Цветущая сакура

Утро началось. Солнце встало, лучики света стали проникать в дома, ветер колыхал деревья, разнося запах природы. Два комка нежились на футоне и сладко спали, пока лучи света не покрыли их лица. Первым проснулся Ято. Широко зевнув и потянувшись, он встал и пошел к окну, чтобы закрыть его занавеской. Характерный шорох и света в комнате уже не было. Юкинэ еще спал и бог пошел вниз, стараясь не издавать шума для того, чтобы приготовить завтрак для себя и Секки. Рис на пару и чай улун были готовы, осталось разбудить маленькое чудо, но, войдя в комнату, Юки не было. Была лишь записка, в которой написанное ужаснуло и разозлило бога. "Бог Ято, твое оружие побудет у меня, пока ты не выполнишь все мои приказы. За каждый невыполненный я буду отправлять одну часть твоего оружия тебе, пока они не закончатся...Первый приказ ты сможешь найти у того задрипанного храма, где ошивался постоянно." Злость пробирала бога, но надо было успокоиться и пойти к храму. По дороге Ято думал, кто мог о нем столько знать и кто мог украсть Юкинэ. Догадки были разные, но они были глупы: слишком мало врагов было у этого бога. У храма на ящике и вправду была записка с указаниями по убийству человека. Бог уже понял, кто похититель, но надо было думать, где Секки и попытаться его найти. Дом у речки. Тихий дом, где на крыльце сидел мужчина со стаканом, очень странного цветного напитка. Ветер щекотал траву, от чего та шелестела, лишь звук разбитого стакана прервал музыку природы. Глухой стук прокатился по крыльцу: там лежал мужчина, с которого стекала кровь... Ято шел по городу, заполненному людьми, за следующей запиской. Хмурое лицо, томный взгляд и мысли о потерянном. Темно-синие волосы развивал ветер, бог резко остановился и они приобрели причудливый вид, голова повернулась в сторону, к дому Хиёри. - Следующая там, - хриплый голос бормотал что-то под нос богу. Он на месте, в ящике обнаружилась еще одна записка. - Моя цель - девушка?! Тварь, я... я ведь, Юкинэ... - богу было больно делать выбор: это ставило его новые идеалы в тупик и на корню выбивало их. Через полчаса с глухим стуком бог вышел из дома, слезы наворачивались на глазах. Если Секки узнает... если вообще кто-то узнает об этом, то его загнобят, бросят... В следующей записке была не цель, а испытание. Ровно в три часа дня он должен был у храма, где он спал, вогнать насквозь в руку нож... Все условия были выполнены. Он стоял у храма с ножом в руке ровно в три часа. Замахнувшись, он долго не мог решиться, руки тряслись, но его страдания не были ровней тем что испытывал Юкинэ... Его мысли были полны боли, но он терпел, пытаясь не причинить хозяину боль. Рука была уже внизу, кровь стекала с ящика, капли растекались по фундаменту, а слезы их разбавляли. Он не произнес и звука, только боль на его лице отражала все. *** Двумя часами ранее, когда он только выполнил первый приказ, Юкинэ очнулся в комнате полной лишь тьмы, ощущая странную боль. Свет озарил комнату и появилась нора, та самая, которую лишил имени Ято. В руке у нее был нож, ее улыбка пробирала до костей. Она подходила ближе и ближе. Нож был брошен в стенку рядом с головой Юки, а сама нора, обнюхав тело и облизнув живот, откусила кусок мяса. Крик и ужас в голове - такая невыносимая боль пробежала по телу, а кровь начала хлестать из укуса. Нора взяла раскаленный факел и прижгла место укуса. Крики вырвались из уст бедного мальчишки. Она держала факел у тела и смеялась... В огненных глазах был звериный страх смерти, он не хотел покидать хозяина, но у норы и не было таких намерений. *** Ято выполнял указ за указом. Он не мог знать или даже предположить, где находится нора, поэтому подчинялся. Нож не был самым диким испытанием: бог был вынужден сам себе вставлять иглы под ногти, резать кожу и засыпать негашеную известь, делая жуткие ожоги кожи и мяса внутри.Последнее испытание было почти завершено. Ято трясся от боли, теперь ему предстояло отрезать любой палец на руке, нож был занесен и мизинца на левой руке уже не было... Юкинэ лежал дома у Кофуку в шрамах и ссадинах, с ожогами и порезами. Изувеченный Ято уже пришел домой, где его ждала нора. - Ну что, Яточка, ты понял, что не надо было меня бросать? В следующий раз, когда я приду, ты выполнишь еще пару заданий, иначе я выпотрошу твоего мальчишку! Молчание было одобрено и нора исчезла. Юкинэ лежал без сознания, Ято его помыл и обработал раны, зашил глубокие порезы и укусы, обвязал и уложил спать. Ночь была тяжелой, такой боли он не испытывал еще ни разу: сразу его мучения и мысли Секки... На утро Юкинэ не проснулся: от боли он еще не смог отойти и лежал на футоне. Для него дни до возвращения Кофуку и Дайкоку пролетели очень быстро, но бог не мог после этого даже заснуть. Он ревел, как маленький мальчик, бился в истерике, страдания его души были неописуемы ни для кого. Когда Кофуку вернулась из Канады и узнала о случившемся, она и Дайкоку были озлоблены и грустны. Кофуку обнимала Юкинэ, хныча в грудь парня, пока слабые руки не обняли в ответ...