Ferret in My Shoe

День прошел в абсолютном безделье. Малфой несколько раз дал понять, что ему скучно. Он намеренно доставал Гарри, пытаясь вывести его из себя. В какой-то момент ему все-таки пришлось успокоиться, потому что «иначе, Малфой, я запру тебя в чертовой клетке». Зверек недовольно глянул на него, но вернулся на кровать и со всей своей гордостью улегся спать. Гарри только вздохнул, повернувшись к окну. Вечером того же дня кое-что произошло. Хотя сам Гарри предпочел бы и дальше умирать от скуки. Внезапно дверь его комнаты распахнулась с такой силой, что ударилась о стену. Гарри подскочил и едва не свалился со стула. Малфой, подорвавшись, шмыгнул под подушку — теперь это его убежище. Гарри обернулся. Он скорее ожидал увидеть на пороге дядю, но никак не Дадли со злобной ухмылкой на лице. — Эй, Поттер, что ты сделал с моим хорьком? Гарри моргнул, приподнял брови в удивлении. — Дадли, ты что… пьян? — спросил он. Как его кузен вообще решился вернуться домой в таком состоянии? Глаза Дадли сузились, он хмуро глянул на Гарри. — Нет, я не пьян. Гарри принюхался, поморщился, чувствуя неприятный запах. — Ну, так и есть. От тебя несет алкоголем и сигаретами. — Заткнись! — резко ответил Дадли. Неровной походкой он приблизился к Гарри и схватил его за ворот футболки. Поттер уперся взглядом в кузена, отрывая от себя его руку. — Так где он? — Умер, — спокойно ответил Гарри. — Ты заморил его голодом, и он умер. А теперь уйди. Малфой наблюдал за происходящим из своего укрытия. Он мог с уверенностью сказать, что еще никогда не слышал, чтобы голос Поттера звучал настолько опасно. А ведь их вражда длится уже достаточно долго. Странно, что его ненависть к семье намного больше, чем к врагу. Драко впервые понял, что все его представления о Поттере можно забыть. Получается, его зависть все эти годы не имела никакого смысла? — И почему я должен? — с издевкой произнес Дадли. — Давно мы с тобой не болтали, а? — А давай мы еще столько же не будем этого делать? Боюсь перегружать твой мозг, если там от него что-то, конечно, осталось, — ответил Гарри. Судя по голосу, тот даже развлекался. Малфой закатил глаза — гриффиндорец, что с него взять. Оказывается, Поттер может получать удовольствие, доставая кого-то. Дадли зло взглянул на него, занес руку, видимо желая ударить. Глаза Гарри сузились. — На твоем месте я бы не стал. — Почему это? — Дадли определенно не видел никакой угрозы в его словах. — Ну, мы же не хотим, — начал Гарри так, будто объясняет какую-то элементарную вещь маленькому ребенку, — чтобы твои родители узнали, где ты на самом деле шастаешь. Ну, пока они думают, что ты гоняешь чаи с друзьями. — Они не поверят тебе, — прорычал Дадли, и голос его сквозил уверенностью. Гарри усмехнулся. — Разве что, когда увидят, в каком состоянии ты заявился домой, — пожал плечами Поттер. Глаза Дадли расширились. Он долго смотрел на Гарри, только больше раздражаясь от уверенности в зеленых глазах. — Ладно, — наконец выдал он.- Но не думай, что так же легко отделаешься и в следующий раз. Малфой поежился — улыбка Поттера даже ему казалась пугающей.

*** *** ***

Вся следующая неделя прошла подобным образом (не считая, правда, случая с Дадли). А именно — в скуке. Иногда Гарри отправлял Малфоя на кухню. И на четвертый день того едва не поймали, поэтому хорек вернулся ни с чем. И именно в этот день Драко понял, что Гарри все это время вообще ничего не ел. Да и выглядел гриффиндорец слишком худым, а спать стал только больше. На следующий день хорек стащил два куска хлеба. Вернувшись в комнату, оставил один на кровати, со вторым забрался на стол. У Поттера выработалась привычка спать за столом. Малфой положил хлеб на стол, цапнул брюнета за ухо. Темная голова резко поднялась. Мальчик огляделся, заметил хорька, кусок хлеба, слегка нахмурился. — Это для меня? — сипло спросил он. Малфой кивнул, уселся напротив его лица. Гарри слабо улыбнулся, потянулся к нему рукой, зарылся пальцами в светлый мех. — Спасибо, — свободной рукой он потянулся к хлебу, откусил кусочек.- Знаешь, смотря на тебя такого, даже и не представишь, кто ты на самом деле. Должно быть… нравится видеть меня таким? Когда еще у тебя будет возможность увидеть, как я страдаю в, вроде как, собственном доме? — Он тяжело вздохнул, взглянул на Малфоя. Гарри почувствовал несильный укус на пальце. Хорек сверкнул своими маленькими глазками, прежде чем зализать место укуса. Брюнет нахмурился. Хорек же спрыгнул на пол и взобрался на кровать, принимаясь за свой кусок.

*** *** ***

Утром в конце недели раздался стук в дверь. Это была Петунья. Громкие удары разбудили мальчика и хорька. Гарри пришлось подняться с кровати и подойти к двери; Малфой же продолжил спать. — Поднимайся, — послышался голос Петуньи с той стороны двери, — время твоего наказания истекло. А теперь иди и приготовь завтрак.- И, не дожидаясь ответа, она ушла. Гарри вздохнул, закатил глаза. Он, как и обычно, решил все возмущения оставить при себе и поплелся одеваться. Мальчик почувствовал слабость в ногах. Прежде чем уйти, он совершенно неосознанно погладил спящего хорька. Прошел еще месяц. Гарри только прибавилось хлопот. Петунья заставляла его работать в саду. А вот дядя практически не трогал его, но едва ли от этого было легче. Взгляд Дадли, кажется, преследовал его везде, где только можно. Более или менее нормально поговорить мальчик мог только с Малфоем. Возможности общаться с друзьями у Гарри не было. Он уже давно не получал от них писем. — Интересно, почему они не пишут мне? — однажды вслух спросил он, разглядывая однотипные дома за окном. Малфой недовольно фыркнул. — Да, да, я знаю, что ты о них думаешь. Но вдруг… они больше не хотят со мной дружить… это опасно и даже хлопотно… Думаю, я сам не захотел бы быть себе другом, — со вздохом закончил он, заваливаясь на кровать. Это был не первый раз, когда Малфой проявил к нему что-то кроме ненависти. Он куснул мальчика за руку, брюнет воспринял это, как наказание за свои слова, затем зализал место укуса. Хорек свернулся у него под боком, и Гарри уснул с едва заметной улыбкой на лице.

*** *** ***

Это произошло за неделю до дня рождения Гарри. Малфой внимательно наблюдал за ним все это время и мог с уверенностью сказать — он истощен. Поттер часто возвращался в комнату жутко уставшим, валился на кровать и отключался до самого утра. На этой неделе Гарри чувствовал себя особенно плохо. Первые два дня Малфой не придавал этому значения, думая, что брюнет просто переутомился. Затем у того появился кашель — хриплый и совершенно точно нездоровый. А к концу недели у Поттера поднялась температура. Ночь в его день рождения оказалась хуже всех предыдущих. Вечером Гарри вошел в комнату, сказал, слабо улыбнувшись: — Уже сегодня я смогу помочь тебе, — он усмехнулся, плюхнулся на кровать.- Наконец-то, я стану совершеннолетним. Я очень долго этого ждал, — задумчиво пробормотал он и взглянул на хорька. — Ты уже совершеннолетний, да? Я не поздравлял тебя… Это… пятого июня, да? — Он замолк, отвел взгляд, а через пару секунд уже спал. Определенно, это было какой-то его особой способностью — засыпать так быстро. Малфой с минуту сидел и разглядывал его лицо. Резко замотал головой, отгоняя внезапно появившиеся нелепые мысли, и свернулся на подушке рядом с Гарри. В половину двенадцатого ночи, когда гриффиндорец проснулся, определенно началось что-то странное. Он сел, застонал от резкой боли в голове. Почувствовал на себе серьезный взгляд Малфоя. — Я за таблеткой, — пробормотал он, встал с кровати и направился в ванную. Удивился, когда хорек запрыгнул ему на плечо. Хотел было уже задать вопрос, но вспомнил, что это бесполезно — ответа он все равно не получит. Гарри добрался до ванной, достал из шкафчика упаковку обезболивающего и бутылку воды. Закинул в себя сразу две таблетки, запил и убрал все на место. — Что это, как думаешь? — спросил он, опираясь на раковину. — Обычно я не болею… Ну, если только зимой. — Гарри нахмурился, взглянув на хорька. — Может, это как-то связано с моим совершеннолетием? В смысле, я не слышал о таком, конечно, но я еще много чего не знаю о магическом мире. Малфой мотнул головой. Он тоже не знал ни о чем таком. Но «Гарри Поттер» — уже своего рода диагноз, поэтому тут возможно все. Этот парень, кажется, был особенным едва ли не во всем. Драко не мог ответить словами, он только обвился вокруг шеи мальчика. Удивительно, но это уже успело стать привычным для них обоих. Гарри вернулся в свою комнату. Головная боль немного утихла. Он глянул на улицу — небо было ярче обычного. — Сегодня красивая луна… — рассеянно пробормотал он. Малфой мог только согласно кивнуть. Оставалось каких-то десять минут до двенадцати. Гарри присел на кровать, хорек спустился с его плеч, устраиваясь рядом с ним на постели. Драко не был уверен, привык ли он лежать вот так, рядом с Поттером, но это было… приятно. Гарри коротко рассмеялся. — Давай уже покончим с этим. Находиться рядом с молчаливым Малфоем было приятно, — он замолчал, а после совсем тихо добавил: — Больше я не смогу погладить тебя. Малфой смотрел недоверчиво. — Спасибо. Взгляд хорька изменился, в нем явно читался вопрос: «За что?». Гарри отвел взгляд. — Ну, у тебя, конечно, не было особого выбора. Но ты провел все это время со мной. Странно говорить такое тебе, но я бы сошел с ума, сидя тут в одиночестве, — быстро проговорил он и взглянул на часы, прежде чем вскочил с места. — Наконец-то! — по-детски радостно воскликнул он. Малфой мысленно улыбнулся. Оказывается, Поттер, на самом деле, был очень даже интересным. Гарри наклонился, полез за чем-то под кровать. Хорек с любопытством наблюдал за ним. Наконец брюнет вылез с палочкой в руках. — Это просто трансфигурация, как и в прошлый раз, да? — спросил он, и ему согласно кивнули в ответ. Гарри улыбнулся. — Ну, вот и все. Гарри взмахнул палочкой, и Малфой ощутил колебания в воздухе. Он чувствовал, как магия Поттера окутывает его. Этот парень всегда был таким сильным? У Драко не было времени, чтобы хорошо подумать над этим — его тело уже начало меняться. Наконец, все закончилось. Малфой моргнул, глядя на свои руки. — Сработало, — пробормотал он. И голос его был хриплым, надломленным. Блондин вздрогнул, поднял глаза. — Поттер?.. Гарри пошатнулся. Ему всегда требовалось так много энергии для использования магии? Он не замечал за собой такого ранее. — Ты обнажен, знаешь? Драко опустил взгляд, вздрогнул, быстро замотался в одеяло. Поттер шумно выдохнул, палочка выскользнула из его рук, а он сам повалился на пол. Блондин не успел совсем немного, и теперь они оба лежат на полу. Брюнету повезло больше — тот упал прямо на Малфоя. Кое-как ему удалось уложить Гарри на кровать. У того снова поднялась температура. Драко подошел к комоду с одеждой. Скривился от того, что там увидел. У него не было особого выбора, поэтому пришлось надеть то, что есть. Он задумался, обернулся к лежащему на кровати мальчику. В прошлом году он и не подумал бы, что школьный враг станет помогать ему. После всего, что между ними произошло. Он резко замотал головой; несколько особо длинных прядей упали на лицо. Сейчас не время. Поттеру плохо — это главная проблема. Он повернулся к двери, вышел из комнаты, прошел по коридору. Где находится комната Дурслей, он помнил хорошо. Подошел к закрытой двери, постучал так сильно, как только мог. — Поднимайте свои никчемные туши. Дверь открылась почти сразу. Лицо Вернона побагровело от злости, усы нервно подрагивали. — Что за.? Т-ты кто? Как попал в мой дом?! — его голос был похож на рычание животного, но Драко смог расслышать в нем нотки страха. — Ваш племянник болен, и вы должны ему помочь. — Ты один из этих, да? — спросил мужчина, кажется, раздражаясь еще больше. — Если вы имеете в виду волшебников, да, так и есть, — ответил блондин со всей присущей ему надменностью. Дверь тут же захлопнулась. Мгновение он глядел на нее, осознавая. Никто и никогда не смеет закрывать дверь перед Малфоями! — Что, если он умрет? — Он сделает огромное одолжение этому миру! — послышался крик Вернона. Драко был поражен, если не более того. Возможно, у него самого семья не была самой любящей и заботливой, но он определенно не пожелал бы никому из них смерти… У этого существа, по другому не назовешь, совсем ничего человеческого не осталось? Даже сам Малфой никогда по-настоящему не желал Гарри смерти. Он развернулся, везвращаясь обратно в комнату брюнета. Гарри лежал так же, как слизеринец его оставил. Дыхание его было прерывистым, тело покрылось испариной. Драко не понадобилось много времени, чтобы принять решение. Он просто заберет Поттера из этого дома. Блондин поднял его палочку с пола, надеясь, что хоть немного с ней совместим. — Акцио вещи Поттера. Плащ и фотоальбом вылетели из-под кровати, а через секунду раздался шум из коридора. Малфой непонимающе моргнул, выглянул из комнаты. Шум доносился со стороны лестницы. Он направился на звуки. И вскоре стоял перед дверью в чулан. Блондин только больше удивился, прошептал «Алохамора», отшагнул в сторону — вещи Поттера едва не снесли его с ног. Внутри помещались только шкаф и кровать. Малфой взял на заметку спросить об этом позже. С вещами Поттера он вернулся в комнату, уложил все в чемодан. Закончив, Драко уменьшил его в размерах, положил в карман и подошел к кровати. — Думаю, можешь считать это возвращением долга, — пробормотал он. Через мгновение комната была уже пуста.

*** *** ***

Не медля, Драко оглядел гостиную. Он уложил Поттера на диван, а сам бросился к камину, зачерпывая порох из горшочка. — Хогвартс, кабинет директора! — произнес блондин и сунул голову в зеленый огонь. Он надеялся застать хоть кого-нибудь. И когда в полумраке комнаты удалось разглядеть очертания знакомой фигуры, Малфой вздохнул с облегчением. — Профессор! — выкрикнул он, привлекая к себе внимание женщины. МакГонагалл обернулась, лицо ее было удивленным. — Мистер Малфой? — Она была в ночной сорочке, видимо, уже собиралась спать. Драко поспешил ответить, прежде чем женщина задаст вопрос. — Не сейчас! Мадам Помфри. Она в школе? У меня тут больной Поттер, которому нужна помощь. — Да, она… Постойте, Гарри с вами? — Я объясню вам позже, просто… позовите ее, хорошо? Я открою камин, — и он прервал разговор, надеясь, что директор поверит ему. Драко только сейчас понял — она ведь может подумать, что это какая-то уловка. Но, как оказалось, беспокоиться было не о чем. МакГонагалл появилась уже через несколько минут вместе с мадам Помфри.

*** *** ***

Гарри проснулся от ощущения тепла. Он был закутан в большое мягкое одеяло. Брюнет довольно улыбнулся. Где-то совсем рядом раздался смешок, и Поттер открыл глаза. — Не думал, что человек может выглядеть настолько довольным, — размышлял Малфой. Его голос казался Гарри успокаивающим. Совсем как вот это одеяло. Он глянул на блондина. Тот с ногами сидел в большом кресле, в руках книга, а на кофейном столике стоит чашка с чаем. — Тут просто удобно, — покраснев, пробурчал Поттер. — Где мы, кстати? — спросил он уже чуть громче. — Это дом моей семьи. Он редко используется, и это нам даже на руку. — Драко вложил между страниц закладку, закрыл книгу и отложил в сторону. — Голоден? Гарри был удивлен. Малфой вел себя так, будто они друзья. Да, они провели достаточно много времени вместе, но все это время блондин был хорьком. Теперь же это казалось странным. — Я… да. — И Гарри с головой залез под одеяло, скрывая внезапно возникшее смущение. Губы Малфоя дрогнули в удивлении. Однако говорить он ничего не стал, только лишь вышел из комнаты. А через какое-то время вернулся с тарелкой супа в руках, которую тут же передал Гарри. — Ешь, а потом мы поговорим. Брюнет кивнул, поднес ложку ко рту. По крайней мере, пахнет вкусно. — И правда вкусно. Ты сам это готовил? — спросил он, с удивлением замечая, что Малфой наблюдает за ним. — Да, — спокойно ответил блондин. Кажется, щеки Гарри вновь начали краснеть, потому он поспешил вернуться к еде. — Не знал, что ты умеешь. Драко усмехнулся. — На самом деле, я умею не так много. Чему-то научился у домашних эльфов, чему-то сам. Но ты наверняка в этом намного лучше меня. Гарри смотрел на него с удивлением. — Но ты же… — К тому же, — Драко ухмыльнулся, а взгляд Поттера сделался озадаченным, — теперь мне понятно, почему ты так плох в зельях. — Что? — Ты думаешь об этом, как о приготовлении очередного блюда. К слову, готовишь-то ты хорошо, но это не одно и то же. Приготовление зелий — дело более деликатное и требует большей точности. Ты мог бы уже понять разницу. — А, ну… спасибо. — Гарри уставился в тарелку. Он не знал, что должен сейчас сделать — слишком привык к тому, что, когда они находятся рядом, могут только оскорблять, кричать или угрожать. Повисла тишина. Брюнет доедал свой суп, а Драко допивал чай, уставившись на огонь в камине. Прикончив свой суп, Гарри вдруг понял — ему уже не так плохо, как было. — Эй, а долго мы тут? — спросил он, отставляя тарелку на столик. — Ммм? Несколько часов, — ответил Малфой, отрываясь от своих мыслей. — О, ты доел? Хорошо. Как себя чувствуешь? — Намного лучше, — ответил он. Гарри все еще не знал, как себя вести с таким Малфоем. С Малфоем, который не пытается ему как-нибудь подгадить. Драко кивнул. — Хорошо, профессор МакГонагалл сказала, что тебе скоро станет лучше. — Профессор? Она была здесь? — Да, я позвал ее и мадам Помфри. Не подумал же ты, что я сам позаботился о тебе? — спросил блондин, и Гарри смущенно отвел взгляд. В серых глазах заиграли искорки веселья. — Когда доходит до медицины, я вообще не представляю, что нужно делать, — добавил Драко и встал со своего места. Он унес пустую тарелку, а вернулся с еще одной чайной чашкой и небольшим чайником на подносе. Он наполнил обе чашки и уселся обратно в свое кресло. — Итак, сначала я должен тебе кое-что рассказать, — серьезно начал он, а Гарри вновь замотался в одеяло. — И что же? — Профессор рассказала мне о защитных чарах. — Гарри приподнял брови в удивлении, но не стал что-либо говорить. — Это и стало проблемой. Твои магические способности были заблокированы. — Заблокированы? — тупо спросил Гарри.- То есть… почему? Или… как? Драко покачал головой. А Поттер только сейчас заметил, насколько длинными были его волосы. Брюнет сжал ладонь в кулак. Откуда это желание прикоснуться, зарыться рукой в его светлые пряди? — Я точно не уверен. Она сказала, это что-то вроде побочного эффекта. Это должно было защищать тебя, или что-то вроде этого. Скорее всего, именно из-за этого тебе становилось хуже. В твой день рождения сила заклинания возросла, и твоя собственная магия пыталась с ним бороться. А магия требует энергии, которой у тебя не было. Ты практически не ел и был истощен. Твое тело просто не выдержало. В итоге ты, скажем так, заболел. Мадам Помфри напоила тебя зельями, поэтому тебе уже должно было стать лучше. Гарри молчал, пытаясь осознать услышанное. — И что теперь с моей магией? — наконец заговорил он. — А вот с этим тебе придется разбираться самому, но позже. А пока, я думаю, нам есть, о чем еще поговорить. Гарри кивнул, пытаясь из миллионов вопросов выбрать тот, который он хотел бы задать в первую очередь. От этой сложности он спас себя сам. Вопрос сам собой сорвался с губ. — Почему ты такой… милый? — Его глаза расширились в удивлении, ладонь тут же накрыла рот. Гарри весь съежился. Вот сейчас должен появиться старый недобрый Малфой. Однако гриффиндорец в ответ услышал смех. Он резко поднял голову, взглянув на него. Лицо его было забавным. Гарри улыбнулся. Он был уверен, что еще никогда не видел этого гордеца таким. Отсмеявшись, Драко вдруг посерьезнел, переводя задумчивый взгляд на огонь. — Знаешь, я бы сейчас сказал что-нибудь в духе Пуффендуя, но я с этими ребятами даже близко не стоял. — Но ты хорошо знаешь гриффиндорцев. Мне нужно лучше узнать тебя, чтобы довериться. Драко резко перевел на него взгляд, ответил серьезным тоном: — Но ты доверял мне. — Что? — Ты оставил меня в своем доме. Это ведь вполне могло быть какой-нибудь уловкой. Ты, как гриффиндорец, в первую очередь должен был подумать именно так, разве нет? Это странно, подумал вдруг Гарри. Наверно, это прозвучало, как оскорбление, но он вообще не чувствовал себя оскорбленным. Малфой умел преподнести свои слова. Тот может сказать все, что угодно, но это будет звучать так, как нужно ему. — Ну, я бы не назвал это место своим домом. И я не думал о чем-то подозрительном. Мне хотелось узнать, что с тобой произошло. Это было глупо, да? — Типично для тебя, — Драко усмехнулся. — Но ты все-таки слишком легко решил помочь мне. И да, твой кузен просто ужасен. Гарри фыркнул в ответ. — Знаю. Он уже много лет издевается надо мной. — Так вот почему ты выглядел тогда так, будто тебе уже знакома подобная ситуация. Хорошее настроение пропало, стоило им заговорить о семье Гарри. — Да, я научился бороться с ним. Он слишком глупый. Я… мне жаль… Мне не хотелось, чтобы ты жил в таких условиях… Я… — Ты много болтаешь, Поттер, — прервал его блондин. — Не… беспокойся об этом. Назовем это новым опытом. — Он вздохнул и выглядел так, будто действительно готовился к сантиментам, как какой-нибудь пуффендуец. — Думаю, в каком-то роде я всегда был привязан к тебе. — Он взглянул на Поттера, подмечая его удивление. — О, вот не надо так смотреть. Я знаю, что это взаимно. Гарри рассмеялся — он не мог этого отрицать. Атмосфера вдруг стала менее напряженной. — Я был зол, когда ты отказался принять мою руку. До тебя еще никто не смел мне отказывать, и я все не переставал думать об этом. Тогда я мог поступить лишь так, как меня научил отец. А ты знаешь, у него самого не очень хорошо получается общаться с людьми, — он остановился, слабо улыбнувшись. — Я был счастлив встретить тебя в поезде, после встречи в магазине мадам Малкин. Но ты был с Уизли, и я очень разозлился. И в итоге это вылилось в шестилетнюю вражду. — Знаешь, попроси ты меня нормально, я бы, не задумываясь, согласился. Но то, как ты это сделал, оттолкнуло меня. Рон был моим первым другом, если не считать Хагрида. Ты видел мою семью. Из-за них у меня просто не могло быть друзей. Потом я встретил Рона, и тут появляешься ты. Оскорбляешь его, как ни в чем не бывало. И потом обратился ко мне. Ты тогда напомнил мне Дадли. Драко поморщился. — Да, неудивительно… Гарри тихонько рассмеялся. — Прости. Но ты все-таки признал, что плох в общении, — он замолчал, вдруг осознав слова Малфоя. — Погоди, ты что… — Нет, не мог же сам Малфой завидовать Рону? Драко улыбнулся, меняясь в лице. — О, ты понял. Похоже, ты не так глуп, как все гриффиндорцы. Гарри усмехнулся. — Просто чтобы ты знал. Шляпа хотела отправить меня на Слизерин. Только я просился куда угодно, но лишь бы не туда. Драко смотрел на него заинтересованно. — Да? И правильно, ты бы там не выжил. — Ты говорил о том, как вел себя… — Теперь у меня своя голова на плечах, — он ответил прежде, чем Гарри закончил свой вопрос. — Мой отец, он… Он был лучшим для меня. И для моей матери. Задаривал нас подарками даже без повода, катался со мной верхом. — Серые глаза, казалось, смотрели в никуда. Драко потерялся в воспоминаниях о давно ушедшем детстве. А Гарри молчал. — А потом появился Темный Лорд. И отец… он изменился. Его слова стали жесткими, наказания более суровыми. Иногда у него был такой взгляд, будто это больше не он. Это было… страшно. Я принял эти изменения в нем, просто потому, что делал так всегда. Но становилось хуже, и я осознал — я не хочу быть таким же. Но было поздно. Я уже очень давно шел к этому. Голос Малфоя совсем стих, когда он закончил. А Гарри вдруг проникся к нему сочувствием. — Это… Прошлый год, да? Драко кивнул, сглотнув. — Они хотели, чтобы я открыл Пожирателям доступ в школу. Он знал, что я не смогу этого сделать… угрожал моей матери. Он бы убил ее, не сделай я этого… И знаешь, что еще хуже? Отец бы позволил этому случиться, — он остановился, сухо рассмеялся. — Знаешь, а я и правда говорю, как пуффендуец. Гарри мягко улыбнулся. — Все в порядке. Я даже рад узнать такую твою сторону. Драко моргнул, взглянув на него. — Скажи еще, что мне следует перейти на Пуффендуй. Гарри рассмеялся. — Малфой, я и через миллион лет не могу представить тебя на Пуффендуе. Я думаю, так ты… Не знаю, мне кажется, такой ты… больше похож на человека. Все шесть лет я видел только твою ненависть ко мне, твое отвращение, презрение. До этого момента я и вовсе не знал, что ты можешь вот так улыбаться. Совсем как нормальный человек. И это… именно тот мальчик, с которым я бы точно подружился еще на первом курсе. После они замолчали на какое-то время. И Малфой выглядел так, будто в этот момент ведет ожесточенную борьбу с самим собой. — Ты же еще помнишь, кто я? Просто это… еще одна часть меня. Он встал и подошел к дивану. — И за это лето я узнал другого тебя. Не того мальчика-могу-делать-что-хочу-потому-что-я-знаменит, которым ты всегда был в школе. Гарри тихо рассмеялся. — Думаю, твои взгляды схожи с профессором Снейпом. Драко ухмыльнулся в ответ. — Я хочу попробовать начать сначала. Я думаю, мы еще многого не знаем друг о друге, поэтому… — блондин замолк только на мгновение, чтобы протянуть Гарри руку. — Я Драко Малфой. Будешь моим другом? Гарри улыбнулся. Малфой вновь идет на риск быть отвергнутым. Видимо, даже в слизеринском принце есть что-то гриффиндорское. — Гарри Поттер, и я только с радостью. Он ухватил Малфоя за руку, улыбаясь этой новой, и определенно странной, дружбе. Люди не меняются. Но бывают исключения…