Младенец в «Акацуки».

Крик малыша эхом разносился по убежищу, вынуждая преступников очнуться ото сна и недоуменно потирать веки, заставляя задуматься, во сне им слышится этот детский визг или наяву. И если самые сдержанные и терпеливые предпочли не выяснять, что происходит, и ждать, когда все придет в норму, то остальные, а точнее два самых нервных и дерганных преступника, все же предпочли разобраться, в чем же дело. - Черт подери, да кто орет?! - в проеме двери одной из комнат показался силуэт заспанного Дейдары, сонно потирающего правый глаз. Было видно, что подрывник сейчас мало что соображает, ведь он буквально валился с ног, левой рукой опираясь о ручку несчастной двери. - Что за ебарь поднял меня в два часа ночи?! Я ему хуй выдеру, клянусь Джашином! - послышался из другой комнаты гневный вопль Хидана. Бессмертный явно был не в духе, а потому Итачи решил, что для безопасности брата будет лучше удалиться как можно скорее. Как назло Саске не хотел успокаиваться, как брюнет его не укачивал. - Итачи-сан, да заставь ты его замолчать! - Кисаме шел следом за юношей, крепко зажав уши руками. Он даже не представлял, как напарнику удается сохранять невозмутимый вид при таком визге. - Он есть хочет, - спокойно произнес Учиха, проходя в их общую с Хошигаке комнату, где из интерьера стояли только две кровати, небольшой шкаф и письменный столик с единственным стулом, стоявшим рядом с ним. Как раз к одной из кроватей и направился парень. - Чем ты его будешь кормить в убежище преступников посреди ночи? - поинтересовался мечник, проходя в комнату. - Я предусмотрительней, чем ты думаешь. Положив брата на свою кровать, Итачи достал из набедренной сумки небольшую бутылку с молочком. Хорошенько ее встряхнув, Учиха присел на краешек кровати и приставил бутылочку к губам Саске. Малыш тут же успокоился и слегка приоткрыл ротик. Однако спустя секунду, мальчик тихо замычал и повернул головку на бок, позволяя нескольким каплям сорваться с его губ на пеленки. Кисаме с недоумением смотрел, как Учиха-младший барахтается, вертя головой налево и направо, не понимая, что тому нужно. - Черт, молоко холодное, - ответил на его немой вопрос парень, резко поднимаясь с кровати. - Он пить не хочет. - Так подогрей его своими огненными техниками, - посоветовал Хошигаке, вызывая у Учихи такой взгляд, от которого хотелось под землю провалиться. - Что ты так смотришь на меня? Однако вопреки его ожиданиям, брюнет не ответил, а точнее не успел ответить, потому что Саске вновь поднял крик, заставляющий присутствующих поморщиться от режущего звука в барабанных перепонках. - Давай тогда ты найдешь мне какую-нибудь емкость, чтобы я влил туда молоко, - чуть повысил голос юноша, чтобы мужчина его услышал. - А в бутылке прямо нельзя? - Если у тебя есть желание обжечь руки, то можешь держать ее, - Итачи недвусмысленно протянул мечнику бутылку, на что он лишь расставил вперед руки, будто ограждаясь от напарника. - Э, нет, спасибо. Мне еще сражаться этими руками. - Тогда будь добр держать свои комментарии при себе. - Да с удовольствием. Закончив на этом диалог, Итачи вновь повернулся к ревущему Саске, а затем перевел взгляд на холодное молоко. Прокрутив в голове за несколько секунд все возможные варианты, парень вновь перевел глаза на Хошигаке. - У вас есть место вроде кухни? - Да, выходишь из комнаты, затем прямо по коридору до конца и первая дверь налево. Только там тарелку с кровью не трогай. Хидан решил эксперимент поставить. - Спасибо, - Учиха еще раз глянул на братика и направился к двери, останавливаясь у самого ее порога. - Значит так, я иду подогревать молоко, а ты следи за Саске. - Хорошо, - Кисаме кровожадно улыбнулся и посмотрел на маленького Учиху, будто голодный пес на свежее мясо. Естественно, такое не могло скрыться от всевидящего взора Итачи, а потому он решил немного помедлить с отбытием. - Кисаме, следить - не значит разодрать на части Самехадой, и не значит оставить одного на растерзание остальным членам организации. Следить - значит... - Ладно, я понял, - недовольно буркнул мечник. - Буду оберегать это маленькое чудовище. Только избавь меня от своих поучительных нотаций. - Я рад, что мы поняли друг друга. С этими словами брюнет переступил порог их комнаты и удалился в направлении, указанном Хошигаке, который теперь стоял рядом с орущим малышом и с ненавистью всматривался в его детское личико. - Да заткнись ты уже, чудовище! Неожиданно дверь их комнаты отворилась и на пороге показался Дейдара с растрепанными волосами, однако облаченный в фирменный плащ «Акацуки». - Это из вашей комнаты такой ор стоит? - блондин лениво потянулся и перевел взгляд на Хошигаке. - Что у тебя тут? - Итачи-сан своего брата принес. Он теперь орет. - Это тот новенький? Кисаме утвердительно кивнул. Только теперь Тсукури заметил на одной из кроватей темно-синие пеленки, в которые был завернут малыш. От такого вида подрывник впал в ступор, а затем усиленно потряс головой, в следствие чего несколько светлых прядей упало ему на лицо. - Это ребенок? - наконец спросил он. Хошигаке выгнул бровь, всем своим видом показывая абсурдность этого вопроса. - Мне отвечать? Дейдара вновь перевел взгляд на младенца и снова потер правый глаз. В ту же секунду его губы исказил кровожадный оскал, а на лице застыло выражение, с котором обычно маньяк душит свою жертву. - Значит, вот эта мразь разбудила меня?! Да я ее сейчас взорву! - Э, не сейчас. Мне потом Итачи-сан устроит бесплатный сеанс по миру Цукиеми. Да и тебе, в принципе, тоже. Насколько я слышал, вещь не самая приятная. - Да мне плевать! Это мелкое отродье прервало мой сон! Сейчас я сделаю его частью своего искусства, хоть он и не достоин такой чести! Словно подчиняясь немому приказу, ротики на ладонях пиротехника принялись усилено работать, а через несколько секунд в его руке появилась взрывная глина, по форме напоминающая птицу. Блондин высоко поднял руку в воздух, готовясь бросить свое творение в ребенка, как тот вдруг неожиданно замолчал и потянул к нему ручки, при этом тихо замычав. Не понимая, что могло так резко повлиять на поведение малыша, Дейдара остановился и внимательно посмотрел в маленькое личико младенца. - Не понял. Чего он хочет? - Похоже, ты ему нравишься, - усмехнулся Кисаме. - Ерунды не неси. Я ненавижу детей. А малыш все продолжал тянуть к нему свои ручки, продолжая невнятно мычать. - Чего ты хочешь, монстр? - Тсукури подошел поближе к кровати и склонился над Саске. Малыш открыл ротик и улыбнулся, протягивая маленькие ручонки к глиняной птичке. - Ему нужна твоя птица, - сообразил мечник, недвусмысленно намекая блондину отдать птицу мальчику. - Мое искусство? - возмутился Дейдара, оборачиваясь к Хошигаке. - Ну уж нет! Это не игрушка, а шедевр! - Да отдай, жалко что ли? - Художники не разбрасываются своими работами направо и налево. В их работах есть смысл, а потому... - Ой, вот про "разбрасываться" мог бы и умолчать. - Ты хочешь со мной поспорить? - Да Ками-сама упаси. Вы, художники, все психи. Дейдара недовольно фыркнул, в следующую секунду чувствуя, что его несильно, но настойчиво тянут вниз. Лишь переведя взгляд вниз, Тсукури увидел, что Саске уцепился в его птичку и теперь уверенно тянет ее в свою сторону. - Э, дай сюда! Одним резким движением блондин вырвал из ладошек Саске бомбу и отскочил на полметра от кровати. Две секунды мальчик соображал, что произошло, а когда понял, что у него отобрали "игрушку", тихо всхлипнул и, словно сирена, начал орать, протягивая ручки к птице, которая все еще находилась в руках у пиротехника. От такого вопля преступники, как по команде, зажали уши и зажмурили глаза. - Отдай ему свою глину! - что было сил закричал Кисаме, перебивая своим ором вопль малыша. - Это искусство! - в тон ему ответил Дейдара. - Все равно отдай! - Черт подери вас всех! - с болью в сердце Тсукури швырнул ему птицу, которая упала точно на пеленки. Получив желанное, Саске мигом успокоился и начал тискать свою, теперь уже любимую, игрушку. - О, Ками-сама, наконец-то замолчал, - выдохнул мечник. - Изверги, в вас ничего святого нет! - отчаянно закричал подрывник, недвусмысленно намекая на Саске и Кисаме. Хошигаке лишь усмехнулся и посмотрел на малыша, радостно покрывавшего собственной слюной творение Дейдары. Сам пиротехник смотрел в окно, а потому пока не замечал, что малыш вытворяет с его искусством. И так могло бы продолжаться долго, если бы дверь в очередной раз не отворилась и в проеме не показался до ужаса злой и свирепый Хидан. - Ебаный в рот, кто тут хочет стать моей следующей жертвой?! - Стучать учили? - недовольно отозвался мужчина, даже не удостаивая Джимпачи взглядом. - Заебись, рыбья морда, - огрызнулся тот. - Кто тут вопль поднял?! - А что, твой Бог не может послать сладких сновидений? - съязвил Дейдара, с легкой улыбкой на устах оборачиваясь к бессмертному. - Лучше уебись, пока по яйцам не втащил. - Закрой рот, если не хочешь стать частью моего великого искусства. - Джашин тебя покарает, богохульник. Тсукури лишь усмехнулся и, наконец, посмотрел на малыша. Правый глаз подрывника в один миг стал похож на большое блюдце, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди. - Он обслюнявил мое творение! Хидан в недоумении проследил за взглядом блондина, а в следующую секунду комнату огласил дикий ржач и гневные вопли. - Я его сейчас голыми руками придушу! - пиротехник в гневе сжал кулаки и решительно направился к мальчику, с целью лишить его жизни, однако в который раз за сегодня подрывник был остановлен. - Что здесь происходит? - на пороге показался Итачи, держащий в руках все ту же бутылку с уже теплым молочком. Именно его появление спасло младенца от неминуемой смерти, ведь в этот раз Кисаме решил не заступаться за этого "маленького монстра". - Как ты и просил, я оберегал твоего младшего братика. Теперь разбирайся с этими двумя сам, - быстро протараторил Хошигаке, уступая напарнику дорогу, вместе с этим увеличивая обзор комнаты. Учиха окинул "гостей" внимательным взором, который предпочел остановить на Дейдаре. - В чем проблема? - В чем проблема? Ты еще спрашиваешь, в чем проблема?! - сразу вспылил подрывник. - Да этот маленький монстр поднял меня с кровати посреди ночи! Он обслюнявил мое творение! - Это все? - таким же спокойным и безэмоциональным тоном поинтересовался брюнет, чем, сам того не осознавая, взбесил блондина еще сильнее. - То есть вот так, да?! Ну все, прощайся со своим братиком! Не медля больше ни секунды, Дейдара поднес два пальца правой руки к губам, не отрывая взгляда от бомбы в руках мальчика. Итачи среагировал мгновенно. Не прошло и секунды, как он оказался позади пиротехника и приставил к его оголенной шее кунай. - Только попробуй, и, клянусь, я выпущу тебе кишки. А затем твое мертвое мясо пойдет на корм воронам. - Ты бы поменьше выпендривался, новенький. Целее будешь. - Мне повторить? - Думаешь, я тебя боюсь? - губы блондина озарила довольная ухмылка. - Ты меня услышал, - так же холодно ответил брюнет, чуть надавливая на рукоятку, тем самым царапая белоснежную шею подрывника. - Одно движение, и можешь прощаться с жизнью. На целую минуту в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим бульканьем Саске. Взгляды Кисаме и Хидана были прикованы к Итачи и Дейдаре. Нукенинам не терпелось узнать, чем же закончится эта перепалка. Однако ни Тсукури, ни Учиха не торопились делать первый шаг. Каждый ждал действий от оппонента, и это "сражение" успешно могло затянуться на всю ночь. - Ну и кто кого грохнет? - не выдержал Джимпачи, плюхаясь на кровать Хошигаке. - Ставлю на новенького. - Мне, конечно, безумно приятно видеть, как Дейдара находится на грани между жизнью и смертью, однако я все же спрошу. Что здесь происходит? Все, как по команде, обернулись на низкий мужской голос. В проеме застыло громоздкое Хируко, лицо которого затягивала паранджа. Конструкция Акасуны медленно пересекла порог и, пристроившись возле шкафа, немигающим взором уставилась на напарника. - Как же вовремя, Сасори но Данна, - подрывник так же нагло уставился на Хируко, не убирая с губ ядовитой усмешки. - Наслаждаетесь видом? - Не борзей, Дейдара. Иначе я убью тебя, - пригрозил тот. - Занимайте очередь. Вы третий. - Вижу, все уже в сборе, - в комнате, будто из воздуха, возник Какузу, плечом опираясь о дверной косяк. - Какузу, я заметил, ты всегда появляешься там, где должна пролиться кровь, - усмехнулся бессмертный, бесцеремонно плюхаясь на подушки, тем самым вызывая оскал у Кисаме. - Заткнись, Хидан, - беззлобно ответил водопадник, не меняя своего положения. - А вам не кажется, что наша комната слишком мала для нас всех? - как бы между прочим заметил мечник, делая легкий намек, что всем пора разбредаться по своим комнатам. - Я бы ушел, однако желание посмотреть, останется Дейдара в живых или нет, сильнее меня, - произнес Сасори. - Супер, остальные что тут делают? - Кисаме требовательно оглядел каждого из непрошеных гостей, явно намереваясь получить ответ на свой вопрос. - Вообще-то этот младенец не дает нам спать. Из-за него, можно сказать, нарушен наш общий график, а потому мы все имеем право находиться здесь. Я ответил на твой вопрос? - монотонно произнес Какузу, не сомневаясь, что его ответ окажется исчерпывающим. - Да, - мрачно ответил Хошигаке. - И долго ты собираешься держать этот кунай у моей шеи? - наконец, подал голос Дейдара, которому уже изрядно надоело такое невыгодное положение и игра на публику. - Пока не буду уверен, что Саске находится в безопасности, - ответил Итачи. - Ой, да нужен он мне, - Тсукури опустил руку и сделал шаг вперед, тем самым восстанавливая положенную дистанцию между ним и Учихой. - Пусть живет, однако я не позволю осквернять мои творения. - Твои творения просто мусор, - вставил свои пять копеек Сасори, безумно огорченный тем, что не увидел ожидаемого исхода, где блондин падает на пол, а из его шеи вытекает темная кровь, образующая на полу огромную лужу. - Данна, я сейчас в очень плохом настроении. Лучше воздержитесь от оскорблений хотя бы на первое время. - Угрожаешь мне? - Всего лишь ставлю перед фактом. Тут Итачи убрал кунай обратно в набедренную сумку, наклонился над братом и, ничуть не брезгуя, взял из его ладошек мокрую бомбу, протягивая ее пиротехнику. - Забери, если тебе это так нужно. Дейдара в недоумении уставился на истекающую слюнями малыша птицу, а затем перевел взгляд на Саске, который вновь начал всхлипывать, обнаружив, что его лишили любимой игрушки. Как и предполагалось, ребенок не стал заставлять себя ждать, и уже спустя пару секунд плакал, словно зная, что это оружие не подведет. - Да отдайте вы ему эту чертову птицу! - не выдержал Хидан, кладя голову под подушку, лишь бы не слышать этого ора. - Ой, да пусть подавится! - крикнул Дейдара, отворачиваясь от Учихи и мысленно прощаясь со своим творением. Не став дольше мучить брата, Итачи отдал ему птицу, с удовольствием отмечая, что малыш начинает успокаиваться. - Ты нашел свое призвание, - с сарказмом произнес Акасуна, намеренно задевая Дейдару за живое. - Соорудите ему марионетку, Данна. Я посмотрю, как он отреагирует. - Мои марионетки не игрушки. - А мои творения значит игрушки?! - Ответ на твой вопрос находится прямо позади тебя. Устав слушать спор напарников, который явно и не думал заканчиваться, Итачи громко кашлянул, тем самым привлекая к своей скромной персоне внимание. - Я попрошу вас всех покинуть нашу с Кисаме комнату. Уверяю, сегодня Саске больше вас не побеспокоит. - Да, вам пора, - произнес Хошигаке, внутренне радуясь, что Джимпачи, наконец, покинет его кровать. - Одну секунду, - произнес Какузу и, быстро преодолев незначительное расстояние от двери до кровати, на которой лежал малыш, взял у Саске бомбу. Сосредоточившись, водопадник поднес два пальца к губам и по "игрушке" прошелся разряд молнии, на секунду осветивший недоуменное личико мальчика, который даже заплакать не успел, так как через мгновение рядом с ним вновь опустилась глиняная птица Дейдары. - Теперь все, - Какузу направился к двери, бросив на Дейдару победный взор. - Спокойной ночи. Проклиная водопадника на чем свет стоит, Тсукури со злостью топнул ногой по полу и, злобно оскалившись, сложил руки на груди, спиной опираясь о стенку. Его план "взорвать мелкого" успешно провалился благодаря Какузу. - Приятно обломаться, - хохотнул Хидан, покидая комнату вслед за напарником. - Черт, взорвать бы вас всех! - не выдержал Дейдара и, гордо вскинув подбородок, покинул территорию Хошигаке и Учихи. Сасори лишь молча последовал за ним, оставляя напарников, как им поначалу казалось, одних с малышом. Однако Итачи ясно чувствовал присутствие чужой чакры и, доверившись своим инстинктам, повернулся к противоположной стене, не сводя с нее внимательного взора. - Это еще один член нашей организации? - Зецу, тебе тоже пора, - устало произнес Кисаме, мигом догадавшись, кого имеет в виду напарник. В тот же момент пространство в стене будто начало искажаться, и оттуда показалась черно-белая голова каннибала. - Ты не перестаешь поражать меня, Итачи, - только и произнес он, вновь скрываясь в стене. Теперь они уж точно остались одни. - А ты молодец. Практически никто не в силах почувствовать рядом Зецу. Не обратив на похвалу мечника никакого внимания, Итачи поднес бутылочку с чуть остывшим молоком к губам брата. К его облегчению, Саске тут же принялся поглощать теплую жидкость, иногда позволяя белым капелькам течь мимо губ на шею и пеленки. Видимо, младенец был очень голоден, потому что полностью опустошил бутылочку, в конце довольно причмокнув. Еле заметно улыбнувшись, брюнет стер с горлышка и губ брата остатки молока и поставил бутылку на письменный столик. - Ладно, я тоже спать, - Кисаме с удовольствием повалился на кровать, практически мгновенно засыпая. - Спокойной ночи, - тихо произнес Итачи, с нежностью в глазах глядя на младшего брата, уже сладко посапывающего и все еще прижимавшегося к глиняной дезактивированной бомбе Дейдары.