Сложная жизнь

Чонгук не хочет открывать глаза. Наверное, это первый раз, когда он желает остаться в темноте. Он чувствует, что находится в каком-то сыром помещении, тянет чем-то гнилым, а ещё очень холодный пол. Чон продолжает надеяться, что это всего лишь страшный сон — кошмар. Но тело парня пробивает озноб, и он понимает, что давно было пора свыкнуться с такой участью. Да, он предполагал, что такое случится, но паника непроизвольно застряла в горле. — Этот парень долго уже лежит и не шевелится, думаешь, он жив? — Чон слышит голоса, но даже это не заставляет открыть глаза. Страх велик, он не хочет. — Думаю, да, его грудь еле видно поднимается. Я не вижу на нем каких-либо повреждений.Что с ним не так, тоже без понятия. К нему приходил Чанёль, что-то обговаривал с Джиненом, говоря, что этот парень приманка для какого-то Тэхена, — Чонгук слышит знакомое имя и открывает глаза, сразу жалея. Здесь темно, кирпичные стены, по которым стекают капли воды, а ещё пахнет отвратительно. Парни, что говорили ранее, замолкают, замечая движения Чона. Омега садится и осматривает людей, что были, похоже, за решеткой вместе с ним. Они оба растрепаны, каждый по-разному смотрит на «новенького», что слегка смущает. Чонгук морщится, разглядывая помещение за их «территорией». Там был свет, но очень слабый, чего было недостаточно. Оглядев ещё раз своих братьев по несчастью, Чонгук тихо скулит. — Где мы? — охрипшим голосом спрашивает Чон, упираясь туманным взглядом в железные прутья. — Мы у демонов. Это тюрьма для людей, — говорит один из них, а Чонгук хмурится. — Получается, что всех людей отлавливали из города? — Да… Получается, что так. На самом деле, я не понимаю, зачем мы им сдались. Они брали некоторых в плен и сажали сюда. Мы сидим тут уже как неделю, но нас не трогали. Дают даже еду, что съедобна. Хотя, бывают случаи, что некоторых уводят и больше не приводят, — вздыхает собеседник, опуская голову. — Ты просто многого не знаешь, — отрезает вторая персона. — Мы им нужны, как еда, не понятно? Демоны питаются кровью, а она намного вкуснее, если ты здоров и откормлен. Так что, мы все тут обречены. А ты, — парень переводит озлобленный взгляд на Чонгука, что дёргается, — приманка. Простая игрушка, чтобы привлечь какого-то демона. У тебя отношения с ним? — Бэм-а, зачем ты так жесток с ним? — парень трогает плечо друга, а так ранее прозванный Бэм, скидывает руку. — Всё нормально, отвечу. Я ученик школы «Эльбрус». Её все знают, учусь на охотника, только не успел выучиться. Там есть два демона: Хосок и Тэхен. Я просто… Ну, не знаю, зачем они взяли меня, потому что Тэхен не придёт спасать меня, — Чонгук говорит такие вещи, но, в тоже время, сердце предательски болит от этих мыслей. Он не хочет оставаться тут навечно. — Ух, ну, в любом случае, тебя не тронут, даже кормить будут. Ах да, меня зовут Джихун, — парень протягивает руку Чонгука, а тот пожимает. — Ты что, омега? — Бэм хмурит брови, осматривая Чона, а тот скромно кивает. — Мм, тогда не хорошо тебе будет. Они омег тут насилуют, — от этих слов у Чонгука мурашки по коже. Это то, чего он не хочет больше всего в жизни. Гук от дрожи тут же роняет руки на свои колени. — Бэм! Как ты можешь такое говорить при нём, да и при мне! — приходит в ярость второй парень, приближаясь ближе к омеге. — Всё нормально будет, — Джихун массирует голову Чонгука, а тот еле заметно кивает. — Я просто сказал правду. Что в этом такого? — Бэм закатывает глаза, подбирая под себя худощавые ноги, на которых красовались джинсы. — Я видел, как эти придурки уводили омег, а потом приводили их в синяках. Демоны пытают их, а потом жестоко насилуют. Ты, наверное, спросишь, откуда я знаю? Спроси у Джихуна, — отрезает Бэм, а в его глазах появляется что-то наподобие боли, и тот отводит взгляд. Чонгук поворачивается к Джихуну в немом вопросе, а парень перед ним тушуется. — Ну, да, это правда, — начинает тихо парень, теребя края грязной футболки. — Они тогда просто пришли за мной, подняли с пола и куда-то потащили. Я не произносил ни слова, не хотел, чтобы они разозлились. Со мной было два демона, — омега запинается, хлюпая носом, сдерживая слёзы. — Они привели меня в какую-то большую комнату, где было так же холодно и грязно. Один из них надел на мои запястье наручники, а потом тупо отбросил в угол, где лежали какие-то вещи, — Джихун вытирает грязными ладошками слёзы, продолжая. — Демоны стянули с меня штаны, когда я понял, что хотят сделать, я кричал, умолял не делать этого… Но они лишь за крики били плетью по спине, ногам и ягодицам. Демоны долго терзали моё тело, просто избивали, пока не остановились. Мне не хватало времени отдыха, я почти терял сознание, как резкая боль прошла по ягодицам и позвоночнику. Один из них вошёл в меня резко и грубо, даже без подготовки. Именно тогда я и потерял девственность, — Джихун опять замолкает, пытаясь убрать слёзы, а Чонгук молчит, слушая и ужасаясь. — Он все время грубо толкался в меня, пока другой оголял свою нижнюю часть и подходил ко мне. Если первый насиловал мою задницу, то второй рот. Это… Это было ужасно, я… — Всё, хватит, — огрызается Бэм, обнимая друга за плечи, успокаивающе гладя по спине. — Вот почему я их ненавижу. Они вообще не имеют жалости, все демоны бездушные твари, — видно, что Бэм зол, он то и дело сжимал челюсти до скрипа зубов. — Не все, — отзывается Чонгук, отходя от услышанного. — Не все? Давай, докажи, что хоть один демон здесь не бесчувственный, — Чон получает ярый взгляд, но тот лишь мотает головой. — Видишь, даже доказать не можешь. — Я просто знаю… — Не знаешь, — выплевывает альфа, хмурясь. — Прекратите ссориться, — раздаётся голос Джихуна, что ещё подрагивал в руках Бэма. — Джихун, зачем ты рассказал мне это, да ещё и подробно? Тебе ведь неприятно, — спрашивает Чонгук, неотрывно глядя на нового знакомого. — Чтобы ты знал, что тебя ждёт. А ты через это пойдёшь, я не хочу, чтобы ты поникал тут, — омега улыбается совсем грустно, а Чонгук не понимает, почему он так заботится о нём. — Бля, ты даже имени его не знаешь, а так заботишься, — закатывает глаза альфа. — Как тебя зовут? — Я Чонгук. Чон Чонгук. — Ну вот, видишь, теперь знаем, — Джихун уже сидит совсем рядом и улыбается во все тридцать два. Бэм лишь недовольно кивает головой, но всё же улыбается. Такая более или менее дружеская атмосфера прерывается скрипом двери и тяжелыми шагами. Парни сразу же замолкают, вслушиваясь в звуки, что разлетались по всему подвалу. Демон останавливается прямо перед решёткой трёх парней, разглядывая их. Он пару минут молчит и не двигается, заставляя всех напрячься. — Так, мне нужен ты, омега с черничным запахом, — громко говорит демон, растворяя решетку. — Наш командир велел привести тебя. А ещё сказал, если будешь сопротивляться, хорошенько наказать, — на лице появляется отвратительная улыбка, а с Чонгука семь холодных потов стекает. — Зачем он вам? Этот омега только очнулся, — спрашивает Джихун, чувствуя дрожь сидящего рядом. — Это не вашего ума дело. Если босс так сказал, значит надо. Вставай! — демон глядит сурово, а Чонгук сжимается. Неужели на него так влияет этот мир. Омега бы не показывал слабость таким образом, но ему ужасно страшно. Чона заставляет подняться рука, что тянет за ворот рубашки. Его выводят из решётки, всё также держа за ткань одежды. Когда демон справляется с замком, он достаёт из кармана брюк наручники, цепляя их на кисти пленника. — Знаешь, а эти ваши наручники, как вы их прозвали, очень помогают нам, — говорит неожиданно альфа, ведя Чонгука по какому-то длинному и темному коридору. — Мы забрали как-то их у вас ещё десять лет назад, но каждый раз пользуемся ими, — к чему это сказано, Чонгук понятия не имеет, возможно, демону хочется с кем-то поговорить. Они долго поднимаются по ступенькам вверх, а потом плутают по коридорам, заворачивая в разные стороны. Чонгук покорно идёт, молчит как партизан, смотря только в мелькавшие пейзажи в окнах. Мир демонов отличается от человеческого. Хотя, он и представлял его по-другому. Чон видел небольшие тёмные дома, выжженные леса и серое небо. Так же он видел демонов, что ходили по тропинкам, но никак не мог разглядеть их, было слишком высоко. Наконец-то, Гука подводят к довольно высокой двери, а демон стучится. Тишина стояла, как минимум, минуту, но потом они оба услышали приказ войти. Прямо на входе в нос бьет горький запах кофе. Чанель разглядывает и оценивает, а потом ухмыляется. — Так ты наконец-то очнулся? — Чанель встаёт из-за своего стола, пальцем показывая своему подчиненному на дверь, а тот покорно выходит. Чонгук молчит, даже совсем не смотрит на того, кто медленно подходит к нему. — Ну и чего мы молчим? Язык проглотил? — Чанель хватает младшего за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Не прикасайся, — огрызается омега, резко отпрыгивая от альфы. — Чего это ты со мной такой злой, Черничка? — наигранно удивляется. — Не заслужил моего добра, — Чонгук взглядом испепеляет, а руки предательски трясутся. — Зачем я тут? Да и что вообще вам надо от этих беззащитных людей? — Хорошие вопросы задаёшь, Черника, — Чанёль кивает и подходит к своему столу, доставая оттуда чёрный кожаный ошейник с крупной цепью. Чонгук заметно дёргается, когда альфа подходит к нему с улыбкой. — Ты мне нужен как приманка для Тэхена. — Да зачем он тебе? Ч-что ты делаешь? Отпусти! — омега пятится назад, когда Чанель идёт на него с расстегнутым ошейником. — Тише, будь покорным. Тэхен ушёл, заставил уйти и Хосока. Я никогда его не прощу, — рычит сквозь зубы, затягивая на шее пленника ошейник, от чего тот немеет. — Я даже изнасиловал его в детстве только из-за жажды внимания от Хосока. Потому что знал, что Чон проводил много времени с Тэ, он был для него братом. Да ещё бы ничего, если бы этот сорванец не ушёл к людям, — Чанёль тянет за цепь, заставляя Чонгука следовать по пятам и чувствовать, как перекрывает иногда путь для воздуха. — Никогда ему не прощу этого. Никогда, потому что повёл за собой Хосока, — Чонгук чувствует, что тот в ярости и теперь немножко понимает суть мести Тэхену. Чанель зацепляет цепь замком, приковывая её к стене своего кабинета. — Зря меня выбрали. Тэхен не придёт за мной. — Да что ты говоришь? А кто его истинный, м? Или ты не знал? — Чанель садится в своё кресло, внимательно осматривая черты удивленного лица. А Чон в шоке, он даже не думал об этом. Но именно сейчас, он начал находить ответы на свои вопросы. Вот почему он так бурно реагировал на запах альфы. Вот почему сердце трепетало, когда Чонгук смотрел на Тэхена. — Как я мог сразу не понять? — говорит вслух, отчего альфа ухмыляется. — Не знал, значит. — Нет, отпусти меня. Отпусти, — говорит омега пытаясь снять с себя тугой ошейник, что плохо получается, руки немеют от наручников. — С чего бы? Лучше помолчи, я не в настроении, — со всей серьёзностью отвечает Пак, хмуря брови, когда омега мотает головой. — Нет. Я не собираюсь тут оставаться, ни в коем случае, — говорит, но тут же замолкает, когда слышит грохот со стороны кресла. Чонгук поднимает большие глаза на демона, когда тот грубо пихает кляп в его рот. — Я же сказал, молчать, сука, — альфа резко хватает цепь и притягивает того ближе, заставляя пискнуть от боли. — Ещё раз будешь так делать, ни одного места живого на тебе не оставлю, — резко отпускает, а Чонгук прислоняется спиной к стене, глубоко дыша. Чанель последний раз бросает взгляд на омегу и выходит из собственного помещения, оставляя после себя предчувствие опасности.

***

      Тэхен не любит, когда у него забирают что-либо или кого-либо. А Чонгук его, так какого фига Чанель забрал у альфы его? Демон почти выламывает дверь в зал, пугая находящихся в ней учеников. Тэ сразу натыкается на улыбающегося Хосока и удивленного Намджуна. Альфа подходит к нему злой и растрепанный. — Тэхен? Что случилось? Где Чонгук? — интересуется Намджун, поворачиваясь к демону, бросая теплую улыбку. — Хен, мне нужно срочно уйти к демонам на территорию. Чонгук украден, я должен вернуть его, — твёрдо и более менее спокойно говорит Тэхен, но Намджун видит, как у того руки дрожат от злости. — Как это похитили? — Намджун каменеет, тут же в голове прокручивая данную ситуацию. — Подожди, нет, Тэхен. Я не отправлю тебя одного — это раз, ты никуда не пойдёшь без плана —это два, — после долгого молчания отвечает Нам, заставляя демона злиться. — Что? Хен, Чонгук там один, и Чанель может сделать всё что угодно, — утробно рычит Тэхен, а потом замолкает, чувствуя строгость Намджуна. — Я сказал нет. Обдумаю это сам, а потом решу, как будет правильно, ясно? Нет, я очень хочу вытащить оттуда Чона, но идти без плана — глупо, — говорит со всей серьёзностью Ким. — Да, думаю, Тэхен, нужно обдумать всё. Если что-то пойдёт не так, я могу помочь тебе спасти его, — встревает Хосок, улыбаясь широко, как только он может. — Хорошо, — соглашается Ким, глубоко и грустно вздыхая. Ему давно не было так страшно. Чонгук, и правда, стал для него чем-то особенным, тем, кто может поднимать настроение и начать заводить. Демон отходит от старших, выходя из зала. Ему нужно успокоиться, переварить события и нормально обдумать их.       Но даже здесь ему не дают обдумать случившееся. Сидя на скамейке около фонтана, Тэхен неотрывно смотрит в одну точку, но приходит в себя лишь тогда, когда чувствует на своём плече холодную руку. Демон вопросительно поднимает взгляд на Чимина, что стоял довольно близко с обеспокоенным лицом. — Тэхен? Всё в порядке? Я звал тебя несколько раз, но ты даже не обращал внимания, — спрашивает Чимин, а демон совсем не припоминает, чтобы его кто-то звал. — Правда? Прости, я задумался, — не сразу отвечает Ким, а Пак хмурится. — Ты чего грустный такой? Прямо как унылое говно, — встревает Юнги, неожиданно выглядывая из-за спины омеги. — Юнги! — возмущается Пак, тыкая локтем того в бок. — Чонгука украли, — резко выдаёт демон, а оба парня замолкают, уставившись на Кима.  — Что ты сказал? — первый оклемался Мин, хватая демона за шиворот. — Как ты посмел его вообще не уберечь? Где он сейчас, твою мать, — Чимин убирает руки своего альфы с шеи демона, потому что тот злится. И Пак понимает, но винить в этом одного Тэхена никак нельзя. — Подожди, Юнги. Как это произошло, Тэ? — голос Чимина заметно подрагивает, потому что страшно за друга и очень больно от такой новости. — Чанель, нынешний босс демонов, забрал его, чтобы отомстить нам, демонам, — тихо отвечает Тэхен, опять начиная пялиться на фонтан. — И ты просто так отдал его? — повышает голос Юнги, а Кима задевают эти слова. — Я? А ничего, что я его истинный? Думаешь, просто так отдал бы Чонгука? Да ни за что. Больше всего на свете я сейчас жалею, что не уследил, — рычит Ким, смотря в глаза брату его омеги. — Никогда. Никогда, слышишь? Я никогда бы не отдал Чонгука просто так. Юнги замолкает, переваривая информацию. С одной стороны Тэхен прав, раз он его истинный, то не отдал бы его. Но с другой, он не уследил и оставил одного, хотя прекрасно знал, что твари появляются в любое время. — Ну, и что ты собираешься делать? — уже спокойно спрашивает Мин, массируя виски. — Спасать, что ещё. Чанель хочет мести, битвы. Будет ему битва от меня. Как только Намджун придумает план, и мы сразу двинемся к ним, — заключает демон и встает со скамьи. Он хотел побыть один, но ни как не в компании Чимина и Юнги.

***

Чонгук уже потерялся во времени. Сколько просидел он в помещении Чанеля, не может сказать. Может полчаса, а может и больше. Но он знает одно, что ему будут причинять боль. Потому что сам Чанёль стоит прямо перед ним с плёткой в руках и криво улыбается. — Поиграем, чтобы твой суженый пришёл тебя спасать быстрее? — а потом по помещению раздается звук удара и резкий крик.