Одна кровь - одно проклятье

      Мужчина сидел на крутом берегу реки перед холстом с кистью в руке. Он внимательно смотрел в отражающуюся на зеркальной глади воды колокольню, стоящую на противоположном берегу реки. Что-то в этом пейзаже притягивало его, но что… этого он понять не мог. Он поправил свои темные волосы, подстриженные под каре и, проведя пальцем руки по своим усам, продолжил наносить полосы краски, напевая себе под нос рифмованные строки. - Светает. Вот проглянула деревня, Дома, сады. Всё видно, всё светло. Вся в золоте сияет колокольня И блещет луч на стареньком заборе. Пленительно оборотилось всё Вниз головой, в серебряной воде: Забор, и дом, и садик в ней такие ж. Всё движется в серебряной воде…*       Течение реки было неспешным, как и движения художника. Небольшие волны нежно омывали наклонившиеся в воду травы. Ветер легко перебирал волосы мужчины, чего тот, казалось, совсем не замечал. Он был слишком увлечен своим творением. На голову художника неспешно опустился упавший лист, стоящей позади него липы. Мужчина осторожно положил кисть на край мольберта и с улыбкой снял его со своих волос. - И лес живой вот только не шумит.* Мужчина раскрутил листок в пальцах и после небольшой паузы, зажав его между зубами, продолжил переносить на полотно так полюбившуюся ему колокольню.       Чем плавнее были движения рук, тем спокойнее становились черты лица мужчины, казалось, что вот-вот, он найдет смысл жизни и раскроет все тайны человечества, но он просто писал. Он не знал зачем и для кого. Он просто хотел.       На мгновение он отвел руку с кистью в сторону и, наклонив голову, рассматривал итог своей работы. В этот самый момент ему на плечо опустилась чья-то рука. От неожиданности кисть выпала из руки художника и , запачкав черную штанину небесно-голубой краской, упала в траву.       Он раздраженно выдохнул и, смотря куда-то вдаль, тихо, но грозно произнес: «Левушка, дорогой мой, я не раз предупреждал тебя. Неужели ты не в состоянии понять, что не нужно подходить ко мне, когда я работаю. Пожалей мои нервы, они и так ни к черту». - Простите, Николай… я все время забываю про это. – молодой человек печально опустил голову и смотрел на травинки, которые ветром наклонило к земле около его ботинок. Мужчина, улыбаясь, выдохнул. - Ничего, Лева, ничего… Пойдем в дом, я думаю, скоро начнется гроза. – художник аккуратно снял недописанную картину с мольберта. – Будь добр, собери все остальное.       Юноша, не спеша, сложил кисти и палитру в небольшой чемоданчик художника. Небо тем временем начало заволакивать первыми несмелыми грозовыми тучками, которые стремились собраться в стайки.