По краю пропасти

Уже который день я бьюсь в истерике из-за странных мыслей. Который рассвет встречаю, который закат провожаю... Все эти незванные слёзы, психи, падения на льду. И кто всему виной? Конечно же, Алина. Каждый раз я засматривалась на неё, как она делала тулуп, а сама падала на выходе с акселя. Кто из нас лучше - этот вопрос я себе не задавала. Для меня она казалась ангелом, она порхала надо льдом. И вот я осознала - влюбилась. Неосознанно, случайно. Сколько я ждала, что на экране смартфона высветится "Алина", и ты снова будешь эмоционально рассказывать об очередном парне или вкусном кусочке торта, что съела втихаря от Этери Георгиевны. Я всегда просто слушала твой голос, не смея перебивать, а потом, через какое-то время, ты замолкала, заставляя меня ответить краткое "Что такое?" или "Я здесь". Вот и сейчас телефон раздался вибрацией и я судорожно провела по нему пальцем. — Привет, Женька. Слушай, тут помощь твоя нужна, - она как-то мямлила, говорила не чётко, будто боясь отказа. Услышав в ответ молчание, она продолжила: — У нас же скоро Олимпиада в Тбилиси... — Не тяни давай, чем смогу - помогу. — В общем, понимаешь, я с самого детства мечтала побывать в Грузии. А тут ещё и такая возможность - очутиться там вместе с коренной грузинкой. Плюс Этерюшка в последнее время сильно злится на меня за неудачные прыжки, - её поток слов вылетал с небывалой скоростью. — Если выиграю - может, не будет кричать. — Но как ты себе это представляешь? Я просто приду и откажусь? - Олимпиада была не настолько важна для меня, как счастье любимого человека. Я уже решила, что любым способом добьюсь её участия: пройду через лёд, пламя и Этери Георгиевну. Последнее, к слову, немного пугало. — Так ты согласна? - в трубку радостно завопила Загитова. — Я тебя обожаю! — Я... Послышались гудки. Иногда складывалось впечатление, что Алина хочет извлечь из всего только личную выгоду. Но ведь я давно знала её, поэтому была уверена, что это не так.

***

Очередной день в "Хрустальном": раздевалка, тренировка, спокойная Этери, снова раздевалка. Стоп, что? Тутберидзе сегодня ни на кого не возмущалась и не повышала тон? Не заболела случайно? Вопрос "Стоит ли к ней зайти" равносилен "Стоит ли рискнуть жизнью", однако в этот раз нам стоит ещё и обсудить просьбу Алины. Собрав волю в кулак, я отправилась прямо по направлению к кабинету женщины. Дверь чуть приоткрыта, так, что можно было увидеть блондинистую голову, склонившуюся над столом. Я тихонько постучала, зашла внутрь. Как и обычно, меня встретили общие фотографии и удивлённый на мгновение кошачий взгляд. Ох, как же много шуток про это гуляет в интернете... Мисс тренер держала в одной руке коробку зелёного чая, а второй сыпала его на марлю. Я несколько секунд наблюдала за этой картиной, потом не выдержала и хмыкнула: — Во-первых, Этери Георгиевна, курить вредно. Во-вторых, марля сгорит быстрее чая. В-третьих... — Что ты несёшь, Медведева? Зашла, чай я купила, - начала оправдываться она. — Думала, что он в пакетиках. Оказалось...что нет. Вот мучаюсь сегодня целый день. Я подошла ближе к столу, схватила коробочку и начала читать: "Успокоительный чай на травах". — А, понятно. Я-то думала, вы заболели, вот зашла узнать, - я снова осмотрелась: на столе небрежно разбросаны стерильный бинт и ножницы. На верхнем листе бумаги красовалось багровое пятно. — Поранились? — Да, юный Шерлок, - она включила чайник. — Думаю, обойдёмся без швов, всё не так серьёзно. Ножницы тупые, надо, что ли, новые купить. Я выхватила из рядом стоящей аптечки пластырь и перекись, подошла к задумчивой блондинке. Её пальцы очень тонкие и длинные, руки мягкие. Даже жаль причинять им боль, пусть и необходимую. С трудом открыв антисептик, я, не жалея, налила женщине прямо на всю ладонь. Она не издала ни единого звука, лишь слегка нахмурилась. На второй фаланге указательного красовалась царапина. Её пришлось залепить пластырем. Как ни странно, Тутберидзе не воспротивилась такой попытке ухода и заботы. Обычно она следила за соблюдение дистанции тренер-ученик, но, видимо, сегодня она летала где-то не с нами. — Этери Георгиевна, я хотела поговорить об Олимпиаде. Я тут подумала: что, если вместо меня выступит Загитова? - Тутберидзе вмиг пришла в себя. — Чего придумала? Я уже заявку оформила, на столе лежит. Да и Алина...ей удаются не все прыжки. Она до сих пор тренирует самые лёгкие, а в программе есть несколько акселей. — Эта бумажка в вашей крови, всё равно придётся оформлять новую. Запишите её. Пожалуйста, - глаза кота из "Шрека" мне в помощь. — Нет. Я против. Это ты чемпионка, тебя хотят видеть люди. И я в том числе. Отдавать мировую славу своей конкурентке? Да я тебя не узнаю! Ты ведь Женя Медведева! Ты откатаешь, и никаких обсуждений, - в голосе прослеживались агрессивные нотки, она с каждой минутой раздражалась всё больше. — Я не буду. Вы не заставите. Не хочу! Инстинкт самосохранения дал о себе знать. Мне пришлось уйти, ибо в меня мог полететь тот же шипящий изо всех сил чайник, который так и не соизволили выключить. Почему Этери портила мне все планы? Почему она становилась на пути моего счастья с Алиной? В такие моменты злость брала верх, хотелось разбить стену, вцепиться в глотку каждому прохожему. Надо было срочно позвонить моей девочке, рассказать ей. — Привет. Я говорила с Этери. Мне надо будет ехать в Тбилиси. — М, - это был весь её ответ, потом она кинула трубку. Наверное, плохой день. Или она спала, а я тут со своими звонками. Чёрт, теперь она могла обидеться. И как тогда дальше жить? Что я буду делать без моего ангела?