If You'll Show Me Yours

Тони осторожно откладывает очки на стол и с силой трёт глаза, пытаясь хоть как-то прийти в себя. Он наконец-то закончил подготовку вопросов для итогового зачёта, и как раз вовремя, потому что из-за дикой усталости он уже был готов всем автомат поставить, лишь бы не видеть больше метровые кипы бумаг на столе. Он откидывается на спинку стула, с болезненным вздохом массируя плечо, которое намертво затекло ещё часа два назад, и пытается вспомнить, почему до сих пор любит свою работу. Тони перемещается на диван, с удовольствием вытягивая ноги, и с лёгкой улыбкой включает ноутбук. Он вводит знакомый запрос и расслабленно выдыхает, когда сайт приветствует его главной страницей. В меню он выбирает нужные категории и — вуаля — на странице появляется несколько сотен фотографий, которые сменяются новыми в режиме эдакого слайд-шоу. Тони узнаёт некоторые псевдонимы и уже собирается кликнуть на один из них, когда его внимание привлекает фото в углу экрана. То, что было всего лишь фотографией гладкой подкачанной спины, сменилось на изображение, от которого у Тони рот наполняется слюной. Аккуратный розовый член и белые кружевные трусики. Это закрытый показ, который, судя по всему, только начинается, и Тони без единого сомнения нажимает на ссылку, даже не глядя, сколько стоит минута просмотра, потому что прямо сейчас? Ему плевать. Видео грузится всего секунду, но за это время мальчик успевает повернуться к камере спиной, демонстрируя симпатичный бантик на попке и сквозь бельё потирая себя рукой между ягодиц, и Тони не может сдержать стона. Тони задерживает дыхание, когда парень скользит рукой под кружева, играясь со своей задницей. Он слегка наклоняется и сдвигает трусики чуть ниже, открывая лучший обзор, выставляя напоказ свою гладкую узкую дырочку. Парень оттягивает ягодицу двумя пальцами, и Тони со стоном сжимает набухший стояк сквозь штаны. — Привет всем! — из динамиков раздаётся жизнерадостное приветствие, и мальчик на мгновение наклоняется к клавиатуре, чтобы закрыть показ для всех, кроме уже присутствующих. Чат в углу экрана взрывается пошлыми комментариями, но он лишь молча отстраняется и начинает медленно дрочить, снова и снова проводя большим пальцем по головке члена. Тони заставляет себя оторваться от экрана и спешно стаскивает штаны, чтобы быть готовым, когда начнётся настоящее шоу. Так и оставив одежду лежать на полу мятой кучей, он падает обратно на диван и с оттяжкой проводит ладонью по члену, улыбаясь, когда замечает всплывшие иконки, намекающие, что этот мальчик проводит и частные сессии, причем за цену, которая кажется Тони более чем разумной. — Я смотрю, с нами сегодня несколько новеньких, — мальчик отступает на шаг от компьютера и присаживается на краешек кровати, застенчиво улыбаясь в камеру. Тони ошарашенно замирает, разглядывая его лицо, и резко захлопывает ноутбук, отшвыривая его от себя, словно он внезапно загорелся или начал плеваться ядом. Вот. Же. Блядь. Он знает этого пацана. Этот пацан — один из его студентов. Он, блядь, его студент. Примерный, кроткий девятнадцатилетний студент. Тони нервно пробегается рукой по волосам, судорожно пытаясь понять, что ему теперь делать. До тех пор пока он будет оставаться профессионалом в колледже, Питер не узнает, что он смотрел его показ, так? До тех пор пока он будет придерживаться анонимности в чате, всё должно быть в порядке. По крайней мере, это то, чем успокаивает себя Тони, когда подбирает ноутбук и снова включает его. На экране вспыхивает картинка. Пока Тони был в отключке, Питер успел стащить трусики до конца, обнажив небольшой член, и теперь неспешно поглаживал его, одновременно беседуя со своими зрителями. — Добро пожаловать обратно, ЖелезныйЧеловек. Я тебя потерял на секунду, — Питер улыбается, заметив оповещение, что Тони вернулся, и мужчина испытывает иррациональную необходимость оправдаться. ЖелезныйЧеловек: Прости, компьютер завис. Питер только улыбается, едва заметно прикусывая губу, и Тони снова обхватывает рукой член, только теперь он не может не испытывать угрызения совести за то, что ему нравится происходящее на экране. — Так, что бы вам хотелось сегодня увидеть? — Питер размеренно гладит себя, с лёгкой улыбкой наблюдая, как чат со скоростью света выстреливает новые и новые предложения, от обычной дрочки до куда более интересных вещей. Зрителей не так много, Тони насчитывает около десяти ников, но они со знанием дела расписывают всё, что хотели бы сделать с Питером. Очевидно, многие из них его постоянные зрители, потому что в чате частенько звучат отсылки к тому, что им больше всего понравилось в его прошлых сессиях. Тони хочет увидеть всё, что они предлагают, поэтому сам ничего не пишет, только старается не залить слюнями клавиатуру. До тех пор пока Питер сам к нему не обращается. — Ты какой-то слишком молчаливый, ЖелезныйЧеловек, — он быстро облизывает губы. — Чего бы тебе хотелось? Может, это потому что он новенький и Питер хочет убедиться, что ему всё понравится и он вернётся снова, или, может, Вселенная просто хочет его смерти. В любом случае, Тони кладёт пальцы на клавиатуру, даже не успев хорошенько подумать над тем, что напишет. ЖелезныйЧеловек: Хочу видеть, как ты раскрываешь себя пальцами. Питер ухмыляется и разворачивается спиной к камере. Он начинает стаскивать с себя трусы, но Тони снова печатает. ЖелезныйЧеловек: Оставь бельё. — Да, сэр, — Питер улыбается шире, когда натягивает трусики обратно. Он наклоняется вперёд, ложась плечами на кровать, оттопыривая задницу к камере, и блядь, Тони едва не кончает, когда Питер шепчет «сэр», обращаясь к нему. Питер проскальзывает пальцами под кружева, массируя кожу вокруг дырочки. — Так тебе нравится? — дразнит он, когда кончик пальца проникает внутрь. Обзор немного затруднён полупрозрачной тканью, но, чёрт возьми, да, Тони очень нравится. ЖелезныйЧеловек: Да. Мальчик выгибается и сладко стонет, когда палец входит в него целиком. Он замирает так на мгновение и начинает медленно покачиваться, насаживаясь на палец снова и снова. Второй рукой пробегает по яйцам и, прохныкав что-то, сдвигает трусики набок, высвобождая мошонку из неудобного белья. Тони прикипает к ней взглядом, потому что — боже — он никогда не видел таких симпатичных яичек, да он и представить не мог, но Питер мягкий, нежный, гладкий, и, блядь, идеальный, и Тони хочет его вылизать. Питер проводит так ещё пару мгновений, осторожно потирая себя и двигая рукой между бедер, разрабатывая задницу — по сути, откровенно дразня своих зрителей, а затем садится поудобнее и вытаскивает из-под подушки флакон со смазкой. Тонкие пальчики шустро выдавливают смазку, и Питер снова становится на колени, только на этот раз не ложится, а стоя заводит руку за спину и, минуя невинный, но такой блядский бантик, вводит в себя два пальца. Он тихо, жалобно скулит и осторожно двигает рукой, одновременно разворачиваясь торсом к зрителям, чтобы они видели, как он щиплет покрасневший сосок, как, тяжело дыша, снова и снова пробегается язычком по губам, и освещение достаточно яркое, чтобы Тони мог рассмотреть лихорадочный румянец на его щеках и шее. Питер опускает руку вниз и начинает несдержанно вбиваться в ладонь. Он громко протяжно стонет, когда вдруг останавливается и вытаскивает пальцы из задницы, разводя ими ягодицы. Мальчик смущенно опускает глаза и оттопыривает попку, показывая, как он раскрыт. Тони быстро дрочит себе, не отрывая взгляда от сжимающейся дырочки, представляя, как было бы охуенно кончить Питеру на задницу, размазать членом сперму по коже и снова вставить ему, трахая его до тех пор, пока он не станет настолько чувствительным, что не сможет выдержать большего. Когда Питер немного сдвигается на экране, Тони разочарованно стонет, недовольный видом, однако Питер быстро исправляется, и Тони стонет снова, уже от возбуждения, потому что мальчик возвращается в кадр с длинным, толстым дилдо в руках. Он лижет игрушку у основания, прежде чем прикрепить её к боковой панели стола. Питер поднимает взгляд на камеру и с лёгкой улыбкой целует головку, и, блядь, это идеальный ракурс, чтобы Тони мог представить, что Питер отсасывает ему, а не опускается ртом на силиконовый член персикового цвета. Тони размазывает капли предэякулята по члену, пристально наблюдая, как Питер вбирает игрушку на всю длину, прикрывая глаза. Он опускается до конца, и его рот пропадает с экрана. Когда Питер отстраняется, дилдо блестит от слюны, и когда мальчик замечает неполадку и настраивает камеру, Тони отмечает, какой этот игрушечный член на самом деле большой. Он быстрее двигает рукой по члену, пока Питер на экране снова заглатывает игрушку, медленно скользя губами до основания. Он ни разу не давится, и Тони впечатлён не меньше, чем возбуждён. Дилдо с пошлым звуком выскальзывает изо рта Питера, и тот рукой оттягивает его в стоячее положение так, чтобы он лёг ему прямо на лицо. Тяжело дыша, он возит членом по щеке, размазывая свою слюну по коже. — Хочешь меня трахнуть? — спрашивает Питер, глядя прямо в камеру. Его глаза тёмные, почти целиком затопленные зрачком, щеки и уши горят алым, губы влажные и припухшие, и… он выглядит слишком прекрасно, чтобы быть реальным. Сообщения в чате с бешеной скоростью сменяют одно другое, и Тони не может не присоединиться, потому что мальчик заслужил похвалу. И потому что да, он хочет трахнуть Питера. ЖелезныйЧеловек: Больше всего на свете. Питер приближается к камере и быстренько настраивает зум, чтобы они могли видеть большую часть его комнаты, и, Иисусе, его учебник по физике лежит прямо посреди стола, словно Тони нужно напоминание, что он дрочит на своего блядского студента. Но Питер не даёт ему погрузиться в самобичевание, он снова меняет угол камеры, а затем немного приспускает трусы, чтобы зрителям было лучше видно, как дилдо мажет влажным концом по растянутой дырочке. Он добавляет ещё немного смазки и подаётся назад; игрушечный член скользит между ягодиц, пачкая смазкой нежную кожу. Питер направляет его ладонью и снова толкается назад. Питер всё ещё узкий, и член входит медленно. Он оттягивает руками ягодицы в разные стороны, и Тони видит каждый миллиметр, входящий в мальчика, каждую вибрацию и дрожь, словно заряд электричества прошивающие его тело, и сильнее сжимает руку на почти болезненном стояке, представляя, какой узкой должна ощущаться эта идеальная задница на экране. Питер выгибает спину, когда насаживается до основания, и хватает широко открытым ртом воздух от ощущения наполненности. Он так и замирает с членом глубоко в заднице и начинает двигать бёдрами по кругу, издавая совершенно бесстыдный стон и судорожно, до побелевших костяшек хватаясь за край стола. — Как же хорошо ощущать тебя внутри, — он оборачивается через плечо к камере. — Такой большой, — выстанывает он и резко двигает бёдрами, почти полностью снимаясь с члена и быстро подаваясь назад, шлепая яйцами о поверхность стола. — Бля… — его ругательство перетекает в хныканье, и когда он запрокидывает голову, на его ресницах можно рассмотреть капельки слез. Тони не может оторвать глаз от того, как Питер трахает себя игрушкой, выстанывая грязные, бесстыжие вещи и, похоже, совсем потерявшись в реальности. Дольше он не продержится. — Хочу, чтобы ты кончил в меня, — скулит Питер и снова цепляется за стол, из-за чего дрожит камера, а вместе с ней и изображение на экране. — Пожалуйста, кончи в меня. ЖелезныйЧеловек: Назови меня папочкой. Питер заводит руку за спину, чтобы открепить дилдо от стола, и натягивает трусики на место. Они оттопыриваются, напоминая, что игрушка всё ещё внутри мальчика. Питер берёт камеру, и Тони думает, что его сообщение, очевидно, не заметили. Питер падает на кровать, одной рукой поднимая над собой камеру, а другой залезая под бельё и обхватывая член. — Я больше не могу, — хнычет Питер, быстро дроча себе, и Тони не может оторвать взгляда от раскрасневшейся, тяжело вздымающейся груди. — Пожалуйста, можно мне кончить? — чат взрывается сообщениями, и Питер молит снова, — пожалуйста, папочка? Тони мгновенно накрывает оргазм, он не успевает даже подумать о том, что было бы неплохо отстраниться от ноутбука, и кончает прямо на клавиатуру и экран. На Питера. Питер кончает, когда Тони отходит от послеоргазменных спазмов и начинает стирать сперму с экрана прямо рукавом рабочей рубашки. Мальчик придвигает камеру к своему члену, показывая, как на кружевах расползается влажное пятно и сперма просачивается сквозь ткань. Закончив, Питер подносит камеру к лицу, и если бы Тони только что не кончил, этот вид заставил бы его это сделать. — Надеюсь вам, ребята, всё понравилось, — он говорит с одышкой, и его голос немного хрипит, когда он встает с кровати и становится напротив стола, застенчиво закусив губу, обращаясь к зрителям. — Увидимся в следующую среду. Аукцион на частные сессии уже начался, так что если хотите этого, — он мажет пальцем по влажным трусикам, — делайте ваши ставки. Тони наблюдает, как ставки поднимаются всё выше и выше, но единственное число, на котором он сфокусирован — это «2» в углу экрана. Две оставшиеся частные сессии, которые Питер готов провести в ближайшее время, и Тони поспешно кликает на них, не задумываясь о цене, заботясь лишь о том, чтобы никто не купил их раньше него. Не проходит и пары минут, как ему приходит новое личное сообщение. Вундеркинд: Тебе было хорошо, папочка? Тони стонет. И как после этого он будет смотреть Питеру в глаза? ЖелезныйЧеловек: Ты даже не представляешь. Вундеркинд: Рад это слышать. Не могу дождаться нашей частной сессии. Питер присылает ему ссылку на своё расписание, чтобы Тони мог выбрать время, которое было бы удобно им обоим. Он выбирает вечер понедельника, ближайшее доступное время, и у него серьёзные проблемы с самовнушением, потому что ему отчего-то никак не удается убедить себя в том, что он совсем не в отчаянии. Вундеркинд: Будут какие-нибудь особые пожелания? ЖелезныйЧеловек: Хочу, чтобы ты кое-что надел. Прислать это тебе? Вундеркинд: Конечно. А мне можно узнать, что это такое, или это сюрприз? ЖелезныйЧеловек: Увидишь, когда посылку доставят. У Тони уже открыта ссылка в браузере, где он ищет нужную вещь. И когда находит, выбирает экспресс-доставку, даже несмотря на то что она почти в два раза дороже самой покупки.