Трудно быть асом. Часть вторая "Король Рудбара"

      Мы с Мидеем сидели в таверне «Три бочонка» за самым крайнем столом, возле стойки хозяина, ожидая созыва собрания гильдии наемников.       Прямо на входе в город, когда я продемонстрировал страже именные перстни правителя Рудбара и те признали во мне короля, я потребовал вызвать к себе магистра, закрыть городские ворота и приостановить прием грузов для портала, объявляя тем самым в городе чрезвычайное положение.       Пока я не понимал, что происходит. По словам гвардейцев, в городе уже вторую неделю шли вооруженные стычки между богатыми кланами, а сегодня вечером по окраинам прокатилась волна погромов, и вполне возможно, что в эту минуту уже нечто подобное происходит в центре.       Амбросиус появился почти сразу, одетый в легкий кожаный доспех прямо поверх мантии. Магистр поведал мне о заседании Городского совета и планах Низама.       Кажется, пришло время действовать силовыми методами, я не мог допустить, чтобы в городе вспыхнула гражданская война. Гвардейцев было слишком мало, ведь до этого момента Рудбар считался абсолютно спокойным местом, и увеличивать численность полка никому не пришло в голову. Придется поднимать верных мне людей.       Конечно, меня поддерживала гильдия Сведущих, магистр заверил меня, что все члены готовы и ждут приказа выйти на улицы города, но все же этого было недостаточно, чтобы перевес был на моей стороне.       Необходимо было расшевелить наемников. Эта гильдия всегда была аполитична до ужаса, но сейчас нельзя было размениваться почти полусотней вооруженных парней, способных перерезать глотку любому профессиональному воину. Если этого не сделаю я, это сделает Низам.       Я изложил свои мысли магистру, Амбросиус поддержал меня, предложив созвать собрание наемников через Полоза, благо, того практически нельзя было отлучить от Анны, и сейчас они развлекались на площади, танцуя с другими аланами.       С замиранием сердца я слушал главу гильдии, понимая, что промедление будет подобно смерти. Может быть, в эту самую минуту решается судьба не только всего города, но и Анна думает над предложением руки и сердца от вора.       Я попросил магистра как можно быстрее связаться со смертной и заверить в моей любви к ней. В ту минуту мне было все равно, что было за эти два месяца у нее с вором. Я здесь и сейчас, все остальное уже неважно. Вора можно будет выслать за пределы Рудбара, Анна опять станет моей. С глаз долой, из сердца вон — кажется, так говорят в Мидгарде?       Чтобы не привлекать к себе внимание раньше времени, я накинул на голову капюшон, облокотился плечом о стену и сделал вид, что задремал.       Главная причина моей ревности, Полоз был здесь. Он пришел почти сразу после нас с Мидеем, скользнул по нам равнодушным взглядом, не признав, и сел за крайний столик через проход напротив, где уже сидели Даган и Абасс.       Старший брат начал что-то спрашивать у вора, но тот лишь отмахнулся. Вор явно нервничал, он не стал пить предложенное Абассом пиво, постоянно проверял, как вытаскиваются метательные кинжалы из ножен, на месте ли кнут. Хмурился и периодически смотрел на дверь.       Его волнение передалось и мне. Прошел почти час, как я разговаривал с магистром, но главы гильдии наемников пока не было.       Между тем, таверна пополнялась народом. Почти каждую минуту входили новые посетители, с первого взгляда было понятно, что они члены гильдии. Кожаные доспехи разных видов и размеров, наручи, черные татуировки на плечах с гербами родов и гильдии.       В основном молодежь, но были и опытные, бывалые воины. Возле таких тут же образовывались плотные группки любителей послушать байки матерых наемников. Стало понятно, что предстоящее собрание большинство воспринимает как очередную возможность потрындеть за кружкой-другой пива.       Парочка воров, одетые почти как Полоз — кожаные штаны, холщовая рубаха и безрукавка — прошли мимо Шнурка, почтительно с ним здороваясь, тот лишь снисходительно кивнул в знаки приветствия.       Надо же, а ведь наш вор, оказывается, в авторитете у местных…       Однако долго рассуждать о месте вора мне не пришлось. Дверь распахнулась, и в таверну вошла Анна. Я едва не подскочил на месте при ее виде. Какого ётуна она тут делает?!       На моей ученице был мужской костюм наездника и легкий кожаный доспех, длинные волосы Анна заплела в косу и уложила на голове.       Анна обвела взглядом зал, игнорируя восторженные свистки и крики в ее адрес с предложением пропустить стаканчик-другой, а потом зажарить этой ночью парочку ётунов где-нибудь в комнате наверху.       Сидевший рядом со мной Мидей в облике алана только презрительно фыркнул на подобные скабрезности. Я же пытался унять стучащее сердце при виде Анны, только сейчас понимая, насколько соскучился.       Увидев знакомых наемников, Анна уверено направилась к их столу.       Мужская компания провожала ее масленым взглядом, поскольку женщина, носившая одежду воина, вызвала у местных неподдельный интерес, а дева, пришедшая в логово наемников — подогревала любопытство вдвойне. Я поморщился, по-моему, смертная выглядела слишком фривольно в таком виде, любой мог оценить достоинства ее фигуры.       Полоз поднялся, выходя навстречу Анне. Я не мог не заметить, с какой нежностью парень смотрит на нее, но сейчас мне оставалось только крепко сжимать кружку в руке, еще не пришло время моего выхода на сцену.       — Значит, ты снова с ним? — тихо спросил вор, опуская глаза, но мне все было хорошо слышно, потому что я сидел близко к ним.       Анна ответила не сразу, я заметил, как она ласково погладила пальцами по руке вора, тот взглянул на нее исподлобья и снова опустил глаза.       Проклятье! На мой взгляд, такое прикосновение было слишком интимным, слишком чувственным для просто «хорошего» знакомого…       Я обреченно прикрыл глаза, сердце рухнуло куда-то вниз от осознания того, что у них уже все было. Еще в горах я понимал, что, скорее всего, такой исход событий наиболее вероятен, но в душе продолжал надеяться.       Злой голосок внутри нашептывал: «А что, ты думал, вор будет свечку по ночам держать?!»       Нет, все понятно: меня объявили пропавшим без вести, Анна осталась одна, тут вор под ногами путается, утешает, забери его к ётуну поток!       Впрочем, чему я удивляюсь? Я ведь сам практически отдал ее вору.       Перед глазами снова всплыла картина той ночи: плачущая Анна на повозке, и мои слова напоследок: «А ты просто живи, Анна!»       «Ну, что теперь — примешь обратно?» — злой голосок не унимался.       Как оказалось, сказать это было легче, чем прийти к этому в сердце.       Мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не начать разносить всю эту таверну и город к ётунской бабушке прямо сейчас.       Затаив дыхание, я снова стал прислушиваться к их разговору.       — Полоз, помнишь про птичку в лесу?       Парень удивленно посмотрел на сведущую, я тоже пока не понимал, что к чему.       — Ты продолжаешь видеть птицу там, где ее нет. Поэтому я не давала согласие выйти за тебя замуж, я не хочу сделать тебя несчастным. Пусть у тебя будут только эти два месяца, чем вся сломанная жизнь…       Полоз так крепко сцепил зубы, что у него выступили желваки на скулах. Я же облегченно вздохнул, чувствуя, что одной проблемой стало меньше.       Мидей бросил на меня обеспокоенный взгляд. Пусть только потом попробует сказать, что он ничего не знает и не в курсе! Судя по его любопытному выражению лица, метаморф давно сообразил, что к чему и отчего я тут весь сижу как на иголках.       — Почему ты считаешь, что меня устроят эти два месяца, а не вся жизнь?!       Анна печально вздохнула.       — Потому что жить, зная, что тебя не любят, еще хуже, чем просто расстаться. Пытка растягивается на долгое время…       Вор пару минут смотрел на Анну.       — Как это у тебя получается? — удивленно проговорил парень. — Вот даже сейчас мне кажется, что ты больше думаешь обо мне, чем о себе самой…       — Наверное, потому, что ты остановил меня и не дал прыгнуть с балкона, заставил выплакаться после двухнедельного ступора, помог пережить весь этот кошмар.       В таверне было шумно, но я отчетливо слышал, что сказала Анна, и эти слова пригвоздили меня к месту. Так вот, значит, как… Уж не после этого у них все и сложилось? Хотелось выть от безысходности, я понимал, что Анна так же виновата, как и я сам в этой измене.       Почему, почему все вышло именно так?!       — Я все же не понимаю, — Полоз облизнул губы, — Локи даже жениться на тебе не может — законы у него там какие-то не такие…       Я закусил костяшки на руке, чтобы сдержаться от настойчивого желания пристукнуть вора прямо здесь и сейчас. Про законы он вспомнил, желанный гость топора и плахи… Да по тебе давно тюремный палач плачет, несчастный!       — Полоз, — Анна подняла руку, прерывая, — я никогда не питала иллюзий по поводу асгардца, мы с ним из разного теста сделаны, я прекрасно знала, на что иду.       — Только не говори, что тебя это все полностью устраивает! — горячо выпалил вор.       — Не устраивает, — Анна покачала головой, — но другой возможности быть рядом с Локи у меня нет. Да я впервые жизни позволила с собой так поступить, понимаешь? Надеюсь, что он действительно еще не передумал насчет нас…       Ха, чтобы этот прохвост тебя тут же замуж взял, вон как глазки возбужденно блестят?! Да не дождетесь!       Пока я строил коварные планы в отношении Полоза, в сторону Анны направился один молодой наемник.       Недаром мне не понравилось, как выглядит сегодня Анна. Точнее, понравилось, и даже очень, но, к несчастью, не мне одному.       Полоз и Анна продолжали еще о чем-то шептаться, как молодой наемник схватил женщину за руку.       — Рыбонька, да что тебе этот воришка дать сможет? — парень был навеселе, он не твердо стоял на ногах.       Анна выдернула руку.       Незадачливый кавалер решил не сдаваться просто так.       — Вот ты знаешь, зая, мы с тобой таких дел замутить можем.       Анна некоторое время смотрела на парня.       Краем глаза я заметил, как в руке вора блеснул нож.       — Ты новенький, верно? — спросила Анна.       — Да, всего пару месяцев…       Она кивнула.       — Знаешь, если ты будешь вести себя так и дальше, у тебя будут большие неприятности, — назидательно проговорила сведущая.       Наемник уставился на женщину, явно не понимая смысл сказанного.       — Ты мне угрожаешь? — заплетающимся языком начал тот.       — Не угрожает, а предупреждает. Остынь, парень, — вор успокаивающе похлопал того по плечу. — Пошли, присядем? — обратился Шнурок к Анне, та кивнула.       Лишь стоило Анне и Полозу направится к столу, как вслед им прозвучало:       — Иди-иди, шлюшка из Мидгарда, вначале с королем жила, теперь к вору переметнулась!       Шум в таверне разом стих, все повернули головы в сторону разгорающегося скандала.       Даган хотел было окликнуть брата, но Абасс придержал его рукой, качая головой. Понятно, они решили дать вору шанс разобраться самому в той каше, которую он заварил.       Мне же хорошо было видно, как побледнела Анна при этих словах, как залились румянцем щеки Полоза…       Я медленно потянулся к чакре, вознамериваясь снести наглецу голову.       Потомки Основателей не прощают такие слова!       Едва я это только подумал, как вор метнулся к новенькому и всадил тому в правый бок кинжал. Это произошло так быстро, что я не успел и глазом моргнуть.       Нет, вор точно парень не промах, надо всерьез подумать о его дальнейшей судьбе!       Полоз уложил на пол умирающего парня, вытащил нож, брезгливо вытер его об одежду наемника, тут же ловко проверил карманы на предмет всяких вкусностей.       Потом метнул хозяину таверне асинец.       — Прибери, будь другом, — вор кивнул в сторону тела. Бастисто поймал деньги на лету, согласно кивая.       Все снова принялись разговаривать, как будто ничего особенного и не случилось. Я облегченно перевел дух — продолжаем ждать главу гильдии…       Только Анна во все глаза смотрела на вора, будто не ожидала от него такого. Впрочем, напрасно. Кажется, Анна, в отличие от меня, пребывала в плену собственных заблуждений в отношении этого юнца. Смертная никак не могла понять, что право созыва общего собрания гильдии никому не дается просто так за красивые глазки.       Однако не всем понравилось то, что сделал вор.       С одного стола поднялся крепкий наемник и окликнул Полоза. Похоже, он был бывалым воином, о чем говорило множество шрамов на его лице и открытых плечах.       — Эй, вор! А кто семье покойного выплатить компенсацию?       Шнурок сделал удивленное лицо.       — Ты о чем?       — Ой, вот только не надо на меня такими чистыми и невинными глазами смотреть, Шнурок, это ты для женщин оставь.       Многие в таверне одобрительно засмеялись, я тоже прыснул — верно подмечено, Анна тому подтверждение!       Полоз стоял совершенно спокойно, только Анна переводила взгляд с одного на другого, не понимая, какие могут быть претензии к вору.       — Парень, — мужчина махнул рукой в сторону тела, — был новичком, сам знаешь, мало что понимал… Не хорошо как-то получилось, а вот матери надо денег дать.       Шнурок не стал спорить.       — Из какого он рода?       — Из Кайнов.       — Хорошо, я зайду к его матери и отдам деньги.       — Да, только вот пусть эта красотка сюда больше не приходит!       Полоз заметно напрягся.       — А это здесь причем?       Мужчина замялся.       — Да вот видишь, что получается… Не знаю уже, что там у нее с королем было, — воин стал озираться по сторонам, некоторые согласно кивали в поддержку его слов, — но у нас тут гильдия наемников, а не дом мадам Зи-Зи!       Шнурок хотел что-то сказать, но Анна остановила его рукой.       Проклятье, мне точно не нужны агрессивные переговоры с наемниками!       Анна сейчас что-то скажет в своей манере, ей ответят, и начнется всеобщее веселье…       Будто подтверждая мои опасения, смертная медленно проговорила:       — Просто потрясающе, вроде взрослые мужики, а сплетни собираете, как базарные бабы.       Лицо воина стало вытягиваться, ему явно не понравилось такое поведение пришедшей женщины. Я видел, как она сжала пальцы, ее руки стали чуть заметно святиться.       — Не волнуйтесь, как только закончится собрание гильдии, я уйду отсюда, чтобы не смущать вас. Одна-единственная сведущая — это просто невыносимая компания для таких мордоворотов, как вы.       Воин хмуро посмотрел на смертную.       — Хорошо бы быстрее прошло собрание, и чтобы духу твоего здесь не было!       — Зря надеетесь! Это вам не мадам Зи-зи, ребята, тут быстро точно не получится, вопросы серьезные решаться будут.       Анна стояла ко мне спиной, но по её тону я отчетливо представлял, как недобро усмехается моя ученица. Догадываюсь, у кого училась…       В разных концах зала раздались смешки, многие одобрительно поднимали кружке Анне, им явно пришелся по душе такой ответ женщины. Настал черед Полоза удивленно смотреть на Анну, Мидей лишь сокрушенно покачал головой, Даган хотел отпить пива, но при этих словах женщины поперхнулся и закашлялся.       — Так раз вопросы серьезные, какого ётуна ты, сведущая, тут делаешь?! — негодующе взревел воин, выпучив на нее глаза. Он все больше желал лично поставить Анну на место. Его лицо было перекошено от злости.       Вор понял, что сейчас начнется, и начал дергать сведущую за рукав, но, как обычно, Анну уже было сложно остановить.       — А я не обязана перед тобой отчитываться, непосвященный, — спокойным голосом проговорила смертная.       Я хмыкнул, надвигая капюшон на голову. Честно говоря, я ожидал другой реакции от смертной, что та отступит, но она действительно быстро учиться. Теперь мне стало интересно, как Анна собирается выпутываться из всего этого. Пусть проявляет инициативу, раз хочет быть королевой Рудбара, отрицательный опыт — это тоже опыт, как она сама мне говорила, но на всякий случай я тоже прочитал слова установления боевого дара и отцепил чакру с пояса, держа ее под столом.       В таверне снова повисла напряженная тишина. Наемник медленно пошел к Анне с желанием придушить на месте.       Полоз нервно обкусывал губы, пытаясь на ходу придумать, как выпутаться из очередного приключения.       — Уходи через черный ход, я его отвлеку, — горячо зашептал парень смертной, но та лишь покачала головой. Еще бы, голос разума был недосягаем для Анны, когда она пыталась доказать свою значимость.       — Наемники должны понять, что это люди короля делают им одолжение, не давая Низаму вырезать всю вашу компанию.       Я задумчиво поджал губы. Хм, ну, если так преподнести ситуацию…       — А ты все еще человек короля, уверена? — озадаченно спросил Полоз.       — Да, — едва слышно проговорила Анна. — Не волнуйся, я буду «говорить» на понятном для них языке, лучше прикрой мне спину.       — Так чего ты ждешь?! — вор снял кнут, готовясь пустить его в ход.       Моя ученица промолчала, внимательно следя за воином.       Тот остановился в паре шагов от Анны, поднимая руки вверх, показывая, что в них ничего нет. Потом мужчина замахнулся, чтобы ударить смертную, но та была быстрее.       Анна пригнулась, пропуская кулак над головой, и отскочила назад. В ту же секунду, взвыв не хуже гигантского волка, с выпученными глазами воин схватился руками за пах, падая на колени.       — С-с-с-у-ка, — только смог выдавить из себя наемник.       Но смертной этого было мало. Она послала в алана оглушающее облако, у воина стали появляться раны, как от удара небольшим клинком, от проявления дара псионика его не спасла даже кожаная броня.       Бывший хирург из Мидгарда точно знала, куда и как следует бить, это были колющие быстрые удары в места сочленения брони: в шею, в подмышку, в низ живота…       Воин вздрагивал от каждого проникновения клинка, не в силах что-либо сделать, ведь под оглушающими чарами он не мог издать даже звука. Из его рта потекла струйка крови.       На помощь к товарищу подскочил еще один, он горел желанием проткнуть смертную коротким кинжалом, но Анна просто оглушила его по голове, парень покачнулся и упал на пол, как подкошенный.       Самый первый обидчик так и продолжал стоять на коленях, с выпученными глазами, несчастный не мог даже упасть вниз, пока сведущая не сняла оглушающее облако, после чего тот кулем повалился на дощатый пол.       Откуда-то из глубины зала в сведущую полетел метательный нож, но моя ученица нырнула в тонкий мир, уходя от него. Оружие воткнулся в стойку хозяина, Батисто едва успел спрятаться под ней…       Нет, так дело не пойдет! Если до этого момента я надеялся на благоразумие наемников и что те больше не полезут к смертной, то теперь стало понятно, что ситуация начинает выходить из-под контроля. В конце концов, я пришел договариваться, а не уложить здесь всю гильдию.       Я вскочил на стол, раскрутил чакру на пальцах и послал диск в полет.       Оружие всполохнуло синим огнем и пошло по дуге, пролетая над головами наемников. Я не пытался кого-то зацепить, мне нужно было просто утихомирить всю эту разбушевавшуюся кампанию.       Анна застыла на месте и, как остальные, наблюдала за этим представлением.       По залу пробежал взволнованный шепот: «Король жив, король жив». Все следили глазами за полетом чакры, оружие вернулось к своему законному обладателю, и несколько десятков воинов разом обратили свой взор ко мне.       Моя ученица побледнела, не зная, как ей себя теперь вести. Полоз хмурился, Даган и Абасс, как и остальные, смотрели на меня в немом изумлении.       — Кому еще не по душе присутствие сведущих? — холодно осведомился я.       Ответом мне была тишина. Воины прятали глаза, хмурились, переглядывались между собой и молчали.       — Замечательно! — проговорил я, спрыгивая на пол. — Сразу виден деловой настрой серьезных людей.       Я обогнул Анну, выходя на середину зала, повесив чакру снова на пояс.       — Так по какому поводу сходка? — крикнул кто-то из зала.       — А разве глава гильдии уже здесь?       — Да, здесь! — с самого крайнего стола мне навстречу поднялся молодой мужчина, по комплекции не уступающий Тору.       Интересно, когда он успел прийти? Или это я так был занят подслушиванием разговора Анны с Полозом, что и не заметил?       Альмод был аланом-полукровкой, сыном аса и наложницы-аланки, поэтому в отличие от большинства здесь присутствующих он больше походил на потомка Основателей — все те же светлые волосы и кожа.       — Богатых и удачных заказов тебе, Альмод! — я поприветствовал главу гильдии.       Молодой воин оглядел меня с ног до головы и улыбнулся.       — А тебе мощного потока, Ваше Величество! Ты не держи зла на моих ребят, они люди простые, верят всему, что слышат.       Я кивнул.       — Хорошо, но впредь пусть они думают головой, мою невесту им лучше не трогать — и все будут целы.       Мои слова имели эффект разорвавшегося «Сантара».       По залу пробежал ропот возбужденных голосов, многие поворачивали головы в сторону Анны. Я только мельком бросил взгляд назад через плечо, наслаждаясь выражением лиц смертной и вора в ту минуту.       Анна пребывала в ступоре от услышанного, вор же быстро начал соображать, что к чему, мыслительный процесс хорошо был виден на его лице. Что же, пусть знает, что ему уже больше ничего не светит с этой женщиной.       — Так по какому поводу ты нас собрали, Локи? — Альмод снова привлек мое внимание.       Я не поддал виду, что обратил внимание на неучтивость этого парня, все равно это было бесполезно. Ётун с ним, пусть зовет по имени…       — Ты в курсе, что сейчас происходит в городе?       Наемник развел руки в стороны.       — Локи, если ты пришел нас уговорить выйти на улицы, то я тебе разочарую — наемники никогда не лезут в такие вещи!       Я оценивающе посмотрел на главу гильдии, нечто подобное я и предполагал.       — Альмод, неужели ты думаешь, что Низам не будет вас трогать, только потому что вы остались в стороне?       Наемник поджал губы, ему не нравился весь этот разговор.       — Ну, раньше наместник уживался с нами, и все было нормально!       Я кивнул.       — Раньше — да, но теперь, когда он занимается контрабандой для Ванахейма и заручился покровительством Фрейи, я в этом не уверен. Не примете его условия — и вас всех уберут, как ненужный груз с судна.       В зале послышались возмущенные возгласы, но Альмод поднял руку, призывая к молчанию.       — Что-то ты такие невероятные вещи говоришь, Локи…       Я печально вздохнул.       — Низам пытался убрать меня, прибегая к помощи ванов, я едва не отправился в поток после встречи с тремя сведущими из Ванахейма! По-твоему, я в горах на отдыхе всю зиму провел? Что ему помешает еще раз обратиться к ним же, чтобы получить власть в руки? Ты можешь себе представить, что будет в городе, если сюда заявятся «захотевшие стать богами»?! Никакая гильдия местных сведущих вас не спасет…       Конечно, все было несколько иначе, чем я пытался представить наемнику, но в мои планы и не входила исповедь перед этим головорезом. Напустить туману, запугать, повесить морковку, дать понять, что мы в одной лодке…       Наемник все еще сомневался в моих словах.       — А ты, стало быть, идеальный правитель для нашего города? — это прозвучало почти с сарказмом.       — Идеала нет, Альмод, но я значительно больше подхожу на эту роль, чем наместник.       — Это почему же? — наемник усмехнулся.       — Во-первых, в отличие от Низама я не рвался к власти с помощью «грязных игр», а получил корону Рудбара в честном бою, — я принялся медленно расхаживать взад-вперед, излагая заранее продуманные аргументы. — Это значит, что я не преследовал цель пополнить собственные карманы, меня не одолевала жажда наживы, ведь и без вашей короны я очень обеспеченный асгардец.       Я сделал маленькую паузу, обводя взглядом наемников.       — Во-вторых, я рос в королевское семье, и с детства меня воспитывали с учетом того, что я стану королем. В отличие от Низама, у меня есть ряд качеств для этой должности, значит, править Рудбаром будет компетентный и грамотный правитель.       Снова небольшая пауза, мне нужно продолжать удерживать внимание аудитории.       — В-третьих, я асгардец и буду жить гораздо дольше наместника. Это означает, что у меня гораздо больше времени для проведения кардинальных реформ и преобразований, а в Рудбаре наступить стабильность на несколько десятков столетий вперед.       — Наконец, последнее, — я снова посмотрел на Альмода. — После моей смерти трон займет мой наследник, то есть человек, которого вы все будете знать! Это значит, что переход власти не будет проходить, как сейчас, в ситуации погромов и убийств. Я заинтересован оставить своему будущему приемнику сильный и процветающий город аланов. Теперь скажи мне, Альмод, в каком Рудбаре ты хочешь, чтобы жили твои дети и внуки, правнуки? Хочешь ли ты, чтобы на улицах твоего города лилась кровь рекой или все было тихо и спокойно и твоя гильдия имела возможность делать свою работу?       Наемник уже не был так категорично настроен, как прежде. Альмод жевал губы, поглядывая по сторонам, словно пытаясь найти ответ где-то в зале.       — Как ты все так гладко и красиво расписываешь, Локи, что прямо не по себе, — неуверенно пробормотал алан-полукровка.       В таверне повисла тишина, наемники с хмурыми лицами ждали, что скажет глава гильдии. Я стоял, с замиранием сердца ожидая его ответа. Неужели у меня не получилось его убедить?       — А по-моему, все верно Локи сказал!       Все повернулись к Полозу, вор теперь стоял позади меня. Я озадаченно наморщил лоб — чем еще поразит меня это ходячее недоразумение, мало дров наломал, что ли?!       — Поддержим короля и будем дальше жить, не поддержим — заказы еще долго выполнять не сможем. Я вон шел по городу сюда, — парень махнул рукой, — в том бедламе, что там щас творится, вору делать нечего. Народу, как на гуляньях, только все при оружии, того и гляди начнут всем подряд глотку резать. Ни кошелька срезать по-тихому, ни в дом не залезть…       По залу пробежал шум, наемники загудели, многие одобрительно кивали головами. То тут, то там стали раздаваться голоса.       — Верно говоришь, Шнурок!       — Да, все умно сказал!       — Молодец, вор!       Слушая возгласы наемников, я прикрыл глаза, борясь с желанием метнуть чакру в этого прохвоста. Даже здесь он меня переиграл, получается, я теперь должен быть ему благодарен за поддержку.       И еще за то, что удержал Анну от страшного шага…       — Ладно, все понятно! — Альмод снова поднял руку, призывая к тишине. — Что делать-то надо, Локи?       — Мы пойдем на площадь перед королевским дворцом, где к нам присоединится гильдия сведущих. Говорите всем, кого встретите, что король вернулся, вызывает наместника на площадь для разговора и помилует всех, кто встанет на его сторону. В бой вступать только после приказа! Я все же хочу решить дело миром, а не проливать кровь понапрасну.       Альмод одобрительно кивнул, потом повернулся к стойке хозяина.       — Бастисто, раздай-ка всем оружие!       — Это мы щас, это мы мигом, ваше главеншество! — маленький толстый человечек с залысиной и в засаленном переднике резво выскочил на середину зала.       — А ну-ка помогите! — приказал Батисто, указывая на кольцо в дощатом полу.       Двое дюжих ребят дернули за кольцо, с трудом поднимая тяжелую крышку погреба.       Я заглянул вниз. Ай-да наемники, ай-да пройдохи…       В городе запрещалось ходить с оружием, за нарушение этого запрета можно было загреметь в кутузку. Но встретить наемника при выполнении заказа без оружия было равносильно увидеть повелительницу ванов Фрейю, танцующую местную данзу на главной площади Рудбара.       Теперь-то стало понятно, откуда они что берут!       В подполье таверны был оборудован целый склад со всевозможным оружием, какое только душа пожелает. Мечи разных форм и размеров, топоры, секиры, кожаные и металлические нагрудники, луки, арбалеты…       Батисто зажег фонарь и резво нырнул вниз по ступенькам. При свете я успел рассмотреть блеснувшее оружие из кондитора и темный ствол запрещенного огнестрельного оружия из Мидгарда.       Готов биться об заклад, что таких тайников у этих ребят по городу тьма тьмущая.       Я старательно сделал вид, что нисколько не удивлен происходящему, про себя делая заметку, кто в городе может послужить бочкой с порохом в случае чего.       Батисто резво доставал клинки и топоры, вокруг открытого люка образовалась очередь.       Я решил выйти на улицу, все равно здесь делать уже было нечего, пускай наемники вооружаются.       Ночь была теплой, но я все равно зябко повел плечами, после душного зала таверни мне стало холодно.       Меня кто-то робко тронул за руку, я повернулся. Это была Анна. В свете единственного фонаря над входом моя ученица выглядела какой-то растрепанной и виноватой одновременно.       Пару минут мы молча смотрели друг другу в глаза, я снова начинал тонуть в этих бездонных синих озерах…       — Через что ты прошел, Локи? — с болью в голосе тихо спросила Анна.       Мое сердце пропустило пару ударов. Нет, вор прав: как это у нее выходило — думать прежде всего о ком-то! Я снова ощутил эту безграничную заботу и любовь, которую могла дать мне только моя Анна.       — Через то, что должен был. Мне нужно было потерять почти все, чтобы понять многое, — мой голос сел, было сложно справляться с тем, что было сейчас на сердце.       Она легонько провела рукой по моей щеке. Даже сквозь щетину я хорошо чувствовал, как подрагивают ее пальцы, какой долгожданной и одновременно болезненной была ее ласка для меня.       Как бы я хотел, чтобы тебе не приходилось страдать из-за меня, свет очей моих!       Я сделал шаг навстречу и крепко обнял Анну. Женщина всхлипнула и задрожала всем телом, давая волю слезам.       — Я все еще не верю, что ты здесь…       — Помнишь, как в той песни: «Мой путь будет в сотню раз длиннее»?       Анна кивнула.       — Помню, главное, чтобы эта дорога всегда приводила тебя ко только мне.       Мы еще немного постояли в тишине, наслаждаясь близостью друг друга.       Анна отстранилась от меня, вытирая заплаканное лицо.       — Кажется, я хорошо подмочила тебе куртку. Я такая плакса стала, — словно оправдываясь, проговорила она, вытирая ладонью слезы. — Почему ты вдруг решил жениться?       — Разве ты против?       — Нет, просто ты столько твердил, что не можешь..       Мне оставалось только пожать плечами.       — Наверное, понял, что все может оборваться в один прекрасный миг, даже для меня. Не хочу жалеть о том, что не успел назвать тебя своей женой       Я положил Анне руку на плечо, обнимая, поцеловал женщину в висок, вдохнул знакомый и родной запах. Мы побрели с ней по переулку, оставляя за спиной таверну, из которой то и дело выходили в темноту ночи вооруженные до зубов наемники.       Так бы и шел с ней рука об руку!       — Анна, давай обсудим все после, а сейчас ты будешь хорошей девочкой и будешь ждать моего возвращения в покоях.       Сведущая постаралась негодующе посмотреть на меня, но я только лишь еще крепче обнял ее рукой.       — Но, Локи, — начала протестовать Анна, я же был непреклонен. Ей нечего делать в предстоящей заварушке.       — Никаких «но»! Договор мы с тобой не разрывали, так что это приказ учителя.       — Да, но я могу лечить…       — Даже не спорю с этим, но со мной будет куча сведущих, среди них обязательно будет целитель.       — С тобой просто невозможно разговаривать, — расстроенно пробурчала она.       Я засмеялся. Где-то эта фраза уже звучала!       Несмотря ни на что, ночь все же была чудесной. Луна мягко освещала улицу, в воздухе стоял дурманящий запах цветущих деревьев, где-то в парке трелями заливался соловей. Красота!       — Знаешь, вот так бы шел с тобой и шел, хоть до самого рассвета.       — Хорошая идея, Локи! Мы с тобой рассвет еще не встречали, это нужно исправить.        Я слышал позади тяжелые шаги наемников. Воины шли кучно, о чем-то переговариваясь, слышалось позвякивание металлических доспехов, оружия.       Среди говоривших был слышен Дагана, низкий голос Абасса и Мидея. Наемники выпытывали у последнего, кто он такой и откуда взялся. Пару раз в разговор встряли Альмод и Полоз.       Глядя на звезды и ощущая под боком тепло Анны, я решил, что ради таких минут, пожалуй, можно и быть снисходительнее к вору. В конце концов, в том, что случилось, виноваты все трое. Нужно хорошо подумать, где стоит применить его неиссякаемые таланты, и главное, подальше от Рудбара.