Кроля во фраке

Родиться зимой не всегда удача, потому что холодно, может быть ветрено, может начаться снегопад. Но Сиэлю повезло. Он родился в прекрасную тихую зимнюю ночь, когда на небе виднелись миллиарды звезд. Своим появлением на свет он осчастливил двух прекрасных влюбленных, что ждали его появления, словно чудо. Адриан, папа-омега синеглазого малыша, очень долго не мог забеременеть. Вместе со своим супругом, Винсентом, наследником благородного рода Фантомхайв, они отчаялись ждать пополнения. И вот оно — благословение. Спустя долгие четыре года. Маленького мальчика-омегу холили и лелеяли, с него сдували пылинки, хотя и соблюдали в воспитании нужную, местами, строгость и дисциплину. Три года пролетели достаточно быстро. Сиэль рос веселым, озорным и достаточно подвижным ребенком. Порой случалось, что слуги видели графа Винсента Фантомхайва бегающего за сыном, что не желал принимать ванную. Быстро научившись ходить, Сиэль вскоре и побежал, словно пришлась по вкусу новая своя способность. И вот как-то однажды на свой день рождения он получил подарок, который полюбил всем сердцем, как только раскрыл свою первую подарочную коробку. — Зайчик! — пропищал от восторга, прижимая большую игрушку во фраке к себе. — Тебе нравится? — Винсент, который и наткнулся случайно на эту игрушку в обычной лавке, присел рядом с сыном. — Да! — Какой симпатичный Кроля, — немножко поправил Адриан, с улыбкой погладив сына по волосам, что стал раскачиваться со счастливой улыбкой, крепко держа белого пушистика с красными глазками. — Папа у нас справился с заданием? Смог тебя порадовать? — Да! Очень сильно смог! Не отпуская игрушку, малыш вдруг крепко обнял а-папочку. — Я рад, — довольно заулыбался граф. Он всегда старался угодить своим омегам, самым важным людям на земле. Остальные подарки, от второго папочки, от тети Фрэнсис, дяди Алексиса, тети Ангелины, бабушки Клаудии и многих-многих других родных, приводили в не меньший восторг. И все же первый подарок, белый Кроля, запал в душу сильнее. Ребенок и сам не мог объяснить почему, но его буквально притягивало к игрушке. Словно к живому существу. — Папочка? — Сиэль дернул родителя за руку, посреди банкета. — Я спать хочу. — Конечно, лучик мой, — ласково улыбнулся Адриан, тут же поднимая сына на руки, стоило тому потянуть ручки верх. Второй родитель разговаривал с родственниками и другими незнакомцами, которых Сиэль не знал. Многие его даже немного пугали. Сиэль все еще держал своего Кролю на руках, поэтому подошедший слуга, с его позволения, решил помочь донести игрушку до комнаты, чтобы тот не мешал идущему Адриану. Добравшись до детской, Питер, юный омега-мальчик, поинтересовался у хозяина: — Помочь маленькому господину переодеться ко сну? — Не стоит, Питер, дальше я сам. Ты можешь идти, — велел Адриан. С лёгким поклоном, юноша осторожно прикрыл за собой дверь. Из-за одной горящей лампы в помещении стоял приглушённый свет. Тени на стенах создавали причудливые и немного устрашающие образы, особенно те, что двигались. А движущиеся — это тень самих омег. — Папа? — вновь обратился Сиэль, как только его усадили на постель. — А Кроля может спать рядом? — Конечно может, — голос светловолосого омеги заметно смягчился, если сравнивать с отданными приказами и разговор с сыном. — Кроля будет твоим верным защитником и оберегать сон. Сиэль довольно закивал, а после непроизвольно зазевал, потирая глаза. Спать хотелось очень сильно. Он утомился на празднике. От парадного костюма родитель избавил его довольно быстро. Сиэль нисколько не сопротивлялся, послушной куколкой поднимая руки, ноги и находясь где-то между явью и начинающимся сном. Морфей постепенно утягивал в своё сонное царство. Вскоре малыш ощутил прохладу чистых простыней, мягкость Кроли рядом и нежный поцелуй на лбу, узнавая в последнем жесте любимого о-папу. Его длинные мягкие волосы всегда касались лица и шеи, и на несколько секунд укутывало запахом роз. — Спи крепко, лучик.

***

Кролик настолько пришелся маленькому омеге по душе, что почти не расставался с ним первые дни. Брал его с собой везде: и на улицу, и блуждая по поместью. Пока родители не провели беседу о том, что игрушке тоже нужно отдыхать и иногда стоит оставлять в спальне. Но как-то вечером, оказавшись в своей детской и подхватив Кролю на руки, что до того сидел на кровати, Сиэль решил познакомить его с другими своими игрушками: — Смотри, Кроля, это Лиззи, — указал на куколку, которую подарила кузина (поэтому мальчик и назвал ее в честь сестренки). — А это Тимми, — усадил Кролю рядом с полосатым, словно тигр, котенком. И так представлял каждого. Каждого усадил по круговой, на ковре, возле себя, а Кролю на середину. Так он оказался в центре, как бы знакомясь со всеми «друзьями». — Приятно познакомиться, — ответил вдруг чей-то тихий детский голос. Сиэль не поверил своим ушам, с непониманием оглядывая игрушки, а после взгляд остановился на подарке отца. — Кроля? — мальчик повернул игрушку к себе лицом. Произошло невероятное волшебство, потому как игрушка подняла свою лапку, словно пыталась дотянуться до предплечья. — Меня зовут Себастьян. Я очень рад с тобой познакомиться. — Ух ты!.. — восхищенно прошептал Сиэль. Синие глазки засветились восторгом. — Ты живой? — Да, я живой, — подтвердил названный Себастьян и смог кивнуть плюшевой головой. — Меня зовут Сиэль! — ребенок протянул ручки к игрушке, сажая ее на коленки. — Давай поиграем? — после всех приветствий предложил Кроля. — Давай! — Тебе знакома игра в прятки? — спросил Себастьян, поднявшись на плюшевые ножки и осторожно спрыгнул с колен малыша, сумев удержать равновесие. — Я попробую спрятаться здесь, а ты будешь меня искать. — Да, да! — согласился Сиэль. Ему нравилось играть в прятки. — Хорошо. Тогда развернись ко мне спиной, закрой глаза и досчитай до десяти. Ты умеешь считать до десяти? — Нет, — растроенно покачал головой. — Только до восьми. — Тогда давай вместе повторим счёт от одного до десяти. Если бы Кроля мог улыбаться, Сиэль точно бы это увидел. Его голос излучал улыбку. — Повторяй за мной. Один. — Один, — повторил Сиэль, не скрывая своего восторга. — Два… И так они, друг за другом, повторили числа до восьми. Далее малыш не знал счет. Не выучил. — Ты молодец, Сиэль, — похвалил за старания Себастьян, махнув двумя лапками. — Далее идёт число «девять». — Де… вять. Девять! — И десять! — торжественно провозгласил последнюю цифру. — Десять! — громко выкрикнул со смехом Сиэль и захлопал в ладоши. Еще раз, без подсказок, он проговорил все десять чисел, на каждое подрыгивая, словно в нетерпении, и не переставая излучать радость. — Правильно! А теперь повернись ко мне спиной и досчитай до десяти. Но считай медленно, чтобы я смог найти место. — Хорошо! Сиэль с готовностью развернулся. Закрыв глаза ладошками, он стал считать. Очень и очень медленно. Кроля понимал, что маленький омежка, его владелец и первый, за долгое время, друг, не сможет забраться слишком высоко, как и уйти из комнаты (они оба не могли). И как мог, передвигая лапками, он спрятался под кроватью. Досчитав до десяти, Сиэль развернулся. Первым делом, он решил осмотреть видимые места. Может, Себастьян затесался среди других игрушек?.. Но нет. Даже в ящиках его не было. А после пришла в голову мысль, что забыл про кровать. — Нашел! — с радостным возгласом Сиэль поднял огромное покрывало, которое свисало с постели. — Да, нашел, — согласно кивнул Себастьян и стал выбираться. Но не успел пройти через покрывало, как его взяли на руки и вновь прижали к груди. «Тепло человека…» — А теперь я буду прятаться? — Сиэль широко улыбался, целуя кролика в холодный носик. — Да, — кивнул тот, а его ушко забавно дернулось. — Теперь ищу я, а ты прячешься. И я буду считать, как и ты, до десяти. Не спеша. — Хорошо! Ребенок поставил нового друга на пол, тот прекрасно мог стоять. Сам он спрячется в шкафу. Дверца открывается легко, для детских ручек. И Себастьян тоже сможет открыть. Отчет пошел. Для своих малых лет, Сиэль удивительно хорошо искал место, не создавая много лишнего шума. Даже дверца шкафа открылась без скрипа. А вот закрылась с негромким и явно лишним звуком. — … девять, десять! — закончил Кроля, оборачиваясь. Для видимости, он обошел кругом детскую, отмечая и множество игрушек, и построенную железную дорогу с поездом. Подходя к шкафу, он тихо спросил:  — Надеюсь, ты не боишься монстров? Они прячутся в темноте. Сиэль старался не думать, что рядом с ним может быть монстр, но заметно задрожал. Хотел сдержаться, а не позорно сбежать. — Со мной тебе не нужно их бояться, — словно почувствовал состояние своего маленького друга Себастьян, прикасаясь лапой к небольшой щелке. — А если будет когда-нибудь страшно, просто возьми на руки и покрепче обними. И Сиэль сдался, открывая дверку и крепко обнимая своего Кролю. — Не пугай меня монстрами! Лапки были слишком маленькие, чтобы попробовать обнять в ответ. Вместо них, Кроля повел ушком, кончик которого погладил по круглой теплой щеке. — Больше не буду. — А ты кушать хочешь? — Нет. Кушать я не могу. — А как же ты питаешься? — не понимал Сиэль. — Ты же живой. Трехлетнему ребенку не просто объяснить, что живое существо может обходиться без пищи. Себастьян был не простым кроликом, о чем говорило уже его имя. Оно не выдуманное, не взято от прошлого владельца, а вполне настоящее. — Меня подпитывает любовь, — признался Себастьян (и раскрыл свою главную слабость). — Она для меня — еда. — Значит, я буду тебя любить! Нельзя оставлять кролика голодным.