Цветущая сакура

- Кофуку? Это ты? Я не умер? - слезы выступили на глазах огненного цвета, полных боли. Они дрожали, словно огонь на свече. - Это я, Юкине. Мы все здесь, с тобой, Юкиночка... - всхлипывая, говорила богиня. Секки был все еще слаб после более одной недели спячки. Ему делали чай, ухаживали еще более двух дней, пока он полностью не оправился. Конечно, шрамы сильно ужасали, как и выжженная плоть, раны и болячки. В один из последующих дней Ято пригласил Юки на прогулку до той сакуры, где они стали больше, чем просто хозяином и оружием. Когда они уже дошли, того красивого дерева не оказалось. Был лишь пень с надписью: "Он мой, Юкинэ, и только мой!" Дрожь пробрала Секки. Он еще не полностью оправился от побоев, некие иллюзии боли в руках и ногах не давали покоя. Они стояли молча, зная, что нора скоро придет по их души, а значит нужно готовиться... Начались тренировки, Юкинэ нужно было набирать опыта. Вскоре вернулась Бишамон и Казума, а с тем еще больше тренировок для Секки. День за днем одни тренировки. Юки уже мог похвастаться своим опытом. Для столь юного священного сосуда, он был одним из тех, кто без сомнений довериться хозяину и будет защищать его ценой собственной жизни. Прошел месяц. Юкинэ был уже настоящим профессионалом: знал все заклинания, отточил все навыки и стал морально несокрушим. Но норы не было. Раны зажили, ненависть лишь окрепла и они сами уже искали ее. За это время Ято стал более известным богом. Несколько рукодельцев даже отстроили для него небольшой храм. Гордость за хозяина пробирала Юкинэ с головы до ног. Он стал кому-то нужен, он стал кем-то почитаем... Нора вскоре была найдена. Она разозлила отца, за что тот отрубил ей голову и вывесил на пику около дома. Карма всегда берет вверх. Удача же непостоянна, в отличии от кармы. Юкинэ, как уже более опытное оружие, предложил завести второе оружие, денег хватало, а броня для бога войны нужна. В день посвящения нового оружия, Юкинэ посадил сакуру, обещая растить и ухаживать за ней до конца своих дней... Новым оружием стало кимоно, а имя было дано Акинэ. Новое оружие хорошо вписалось в компанию, давая не только аутентичности богу Ято, но и хорошую защиту. Акинэ была девушкой с характером, строгая, пунктуальная и еще была заносчивой чистюлей, которую бросал в дрожь бардак в доме. Ято, безусловно, стал взрослее характером. На нем лежала ответственность, но по прежнему был как игривый котенок, играющий с клубком. Отношения Юкинэ и бога перешли на новый лад: теперь он относился к Юки не как к оружию, а как к парню, с которым он любит заигрывать. Бог любил забираться под тихую к Юкинэ в душ и пугать его, после чего и мыться вместе с ним. С посвящения Акинэ прошло 2 месяца и, естественно, живя уже в храме бога, она не могла не узнать про его отношения к Юкинэ. Постоянные заигрывания, действия, намекали на что-то, но она не могла понять что тут не так, пока сама не увидела все по воле случая. Вечером в комнате Ято Юкинэ и он сидели, пили чай и разговаривали. Разговоры были об Акинэ, о норе и о многом другом. Смех и улыбки освещали лица друг друга, пока не перетекли в поцелуи. Нежные, словно шелк, поцелуи растапливали границу сдержанности. Руки бога забирались под майку к Секки, лаская мягкую кожу тела. Юкинэ тоже не отставал и его руки забирались в интимные места хозяина, что заставляло дрожать от прикосновений. Ято снял майку и штаны с Юки, оставив того лишь в одних трусах, пальцы по воли случая, сползли вниз, лаская и делая "всякое" , заставляя Юкинэ получать экстаз. Когда уже член бога вошел внутрь, в комнате появилась Акинэ... - Хозяин? - едва слышный, робкий голосочек девушки заставил уйти сознание и сердце Ято в пол. - Да, Акинэ?.. - невольно вымолвил он. - Вы просили принести вам... ч-чаю... - девушка была в шоке от увиденного, еле склеивая слова в предложения. Юкинэ покраснел, как помидор, но молчал, как могила, как будто его там и не было. - Спасибо, Акинэ. Поставь поднос там, на тумбе, я чуть позже выпью... - бог говорил хоть и стыдясь, но без запинок и заиканий. Подождав пару минут, процесс соития продолжился, хоть дальше это было стыдно делать. После всего, выпив чаю, Ято пошел в комнату к девушке, пока Юки спал. - Акинэ, я прошу прощения за то, что ты увидела все это... - встав на колени, просил прощения бог. - Нет, что ты, Ято, это я должна извиняться, что прервала. - И все же... прости... - Акинэ мыслила лишь о своем: о книгах, местах и даже о еде. Но она никогда не давала волю своим мыслям, сдерживала, чтобы никто, даже бог, не мог узнать ничего. Только когда он спал, Акинэ могла распустить занавес мыслей, думая о событиях и случаях. Когда она отпустила Ято, тот лег спать рядом с Юкинэ, пытаясь забыть этот неловкий момент и заснуть...