Встреча у озера

— Ты не любишь рыбу? — Нет, предпочитаю животное мясо, — ответил Эрион. — Бе-е-е. Как ты можешь его есть? — скривив лицо, произнес Келин. Русал сидел на берегу озера в компании нового друга и наслаждался своим маленьким уловом – дюжиной мелких рыбешек, которых он так полюбил в последнее время. — Так же, как и ты можешь есть сырую рыбу, — в тон русалу сказал мужчина. — Но они же вкусные! Сам попробуй! — и мальчик протянул маленькую рыбку прямо к носу Эриона. — Убери это от меня, — с наигранным ужасом начал уворачиваться брюнет. Келин заливисто смеялся, продолжая тянуться к Эриону, медленно передвигаясь по траве, подползая. Эрион, не торопясь, отодвигался все дальше, чтобы Келин за ним успевал, но в то же время был не способен его догнать. Но когда спиной он почувствовал колючие ветки, то осознал, что попал. В зеленых глазах взыграл азарт и сейчас парень явно нацелился на победу. Хоть в полулежачем состоянии русал явно не выигрывал, но упрямо стоял на своем, стремясь приблизиться к темноволосому. — Слушай, у тебя же ничего не вый… — хотел было вразумить русала Эрион, как вдруг почувствовал, что идеально точно в рот ему прилетело что-то скользкое и противное. От неожиданности мужчина проглотил неизвестное, испугавшись. Широко раскрыв глаза и не двигаясь, Эрион осознал, что только что сделал. — Ах ты, маленький засранец… Сейчас, казалось, Эрион был в бешенстве. Сначала с лица Келина стерлась улыбка, а после сам он стал мелко дрожать. Мужчина специально нагнал страху на мальчишку, чтобы неповадно было, но обижать русала он не собирался. — Прости, — чуть ли не со слезами на глазах прошептал мальчик. Вздохнув, Эрион понял, что чуток переборщил. — Нет, все в порядке. Это ты извини, — человек подошел к Келинейлу и опустился перед ним на корточки. Потрепав по мягким волосам это чудо, брюнет вдруг кое-что придумал. — Интересно, а на русалов щекотка тоже действует? — задумчиво произнес Эрион и, приподняв бровь, взглянул на предполагаемую жертву. — Ты это… Эрион, не подумай ничего. Я не боюсь… Но лучше, — парень сглотнул, — не надо. — Да? — тихо протянул человек, наблюдая, как мальчишка отдаляется. — А почему же ты сейчас пятишься? После этих слов русал застыл. — Я не пячусь, — гордо ответил он. — Что ж, — мужчина поднялся на ноги. — Ладно. А потом в один шаг допрыгнул до блондина и, схватив его в объятия, повалил на траву. — Нет, не надо! Эрион! — взмолился Келин. — Почему же не надо? — руки уже ходили по животу русала, отчего тот весь дергался. — Это маленькое наказание. — Эрион! Эрион щекотал паренька, а тот весь извивался, вырывался. Задыхаясь, Келин просил отпустить, но что он может сделать против человека, тем более на суше? — Хватит, — на последнем издыхании просил Келинейл, уже практически не дергаясь, лишившись всех сил в этой неравной борьбе. Эрион взглянул в лицо русала, пытаясь прочитать в нем что-то для себя, и удовлетворенно хмыкнув, отпустил бедного на волю. Почувствовав свободу, парень дернулся, поднимаясь, но тут же обессиленно упал на землю. — Келин?! Сказать, что лекарь испугался, значит, ничего не сказать. Но увидев совершенно осознанный взгляд под полуприкрытыми веками, успокоился. — Не люблю щекотку… — устало произнес Келин. — Ну и напугал же ты меня, — нервно засмеявшись, произнес молодой мужчина и прилег рядом с русалочкой. Через пару минут все еще тихим голосом Келин попросил: — Расскажи о себе. Повернув голову, Эрион удивленно взглянул на Келина. — Что тебе рассказать? — Эм, о себе… Как ты живешь, что тебе нравится, что ты терпеть не можешь. Все, что придет тебе в голову. — Тебе, правда, интересно? — Угу. — Тогда ладно. С чего бы начать. Пожалуй, с того, что я живу один. Моя мама умерла при родах, а отец сбежал спустя пару лет после этого. Так я остался жить с дедушкой. Он был целителем, приехавшим издалека, а позже обосновавшимся здесь. Так как в то время таких, как мой дедушка, не любили и всячески старались избегать, старик не нашел ничего лучше, чем построить небольшой дом у опушки леса. — И ты сейчас живешь в этом доме? — Да. Но однажды случилось непредвиденное – одна роженица в деревне внезапно серьезно заболела. В общем, не буду растягивать, роженица та оказалась женой старейшины, а когда ребенок родился здоровым и крепким, не без помощи деда, старика начали уважать. И вот, с того момента к нашей семье не было никаких претензий, люди всегда приходили с просьбами вылечить. В конце концов, дед стал учить своего сына этому ремеслу, а потом и меня. — Но ты же сказал, что твой отец сбежал? — Так и есть. Просто, видимо, ему это надоело, и он не вытерпел. — А твой дедушка не грустил? — Грустил, конечно. Но это был выбор моего отца, дед так всегда говорил. — Наверное, он был хорошим человеком, — грустно сказал Келин. — Несомненно. И знаешь, если бы не его учения, меня бы здесь сейчас не было, — пробормотал Эрион с улыбкой на губах. — А расскажи еще что-нибудь! — Нет, русалочка, давай будем по-честному. Сейчас настала твоя очередь. — Сколько можно меня так называть? — буркнул Келинейл. — А что я должен тебе поведать? — Раз я начал со своего прошлого, то и ты давай. — Не…не могу. Извини, — боль в голосе была настолько явной, что брюнет решил больше не касаться этой темы. — Ладно, дело твое. Тогда расскажи, как ты живешь под водой! И так шли дни, наполненные разговорами и шутками, смехом и грустными воспоминаниями. С каждым разом человек и русал чувствовали все большую привязанность друг к другу, хотелось проводить больше времени вместе, но как бы не было сильно это желание, дни становились все короче, сумерки сгущались раньше, и уходить с Солнечного озера Эриону приходилось чуть ли не по темноте. Но когда мужчина рассказал зеленоглазому о других существах, живущих в этом лесу, Келин сам начал прогонять Эриона с озера гораздо раньше, чтобы тот успевал вернуться домой. Человек на эти выпадки лишь смеялся, но послушно уходил: заставлять мелкого волноваться не хотелось. Спустя еще две недели нужные травы были собраны, но, даже рассказав об этом русалу, Эрион не перестал навещать того, приходя на озеро теперь с раннего утра и до середины дня проводя время в обществе хвостатого. Такими темпами прошел еще целый месяц. Келинейл совершенно перестал бояться Эриона, а тот в свою очередь начал проявлять по отношению к блондину какую-то трепетную заботу, словно о важном человеке. Впрочем, Келин уже успел занять большую часть его сердца, так что нет ничего странного в том, что это зеленоглазое создание хотелось защитить всеми силами. Также, оказалось, что русалочка – совсем не «мальчик», а уже даже совершеннолетний парень. Эта новость для Эриона была шокирующей, потому что прежде он был уверен, что общается почти что с ребенком! Но, как говорится, внешность обманчива. Наступила осень, и с началом каждого дня прохладнее становились ветра, прилетавшие с севера, шептавшие о скорой зиме. Замечая портившуюся погоду, Келин заметно грустил по теплому солнцу, и в то же время пугался такой смены. Со стороны казалось, что такое с ним впервые. Однажды Келин сказал, что, когда придет время, ему нужно будет уплыть на дно озера. Тот день, который будет последним перед тем, как поверхность воды покроется коркой льда, станет последней их с Эрионом встречей. Скрывая выступившие слезы, русалочка говорил, что увидятся они не раньше, чем сойдут снега, и лед расколется на озере. После того разговора ни один, ни второй к нему не возвращались. Теребить друг другу нервы хотелось меньше всего, поэтому оба старались развеселиться, как могли. Но осень уже вступила в свои права, и теперь оставалось только наблюдать...