И в этот день Рай и Ад поменялись местами.

      Париж, 2018 год.        Шел дождь - довольно распространенное явление в ноябрьском Париже. В столь ранний час мало кто решается прогуляться по древним, красивым улочкам, у каждой из которых своя неповторимая, иногда кровавая, но все равно захватывающая история. Тем паче, если они омывались осенними дождями.        Тем не менее, рядом с собором Парижской Богоматери проходит молодой человек. Старательно, но безрезультатно пытаясь перепрыгивать лужи, он, никуда не глядя и укутываясь в бежевое пальто, шел вперед. На его голове не было убора, поэтому светло-русые, мягкого теплого оттенка волосы уже были мокрые и липли ко лбу, но юноша неумолимо шел вперед, то и дело поправляя воротник.        Шел мимо он потому, что уже вышел из священного места, обожаемого местными и туристами. Он молился - ведь ему уезжать из родной страны. Нотр-Дам де Пари смотрел ему в след.        Перебежав дорогу в неположенном месте, молодой человек свернул на улицу Массиллон. Шел он спешно, не обращая внимания на красоты родного города. Здесь он вырос, родители сняли ему небольшую квартирку на этой же улице, он поступил в престижный университет. Недавно он посылал заявку на учебу по обмену, совершенно не надеясь на ответ - скорее он отдал дань родительскому совету. Неожиданно пришел ответ, содержащий приглашение в Оксфордский университет.        Молодой человек пару раз был в Лондоне, и знал, насколько сыро там бывает. Его это происшествие не удивило, лишь доставило лишних хлопот: таких, как переезд, например. Родители так хотели помочь юноше в денежном вопросе, но тот наотрез отказался, объясняя тем, что сам способен содержать себя.        Глубоко вздохнув, он вставил ключ в скважину и пару раз повернул. Дверь беззвучно открылась, и молодой человек вошел. Повесив мокрое пальто на крючок, он сразу же ушел на кухню ставить чайник. Квартира была однокомнатная: студенту, который редко бывает дома, как никогда подходила. Шкаф-гардероб, диван, пара кресел, письменный стол и тумбочка со стареньким телевизором составляли убранство единственной комнаты. Сейчас тут было на удивление пусто: все книги и одежда были компактно сложены в два чемодана. Рядом покоился черный футляр.        Чайник закипел. Парень, до этого в раздумьях созерцавший вид из окна, спохватился и выключил плиту. Налив себе чай, он сел за стол. Перед переездом ему стоило поесть поплотнее, но набивать желудок он не торопился, ограничившись печеньем. Дождь барабанил по стеклу. Юноша попытался выудить из этого стука мелодию, но ничего не вышло. Капли упрямо стучали что-то нечленораздельное для человеческого слуха, а это огорчало русоволосого, так отчаянно старавшегося запомнить каждую деталь, каждую секунду пребывания в родном городе. Он помыл пустую чашку и поставил ее к остальным, также скромно украшенным золотой каемкой.        Молодой человек забрал вещи и, в последний раз глянув в уже безжизненную комнату, надел еще не высохшее пальто, повесил на его место ключ и вышел, аккуратно закрыв дверь.        На метро он быстро добрался до Северного вокзала. Несмотря на раннее время, туда-сюда сновали люди, прикрываясь разноцветными зонтами. Дождь усилился, и юноша поспешил вовнутрь, так как зонта у него не было. Он прибыл за пятьдесят минут до отправки, так что у него была лишняя минута, чтобы полюбоваться высокими потолками. Порывшись в карманах, он достал билет и приложил его штрих-кодом к турникету. Тот одобрительно запищал, и юноша прошел дальше.        Из-за другой стороны стекла на него посмотрел мужчина сорока лет. Он внимательно вгляделся в его лицо, а затем в паспорт русоволосого, и так несколько раз. Хмыкнув, он отдал документ обратно: - Приятной поездки, - глухо сказал он. Юноша кивнул и пошел дальше. Примерно также он прошел и английский паспортный контроль, а затем попал в зал ожидания. Его взору предстали гладкие, блестящие металлические поезда. Невольно залюбовавшись ими, молодой человек рассматривал поезда очень внимательно, исследуя взором карих глаз каждую деталь. Рядом находили магазинчики со всякими мелочами, и юноша подумал, что наверняка весь товар там обойдется вдвое дороже обычного, и потому твердо решил поесть уже в Англии.        Ожидание не заняло много времени, и вскоре пассажиры рассаживались по вагонам. Русоволосый оказался практически один - лишь в противоположном углу приземлился какой-то мужчина лет пятидесяти. Пока юноша помещал на стеллаж чемодан, его сосед пристально оглядел его, а затем быстро отвернулся, будто бы забыв о его существовании. Молодой человек присел. Ему предстояло примерно два часа лицезреть стены тоннеля. У окна был приклеен лист с яркими значками, обозначающими "не шуметь", "не мусорить". "А так хотелось", - уныло подумать герой и, прижавшись лбом к окну, стал наблюдать за тем, как удаляется станция.        Всю дорогу ехали в тишине.        Благо, на вокзале Сент-Панкрас ему не требовалось проходить проверку - он был свободен.        Британский центральный вокзал был таким же огромным. Много людей, таких разных, как муравьи, сновало туда-сюда. Какая-то девушка кинулась на шею парню, выходящему прямо за русоволосым, заставив того рефлекторно отпрыгнуть. Багаж ощутимо оттягивал руку, впиваясь в пальцы ручками. Усмехнувшись про себя, он продолжил путь. Изучив карту Лондонского метро, он нашел нужную ветку. Сев в поезд Хаммерсмит-энд-Сити, он проехал до станции Паддингтон. Оттуда осталось лишь добраться до Оксфорда на автобусе. Находясь с раннего утра на ногах, юноша был вымотан, поэтому уснул в автобусе. Он бы любовался открывающимися видами, снимал их, фотографировал - но телефон находился в кармане, а фотоаппарат в сумке. Проснулся он только тогда, когда автобус остановился - ему крикнул водитель. Скомкано поблагодарив того, парень взъерошил и без того находившиеся в беспорядке волосы, захватил чемодан с сумкой и вышел. Мир древних мрачных готических зданий, острых пик поглотил его. Не оглядываясь по сторонам, он открыл главную дверь.        Внутри университет выглядел так, будто и по сей день там царит семнадцатый век. У русоволосого появилось ощущение, что время в это месте остановилось и вязкой, густой массой заполнила весь городок. - Извините, - обратился юноша к первому попавшемуся студенту, - это колледж Корпус-Кристи?        Тот, перехватив поудобнее черный бонет, остановился, внимательно оглядывая молодого человека. - Да, - кивнул он, - а вы по какому вопросу? Туристам вход воспрещен. - Я не турист, - возразил русоволосый, - я... по приглашению, - и показал пригласительное письмо. - Что же вы молчали, - пробежав глазами, сказал студент, - вам к старосте. Я вас провожу, - и повел героя по коридору. Заметив, что ему довольно сложно ходить с занятыми руками, студент взял дорожную сумку. Возражений не последовало. Студент мягко улыбнулся и повел юношу по винтовой лестнице. Последний не старался вглядываться в его лицо, но все равно невольно заметил, что у него довольно располагающая внешность: густые волнистые темно-каштановые волосы, глубокие темные, почти черные глаза, широкие скулы, прямая осанка и длинные пальцы. - Прошу прощения, я не представился, - подходя к дубовым дверям, произнес студент, - Джеффри Улри. Факультет журналистики, второй курс. - Очень приятно, - произнес юноша и хотел было сам представиться, как резная дверь отворилась, и из кабинета вышел суховатый седовласый мужчина лет пятидесяти. Он оглядел сначала Джеффри, а затем и его нового знакомого. - Мистер Улри, - утвердил он, склонив голову набок, - почему вы не на лекции?        Русоволосый внимательно осмотрел вышедшего, отметив солидный минимализм в выборе одежды, и перевел взгляд на Джеффри. Тот учтиво улыбнулся. - Прошу прощения, сэр, я провожал гостя к вам, - проговорил он четко и уверенно. Взгляд мужчины смягчился - льдистые голубые глаза за прямоугольными очками сощурились. - Благодарю вас, - проговорил он, - уверен, сей смышленый молодой человек нашел бы меня и сам. Прошу вас, идите на лекцию.        Джеффри кивнул и пожелал хорошего дня. Мужчина уже развернулся и этого не заметил, а русоволосый улыбнулся знакомому. - Свидимся еще, - одними губами произнес Улри и скрылся.        Седовласый пригласительным жестом указал в кабинет. Молодой человек спешно вошел, а за ним и староста. Пока он оглядывал помещение, последний утроился за дубовым столом и внимательно осматривал парня из-под очков. Когда тот понял, что от него ждут слов, он неловко сел на предложенное обитое кожей кресло, оказавшееся достаточно жестким и неудобным. Расположившись в более-менее непринужденной, по его мнению, позе, молодой человек начал: - Здравствуйте. Я приехал... - По приглашению? - мягко перебил староста. Юноша кивнул и протянул конверт. Седовласый взял его и достал письмо, - да, точно, - он перевел взгляд на юношу, - рад видеть у себя талантливого скрипача. - Спасибо, сэр - сказал молодой человек, смутившись, - но мне еще далеко до идеала. - Всегда есть куда стремиться, - подтвердил староста после некоторой паузы, - вы устали с дороги. Общежитие находится недалеко. "Ревли хаус" вас ждет. Добро пожаловать в Оксфорд, - он мельком глянул в приглашение, - Жан Анатоль Феликс Лазарь.