А цвет волос — от мамы

      — Орочимару-сама, мне кажется, вы придаёте этому слишком много значения. Вы ведь ребёнка себе создаёте, а не сосуд, — наконец решился вмешаться Кабуто, когда очевидность провала энной попытки Змея перестала вызывать сомнения. — Другие люди вообще об этом не думают, и как расставит природа гены, тому и радуются.       Саннин нервно зашипел, оборачиваясь к подчинённому. «Вот насчёт сосуда я бы не утверждал,» — промелькнула шальная мысль, но озвучена не была.       — Вот пусть другие люди потом и страдают от ошибок этой твоей природы. Сын Легендарного должен быть совершенством!       Но для начала сын в принципе должен быть. А с этим до сих пор как-то не ладилось.       Идея фикс — обзавестись потомством — шарахнула Змея так внезапно, что повергла в шок весь рабочий коллектив лабораторий. А будучи максималистом по своей природе, Орочимару твёрдо решил, что стандартные механизмы для этой затеи категорически не подходят. Зря он, что ли, столько лет генетику осваивал?! И начались эксперименты. Которые до сего дня завершались неудачами. Потому что, как выяснилось, огромная коллекция ДНК подходила для создания сосудов, но никак не для родной кровинушки.       Все самые сильные образцы были мужскими. В арсенале перевоплощений Орочимару фигурировали, конечно, и женские тела, но со своим полом как-то комфортнее. Поначалу будущий отец не увидел в этом проблему, ведь всё равно дитятко никогда не увидит своего второго родителя, но попытки одна за другой проваливались с треском. В результате искусственного оплодотворения с использованием двух мужских генетических материалов эмбрион попросту не развивался, в отличие от амниона и плаценты. Саннин бесился, клял почём свет стоит геномный импринтинг, пытался применять всё новые и новые методики, но продолжал проигрывать в бою с эпигенетикой*. Вывод напрашивался сам собой: нужны женские клетки. Вот только брать кого попало на такую ответственную роль мужчина не хотел, а все имеющиеся варианты были недостаточно идеальны.       — Вы бы перестали уже культивировать сильные, но неподходящие гены, — Кабуто не оставлял надежд переубедить Орочимару. — Видите же, что не получается. Сдался вам этот кеккей генкай. Берите любую из наших девушек и не сомневайтесь! Всё равно будете его любить.       Но в голове у Саннина, не прекращая, крутились шестерёнки. Сдаться просто так было не в его стиле. У его сына будет лучшая мать на все пять стран! И если нужного образца в данный момент нет, то его непременно нужно достать. Пораскинув мыслями, кого он хотел бы видеть в качестве донатора Х-хромосомы, Орочимару пришёл к мысли, что из ныне живущих дам выбор абсолютно очевиден.       — Я не ищу лёгких путей, Кабуто! — воскликнул Змей, решительно поднимаясь из-за стола. — Собирайся, мы идём в казино!