Чёрный принц

Наполненная гудящей жизнью рощица полнилась различными звуками. Это был один из тех душных и жарких дней, когда хочется лениться и просто лежать на месте. Солнечный диск щедро жарил земли саванны, и в это время крупные хищники предпочитали прятаться от его лучей в тени. Самка леопарда остановилась на месте и повела носом. Правое ее ухо тревожно дернулось, в желтых глазах сузился зрачок. Благодаря внезапно подувшему ветру она ощутила чужое присутствие. Но теперь с подветренной стороны стояла сама леопард и понять, где находится незваный гость стало трудней. Её лапы утопали в высокой траве. Солнце припекало ей шкуру, и отдых под тенью дерева казался все желанней. Но нельзя было терять бдительность; самка леопарда с сожалением отказалась от отдыха и пригнулась к земле, слившись с желтой, словно выцветшей, травой. Помимо на секунду появившегося чужого запаха ей ноздри щекотал аромат свежей крови. Вероятно, это была недавно пойманная львенком зверушка. Она с усмешкой подумала, что тот неплохо учится, и навострила уши. Все ее внимание было сосредоточено на звуках, леопард ждала, когда ветер вновь принесет ей тот запах. Очень странный запах. Чужаков надо убивать. И она дождалась: легкий порыв пощекотал вибриссы большой кошки, и в то же мгновение леопард отскочила в сторону с оскаленной пастью, сверкая желтыми глазами в сторону невежды. Но когда она увидела его, то её глаза удивленно распахнулись, но в то же мгновение морда чуть сморщилась от усилившегося запаха. — Что ты творишь? — возмутился львенок, смотря на неё обиженными глазами. — Кажется, ты меня перепутала с кем-то. За несколько дней ты даже не запомнила мой запах? Самка леопарда ужаснулась от его вида; что это за пятна на всегда усердно вылизываемой ею шкурке?! Почему его морда тоже испачкана, а сам он выглядит так, будто извалялся в грязи и пришел показаться ей? Она подавила недовольный рык, рвущийся из груди, и просто фыркнула. — Я запомнила твой запах, но не этот. Где ты был? Львенок фыркнул в ответ и обошел её. Леопард проследила за ним взглядом. Казалось, что тот выглядел немного уязвленным. Еще раз поморщившись, она начала догадываться в чем дело и удивленно хмыкнула. Через ветку их акации было перекинуто мертвое тело. Взобравшийся туда раза с четвертого Иккинг изучал свою добычу странным взглядом. Леопард не спешила следовать за ним. — Ты отличный ученик. Львенок скривился. Он посмотрел вниз, на стоящую на земле кошку, что точно также подняла голову, смотря на него. — Прекрати смеяться надо мной. Её желтые глаза подозрительно блестели. — Я не смеюсь над тобой. — Но ситуация тебя забавляет, не так ли? — Конечно, — легко согласилась самка леопарда, — Когда бы я ещё увидела льва, что измазался в чужих испражнениях ради того, чтобы поймать себе обед? Иккинг рыкнул. — Сама же знаешь, для чего это делается. Прекрати насмехаться надо мной! Но леопард ответила: — Я не насмехаюсь. Я недовольна. — … — Иди смой всё это в воде, — спокойно сказала она, легко взбираясь на дерево. Иккинг не желал отдавать ей свою добычу, с таким трудом пойманную. Он был уверен, что та приступит к трапезе, едва он отступит. За это время он успел немного узнать эту кошку, и в её характере было не делать ничего открыто. — Когда я вернусь, ты уже всё съешь. Леопард посмотрела на него странным взглядом. — Может быть, тебе останется, — не стала отрицать она. В ее голосе ему чудилась насмешка, и Иккинг нахмурился, понимая, что подобный исход будет маловероятен. Но его переполняло негодование. Все его усилия оказались тщетны, раз эта наглая кошка теперь съест его еду одна! Но все же он послушался. По пути ручью, протекавшему недалеко, в неглубоком овраге, лев-подросток мысленно ругал свою наставницу. Да-да, именно наставницу, так она сказала ему называть её, когда приступила к обучению. Иккингу это не особо пришлось по вкусу, так как это слово напоминало ему о прошлом наставнике и брошенном им прайде. Его темная окраска выделяла своего обладателя, и находящиеся неподалеку звери удивленно рассматривали странное существо. Иккинг вспомнил, как они шарахались от него поначалу, так что, судя по их спокойной реакции, они уже привыкли. Расположившиеся справа антилопы лишь настороженно повернули головы в его сторону, не спеша мчатся прочь. Они видели, что недавно тот поймал себе еду, и понимали, что сегодня хищник больше охотиться не будет, так как не в привычке больших кошек убивать больше нужного. Но все равно звери были настороже, пощипывая траву, когда рядом проходил Иккинг. Тот был в дурном настроении. Дернувшись в их сторону, он оскалился, и из его пасти вырвался грозный рык, подобный короткому раскату грома, заставивший антилоп в панике рвануть от него. Из-под их копыт летели комья земли и травы, некоторые даже попали ему на ухмыляющуюся морду. Как легкое развлечение могло снова запачкать его? Что за день сегодня такой? Ухмылка сползла с лица Иккинга, он мрачно поплелся дальше. Когда он освежился и смыл с себя землю и чужой навоз, то сразу почувствовал, как стало лучше. Ну и что, что его добычу уже могла съесть наставница? Он вполне способен добыть еще — недавняя удача придала ему уверенности в себе, и он чувствовал, что может поймать даже шуструю антилопу. Обратно он возвращался уже более охотно. И для него было неожиданно услышать звуки битвы. ******** В мире, где сильный пожирал слабого, часто случалось такое, когда территорию хищников захватывают более сильные хищники. Самка леопарда, наставница Иккинга, могла считаться чрезвычайно сильной кошкой. За все эти года никто не смог пошатнуть ее авторитет, и эти обширные земли по праву принадлежали ей. Многие молодые кошки пытались оспорить ее права и завоевать огромную территорию с центром в виде прекрасной рощи, но ни у одной не вышло; самка леопарда все также оставалась неизменной хозяйкой своих владений. Казалось, не найдется того, кто смог бы это изменить. Ее жизнь была спокойна и размеренна и даже с появлением в ней брошенного львенка почти ничего не изменилось; лишь стало интересней, особенно когда тот пытался казаться взрослым и безуспешно противостоять ей. Это ее забавляло. Но сейчас самка леопарда стояла на земле перед тем, чей запах ранее приняла за запах Иккинга; чужачка смотрела на неё наглыми глазами цвета спелого манго. За ее спиной валялась туша убитого львенком зверя; когда запрыгнувшая на ветку к наставнице чужачка атаковала кошку, в пылу разгоревшейся битвы обед с хрустом шмякнулся прямо вниз. — Могу предложить тебе сразу исчезнуть из моих будущих владений, — дерзко произнесла чужачка, — хочу потратить время с пользой и осмотреть их, вместо того чтобы выпроваживать тебя. Чужая самка леопарда была молода и горяча, в ее глазах горел необузданный огонь, способный обжечь в любое мгновение. Её гладкая шерсть имела характерные для леопардов темные кольца, и выглядела чужачка намного младше своей оппонентки. Но последняя пусть и была старше, но при этом ее фигура была благородна, каждое движение — воистину грациозно, а взгляд сохранял царственность. Она действительно выглядела как истинная царица этих мест в отличие от пышущей нетерпением молодой кошки. Её тон был спокоен и отличен от того, каким она обычно обращалась к Иккингу: — Я принимаю вызов. Ее противница фыркнула, не впечатлившись. — Ты такая скучная. И вид у тебя знакомый. Я тебя раньше встречала? — Впервые тебя вижу. В ином случае я бы запомнила такую необычную особу. В глазах молодой кошки промелькнуло сомнение, но все же она кивнула. Ее желание поскорей получить владения пересилило любопытство. — Тогда начнем. Прибежавший на шум Иккинг узрел уже сцепившихся кошек. Секундным порывом его было вмешаться, тем более чужачка была едва ли больше его по размерам и возраста одного, однако в этот момент его заметила наставница, дернувшаяся в сторону, и предостерегающе прорычала: — Не лезь! Если он ослушается и влезет, то нанесет удар по гордости самки леопарда. Это было не в его правилах. Иккинг успокоил разум и лег неподалеку, наблюдая за тем, как отвлекшуюся на него большую кошку валят на землю. Молодая кошка издала торжествующий рык и несколькими ударами правой лапой нанесла оппонентке закровоточавшие ручейками царапины на морде. Те пересекли правый глаз; взрослая кошка взревела от боли и задними лапами откинула противницу. Наступила секундная передышка. Обе самки леопарда тяжело дышали, смотря друг на друга с огнем в глазах. Взрослая кошка стояла боком; кровь из царапин затуманивала ей глаз, отчего та нервно моргала им. Молодая кошка тоже пострадала: до того, как она нанесла свои удары, ее соперница прокусила ей лапу. Клыки взрослой кошки были на порядок острей и мощней, и ее младшей оппонентке приходилось подгибать раненую лапу. Несмотря на это та скалила пасть в безбашенной улыбке. — Теперь я точно уверена, что встречала тебя раньше. На морде взрослой самки леопарда сохранялось спокойное выражение, однако ее глаз, не замутненный кровью, подозрительно прищурился. Нервно следящий за схваткой Иккинг отметил, как та на мгновение удивленно распахнула его. — И тот львенок, — насмешливо продолжала молодая кошка, отдышавшись, — кажется, я правильно поняла, что- Иккинг напрягся, увидев направленный на него взгляд. Не дав ей продолжить, самка леопарда мгновенное набросилась на ту, словно желая заткнуть. Молодая кошка будто предугадала это; за мгновение до соприкосновения с чужой лапой она отпрыгнула в сторону, пройдя несколько шажков по инерции и с той же насмешкой над попытками ее заткнуть продолжив свои слова: — Теперь ты за ним присматриваешь, Мазози? Иккинг ничего не понимал, слушая их разговор. Его наставница взбесилась и зарычала: — Заткнись и дерись! Прекрати использовать свои трюки. Она в молниеносном прыжке накинулась и опрокинула молодую кошку на землю; ее спина выглядывала из высокой густой травы. Иккинг мог видеть её острые плечи и напряженно дышащие бока. Когда взрослая кошка накинулась на молодую, последняя даже не сопротивлялась. Нагло смотря в блестящие яростью желтые глаза Мазози, она, словно ни чуточки ее не боясь, пропела: — Так хорошо знаешь все мои уловки. Ты же точно Мазози, так почему встречаешь меня, свою любимую младшую сестренку, таким образом? — Достаточно того, что ты пришла захватить мои владения? — резко отозвалась Мазози. — Я же не знала, что ими правишь ты, — невинно отозвалась младшая, — но для младшей сестренки могла бы и сделать исключение. Так нет же, ты сразу бросаешься в драку. Что за чушь та несет? Разве не она первая бросила вызов? Иккинг пребывал в полнейшем шоке, однако его любопытство заставляло следить за событиями дальше. Он даже пожалел, что его еда так далеко от него; так бы он мог и есть, и наслаждаться зрелищем. Тем временем взрослая кошка не спешила расправляться с наглой соперницей и только холодно сказала: — Будь это раньше, то я бы возможно и поделилась. Но не после случившегося. Выметайся. Она освободила ту, слезая и смотря сверху вниз. Ее привычной самообладание вернулось к ней. Молодая кошка выглядела недовольной; поднявшись на лапы и подгибая одну, она раздраженно сказала: — Теперь ты променяла меня на него. Мазози, почему ты вечно причиняешь мне боль? Её слова были странными, и они вызвали не менее странные эмоции, промелькнувшие в глазах Мазози. Та нахмурилась и через несколько секунд твердо произнесла: — Уходи. Молодая кошка попыталась скрыть чувства в своих глазах, она скрипнула клыками. Взрослая самка леопарда еще некоторое время смотрела на нее, будто бы о чем-то размышляя. Наконец, она отвернулась и направилась в сторону Иккинга. Тот поднялся на лапы, ожидая ее. Но когда лев-подросток заглянул леопарду за спину, то предостерегающе воскликнул: — Сзади! Одного этого было достаточно, чтобы обладающая хорошей реакцией кошка мгновенно ушла с линии атаки. В итоге молодая самка леопарда промахнулась и повалилась прямо на льва, придавив того спиной к земле и упершись лапами ему в поросшую полосой гривы грудь. В ее глазах мелькнуло недовольство; однако посчитав, что и этот дохляк сойдет, кошка быстро наклонила голову и схватила того за шею, резко прокусив шкуру до крови. Лев дернулся под нею, издавая протяжный гулкий рык, перешедший в громкий рев, стряхнул с себя кошку. Та пролетела немного и упала на бок, её морда выражала ярость. Пусть Иккинг и был молод и при этом чуть крепче чужачки, та умудрилась прокусить его шкуру, а укус оставил болезненное колющее ощущение, словно множество игл кактуса впились в шею. Иккинг мотнул головой, фыркнув. — Почему ты атакуешь его, а не меня, хозяйку этих земель? — холодно спросила самка леопарда. Она встала перед львенком, словно желая оградить того. Приподнявшись на лапах, он выглянул из-за ее благородной фигуры и увидел раздраженную и раздосадованную неудачей и поражением чужачку. Почему-то на мгновение Иккинг почувствовал себя в безопасности, но тут же отбросил эти мысли, дав себе в мыслях пощечину. Молодая самка леопарда чуть приблизилась; на ней играли солнечные лучи, делая каждую шерстинку сверкающей и искрящейся огненными всполохами. Каждый ее шаг был мягок, изящное тело словно скользило по песочным волнам травы. Фигура молодой кошки источала живость, ярость и красоту, ее глаза имели острое выражение, словно когти, и ими она могла разрезать противника едва взглянув. Но чуть дольше посмотрев в них, Иккинг отметил для себя, что в них было что-то странное, когда молодая кошка смотрела на Мазози. Он нахмурился, готовый к новому нападению — Ты всегда была жестока, — зло рыкнула та, останавливаясь в двух метрах, — жестока со мной. Теперь этот паршивец — тот, кого ты охраняешь. Но про меня ты опять забыла! — Убирайся с моих земель, или я не гарантирую, что смогу контролировать себя. Ты уже проиграла. Молодая кошка зло рассмеялась, на мгновение отвернувшись. Повернувшись к Мазози лицом, она с наполовину горькой, наполовину безумной ухмылкой. Она поддалась вперед. — Не так я представляла себе нашу встречу. Но ты как всегда на высоте! Чего еще можно ожидать от безупречной Мазози. А знаешь, — ее голос был то тих, то возрастал, — после всего это я еще больше хочу остаться здесь. Все же столько лет не виделась со старшей сестрицей, нам нужно это поскорей наверстать, не так ли?! Ха-хахаха… Молодая кошка неожиданно сорвалась с места, словно спущенная с тетивы стрела. Никто даже моргнуть глазом не успел, как та двумя огромными прыжками оказалась у дерева и ловко взобралась на него, скрываясь в его ветвях. Сверху посыпались листья, знаменующие ее перемещение. Иккинг видел, как та удаляется все дальше и дальше, а его наставница стоит перед ним застывшая. Лев-подросток вздохнул. Что за ненормальная кошка? Он обошел взрослую кошку и, встав перед ней, обратился со словами: — Наставница, ты не собираешься её... Свои последующие слова он проглотил, ошеломленно смотря перед собой. Глаза самки леопарда затуманились. По её левой щеке катилась сверкающая капелька.