Метод воспитания

Первое, что испытывает Аояги, подходя к знакомому крыльцу, — это удивление. В доме Тешимы никогда не было шумно, но сейчас за дверью отчетливо слышится громкий топот нескольких пар ног и такой же громкий детский голос. Подобное кажется чем-то настолько противоречивым, что Аояги на мгновение задумывается, а не ошибся ли адресом, отвлекшись и свернув не в тот двор. Но нет, эту дверь — немного обшарпанную и с маленькой звездочкой, которую Тешима нацарапал еще в детстве возле замочной скважины, — он не перепутает ни с чем. Аояги тихо хмыкает, замявшись еще на несколько секунд, но потом все же входит без стука: в этом доме он всегда желанный гость. В прихожей шум заметно усиливается, и Аояги молча разувается и вешает куртку на крючок. Насколько он знает, в такое время с понедельника по субботу Тешима дома один, но сейчас это правило оказывается нарушенным, вызывая дискомфорт и сомнения. Может, сегодня не стоило приходить? Закинув сумку с тетрадями обратно на плечо, Аояги двигается в сторону гостиной, где его обычно встречает уютная атмосфера с едва заметным запахом молока, которое Тешима добавляет в чай. Но в этот раз все иначе. Вместо того, чтобы привычно увидеть Тешиму за большим котацу, занятым подготовкой к занятиям, Аояги видит нечто, что не вписывается ни в какие рамки привычного. Вокруг беспорядок: диванная накидка вместе с подушками сдернута едва ли не до пола, статуэтки, украшающие полки, так же сброшены на пол и теперь валяются среди ярких — явно не по учебе — книжек, под ногами хрустят, кажется, остатки печенья, и Аояги на автомате отступает назад. В целом гостиная выглядит так, словно здесь прошел мини-тайфун. Вопросов от этого только больше, а потом топот ног начинает приближаться, и мимо все еще опешившего Аояги проносится что-то маленькое и яркое, явно пытающееся сбросить хвост в виде Тешимы. Еще до того, как гость успевает что-то сказать, Тешима успешно завершает свое преследование, схватив это маленькое и яркое нечто, которое в итоге оказывается просто ребенком, и победно вскрикивает: — Попался! Ребенок яростно брыкается и пытается вырваться, а потом вдруг замирает и смотрит на незнакомца своими большими глазами. Аояги чувствует себя неоднозначно под этим любопытным взглядом и складывает руки на груди, требуя объяснений. Тешима виновато улыбается, ставит ребенка на пол, но продолжает держать за шкирку, видимо, чтобы не убежал снова. — Ты сегодня рано. Извини, что не предупредил по поводу этого… недоразумения. Я и сам только недавно узнал. — Недоразумение — это еще мягко сказано, — говорит Аояги, поглядывая то на мелкого рыжего мальчишку, то снова на Тешиму. — Ты видел, во что превратилась твоя гостиная? — У меня не было выбора, меня заставили, — тяжело вздыхает Тешима, и Аояги становится даже немного жаль его. — Кстати, кто это? Мелкий рыжий мальчишка обиженно хмурится и снова пытается вырваться, но Тешима не отпускает. — Племянник. Его зовут Исса. — Кабураги Исса! — перебивает ребенок с гордостью в голосе и забавно взмахивает маленькими кулаками. — И с каких пор у тебя есть племянник? — едва скрывая недовольство, спрашивает Аояги, снова взглянув на Тешиму. Нет, он действительно не рад тому, что их планы, кажется, накрылись медным тазом. — Да вроде как уже лет пять. — Тешима устало опускает плечи. — Моей тете срочно понадобилось уехать в командировку на две недели, а этого мелкого оставить не с кем было, поэтому он поживет у нас. Я только после уроков сегодня узнал, что мне нужно забрать его из садика. Еще и пришлось его вещи тащить. — Понятно. — У Аояги нет слов. Тешиму против его воли сделали нянькой, а у них вообще-то экзамены в конце учебного года. И как теперь они должны заниматься? — Это Аояги Хаджиме, — говорит Тешима после того, как мальчишка начинает тянуть его за рукав кофты. — Мой… друг. От слова «друг» у Аояги внутри что-то неприятно переворачивается, но он старается игнорировать это ощущение. В самом деле, не объяснять же пятилетнему ребенку, что они встречаются. — Хаджиме! — воодушевленно повторяет Кабураги с беспечной детской улыбкой. — Не так. — Тешима качает головой. — Аояги, — уже не особо уверенно произносит мальчишка, озадаченно хмурясь. — Аояги-сан, — поправляет его Тешима, но Кабураги, кажется, это совсем не нравится. Он обиженно поджимает губы и втягивает голову в плечи. Со стороны выглядит смешно, но Аояги как-то не до смеха. — Хочешь подружиться с ним? — с мягкой улыбкой спрашивает у ребенка Тешима. Аояги думает, что ему совсем не интересен ответ, но после того, как слышит упрямое и резкое «нет», возмущение закипает в нем с небывалой силой. Да что этот мальчишка себе позволяет? Тешима неловко усмехается в кулак и треплет парня по рыжей шевелюре, мол, что взять с ребенка? — Я думаю, он особо не помешает нам заниматься. Тетя говорит, что он бывает немного активным, но быстро устает. Аояги не отвечает. Лишь подытоживает про себя: будет трудно. Но это ведь всего на две недели? Две недели он сможет перетерпеть, а потом все вернется к привычному ритму. Однако перетерпеть оказывается не так-то просто, как могло показаться. Первый же день с присутствием Кабураги в этом доме оборачивается настоящей пыткой, когда Аояги помогает с уборкой в гостиной, одновременно пытаясь уследить за тем, чтобы мальчишка не натворил еще большего беспорядка. Из-за этого уборка затягивается, а потом заканчивается тем, что у «немного» активного Кабураги за компанию с Аояги начинает урчать в животе. — Хочешь поужинать? Мама оставила нам карри со свининой, — предлагает Тешима, когда Аояги наконец позволяет себе сесть и немного отдохнуть. — Нет, буду только чай. — Тогда я все приготовлю. — Тешима чуть улыбается, словно этой улыбкой пытается извиниться, и зовет Кабураги с собой на кухню. Мальчишка с нескрываемым удовольствием бежит следом, и Аояги опускает голову на только что вытертую столешницу котацу. Дети всегда так выматывают? Если да, то где найти достаточно сил, чтобы пережить две недели? Это был хороший вопрос, но, к сожалению, без ответа. И пока Тешима возится на кухне, побрякивая посудой, Аояги успевает задремать прямо на столе и просыпается, только когда рядом появляется небольшой поднос с двумя чашками и кексами. — Извини, — тихо говорит Тешима, усаживаясь на пол. — Пришлось ждать, пока Исса доест. Ты, смотрю, уже успел заскучать. Выпрямившись, Аояги невольно морщится от боли в затекшей шее, а потом смотрит на ребенка, который сидит, развалившись на диване, и наконец-то выглядит успокоившимся. Когда Тешима успел включить телевизор, Аояги даже не заметил. На экране мелькает картинка каких-то мультиков и успешно отвлекает на себя все внимание Кабураги. Видимо, у них действительно появился шанс позаниматься. С облегчением выдохнув, Аояги тянется за чашкой и, ничего не подозревая, делает глоток. — Что такое? Слишком горячий? — удивляется Тешима, заметив, как Аояги, резко зажав рот рукой, усердно пытается подавить желание выплюнуть все обратно. Кое-как сглотнув, Аояги кашляет, отворачиваясь в сторону. — Нет. Соленый, — хрипит он. Тешима тут же забирает чашку и сам делает маленький глоток, после которого тоже хочется только выплюнуть безнадежно испорченный напиток, а еще ругнуться. — Это не я, честно, — говорит он, вытирая ладонью рот. — Знаю, — нахмурившись, отвечает Аояги, и они оба смотрят в сторону Кабураги, который покрепче обнимает подушку, спрятав за ней половину лица. — Вот же мелкий паразит, — устало выдыхает Тешима, наклонив голову. — Я только на минутку отвернулся. Прости, Аояги, я сделаю тебе нормальный чай. Поднявшись со своего места, Тешима берет поднос и быстро уходит на кухню, оставляя притихшего Кабураги на растерзание тяжелого взгляда Аояги. Вот как? Значит, война, да? Кабураги не разрывает зрительного контакта. Смотрит упрямо и решительно. И от этой наглости Аояги едва не скрипит зубами. — Хорошо, — говорит он, стараясь вложить в свой тон максимальную серьезность. — Быть твоим другом я тоже не хочу.

* * *

Все-таки для одного вечера происходит слишком много всего. Аояги успевает узнать о том, что Кабураги обладает чрезмерной даже для ребенка самоуверенностью, любит машины, мультики про них и без ума от апельсинового сока — он выпил почти целую пачку, которая оставалась у Тешимы на кухне. Всего за один вечер Аояги успевает пережить такой спектр эмоций, как не было у него уже давно. От удивления до раздражения. От сдавленных смешков, когда Кабураги в силу детской неуклюжести косячил, играясь с пультом от телевизора и роняя его себе на лицо, до обреченных вздохов, когда Кабураги задавал идиотские, выводящие из себя вопросы, на которые не было никакого желания отвечать. Подготовка к экзаменам, естественно, тоже выходит никакой. Они едва решают три задачи по математике, после чего у Аояги невыносимо болит голова и хочется спать. Тешима выглядит менее усталым, и его выдержке можно только позавидовать. — Тебе пора в кровать, — говорит он, глядя на зевающего Кабураги. Мальчик трет глаза кулаками и что-то бурчит себе под нос. Через час должна вернуться мать Тешимы, и им тоже пора закругляться. — Ничего. Можешь пойти уложить его, я подожду, — говорит Аояги и крутит в пальцах ручку. — Как раз попробую добить последнее уравнение. Тешима выключает телевизор, уходит наверх, забирая с собой Кабураги, и гостиная погружается в тишину, которая кажется вдруг неестественной. Следующие пять минут Аояги честно пытается доделать задание, но глаза предательски слипаются, и он начинает клевать носом. Очнуться от накрывающего сна получается не сразу. Только когда со спины внезапно ощущается привычное тепло, а чужие-родные руки бережно обхватывают за талию. — Джунта… — совсем тихо и сонно произносит Аояги, чувствуя, как губы касаются уха. — Сегодня просто безумный день. Из-за меня ты утомился, извини, — виновато говорит Тешима, положив подбородок на плечо Аояги. — Не из-за тебя. Из-за одной рыжей мелочи. — Кажется, нам нужно заняться его воспитанием. Тешима тихо смеется, когда Аояги оборачивается и пронзает его слишком многозначительным взглядом. — Не говори так, словно он твой ребенок. У него есть мать. — Прости. Просто это показалось мне забавным. — Это нисколько не забавно, — ворчит Аояги, но нежные руки возлюбленного заставляют расслабиться. — Я сдерживался целых три часа, — шепчет Тешима и требовательно разворачивает к себе. — Давно мне не было так сложно. Аояги едва успевает перевести дыхание, прежде чем Тешима утягивает его в поцелуй. Трепетный и одновременно жадный. От таких поцелуев кружится голова, и сердце начинает скакать, как во время гонки. Аояги неосознанно старается прижаться плотнее, и Тешима ведет пальцами вдоль его позвоночника, даже сквозь одежду вызывая волну удовольствия. Настолько приятно, что не хочется останавливаться. Даже когда Аояги слышит отдаленные шаги, ему кажется, что это лишь игра воображения, и только слишком реальное звучание детского голоса заставляет его резко отодвинуться. — Что вы делаете? Кабураги стоит внизу лестницы и снова зевает. Он выглядит расслабленным и непринужденным, но Аояги все равно чувствует себя застуканным на месте преступления и краснеет, будто бы мальчик увидел что-то далеко выходящее за рамки обычных поцелуев. — Ты почему встал? — спрашивает Тешима, неохотно выпуская из объятий Аояги. — В туалет хочу, но там в коридоре слишком темно, — отвечает Кабураги, немного жмурясь от яркого света в гостиной. Тешима в который раз за сегодня вздыхает и поднимается на ноги, без всякого желания куда-то идти. Но ребенок есть ребенок. — А что вы делали? — снова интересуется Кабураги, когда Тешима подходит к нему, чтобы отвести обратно наверх. — Это называется поцелуй, да? — Да, — подтверждает Тешима, и Аояги начинает чувствовать серьезное беспокойство от такой прямоты. — Друзья иногда делают так. Кабураги морщится и высовывает кончик языка, делая вид, что ему неприятно. — Тогда я точно не собираюсь дружить с Аояги. — Далеко не всем друзьям обязательно делать это, — натянуто улыбается Тешима, поднимаясь по ступенькам, и Кабураги следует за ним торопливыми шажками. Аояги снова остается один и чувствует облегчение. С одной стороны, забавляет, что Тешима не стал выкручиваться, с другой — реакция мальчишки. Остается лишь надеяться, что Кабураги забудет о том, что видел, или не придаст этому особого значения. Решив про себя, что ничего плохого не случится, Аояги вновь устало облокачивается на столешницу. Определенно изматывающий день. Как бы еще дойти до дома?