар, наверное, вообще бы головореза какого-нибудь призвал, — ухмыльнулся молодой маг. Я улыбнулся вместе с ним.  — Эй, Мерд, тебя Сатурас вызывает, — объявил внезапно вошедший Нефариус. — А тебя ждет Корристо в доме напротив, — обратился он ко мне и тут же вышел.  — Мерд? — Улыбнулся я, взглянув на лениво поднимающегося с кровати Мердариона.  — Знаю, звучит не очень, но произносить каждый раз мое имя слишком долго. И я их понимаю. Ну, увидимся вечером, — маг махнул мне рукой и тоже покинул здание вслед за Нефариусом. За ним вышел и я, отправившись к Корристо.  — Что ж, на сегодня с делами покончено, теперь приступим к тренировкам, — объявил Верховный Маг Огня. — В связи с переездом, сегодня мы припозднились, да и ты пропустил занятие с Родригезом, но завтра с утра сразу к нему.  — А что с ингредиентами для Улу-Мулу? — Поинтересовался я.  — Сатурас уже собирает отряд. Мильтен и Торрез вызвались оказать магическую поддержку. Они добудут столько ингредиентов, сколько смогут. А теперь давай вспомним движения при утренней зарядке… Дни потянулись друг за другом, один похожий на другой. Прямо как дома за компьютером, только гораздо насыщенней. Каждое утро я делал комплекс упражнений и бегал до Свободной Шахты и обратно, после чего Родригез гонял меня до самого обеда. Мое тело покрылось синяками от бесконечных ударов посохом, а вечерами голова раскалывалась от потока новой информации и постоянных попытках медитировать и чувствовать то, что я никогда прежде не чувствовал.  — Ладно, я расскажу тебе одну вещь, которую узнал от одного из магов в монастыре, когда еще совсем юнцом сам проходил обучение, — рассказывал Корристо на одном из занятий. — Я хотел, чтобы ты почувствовал это сам, но да ладно. У меня тоже никак не получалось ощутить эту непонятную для меня в то время божественную энергию, и тогда более опытный послушник мне сказал: представь, что тебя не просто окружает непонятное нечто, но тепло. Тепло энергии Инноса похоже на ласковые лучи солнца в погожий летний день. Закрой глаза и попробуй ощутить, как они освещают все вокруг и проходят сквозь тебя вместе с теплым ветром, нежно трепещущим зеленые листья деревьев. Я сделал как сказал старый маг и спустя какое-то время действительно почувствовал, будто нечто теплое и едва уловимое окружает меня. Стараясь не упустить это ощущение, я расслабил разум и успокоил заколотившееся сердце. Я нащупал под рукой руну и легким усилием воли начал сгонять окружающее меня мягкое тепло к зажатому в руке камешку. Тепло послушалось и стало медленно окружать мою руку, нагревая ее. В какой-то момент мне стало довольно горячо и я непроизвольно открыл глаза, желая взглянуть, что же так припекает мне руку. В руке, вися буквально в миллиметрах над зажатой пальцами руной, горел маленький огненный шарик. Я так обрадовался, что ту же растерял всю концентрацию и шарик тут же потух. — Вы видели, видели?! Получилось! — Обрадованно выпалил я. — Сколько лет живу, а каждый раз радуюсь как ребенок, когда вижу ученика впервые зажегшего руну, — улыбался Корристо. — Теперь закрепи результат. После этого занятия, я, окрыленный успехом, принялся стараться еще больше. С каждым днем я ощущал божественную энергию Инноса все явственней, а управлять ей становилось все проще. В конце концов, я смог до краев наполнить энергией руну огненной стрелы. Мое тело привыкло к изнурительным тренировкам, пропущенных ударов от посоха становилось все меньше и синяки начали заживать, а бег до шахты и обратно перестал вызывать боли в боку и одышку. Пока я посвящал все свое время тренировкам, собранный Сатурасом отряд периодически покидал лагерь в поисках необходимых для Улу-Мулу ингредиентов. В один из дней, когда мы с Родригезом оттачивали уклонение от прямого удара с ответным ударом вниз, послышался крик со стороны ворот: — Скорее, скорее, ему нужна помощь! Позовите Сатураса! Кто-то из наемников тут же кинулся за Верховным Магом, остальные побежали вниз посмотреть, что произошло, и мы с Родригезом не были исключением. Двое наемников волокли за руки третьего. У бойца вместо ног были две обугленные головешки, одежда полностью сгорела до пояса. Остальной отряд в спешке следовал позади них. — Что произошло?! — Кинулись все на перебой задавать один и тот же вопрос. — Огненная ящерица, — ответил шедший с отрядом Мильтен. — Мы все сделали грамотно: нашли логово, выманили одну тварь, проверили, нет ли в логове и где-нибудь поблизости других особей, но все было чисто. Пока тварь поедала приманку, мы на нее напали и тут из логова выбежала еще одна. Мы не ожидали, мы ведь все проверили — ей не откуда было взяться. Я не знаю как так получилось, видимо, не доглядели, — Мильтен расстроено опустил голову. — Бедняга стоял ближе всех к пещере — его и окатило огнем в первую очередь. Ожоги слишком сильны: если кто и сможет что-то сделать — так это Сатурас. От увиденного и от жалости к несчастному наемнику на глаза у меня навернулись слезы. Все оказалось не так просто, как в игре: здесь не было могучего героя с огромной полоской здоровья, который в одиночку убивает гигантских троллей, а от любого ранения может вылечиться, съев пару булочек. Чтобы справиться с грозной тварью — нужен целый отряд, а люди получают травмы, которые остаются с ними до конца жизни. Бойца отнесли в одно из зданий где проживали мы — маги. Ночью раненый наемник пришел в себя и в ночной тишине я мог услышать его разговор с Сатурасом: — Ну как я, очень плохо? — Хрипло спросил он. — Я сделал все, что мог, — отвечал Сатурас наполненным печалью голосом. — Ты больше не сможешь ходить. — Ясно, — ком в горле и подступающие слезы исказили голос наемника. Спустя пару мгновений он продолжил: — Тогда убей меня. Лежа в кровати, я охнул. Раньше такие вещи я видел и слышал только в каком-нибудь кино. Я не представлял, какой степени отчаяния нужно достигнуть и насколько смелым быть, чтобы самому просить о смерти. Дай Иннос никогда мне этого не узнать. — Я позову Торлофа, — ответил Сатурас и направился к пещере, в которой проживали наемники. — Вот и все, друг, — приветствовал пришедшего Торлофа умирающий боец. — Так глупо — от какой-то ящерицы. — Ты был хорошим братом всем нам и сражался достойно. Мы будем вспоминать о тебе с гордостью, — Торлоф вытащил из ножен меч. — Аданос, отпусти грехи этому человеку и прими его в свои чертоги, ибо он прожил достойную жизнь и отдал ее во имя благой цели, — помолился Сатурас. — Прощайте. После последнего слова наемника раздался хруст и он издал булькающий звук, затихая навсегда. Мне стало страшно и я поежился под покрывалом. Впервые в жизни смерть человека происходила так близко от меня. Последние дни все шло так хорошо, что я стал забывать о нечеловечной жестокости этого мира. И он поспешил мне напомнить. Почему-то от части я чувствовал себя виноватым в смерти этого наемника: это я сказал им, что нужно делать, куда идти и что добыть. Если бы не я — никто не стал бы собирать этот отряд и охотиться на опасных тварей, а этот парень был бы жив. В игре был герой, который делал все самостоятельно и никому не приходилось жертвовать своими жизнями. Почему я не герой? Несмотря на усталость, этой ночью я уснул с огромным трудом. Следующим вечером я прогуливался по территории Нового Лагеря и тут меня окликнул Мильтен, разговаривающий с огромным чернокожим наемником: — Эй, иди сюда. Я подошел — Знакомься, это Горн, мой друг. Горн — это тот парень, про которого я говорил. Который из другого мира. — Щупловат для призванного самим Инносом, — заметил Горн, пожимая мне руку. — Хотя, все вы маги — задохлики, — заулыбался Горн. — Зато можем смести твою тушу взмахом руки, — парировал Мильтен. — Пока ты ею взмахнешь, она уже отлетит от твоего тела на пару метров, — не отставал Горн. Мильтен на секунду запнулся. — Ладно, в этот раз ты победил, — сдался маг. — Мильтен, как успехи с добычей ингредиентов? Много достали? — Поинтересовался я — Три языка огненной ящерицы, два рога мракориса и двадцать два зуба болотожора. На троллей еще не ходили. — А почему зубов так много? — Ну сам подумай: язык у ящерицы один, рог у мракориса тоже, а зубов у болотожора — полный рот. — Ой, точно. Я иногда забываю, что я не в игре, там у болотожоров почему-то один зуб, — заулыбался я. Мильтен, похоже, не понял, что я имею ввиду, ибо само понятия компьютерной игры было очень далеко от него, но все равно улыбнулся. — Кстати, тебе привет от Диего, — сообщил он. — Диего? Вы общаетесь? — Конечно. Ты же сам перечислял моих друзей когда прорывался в храм, помнишь? — Помню, помню. Просто подумал, что после нашего побега из Старого Лагеря общение несколько затруднилось. — Затруднилось, конечно, но весточку передать можно. — Передай ему, чтобы слал этого Гомеза в ж*** и приходил к нам, — предложил Горн. — Диего мог бы пойти с нами, но решил остаться, дабы быть нашими глазами в лагере. Говорит, Гомез рвал и метал после нашего ухода: без магов его власть несколько пошатнулась. — Скажи, чтобы был начеку: когда шахта обрушится — лагерь закроют. Кстати, Горн, когда Старая Шахта обрушится, Гомез отправит войска сюда. Там где-то в горах есть неприметный проход к шахте. Нужно бы что-то предпринять… — А, это твоя магия предсказаний, о которой говорил Мильтен. Что ж ты раньше молчал?! — Встрепенулся Горн. — Да как-то забыл совсем… Я сообщу Сатурасу сегодня же. — Да лучше я сам сообщу прямо сейчас. Заодно соберу ребят, пойдем поищем этот проход. Если б не Мильтен, я бы тебе не поверил. Но раз ты тут у нас такой переполох своими россказнями поднял — не вижу смысла ничего отрицать. Все, я побежал, увидимся, — попрощался Горн и быстрым шагом направился к пещере наемников. После ухода Горна мы с Мильтеном остались вдвоем и он обратился ко мне: — Я слышал, ты делаешь успехи в магии? — Ну да, потихоньку, — скромно ответил я. — Руну огненной стрелы научился полностью наполнять. — Ого, неплохо за такой срок. Ты прирожденный маг, скажу я тебе, сам я наполнил огненную стрелу только через пару месяцев. — Дуракам везет? — Пожал плечами я. — Не понял? — Поговорка такая из нашего мира. — Ясно, — маг махнул рукой. — Так вот, руну ты наполнять научился, но в бою еще не испытывал? — Нет. — Тогда как ты смотришь на то, чтобы завтра отправиться с нами на охоту? — А это не слишком для меня опасно? — Засомневался я. — Испробуешь руну по дороге на каком-нибудь волке или падальщике. Когда придем к троллю ты, конечно, постоишь где-нибудь в стороне и просто посмотришь, как сражаются опытные бойцы и маги. Разумеется, сначала надо получить одобрение у Корристо. Предложение Мильтена меня, конечно, несколько напугало, но с другой стороны — засиделся я что-то в лагере. Одно дело собирать энергию в руну, медитируя под надзором наставника и совсем другое дело — в бою, под взглядом врага. Да и было бы интересно вживую посмотреть на тролля из игры… — Хорошо, согласен, — ответил я. — Отлично, тогда пойдем к Корристо.  — Да, это однозначно пойдет ему на пользу. Но к троллю его не подпускай, Мильтен. Под твою ответственность, — сразу дал свое согласие Верховный Маг Огня.  — Не беспокойтесь, Мастер, все будет хорошо. Завтра утром встречаемся у меня в комнате. Я живу с Миксиром, он тоже участвует в охоте, — обратился ко мне Мильтен. Предупредив Родригеза, что завтра пропущу тренировку по уважительной причине, я направился спать, немного нервничая перед предстоящим днем.