Каникулы по-хогвартски

      Маячащий за спиной Куросаки младший Малфой чуть заметно изменился в лице при виде отца. Ичиго, чуть дернув бровью, шагнул в кабинет и обернулся к своему проводнику. — Спасибо, Драко. Сам я бы за пять минут заблудился! Эти ваши подземелья — натуральный лабиринт, хуже Сейрейтея!!! — Сейре… чего? — не расслышал студент. Люциус и Северус одинаково возвели глаза к потолку. Эта его полудетская непосредственность!.. — Город шинигами, Сейрейтей. Встретимся еще, напомни, расскажу… — усмехнулся Ичиго. Драко степенно поклонился отцу и декану, улыбнулся и исчез в коридоре.       Куатро метнулся к повелителю. Из всех арранкар Эспады он больше всех зависел от Куросаки, не стыдился этого и не пытался это скрывать. Удивительного в этом ничего не было — именно ему потребовалось больше всех времени и наибольшее количество реяцу нового Владыки, чтобы прийти в себя после предательства Айзена. Счет времени в Уэко Мундо ведется очень условно — там нет ни дня, ни ночи, но если судить по наручным часам Ичиго, практически непрерывный процесс восстановления Улькиорры Шиффера, Куатро Эспады, занял не меньше недели. С тех пор верность Четвертого меча была абсолютна, и молчаливая крылатая тень намертво приросла к своему повелителю — куда бы ни направлялся Куросаки, Улькиорра следовал за ним. В самом начале «повелительства» присутствие Куатро смущало, а подчас и раздражало. Потребовалось немало времени и несколько бесед с опытными капитанами, чтобы конфликт между Владыкой и его самым ревностным подчиненным сошел на нет. Теперь Ичиго вполне терпимо относился к проявлениям искренней привязанности Шиффера, а Улькиорра изо всех сил сдерживал свои порывы. Однако в случае разлуки с обожаемым повелителем арранкар ничего с собой поделать не мог — потребность рухнуть к его ногам становилась непреодолимой, и это понимали они оба… — Улькиорра, — пальцы Куросаки пробежались по черным волосам Куатро мимолетной лаской. — Все в порядке? — Хай… — на грани слышимости выдохнул Шиффер, прикрывая глаза. — У меня появились интересные факты об этом мире, Владыка. Гранц сойдет с ума, когда увидит… — О, я, похоже, пропустил занятную беседу, — тепло улыбнулся Ичиго, проходя в комнату мимо поднимающегося на ноги подчиненного. Взгляд карамельных глаз остановился на замершем Люциусе.       Лорд Малфой по праву считался одним из сильнейших и опаснейших волшебников Магической Британии своего поколения. Сегодняшний вечер основательно поколебал его уверенность в собственной исключительности.       Сперва состоялось знакомство с древним запредельно могучим существом, питающимся душами — куда там дементорам! В присутствии этого Шиффера, как он представился, хотелось забиться под собственное кресло и носа наружу не казать, лишь молиться Магии, чтобы пронесло! Теперь выясняется, что у этого самого Шиффера есть хозяин, который еще сильнее! Поверить на слово арранкару у Малфоя, откровенно говоря, не получилось. Северус, Мордредов испытатель, попросил загранного гостя продемонстрировать свои способности. Слава Магии, нападать тот не стал… хватило просто перестать скрывать свою силу. Два взрослых мага насилу отдышались, чудовищная волна какой-то неживой магии накрыла с головой, вдавила в кресло, и было заметно, что это далеко не все… Волшебников спасло чудо. У Снейпа пошла кровь из носа — ничего удивительного, он полукровка и намного слабее потомственного аристократа. К счастью, Шиффер это заметил и прекратил «демонстрацию способностей», извинившись перед хозяином кабинета. Сконфуженный Северус заверил арранкара, что все замечательно, и беседа плавно свернула на отвлеченные темы.       Теперь же сиятельный лорд не чаял найти хоть один мало-мальски достойный повод покинуть хогвартские подземелья вообще и кабинет слизеринского декана в частности, не ударив в грязь лицом. Душа его рвалась на части от ужаса — его сын, его единственный наследник, привел сюда Владыку Эспады. Это получается, рыжий паренек едва ли намного старше Драко и есть Повелитель Уэко Мундо?.. — Доброго вечера, Куросаки-сан, — Северус намеренно обращался к гостям на японский манер, заметив, что им это нравится. — Прошу вас, присоединяйтесь.       С трудом выцарапывающий себя из кресла Люциус проклинал свою сегодняшнюю идею навестить приятеля последними словами. Чувствуя себя марионеткой с обрезанными ниточками, он все же изобразил почтительный поклон, приветствуя хозяина одного из загранных миров. Ничем с виду не примечательный рыжий парень ответил церемонным японским поклоном. В ярких карамельных глазах отражался вежливый интерес. Подошедший зельевар поставил на столик исходящую ароматным парком чашку. — Угощайтесь, — чуть склонил он голову. — Охотно, мистер Снейп, — принял правила его игры улыбающийся Ичиго, устраиваясь в кресле. Улькиорра немедленно опустился на колени к его ногам, коснувшись виском расслабленной руки. — Не повредит, я несколько перенервничал. Как выяснилось, привычный мне ритуал «Консо» прекрасно работает и в этом весьма непривычном для нас мире. Однако пока мы с ребятами дождались подтверждения, пришлось прикидывать возможные варианты, как вернуть уже отпущенную душу… — Вы получили ответ из Сейрейтея, Владыка? — в темно-зеленых глазах поднявшего голову арранкара на миг сверкнуло что-то отдаленно напоминающее интерес. — Ага… вам всем велено передать привет, громкий и веселый, — солнечно улыбнулся Ичиго, вспоминая пьяные вопли отдыхающих после трудового дня шинигами. — У лейтенантов выходной, сам понимаешь… — Помню, — чуть смущенно отозвался Куатро. Еще бы не помнить…       Бесконечные попытки компании лейтенантов его напоить и чисто детское озорство в таких разных глазах отрядных фукутайчо, которым разрешили поиграть с настоящими арранкарами; каждодневное вытаскивание наглого кошака из одиннадцатого отряда (иногда за хвост и волоком); фанатичный блеск в золотистых глазах Заэля, наконец-то нашедшего целый отряд родственных душ; спокойствие и безмятежность родового поместья Кучики и ровный голос его хозяина, и яркой полосой через все это — рыжие волосы, карамельные глаза и теплая, светлая и живая реяцу Куросаки-сама, устроившего своим подчиненным настоящие каникулы в Готее.       Ичиго тем временем поведал историю незадачливого вратаря, не сумевшего после смерти уйти на тот свет самостоятельно, дождавшегося помощи от Владыки Уэко Мундо и умудрившегося удивить привычных, казалось бы, ко всему шинигами двенадцатого отряда. — Я всю дорогу от стадиона гадал, выдержит ли Метка Зангецу, если вдруг что-то пойдет не так и придется отзывать душу Ричи обратно. Слава Пустыне, не понадобилось…       Волшебники заметно напряглись. — Вы сказали «Метка»?.. — переспросил Люциус, непроизвольно стрельнув глазами на скрытые под одеждой татуировки — свою и Северуса. — Ну да… — Ичиго лениво потянулся за собственным мечом и показал магам своеобразную печать в основании рукояти. — Метка, она же Печать, ставится на лоб души и отпускает «плюса» в Общество Душ или в Ад, смотря по количеству грехов. А что? — недоуменно уставился он на застывших в креслах волшебников. — Нет-нет, ничего, стоящего вашего внимания, — негромко заговорил лорд. Отвертеться, однако, не получилось. — Это не та Метка, про которую вы подумали, Малфой-сан, — подал голос все еще сидящий на полу Куатро. — В Метке Занпакто нет принуждения, в отличие от ваших… или наших. — Улькиорра, ты сейчас о чем? — склонился Ичиго к арранкару, чтобы заглянуть ему в глаза. Тот, ни капли не смутившись, ответил прямым честным взглядом никогда и ничего от Владыки не скрывающего подчиненного. — У них тоже есть Метки, Куросаки-сама. Чем-то похожие на наши, кстати. Отличий, конечно, хватает…но их не так уж много. — А, ты про ваши Номера? — понимающе кивнул шинигами, догадавшись, о чем идет речь. Смешанный с любопытством шок в светло-серых и черных глазах магов его изрядно повеселил. — Расскажешь, Улькиорра?       Хлебнул он проблем в свое время с этими номерами! Вот кто бы мог представить, что выписанные готическим шрифтом цифры на коже первой десятки арранкар, собственно, составляющих Эспаду, это не просто обозначение занимаемого места и численное отражение количества реяцу, но и по сути своей рабское клеймо?.. Да еще с сюрпризами…       Как оказалось, эта черная дрянь не просто уродовала тела его — теперь уже его — подчиненных. Через Номера Айзен следил за всеми членами Эспады, иногда при помощи своего гипнотического занпакто вызывая у них помутнения рассудка и стравливая вспыльчивых Высших между собой. Именно в результате подобного воздействия тогдашняя Трес покинула Лас Ночес — недо-Ками было интересно, сможет ли Вастер Лорд восстановиться после такого повреждения. Ну, а то, что в результате перестановки в Эспаде появился ЗаэльАппоро Гранц, гениальный ученый и смелый экспериментатор, да еще и младший брат одного из фрасьонов Гриммджо — оказалось приятным бонусом…       Вишенкой на торте стал еще один прелюбопытный факт — через Номера предатель мог черпать у своей Эспады столько силы, сколько было нужно. Мерзавец Соуске играл нежизнями Высших как хотел.       Выясняя эти гнусные подробности, новоявленный Владыка Куросаки насилу сдерживался, чтобы не рвануть в сонидо — он же вайзард, верно? — в Сейрейтейскую подземную тюрьму и не оторвать несостоявшемуся Богу его слащаво лыбящуюся голову. Снимать эти Номера с арранкар было непросто, Ичиго впервые за свое весьма недолгое бытие шинигами использовал реяцу не для атаки, а для лечения. Со стороны этот процесс больше напоминал изощренную пытку, зато освобожденные от клейма арранкары смотрели на нежизнь в целом и друг на друга в частности совершенно по-новому и практически знакомились повторно… — Не знал, что подобное клеймо можно поставить на живую душу! — воскликнул шинигами, когда Улькиорра закончил рассказ. — Интересно было бы взглянуть…       Снейп и Малфой слушали, как завороженные. Уложить в голове такое количество информации определенно было непросто, но Северус недаром носил звание самого молодого мастера зелий. Он мгновенно вычленил в повествовании Шиффера самое главное. — Вы сказали, подобную Метку можно снять?! — зельевар с явным трудом сдерживался, чтобы не вскочить на ноги и не заметаться по кабинету. Ну или не попытаться вытрясти ответ из спокойно взирающего на него Высшего… последнее определенно было бы ошибкой из разряда непростительных. — Ну да… по крайней мере с Эспады я их снял. Если как следует изучить ваши, может быть, и их стереть сумею. Однако прошу меня понять, господа, мы здесь с другой целью. И именно нашей основной проблемой будем заниматься в первую очередь… — Конечно, Куросаки-сан, — поспешил успокоить нахмурившегося гостя взявший себя в руки Северус. — Если вам понадобится какая-либо помощь, прошу вас, обращайтесь в любое время! — Снять… ее можно снять… — чуть слышно прошептал Малфой. Как хотелось в это поверить!!! Уродливая татуировка на левой руке исковеркала жизни не только принявшим ее магам, но и их семьям. — Позволите посмотреть? — приподнялся Ичиго. — Улькиорра, приведи Заэля. Его профессиональный взгляд не будет лишним. — Владыка, это может оказаться невозможно, — виновато опустил голову арранкар. — Октава на сегодня один опыт назначил, вы ему разрешение давали… — Ксо… забыл совсем, — хлопнул себя по лбу шинигами. — Ладно, не будем дергать наш мозговой центр, пусть работает. На него и так столько всего сваливается, как у него голова не лопается! Думаю, пару дней можно подождать, господа?       Северус усмехнулся. Знакомое состояние, когда мозги пухнут от изобилия информации, причем абсолютно секретной!!! Хотя… если Метку и впрямь можно снять, может быть, какие-то из известных ему фактов смогут помочь этому Куросаки в его миссии? Вполне достойная плата за чистое левое предплечье и свободу от одного из «хозяев»! Только бы Люца выставить, не при нем же исповедоваться?..       Негромкий хлопок в углу заставил подскочить всех четверых. Перепуганный домовик трясущейся от ужаса лапкой передал Снейпу сложенный листок бумаги и тут же испарился из кабинета под пристальным взглядом хищно сузившего зрачки арранкара. Декан пробежал глазами записку и с усмешкой протянул ее Малфою. — Тебя в Комиссии потеряли, Люц. Какие-то вопросы с Первым испытанием…       «И мне иногда может повезти», с восторгом подумал он. «Давай же, выметайся!!! А мы пока побеседуем без лишних ушей…» — Мерлин и Моргана, зачем я в эту затею ввязался! — в сердцах стукнул кулаком по подлокотнику Люциус. — Господин Куросаки, господин Шиффер, нижайше прошу меня простить! Мне пора идти… Северус, как ты вообще этих Уизли терпишь?! — С трудом, Люц. Сложные дети. А почему ты спросил? — притворно-недоуменно дернул бровью зельевар. — Персиваль Уизли на время болезни заменяет Барти Крауча. Мордредов восторженный идиот… — на породистом лице Малфоя отразилась вся гамма впечатлений от работы одного из сыновей незабвенной Молли Уизли. Снейп с трудом удержался от ехидного хихиканья.       Раскланявшись с Куросаки, их светлость лорд Малфой неспешной походкой уплыл по коридору, провожаемый восхищенными взглядами встречных слизеринцев. Закрыв за другом тяжелую дубовую дверь, Северус устало опустился в кресло. — Я бы хотел вам кое-что рассказать, Куросаки-сан… *** — Это… ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! — раздалось из гостевой гостиной, как прозвали между собой соединяющую покои Владыки с лабораторией комнату. Дернувшийся от неожиданности Заэль зашипел от злости. Посторонние звуки отвлекали и сбивали с мыслей, даже едва различимый шорох! А уж вопли Сексты… — Это что за волосатая херь?! Заэль, твоя работа, моль паршивая?!..       Пришлось оторваться от работы, встать и выйти в общую комнату… чтобы тут же рухнуть в стоящее поблизости кресло от хохота.       На ковре застыли две фигуры. В одной из них с трудом угадывался ухитрившийся встопорщить на спине собственную белоснежную броню на манер кошачьей шерсти Гриммджо, так и оставшийся в состоянии рессурексиона. Длинный белый хвост метался из стороны в сторону, охаживая хозяина по бокам. Напротив него вздыбил уже настоящую шерсть огромный кот, вроде бы настоящий, судя по запаху. Вот только… СИНИЙ! Причем совершенно того же оттенка, что и длинные волосы Джаггерджака, судя по всему, тоже готовые встать дыбом.       Принюхавшись еще раз, Октава признал в оппоненте Сексты любимца-фамильяра одной их обитательниц гриффиндорской башни. Девочку вроде бы звали Гермиона, Гранц долго пытался выговорить столь непривычное имя. Ее кот, огромный, рыжий и наглый книззл, откликался на весьма говорящую кличку Живоглот. И если Заэль еще не утратил нюх вместе с чутьем на реяцу, это именно он сейчас грозно ворчал на охреневшего от такого зрелища арранкара.       Обуреваемый любопытством Гримм осторожно протянул руку в попытке дотронуться до неведомого зверя. Синий пришелец казался похмельной галлюцинацией.       В памяти Шестого меча всплыли роскошные попойки в Сейрейтее, особенно те поистине шикарные вечера, когда на гулянку удавалось вытащить ученых из двенадцатого отряда. Те, польщенные вниманием, никогда не приходили с пустыми руками, и приносимые ими «волшебные» капельки и порошочки, добавленные в саке, обеспечивали смелым дегустаторам массу преинтересных впечатлений. Однако ни одна галлюцинация не выла дурным голосом и не пыталась цапнуть за пальцы когтистой лапой!!!       Опешивший Джаггерджак от неожиданности дернулся назад, совершив тем самым непоправимую тактическую ошибку. Воодушевленный полученным эффектом Живоглот решил, что противник испугался и отступает, и бросился в атаку.       Дикий вой двух сцепившихся кошаков был услышан даже в гостиной факультета, где чуть не плачущая Гермиона по пятому кругу опрашивала сокурсников, не видел ли кто ее котика. Близнецы Уизли с торжествующим видом хлопнулись ладонями с восторженным воплем «Сработало!!!» Всплеснувшая руками девушка опрометью бросилась в гостевые комнаты.       Растащить сцепившихся кошаков, большого и маленького, удалось лишь с помощью утирающего слезы от смеха ЗаэльАппоро и заклинания Агуаменти. Завернув свое воинственное, до сих пор яростно рычащее пушистое сокровище в сдернутое с дивана покрывало, Грейнджер требовала с загибающихся от хохота близнецов немедленно расколдовать ее любимца. Октава же с веселым недоумением рассматривал залитую кровью физиономию хмурого Джаггерджака. — Как?! Секста-сан, как?! Луна всевидящая… да из чего у этого зверя когти?! Ваше иерро даже меч Владыки… — Заглохни, Гранц, — буркнул Гриммджо, вытирая лицо рукой и облизывая окровавленные пальцы. — Не он это. — То есть… — ДА САМ Я, САМ!!! По нему же не попадешь, мелкий, тварь шерстяная!!! В него целил когтями, по себе попал. Не ори уже…       Октава замер на месте, распахнув глаза едва ли не шире очков, после чего рухнул на спину в абсолютной истерике, поскуливая и подвывая от смеха.       Джаггерджак смерил ржущего коллегу мрачным взглядом, поднялся на ноги и подошел к настороженно сверкающей глазами студентке, сжимающей в руках своего завернутого в покрывало воинственного фамилиара. При приближении арранкара девушка испуганно зажмурилась, но сверток не отпустила. — Женщина… не трясись. Покажи его, — прозвучал негромкий властный голос Высшего. — Покажи, не съем. Хотя надо бы. — рыкнул он не удержавшись.       Гермиона осторожно отогнула край покрывала. Из кокона плотной ткани виднелась лишь рыжая голова с приплюснутой мордой и злобно сверкающими глазами. Заклятие смены цвета уже рассеялось, и Джордж с Фредом с довольным видом потирали отшибленные девичьей ручкой затылки. Протянутую руку арранкара все еще беснующийся книззл тут же цапнул лапой, ожидаемо не повредив защищенную иерро кожу. Гриммджо с хищной ухмылкой позволил ворчащему зверьку подтащить его палец к себе и впиться клыками — с тем же успехом. — Ну, недоразумение, вкусно? — поинтересовался Джаггерджак, наблюдая за попытками кота отгрызть ему палец. — А на кой кидался тогда?! Добычу и соперника по себе искать надо! — Давно ли ты такой умный, а, Секста-сан? — провокационно улыбнулся Заэль, заправляя розовую прядь волос за ухо. — С момента боя с Куросаки, Октава, — рассмеялся Гриммджо, забирая из рук Грейнджер освобожденного из покрывального плена Живоглота и начиная почесывать его за ушами. Недовольное ворчание быстро сменилось довольным мурлыканьем. — И кого же ты мне напоминаешь, а, рыжий? Храбрость с безрассудством, бой с заведомо превосходящим врагом… и мирные вечера после победы?.. — Джаггерджак посмотрел на Гранца, и два арранкара в один голос выдохнули: «Владыка…»