SaintHope

      — Боже мой! — Хэнк снимает куртку и закутывает меня в неё. Я же удивлённо смотрю на клуб «Эдем», рядом с которым стояла машина лейтенанта. — О да, это очень интересная история! Надеюсь, наш консервножелезный друг расскажет тебе, как упустил преступниц.       Глаза Коннора закрыты, диод светится жёлтым. Я аккуратно кладу руку ему на плечо и слегка трясу. Зову его по имени. Он открывает глаза.       — Опять батарейки сели? — усмехается Хэнк.       — Я отправлял рапорт в CyberLife и департамент полиции. — Отвечает он. — Дафна, ты в порядке?       — В полном. — Отвечаю я. — Только холодно.       — А, чёрт!       Хэнк буквально вталкивает меня в машину, рядом со мной садится Коннор, накрывает мои замёрзшие руки одной своей. Его синтетическая кожа тёплая, даже приятно тёплая. Я вздрагиваю. Пока мы едем до дома, Хэнк расспрашивает меня обо всём, что случилось. Мне пришлось ещё раз рассказать о моём эпическом побеге.       — У него был пистолет?       — Да не знаю я! — Хэнк начинал задавать вопросы, не имеющие ответа. — Ночь! Темно! Ничего не видно!       — Ладно, не кричи, Солнце. — Он оборачивается, не особо беспокоясь о дороге. — Эй, тостер, ты греешь её?       — Дафна очень замёрзла, лейтенант Андерсон, — отвечает андроид. — Моя кожа имеет стандартную для человеческой температуру, но Дафне нужно в тёплое сухое помещение как можно скорее.       — Хэнк, его зовут Коннор. — Любезно напоминаю я, пока Хэнк перебирает в голове остальные бытовые приборы.       — Что толку, как его зовут, если он тостер?       Рядом с домом и в нём самом ничего и никого не было. Так казалось на первый взгляд. Мы выходим из машины, Хэнк тут же выхватывает пистолет.       — Лейтенант, возможно, мне лучше…       — Заткнись и закрой собой Дафну. Возьми её за руку. И ещё раз заткнись. — Цедит Хэнк, возводя пистолет и подходя к двери. Вокруг темнота.       Коннор послушно выполняет приказ. Его руки приятно тёплые. Я снова дрожу на морозе.       Хэнк опускает незапертую ручку, входит в дом, тут же делая резкий выпад в пустоту. Диод Коннора вновь жёлтый, он сканирует комнату. Хэнк прислушивается, включает свет. В коридоре между комнатами слышится топот. Андерсон тут же целится, но нам навстречу выбегает радостный Сумо. Завидев меня, он, обогнув Коннора, падает у моих ног и жалобно скулит, будто бы прося прощение.       — Охранник недоделанный. — Хэнк осматривается. — Никого тут нет. Он ушёл.       — Наверное, побежал меня искать.       — Уже похер, куда он побежал. Ложись спать, а тостер пусть закажет новый замок.       — После такого я вряд ли усну. — Тру рука об руку. Снимаю с себя куртку Хэнка и вешаю её на крючок.       — Хэй, Коннор, ты знаешь какие-нибудь колыбельные или сказки на ночь?       — Вообще-то это не входит в моё программное обеспечение, лейтенант, но я могу попробовать.       — Отлично. Вот и идите. А мне нужно осмотреться получше. Поговорим утром. Господи, неужели я дожил до выходных!       Я и так в пижаме. Ложусь в холодную постель, плотно закутываюсь в одеяло. Коннор пододвигает стул и садится рядом со мной.       — Ужасный день…       — Да, учитывая то, что я… завалил миссию.       — Что вы вообще делали в этом клубе?       Это было действительно мерзкое заведение. По всему городу без какой-либо цензуры висели объявления клуба интимных услуг с андроидами. Уже звучит тошнотворно. А ведь по слухам у них отбоя от клиентов не было. Конечно, каждый извращенец только и ждёт партнёра без комплексов, лишнего веса и чувства боли. Будь я аморальным ублюдком, купила бы себе туда безлимит.       — Нам поступило извещение об убийстве. Мёртвый мужчина и мёртвая девушка-андроид. — Такая себе сказочка на ночь. — Через время поисков мы вышли на двух андроидов-девушек, которые начали отбиваться. Одна из них призналась, что убила мужчину. Потому что… хотела вернуться к своей любимой.       — Девианты?       — Да.       Прежде чем продолжить, он достаёт свою монетку, пару раз перебрасывает её из руки в руку. Успокоившись, кладёт её обратно в карман.       — Я дал им уйти. Я провалил миссию.       — А что сказал Хэнк?       — Что, может быть, оно и к лучшему.       Я слегка улыбаюсь. Беру его за руку.       — Андроиды познали настоящую любовь. Мне кажется, это стоит жизни одного извращенца.       — Я не думал, что ты такая жестокая. — Он тоже улыбается.       — Я хуже. — Зеваю. — Посиди тут, пожалуйста. Тебе же не нужно возвращаться в CyberLife?       — Нет, если нет необходимости.       — Вот и отлично. Спокойной ночи, Коннор.       — Спокойной ночи, Дафна.       Он выключает свет. Заснуть мне помог мягкий синий свет от его диода.       Это точно ещё одно воспоминание. Я научилась относиться к ним спокойно.       — Ты думаешь, здесь всё так просто, да? — она перекидывает свою косу на плечо и бьёт кулаком об стол. — Что грёбаная революция — это так просто?       Мои руки связаны. Я сижу на ледяном стуле и пытаюсь не стучать зубами. В этом бункере лютый холод. А ей хоть бы хны. Всем им.       — Ты думаешь, мы все здесь от хорошей жизни?! — ещё удар. Истеричка-девиантка. — Из-за таких, как ты! Из-за таких, как твой отец! — два удара.       Он стоит за её спиной. Кладёт руку ей на плечо. Отличная парочка. Рыбак рыбака.       — А ты? — я смотрю ему в глаза. — У тебя-то была такая плохая жизнь! Разве только в уши тебе не ссали.       — Заткнись! — продолжает истеричка. — Ты не знаешь ничего!       — Успокойся. — Он одёргивает её.       — Да. Успокойся.       В её глазах читается лютая ненависть. Самая искренняя, которая только может быть у андроида.       Я встала рано, но к тому моменту в доме Хэнка уже пара андроидов быстро сменила замок на более современный и крепкий. Выпроводив их, Хэнк начал сооружать завтрак. Даже из ванной при шуме воды я слышала его препирания с Коннором. Они спорили даже насчёт чёртовой яичницы. За едой Хэнк уверял меня, что правая половина, приготовленная им, в тысячу раз вкуснее. По правде, я не почувствовала заметной разницы. Разве что половина Коннора не подгорела.       — Вопрос на повестке дня: что нам делать с Сейнтхоупом?       — Я должна поговорить с ним. — Делаю глоток кофе. — Надо прояснить ситуацию друг для друга. Спокойно. Без нервов.       — Сейнтхоуп и без нервов? Это как… а… чёрт возьми…       — Оксюморон. — Подсказывает Коннор.       — Вот, да. Точно Оксюморон. — Хэнк допивает своё пиво. Только оно может привести его в нормальное состояние утром. — В управлении чёрт знает что творится. Целый день только крики Сейнтхоупа и слышно. Вчера утром чуть Фаулера не убил. Лучше бы убил.       — Резонансный случай. Преступления андроидов. Чего ты ещё хотел?       — Когда меня назначили на эту должность, я прям обрадовался. Преступления андроидов! До пенсии сиди и нихрена не делай! — он мечтательно закрыл глаза. — А теперь я там главная звезда. Всем от меня что-то надо. Скажи про девиантов, скажи про rA9, скажи про то, скажи про сё… Лейтенант Андерсон, мы ничего не понимаем в ситуации! А я, мать вашу, понимаю.       — По правде говоря, лейтенант, в наших же интересах как можно скорее завершить расследование.       — Вот только не лезь в мои интересы. К тебе задание.       Коннор удивлённо смотрит на него. Хэнк кладёт на стол пистолет, который всё это время был заткнут за пояс его джинсов.       — Научи её стрелять.       Я расставляю банки из-под газировки, пока Коннор прикручивает глушитель. Надеюсь, соседи не слишком ополчатся на нас. Хотя… сегодня утро выходного дня. Большинство из них не в состоянии два слова связать, что уж говорить о высказывании претензий.       — Отец не учил тебя стрелять? — спрашивает он, подходя ко мне.       — Учил. Когда-то давно, в детстве. А потом ему не хватало времени.       Коннор объясняет мне стойку, положение рук, прицеливание. Первый раз мне сложно. Он становится позади меня, вкладывает в мои руки пистолет, а потом поднимает их своими. Мы стоим в какой-то странной стойке, но именно сейчас я чувствую спокойствие и безмятежность, будто бы не было никаких андроидов с их девиацией, будто бы у меня всё в порядке с отцом, и Хэнк не ругает каждую проходящую мимо машину. От Коннора веет теплом. В кофте мне немного прохладно. Я невольно прижимаюсь спиной к его груди, веки опускаются сами собой.       — Дафна.       — Что?       — Из пистолета стреляют с открытыми глазами.       Небольшая отдача, но не страшно. Я вздрагиваю. Хорошо, что Коннор держал мои руки. Одна банка упала.       — Молодец.       — Ты целился.       — Попадёшь так же — вдвойне молодец.       Выстрел — промах.       — Сосредоточься.       — Говорит тот, кто всё делает машинально.       Усмешка.       Спустя время у меня всё-таки получилось попасть по банке. От радости я подпрыгиваю, но поскальзываюсь на мокрой траве и падаю. За секунду до того, как я впечаталась носом в землю, Коннор успевает меня поймать. Я начинаю громко смеяться, а он улыбается. Видимо, каблуки тут совсем не при чём.       Коннор опускает меня на траву, сам присаживается рядом. Я продолжаю смеяться, закрыв лицо руками.       — Вставай! — он слегка толкает меня. — Земля холодная.       Я уже не чувствую холода. Переворачиваюсь на живот, встаю на колени и поднимаюсь. Оттряхиваю штаны, мой смех превращается в какой-то истерический припадок.       Мы продолжаем. Успехи уже получше, нежели были в начале. Коннор одобрительно кивает после каждого моего выстрела несмотря на то, что попадаю я далеко не всегда. Во время небольшого перерыва я решаюсь рассказать о новом воспоминании.       — Это были те, кто напал на тебя?       — Нет. Голоса совсем другие.       — Если ты увидишь их наяву, сможешь опознать?       — Более чем. — Уж истеричку-девиантку наверняка. — Понять бы, где это было… Похоже на какой-то бункер. Вокруг сыро. И очень холодно.       — Бомбоубежище?       — Возможно. Или подвал.       После всех этих тренировок мне люто захотелось есть. Когда мы возвращаемся в дом, Хэнк кому-то что-то орёт по телефону. Заметив нас, бросает трубку.       — Кто это?       — Фаулер. — Фыркает Хэнк. — Надо ехать.       — Что-то случилось, лейтенант Андерсон? — спрашивает Коннор, выходя вперёд.       — Без понятия. — Он смотрит на меня. — Ты едешь с нами.       Молча киваю.       Хэнк меня успокоил тем, что отца в управлении нет. Как и большинства сотрудников. Но некоторые, как Фаулер, работали. Выходные в полиции условны. Я разбегаюсь и подкатываюсь к стойке регистрации. Хэнк смерил меня укоризненным взглядом.       — Надеюсь, мне не придётся снова тебя ловить? — спрашивает Коннор, когда Хэнк расписывается в каком-то бланке.       — Надейся.       — Если что — я всегда рядом.       — Какое счастье.       Мы заходим в главный зал. Взглядом тут же нахожу стол Хэнка — самый засранный из всех. Он плюхается в кресло, быстро сметает рукавом крошки со столешницы. Коннор садится за другой стол. Я, не видя поблизости другого стула, сажусь на стол. Отец всегда это ненавидел.       Хэнк тут же открывает документ с видеозаписью. Андроид, скрывший синтетическую кожу.       Пришло время нам сражаться за свои права. Мы требуем, чтобы андроидов признали разумными существами и дали нам такие же права, как и людям. Мы требуем, чтобы рабство андроидов прекратилось.       Он говорит много чего. Но я не слушаю. Смотрю в одну точку, пытаясь понять. Прихожу в себя после того, как Хэнк трясёт меня за руку.       — Эти придурки-андроиды сегодня утром ворвались в башню Стрэтфорд. Устроили там чёрт пойми что, захватили все телеки. И вот это.       — Дафна, ты в порядке? — Коннор неожиданно оказывается за моей спиной.       — Это его голос. Одного из тех двоих, что были в моём воспоминании.       Прежде чем мы поехали в телебашню, я поднялась в кабинет к отцу. Секретаря на месте не было. Я прикладываю ладонь к сканеру.       — Дафна Сейнтхоуп. Доступ разрешён. — Говорит мне бесплотный женский голос.       Сажусь за стол отца, достаю бумагу из принтера. Думаю не долго. Сказать я хочу мало. К тому же, успела подумать, что именно скажу. Письмо получилось даже чуть больше, чем я ожидала. Я кладу листок на самое видное место. Случайно задеваю рукой мышку, компьютер включается. Отец ушёл отсюда совсем недавно? Тут же вижу извещение о нескольких электронных письмах. Никогда бы себе этого не позволила, но я перехожу во вкладку. Первым вижу имя Мартины Дин.       Сейнтхоуп!       Если ты говоришь, что твоя дочь живёт у лейтенанта Андерсона, то спешу тебя уведомить о том, что RK800 часто там находится. Можешь поспрашивать его, если Андерсон не реагирует.       Стиснув зубы, удаляю письмо. Не хочу впутывать в это и Коннора.       Уже хочу уйти, но вижу второе письмо. Имя адресата не указано.       Прости, ничем не могу помочь. Меня попёрли из CyberLife давным-давно. Если хочешь какую-то информацию, обращайся в действующее правительство. К своей любимой Мартине, например.       Он сам пытается что-то узнать. Забавно.       Возвращаюсь к Хэнку и Коннору.       — Ну, попрощалась? — усмехается лейтенант.       — Хэнк!       — Молчу.       В телебашне творился настоящий погром. В стенах коридора зияли дыры от пуль, везде стояли номерки с уликами, чуть ли не каждый вход был огорожен оранжевой голограммой с надписью «ОПЕЧАТАНО». Иду прямо за Хэнком. Коннор ушёл далеко вперёд, в ту самую студию, где всё и происходило.       — Сраные федералы… — бурчит Хэнк. — Ненавижу.       Я молчу. На нас и так смотрят косо. Хэнк сказал это слишком громко.       — А это кто? — спрашивает охранник перед входом в студию.       — Тебе какая нахер разница? — хрипит Андерсон. — Пропуск есть? Есть. Так что поцелуй себя в зад!       Стараясь не смотреть на охранника, я прохожу в студию, тут же вляпавшись в тириум. Голубую кровь. Её здесь было очень много.       — Да Коннор, мать твою! — орёт Хэнк. Коннор, взяв пробу крови на палец, суёт его в рот. — Я бы блеванул, да нечем!       — Это необходимо, лейтенант Андерсон. — Спокойно говорит Коннор. — Лучше посмотрите сюда.       Замечаю на большом экране ту самую запись. Пауза. Которую андроид сейчас внимательно изучает. Везде следы от пуль.       Я молча наблюдая за ходом расследования, стараясь вообще не дышать лишний раз. Чувствую за своей спиной чьё-то присутствие.       — Он и девчонку сюда притащил… — ворчание.       Обернувшись, вижу рядом с собой мужчину. У него тоже пропуск и значок детектива из полиции Детройта.       — Кто вы?       — Детектив Рид, девочка.       Я думала, на этом наш разговор окончен. Но не тут-то было.       — Твой отец мне сожрал все мозги.       Не отвечаю.       — Будто бы и не знает, что ты живёшь с алкашом и куском пластмассы.       — Рид! — протягивает Хэнк, нарочно говоря громко. — А я-то думаю, чего так дерьмом воняет?!       — Андерсон! — подражая ему, говорит Рид. — Только не подходи близко, я задохнусь от перегара.       — Чего тебе и желаю!       Хэнк берёт меня за руку и уводит. Коннор тем временем уже смотрит на записи с камер.       — Посмотрите на это. — Он указывает на один из экранов.       Это крыша. Куча антенн, проводов, металлических ящиков. Следы тириума. И маленькое пятно, которое слегка двигалось. Хэнк одобрительно кивает.       — Выйдешь? — спрашивает он меня.       — Да. Не могу долго дышать запахом дерьма.       — Отбей. — Он подставляет ладонь.       Тут же дует ледяной ветер. Пошёл снег. Настоящая метель. Я плотнее закутываюсь в куртку. Мы находим то самое место, где увидели живого… не знаю кого. Он смотрит на нас в упор. Андроид, полностью в голубой крови. Своей. Его лицо мне кажется знакомым. Та же модель удерживала в заложниках девочку на крыше. Её спас Коннор.       — Ты один из группы андроидов? — спрашивает Хэнк. Андроид не отвечает.       И тут замечает меня.       — Дафна… — шепчет он.       Я подхожу ближе и присаживаюсь.       — Ты знаешь меня?       — Да. Мы, вообще-то, знакомы. — Он усмехается.       — Как тебя зовут?       — Саймон.       — Где остальные андроиды, Саймон? — спрашивает Коннор. Саймон лишь переводит на него взгляд, чтобы тут же вновь смотреть на меня.       — Ты нужна Маркусу сейчас. — Шепчет он.       — Маркус — ваш главарь?       Кивок.       — Ты нужна нам. Ты нужна Иерихону.