Младенец в «Акацуки».

Повинуясь приказу Мадары, Итачи через несколько минут предстал перед Пейном и настоящим лидером «Акацуки» на руках со спящим малышом. После случая с пропажей брата он не рискнул оставлять Саске одного, или что еще хуже - с Кисаме. Невооруженным взглядом было видно, что тот непереваривает мальчика, впрочем, как и все члены организации, не беря в счет Пейна и Конан. Однако теперь Учиха не знал, что было лучше: притащить малыша сюда или все-таки оставить там. Мадара сверлил малыша единственным оком, в котором горел шаринган. Сверлил брезгливым, ненавистным взором, словно им же и хотел его уничтожить. Итачи сразу понял, что Учиха-старший любыми способами будет пытаться избавиться от Саске, ведь он верен своим целям, и прежде всего планам. А прибытие младенца, пусть и Учихи в организацию, где, по его мнению, должно царить лишь зло, в его идеальный план ну никак не входило. Но парень тоже не собирался так просто сдаваться. Он любым способом решил отстоять жизнь брата и его присутствие там, где находится он сам. - Я слушаю тебя, Итачи, - Мадара первым нарушил тишину. - Почему ты не мог оставить Саске в Конохе? Какая такая причина помешала тебе подкинуть его в другой дом? Я еще молчу об убийстве. Парень кожей чувствовал негатив, исходящий от родственника. Тот явно не испытывал положительных чувств к ребенку - это было более чем очевидно. И вот теперь пришло то мгновение, к которому Итачи готовился несколько дней. - Данзо. Он предупредил меня заранее, что если я хоть кого-нибудь оставлю в живых из своего клана, то он просто закончит мое дело, свалив всю вину на меня. Потому я и не мог оставить Саске одного. Ему в любом случае грозила смерть. - И ты считаешь это веской причиной? - Мадара насмешливо фыркнул и высокомерно скрестил руки на груди. - А почему нет? - парировал тот. - Потому что младенец в преступной организации - это попросту глупо. Ты убьешь его сейчас же. На моих глазах. - Я сказал, нет, - в глазах Итачи появился шаринган, а на губах оскал. Он крепче прижал к себе мирно посапывающего младенца, тем самым частично скрывая его за рукавом плаща. - Если понадобится, я буду защищать Саске ценой собственной жизни. - Ты идешь мне наперекор? - Я буду защищать Саске, - повторил брюнет. - Он мой брат. - Ты перерезал весь клан. Ты убийца. Ты знал, на что шел. Знал с самого начала. Ты был готов уничтожить всех ради высшей цели, о которой, возможно, никто и не узнает. Что произошло? Какая муха тебя укусила, что ты, черт возьми, плюешь на весь план и приводишь сюда своего брата? Я не поверю, хоть убей, не поверю, что в тебе вдруг с какого-то перепугу проснулась любовь. - Мне плевать на то, во что ты веришь, а во что нет. Саске останется, и точка. Я вырезал клан потому, что он хотел развязать войну. Все эти люди, они готовились к перевороту, готовились пролить кровь. Но невинный ребенок здесь не причем. Он не должен страдать по их вине, а уж тем более расставаться с жизнью. Саске останется со мной, пока не подрастет, а там уже я сам решу, как распорядиться его судьбой. Казалось, такой ответ не просто поразил Мадару - он его убил. Сразил на повал. Основатель Конохи даже на несколько секунд потерял контроль над своими действиями и позволил себе слишком громко выдохнуть, этим самым изобразив удивление. Но через мгновение он взял над своими эмоциями верх и продолжил диалог так же спокойно, как и начал. Лишь правое окровавленное око отображало всю злость, что на данный момент испытывал его владелец. - Ты никогда таким не был, Итачи. Я думал, ты способен трезво мыслить в подобного рода ситуациях. И вообще, Нагато, какого черта ты разрешил ему развести в организации детский сад? Пейн, до этого молча сидевший за своим столом, лишь устало вздохнул. Он знал, что рано или поздно и его коснется этот спор двух представителей великого клана. И ему уж очень не хотелось быть третьим, на которого, в любом случае, будет возложена вина, какое бы решение он не принял. Потому он уже давно придумал, что сказать в этом случае. - Меня сюда не приплетайте. Разбирайтесь между собой. Подобный ответ еще больше разозлил Мадару. - Вот значит как? То есть ты тоже не против, чтобы ребенок остался в преступной организации? - Еще раз говорю, не вмешивайте меня в ваш спор. Я соглашусь с любым решением, к которому вы оба придете. - Удобно устроился. Если уж на то пошло, то я - лидер "Акацуки", и я приказываю тебе, Итачи Учиха, убить этого ребенка. - Я не сделаю этого, - спокойным тоном ответил Итачи. - Тогда это сделаю я. Не медля, мужчина запустил руку под плащ и в следующую секунду вытащил кунай. Громкий лязг оружия заставил Саске в тот же момент открыть глаза. От малыша послышалось тихое хныканье, а затем кабинет Лидера разразился диким плачем. Абсолютно все присутствующие поморщились от подобной атаки на их слуховой аппарат, а Итачи тут же принялся покачивать Саске, дабы успокоить его. Он чувствовал на себе насмешливый взгляд Мадары, но старался не обращать на это внимания. Сейчас было важнее успокоить малыша, который все никак не хотел замолкать. Учихе было ужасно неудобно перед Лидером и Конан за подобное, и он всеми силами пытался придумать, что можно сделать. И решение пришло в тот момент, как Итачи вспомнил об обезвреженной бомбе Дейдары. Он быстро вытащил ее из-под плаща и зажал ее между ладошек брата. Увидев свою любимую игрушку, малыш тут же замолк и издал веселый крик, принимаясь пускать слюнки на глину. - Это что, птица Дейдары? - спросил Пейн при внимательном рассмотрении объекта в руках младенца. - Да. - Ты в курсе, что это бомба? - Обезвреженная бомба. Ответ устроил Лидера, который одобрительно кивнул. Будто вспомнив о чем-то, Итачи незамедлительно перевел взгляд на Мадару. За маской этого не было видно, однако парень чувствовал, что его родственничек улыбается. - И ты считаешь, что это нормально? Что преступник ранга S в роли няньки, это допустимо? - в голосе мужчины тоже отчетливо звучала не особо скрываемая насмешка. - Саске мне очень дорог. Я не позволю причинить ему вред. - Черт с тобой, ты упрям как осел, - не выдержал Мадара. - Его все равно очень скоро кто-нибудь прирежет. Уходи, пока он снова орать не начал. Оставшись доволен ответом, Итачи благодарно кивнул всем троим и вышел из кабинета. День определенно начинался хорошо. Но вот надолго ли продлится это везение, не знал никто, в том числе и сам Итачи. Благополучно добравшись до их с Кисаме комнаты, он с порога увидел напарника, лежащего на кровати и задумчиво разглядывающего потолок. Однако как только дверь скрипнула внимание Хошигаке тут же переключилась на братьев-Учих. - Итачи-сан, Вы идете на завтрак? - Завтрак? - Итачи вопросительно уставился на напарника. - Да. Там внизу уже все собираются. - А вы что, еще и едите вместе? Казалось, Кисаме ожидал такой реакции, а потому лишь издал тихий смешок. - Да, понимаю, я тоже в первый раз подумал, что это по-дурацки: преступники ранга S едят за одним столом, как мирные граждане. Но представь, какой бы хаос поднялся, если бы каждый искал себе еду. Близлежащие деревни были бы разорены в ближайшее время. А так удобно, спокойно и без лишних нервов. - А кто готовит-то? - Девушка молоденькая. Ее Хидан притащил давно, чтобы... кхм, ну ты понимаешь, побаловаться. А Лидер вроде как спас ее и предложил альтернативу: либо в постели с этим, либо она убирает и готовит каждое утро, день и вечер всей организации. Естественно, напуганная девчонка выбрала второе. Теперь у нас хоть срача в логове нет видимого. А то раньше просто кошмар был, особенно после стычек наших творцов. Хидан правда потом пытался к ней подкатить, но Лидер сдержал обещание, да и до сих пор его держит. - Все ясно. Тогда пошли. - А ты что, с этим пойдешь на завтрак? - Кисаме недвусмысленно глянул на малыша, покоящегося на руках у напарника. - Да, а что такого? - Тебя ребенок не обременяет? - Нет. Бедному Хошигаке ничего не оставалось, кроме как обреченно вздохнуть. - Тогда ничего. Пошли. К приходу напарников почти все места на кухне были заняты. Оставалось лишь одно рядом с Какузу и одно - с Хиданом. Итачи, решив не рисковать здоровьем Саске и своими нервами, сел рядом с водопадником, а Кисаме ничего не оставалось, как расположиться рядом с бессмертным. Теперь за столом присутствовали все, кроме Сасори, Зецу, Лидера и Мадары. В следующую секунду рядом с брюнетом опустилась небольшая тарелочка с рисом. Прежде чем подумав, что делает, он повернул голову назад и столкнулся с глазами темноволосой девушки. Та практически сразу отвела взгляд, который упал на ребенка. Голубые глаза брюнетки тут же расширились и в них появились слезы. - Что-то не так? - задал интересующий его вопрос Итачи. Слезы, которые та пыталась сдержать, все же вышли наружу и покатились по щекам. - И... изверги! Как вы можете? Это же ребенок! Из горла девушки стали вырываться всхлипы, заставившие всех присутствующих оторваться от еды. - А по какому поводу, собственно, истерика? - задал всех интересующий вопрос Какузу. - Кто-нибудь закройте ей рот, сейчас этот мелкий опять орать будет! - Дейдара опасливо покосился на малыша, который, на его счастье, пока не открыл своих маленьких глаз. - Он скорее от твоего ора проснется, - попытался заткнуть подрывника Кисаме, также поглядывая в сторону Саске. - Я, блять, не выдержу, если этот говнюк опять хныкать будет! - Девушка, успокойтесь. Волноваться о безопасности этого ребенка нет причин, - произнес Итачи, которому тоже не доставляло удовольствия вновь слышать плачь собственного брата и успокаивать его. - Если он сейчас заорет - причины будут! - Да закрой рот! Он сейчас точно проснется! Спровоцированный криком, Саске ко всеобщему ужасу все-таки открыл глаза. Некоторые даже дышать перестали. - Нет, нет, нет, - подрывник медленно закрыл уши руками. - Нет, не надо. Не плачь. Только не плачь, пожалуйста. Мысленно все просили Бога о том же. Никто даже не шевелился. Все смотрели лишь на Саске, который, в свою очередь, смотрел прямо брату в глаза. Вряд ли кто-то помнил подобной идеальной тишины. И неизвестно, сколько бы она продлилась, если бы Хидан внезапно не чихнул. Это и послужило причиной плача, возникшего на кухне. - Блять, поел называется! - Дейдара со всей силы кинул столовый прибор на тарелку и, встав, направился к выходу из кухни. - Нет, это действительно слишком! - всегда невозмутимый Какузу на этот раз тоже в стороне оставаться не собирался. - Сука, вот надо было тебе припереться с этим засранцем! - Хидан взял тарелку в руки и последовал примеру напарника и подрывника. За столом остались только Конан, Кисаме и Итачи с Саске, которому было ужасно неловко перед остальными. Он принялся успокаивать брата, однако сколько он не старался, тот не хотел замолкать. И даже его любимая игрушка на этот раз оказалась бессильна. - Ну успокойся, Саске. Ну пожалуйста, - в отчаянии Итачи закрыл глаза. - Я не могу больше. - Думать надо было, прежде чем ребенка притаскивать в логово преступников, - подал голос мечник. Владелец шарингана перевел на него вопросительный взгляд. Уж от кого - от кого, а от напарника услышать таких слов он точно не ожидал. - Да-да! Я уже задолбался молчать! Так тебе и надо! Притащил этого уродца - будь добр теперь не жаловаться и следить за ним! И Хошигаке последовал примеру остальных членов организации, тем самым, можно сказать, предав своего напарника. Теперь Итачи остался наедине с орущим несчастьем, которое все еще не желало успокаиваться. - А... можно мне? Брюнет еле услышал этот шепот. Принадлежал он девушке, все еще стоящей у него за спиной. Та неуверенно протянула руки к малышу. Итачи с сомнением посмотрел на нее и машинально сильнее прижал к себе Саске. За то короткое время, что он провел в организации, он привык во всех видеть врагов своего брата. - Не бойся. Отдай ей ребенка, - в первый раз за все время произнесла Конан. Ее голос был настолько уверенным, что Итачи, хоть и неуверенно, но все же передал брюнетке ребенка. Та сию же секунду прижала его к своей груди и принялась покачивать. - Тише, маленький, все хорошо. В тот момент, когда его руки освободились, Итачи почувствовал непомерную усталость. Он ведь и не спал толком вот уже несколько ночей. - Его еще покормить нужно. А я не успел. Он, наверно, поэтому плачет. Против своей воли Учиха широко зевнул. - Знаешь что, Итачи, иди в постель и хорошенько выспись. Шина позаботится о твоем брате. В противном случае она очень пожалеет. - А ей точно можно доверять? - Не сомневайся. Это стало решающей фразой, которую Итачи хотел услышать. - Тогда покорми Саске из бутылочки, но прежде подогрей ее, - он вытащил из-под плаща бутылку и отдал девушке. - Потом покачай его, только молчи, ничего не говори. Когда раздаются какие-то звуки он не засыпает. Если уж совсем не сможешь уложить, то... то неси ко мне. И вообще, если будут какие-либо проблемы, не важно с чем, то моя комната самая крайняя от входа в базу. Вроде все. А, нет, еще возьми вот эту вещь, - Учиха достал глинянную птицу и, протянув ее брюнетке. - Это его любимая игрушка. Ты все поняла? - Да. - И помни, любые проблемы, какие бы они не были - сразу ко мне. Если с Саске что-нибудь случится, я тебя тут же прикончу, не в обиду Вам, Конан-сан. - Если с мальчиком что-нибудь случится, я сама подвергну тебя, Шина, таким пыткам, что ты будешь умолять меня о смерти. И даже Лидер меня не остановит. Новую горничную мы легко сможем найти. Можешь идти. Кажется, девушка уже тысячу раз пожалела, что открыла рот. Она дрожащими руками прижала к себе мальчика, словно родное дитя, как будто боясь уронить. Итачи же поднялся с места, кинул еще один взгляд на Саске. - А теперь отдохни, Итачи. Я освобождаю тебя от собрания, на которое вас всех соберет Пейн через два часа. Главное выспись. Нам не нужны преступники, клюющие носом на каждом шагу. - Вы очень добры, Конан-сан. Я Вам безмерно благодарен, - Итачи слегка наклонил голову в знак благодарности и направился к выходу.