Часть 2
4 июня 2018 г., 23:10
***
После случившегося Микаса убежала от капрала, поджав хвост, за что очень винила себя, хотя и понимала, что не могла поступить в той ситуации иначе. Скорее, она злилась на себя за свою глупость: поддавшись эйфории от долгожданного триумфа, она потеряла всю бдительность и сразу же совершила свою месть, позже ответив сполна за это. Если бы она только не поспешила, этого бы не произошло, но теперь ее возмездие было омрачено, а честь запятнана. Микаса не была из тех, кто легко переносил унижение, и не собиралась оставлять последнее слово за Аккерманом. И пусть ей придется терпеть его отмороженную морду еще некоторое время – это стоило того. Решив это в ту ночь, она попыталась заснуть, но у нее долго не получалось, а, когда наконец-таки ее сознание уплыло, то ей приснился капрал, который мерзко ухмылялся и все повторял ей, что у нее на лице его кровь. Проснувшись утром, она, по вполне понятной причине, не была в хорошем расположении духа, что все сразу же заметили, но не подавали виду, боясь того, что она сорвет свою злость на них. Так и получилось, что пару дней до их следующей тренировки Микаса проходила вся взвинченная, с особо холодным выражением на лице, так, что даже Эрен заметил изменения в ее поведении. Это было как раз утро вторника, и тогда ее нервы были предельно напряжены. Девушка все никак не могла отогнать от себя мысли о капрале и о том, что он может сделать вечером. Ей было страшно вновь заглянуть ему в лицо, но, в то же время, она жаждала этого для того, чтобы доказать ему и, в первую очередь, себе, что ему не удалось сломить ее волю. Микаса хотела этого, но, в то же время, страшилась встречи с ним, так как не знала, выдержит ли его прожигающий насквозь взгляд на себе, так и напоминающий о ее унижении. Если она не сможет, то это будет даже хуже, чем если бы она вообще не пошла – Аккерман вполне отчетливо осознавала данный факт, только не могла сдаться ему вот так, просто, без боя. Думая надо всем этим, она не замечала на себе пристального взгляда Йегера, который пытался привлечь ее внимание, надеясь, что рано или поздно Микаса соизволит заметить его, но прошло уже минут десять, а она так и продолжала пялиться в одну точку, с таким лицом, что, казалось, она продумывает план чьего-нибудь убийства. Содрогнувшись от этой мысли и подумав, что это вполне могло быть правдой, парень громко кашлянул, так, что подруга, подняв на него все еще затуманенный взгляд, резко хлопнула его по спине, от чего он аж пошатнулся, едва удержавшись на ногах. — С-спасибо… — прокряхтел он, обрадовавшись, что наконец-то Микаса обратила на него внимание. Получив от нее лишь кивок, кадет еще немного помялся, надеясь, что она сама что-нибудь скажет, но Аккерман продолжала упрямо молчать, так, что ему все-таки пришлось заговорить: — Как у тебя дела? – спросил Йегер, чувствуя себя ужасно глупо. — Ты в последнее время сама не своя. Мы волнуемся за тебя, — молча выслушав его, девушка пристально взглянула ему в глаза, заставив Эрена смутиться, а потом вновь отвела взгляд, выдохнув. — Не стоило, — проговорила она, потирая виски. — Все в порядке. — Уверена? – продолжил допытываться кадет. – Если у тебя что-то случилось, мы с ребятами могли бы помочь… — Микаса горько усмехнулась на его слова, вызвав недоумение на красивом лице Йегера. — «Конечно… даже здесь ты говоришь от лица всех… Когда же ты начнешь воспринимать меня, не как товарища?», — девушка прикрыла глаза, не желая, чтобы он увидел ее грусть. — Эммм… я лезу не в свое дело, так? – неуверенно пробормотал парень, чувствуя себя неловко. — Да, — получилось резче, чем ей хотелось, но Аккерман слишком запуталась в самой себе для того, чтобы думать о духовном состоянии друга. – Спасибо за внимание. Я и вправду ценю это, но не случилось чего-то, с чем я не могу справиться самостоятельно, — явно поникнув, Эрен кивнул. — «Не стоит ему узнать про эту сторону капрала. Ведь он его кумир…», — пронеслась в голове мысль, за которую она отчаянно ухватилась, сделав из нее щит для себя же. — Ну… хорошо, — расстроенно улыбнувшись, Йегер поднял на нее лучисто блестящие глаза, от взгляда которых,сердце защемило в груди. — Прости, что побеспокоил. Пока, — ответив на его неловкое прощание и дождавшись пока он скроется за поворотом, она прислонилась к стене и прикрыла глаза. Ей было легче думать, что она сделала это для него же, но, глубоко в душе, девушка понимала, что не сказала ему об этом потому что ей было слишком стыдно. Ведь она и так с трудом переносила это, а если бы об этом узнал кто-то еще и, уж тем более, Эрен… Микаса попросту не выдержала бы этого. До самого вечера девушка бесцельно бродила по гарнизону, пытаясь собраться с мыслями, что у нее, с грехом пополам, получилось. Перед тем, как пойти к капралу, она забежала к себе и переоделась в спортивную одежду. Благо, ни Энни, ни Саши в их комнате не было, так, что ей удалось избежать неловких разговоров. Особенно в этом плане приставучей была Брауз, которая допытывалась до Микасы с расспросами про Аккермана и постоянно находила какой-нибудь скрытый смысл в его действиях. — «Интересно, а что бы она сказала, узнай о том поцелуе?» — Аккерман нахмурилась, отгоняя от себя странные мысли и не давая себе времени передумать, вышла из женского общежития, буквально побежав к зданию, в котором жили офицеры. Пропустили ее туда, как и всегда, беспрепятственно, и Микаса, стараясь не задерживаться, поднялась по лестнице на третий этаж и, свернув направо, прошла ровно двадцать пять шагов и застыла у темной деревянной двери. Только занеся руку для того, чтобы постучаться, она внезапно застыла, почувствовав то, как ушли все силы, которые она так долго копила перед этой встречей. — «Ничего не случится», — пытаясь успокоиться, мысленно проговорила девушка. – «Давай же, не трусь! Ты ведь сильная!», — в голове внезапно прозвучал голос Эрена, от которого на душе стало спокойней. Вдохнув и выдохнув, Микаса слегка подрагивающей рукой отстучала три раза и принялась ждать приглашения, которое последовало через полминуты. — «Обратного пути нет…», — пронеслось в мыслях, но она уже не обращала внимание на внутренний голос. Не мешкая, она быстро прошла в кабинет и прикрыла дверь, остановив взгляд на фигуре капрала, который сидел за столом и что-то строчил, даже не поднимая на нее глаз. Постояв с минуту у входа, она все же решила заговорить первой, хотя, изначально, не собиралась этого делать, ибо не знала, как он отреагирует на ее приход. — Здравствуйте, капрал Акк… — он поднял руку, не дав ей договорить. — Подожди секунду. Я уже заканчиваю, — возмущенному кадету оставалось лишь кивнуть и ждать, когда же капрал соизволит переключить свое внимание на нее. – Что же, все, — Микаса слегка вздрогнула, услышав его голос, и тут же встрепенулась, устремив на него выжидающий взгляд. Все то время, пока он писал отчет, она старалась смотреть на что угодно, кроме него и потому, сейчас была удивлена тем, насколько расслабленно себя вел Аккерман. То, с каким спокойствием и даже ленцой он убирал листы со стола, казалось ей насмешкой над всеми ее терзаниями. Будто бы и не было того случая и ее малодушного побега. — Приступим? – вопрос повис в воздухе. Когда он наконец взглянул ей в лицо, девушка просто пропала. Она не слышала его голоса, лишь смотрела прямо в серые, удивительно спокойные, глаза и не могла заставить себя отвести от них взгляд. Его глаза… Почему-то они не пугали ее, хотя она прекрасно знала теперь, каким он мог быть. Серые, словно тучи, кому-то они могли показаться безобидными, но не ей. Микаса все еще помнила то, как потемнели эти глаза, когда он повалил ее, помнила его взгляд, почти безумный, опасный. Не суливший ничего хорошего. — Эй, Аккерман, ты, что, спишь? Не трать мое время зря, — девушка отшатнулась назад, внезапно ощутив его близость. – Если плохо себя чувствуешь, можешь идти, — проговорил он, замерев в паре шагов от нее. — Н-нет, со мной все в порядке, — пробормотала Микаса, расправляя плечи. – Простите, капрал. Можем начинать, — побуравив ее внимательным взглядом, он медленно кивнул, вставая в стойку. — Нападай, — она не дала ему даже секунду, сразу налетев на него, но мужчина легко отразил ее атаку, откинув ее назад. – Предсказуемо, — хмыкнул он, наблюдая за тем, как она потирает руку, по которой пришелся его удар. — Давай, Аккерман. Я не буду ждать тебя целую вечность, — легко поймав ее ногу прямо у своей головы, капрал усмехнулся. – Ты сегодня какая-то вялая. Неужто заболела? – Микаса, зло скрипнув зубами, вырвала конечность из его хватки и отпрыгнула назад. Ему вновь удалось вывести ее из себя, как и всегда, впрочем. Стоило капралу лишь понасмехаться над ней, как она сразу теряла контроль, в бешенстве кидаясь на него, а он, казалось, только забавлялся с ней, играючи парируя ее атаки и едва ли выкладываясь на пятьдесят процентов. Это злило Микасу, и она все никак не могла понять его: почему он вел себя так, будто ничего не произошло? Аккерман так легко принял ее приход, словно бы и не сомневался в том, что она придет. И эта его ленивая манера… То, с какой легкостью он побеждал ее, заставляло Микасу думать, что капрал специально поддался ей тогда, а это бесило куда сильнее, ведь получалось, что она попала в его ловушку, как самая что ни есть глупая мышка, обманувшись долгожданной победой. Эта мысль заставила кровь вскипеть в жилах, и Микаса, лежавшая на полу после очередного избиения, почувствовала резкий прилив сил. Краем глаза заметив капрала, ожидавшего, пока она придет в себя, девушка, молниеносно вскочив, ударила его прямо в солнечное сплетение, вложив в этот удар всю злость, накопившуюся в душе. Мужчина, явно не ожидавший такой подлой атаки, согнулся в три погибели и глухо шипел ругательства себе под нос. А Микаса так и застыла перед ним, растеряв весь настрой и не чувствуя никакого удовлетворения от проделанного. — А это за кого? – с насмешкой в голосе спросил он, выпрямившись и смотря на нее с каким-то странным блеском на дне серых глаз. — За себя, — ровно ответила Аккерман, чувствуя ужасную слабость в теле. – Я ненавижу вас… — с трудом процедив это , она ощутила то, как потемнело в глазах, и как ноги стали ватными, но ожидаемой встречи с паркетом не состоялось: ее удержали от падения сильные руки. — Я знаю, Аккерман, — прошептал Леви, прижимая ее ослабевшее тело к своей груди. — Ты это вполне наглядно показываешь, — подняв ее на руки, он понес ее к дивану и уложил на него. — Отдохни немного, — когда он уже собирался отойти, девушка ухватилась за ткань его майки, удерживая. — З-зачем вы делаете все это? — тихо пробормотала кадет. Леви ничего не отвечал, пристально смотря в ее лихорадочно блестящие глаза. Закатив глаза, он присел рядом с ней и осторожно провел пальцем по небольшой ссадине на ее плече. — Если ты сдохнешь здесь, у меня будут проблемы, — проговорил капрал, перейдя с плеча на слегка покрасневшую ключицу. — Нет. Вы и сами понимаете, что я имею в виду, — быстро выдохнула девушка, замерев под его ненавязчивыми прикосновениями. — Я об этом и говорил, — заметив на себе ее недоуменный взгляд, мужчина фыркнул. — Я считал тебя более умной, — на его губах заиграла усмешка, но ей она показалась не такой, какую она привыкла видеть. — Что вы подразумеваете, говоря это? – тихо переспросила Микаса, чувствуя странную неловкость от его близости и от того, как он себя вел сейчас. — Что бы ты сделала с человеком, исподтишка напавшим на тебя? – спросил капрал, строго смотря на нее. — Избила бы его… — пробормотала Аккерман, начиная понимать смысл его слов. — Избить тебя по-настоящему я не мог. Да и, не хотел, — Микаса вскинула на него ошарашенный взгляд, на который он хмыкнул. — Я бы не смог найти подходящего партнера, — разъяснил капрал, убрав руку с ее шеи. — А я напридумала себе всякого… — выдохнула кадет, устало прикрыв глаза и, наконец-то, расслабившись. — Тебе полегчало? – получив от нее утвердительный ответ, он кивнул. – Что же, настала пора отвечать за очередную ошибку… Аккерман успела лишь распахнуть в страхе глаза и увидеть его потемневший взгляд, прежде чем Леви прижался к ее губам. Вначале, она пыталась как-то оттолкнуть его от себя, высвободиться из кольца его рук, но, поняв всю тщетность собственных попыток, смирилась и вновь прикрыла глаза, принимая очередное поражение. На этот раз поцелуй вышел куда более щадящим и долгим. Микаса никогда бы этого не признала, но, на долю секунды, ей понравилось и, когда капрал оторвался от нее, она с трудом удержалась от того, чтобы не потянуться к нему вновь. — Можешь быть свободна, — после недолгой паузы известил ее капрал, резко встав и отойдя к окну. Присев на диване, она долго разглядывала его напряженную спину, раздумывая над чем-то, но, если бы у нее сейчас спросили, о чем именно она сейчас думает, Микаса не смогла бы ответить — настолько непривычными и запутанными были мысли, крутившиеся в ее голове. Просидев так, наверное, минут с пять, девушка наконец медленно встала и пошла к выходу, но, внезапно остановившись у самой двери, обернулась к капралу. — Вы не будете против, если мы будем тренироваться три раза в неделю? — повернувшись к ней, Леви окинул ее испытующим взглядом и, решив что-то для себя, пожал плечами. — Можешь приходить в воскресенье, если захочешь, — кинул он. — Я приду, — уверенно кивнула Микаса и, попрощавшись, ушла.
